Магия вне Хогвартса ✨️🍌✨️

"Не волшебник выбирает палочку, а палочка волшебника." Джоан Роулинг

Как же это неправильно, аморально, отвратительно, жалко... Можно подобрать множество эпитетов к тому, что он собирается наконец сделать. Но ему уже плевать! Черт! Этот мелкий... нет... уже крупный! Здоровый, взрослый и сексуально опасный для общества кроль! Из-за которого по венам бедного Мина вместо прежней чистой и нежной ванили, теперь течет грязная, густая и острая, как мексиканской соус, похоть. А Чонгук будто и не подозревая что творит, продолжает все так же крутиться вокруг и обтираться о него всем подряд. В том числе и той самой частью тела, что стала интересовать бедного хена пугающе сильно и постоянно настолько... Что сейчас, дрожа после очередного тесного контакта с гипертактильным макнэ, от злости, стыда и возбуждения одновременно, Юнги все же решается попробовать альтернативное решение своей неудобной проблемы. Вживую достать себе этот член он точно не может по многим причинам. Только вот фантазия, как он при всех рушится коленями на пол, сдирает с него штаны и наконец насаживается ртом... уже почти постоянно возникает в голове. Настолько ярко, будто он действительно смирился с неизбежным позором и правда собирается так сделать. Нет, этого нельзя допустить. Ни в коем случае! Слава богам порно индустрии, которые создали прекрасные заменители для таких больных извращенцев, как он. Размер идеальный... Юнги с придыханием, кончиками пальцев проводит по бархатной поверхности. К своему стыду, он успел хорошо и неоднократно потрогать настоящий объект, чтобы копия была максимально реалистичной. Большой и толстый. И как только Чон умудряется не только с ним ходить, но еще и прекрасно танцевать? Талантливый засранец. Юнги прикусывает губу, представляя все больше способов его использования "с удовольствием", как пишут в инструкции. Да уж, их золотого макнэ природа действительно одарила по всем фронтам.

"Если вам повезет и инструкция будет выполнена в точности, вы реально сможете ощутить связь с желаемым объектом."

Мин хмыкает, доставая из ящика стола давно найденные им части для сбора этой "головоломки". Как же. Ощутит он, ага. Все эти приколы от магазина в приложение к обычному резиновому члену все еще звучат бредово, как и три месяца назад, когда он только его купил. Купил в порыве чувств, потом сразу жалея о такой дурной идее и убирая его подальше от греха и с глаз. Но даже его ангельской выдержке и целомудрию пришел конец. К черту! Почему он не может купить себе секс игрушку, когда пожелает? Он взрослый парень, у которого есть потребности! Он же не идет насиловать Гука, верно?! А на кого и как он дрочит, это уже совершенно его дело! Не нарушающее ничьих свобод и личных границ. Юнги кивает своим наконец-то верным мыслям и снимает крышку с задней части игрушки. Кусочек черной футболки Чона, что он успел оторвать с изнанки, который пришивают для проверки стирального средства - первым погружается в специальный отсек. Не то чтобы он верил в эту ерунду. Но инструкции же не просто так пишут, да?.. Следом, слегка морщась от запаха, Мин льет немного любимого напитка макнэ. Нет, сам Гук пахнет хорошо, когда пьет свое банановое молоко... По крайней мере, в комплекте с ним, Юнги бы точно не отказался даже попробовать... слизать с кожи, например... или выпить изо рта... Нет нет, спокойно! Рука успокаивающе поглаживает ширинку. Еще рано. Надо как-то прекратить возбуждаться. Темный волос, который он снял с панамки Чона. Локализация не уточняется, но Юнги надеется, что с головы пойдет. Едва ли создатели этого прибора такие же извращенцы как он, чтобы подумать о других местах... даже в контексте происходящего. Сам Мин мог бы предположить, что логичнее для такого подошел волос... с лобка, например. Ух, хватит! Хватит думать о всяких непристойностях! Чертыхаясь и краснея ушами не хуже Джина, Юнги закручивает крышечку обратно. Жаль ЕГО крышечку обратно уже так просто не прикрутить... Это все Чонгук виноват! И как настоящий мужчина должен бы взять на себя ответственность! Эх... если бы... Мин прикрывает глаза и подносит дилдо к губам. Перед веками тут же вспыхивает образ Чона, лежащего на кровати со спущенными штанами. Он слегка удивлен, но и нехило возбужден. Член призывно торчит, уже сверкая на конце первыми каплями смазки. Юнги проползает на четвереньках вперед и нависает над этой роскошью. Наклоняется, целует головку, слизывает языком и будто действительно чувствует влажность на самом кончике. Тихо стонет и опускается на игрушку ртом. Ох, она словно действительно становится... "живее". Член теплый, пульсирующий, пока довольно мягкий, но, будто вздрагивая у него во рту, начинает твердеть. Парень усмехается своему воображению и снова проводит языком по дырочке уретры, дразня самым кончиком. В рот едва помещается даже половина, но Мин старательный и любит все делать основательно. ... Чонгук чуть не подлетает до потолка и едва успевает облокотиться о стену коридора, только благодаря годам физических тренировок умудряясь удержать равновесие. Шокированно распахнутые глаза опускаются на ширинку, под которой... будто... - Чонгук? Все в порядке? - Чимин оборачивается на сдавленный полустон и, заметив состояние, бросается на всякий случай его ловить - Господи, на тебе лица нет! Что? Что случилось? Тебе плохо? Да. Будто у него взяли в рот. - Н-нет, хен... все... все нормально... просто... - Чон натурально охреневшим взглядом видит, как у него начинает вставать и с легкой паникой отмечает все более интенсивное скольжение губ по стволу - Ох, мне надо прилечь. Прям срочно! - Хорошо, я помогу! 312 номер, да? Пак быстро забрасывает руку в татуировках на плечо и почти тащит на себе здоровое, раза в два больше него тело в нужную сторону. Чон плохо соображает, тяжело дыша и вздрагивая от фантомного шершавого языка на головке. Губы плотно обхватывают и натягиваются на член все больше и глубже, позволяя тыкаться в узкое и горячее горло. Дыхание прерывается, когда это нечто сглатывает, зажимая его... ?ВНУТРИ? и парень спотыкается на ровном месте, прикусывая уже собственный язык. - Может лучше врача вызвать? Чимин взволнованно ловит его и прислоняет возле нужной двери, внимательно осматривая, но не находя каких-то видимых повреждений. - Да нет, наверное просто съел что-то не то... - Гук едва выдавливает из себя легкую улыбку, потея от творящегося в его штанах безобразия и пытается нащупать в кармане ключ от номера - Полежу немного и все пройдет. Спасибо, хен. Черт, черт, ЧЕРТ! Он мимолетно проводит по промежности, но ничего, кроме своего стоящего по стойке смирно органа не обнаруживает. Хорошо, что его футболки шире раза в три. Иначе бедного Пака, после их совместных посиделок в соседнем с отелем ресторанчике, точно ждало бы незабываемое зрелище. - Давай я! Чимин все же сжалившись, забирает из трясущихся пальцев ключ, категорически не желающий попадать в скважину и быстро проворачивает дважды. - Спасибо, хен! Спасибо! Дальше я... - внизу будто втягивают щеки, создавая вакуум и двигаясь с запредельной скоростью, так что Чон еле сдерживает вскрик и кое-как успевает опереться об косяк, чтобы не рухнуть на пол и не забиться в натурально собачьем оргазме - Ох, я сам, спасибо! Чим с сомнением осматривает чужое почти сотрясающееся в судорогах тело. Но раз тот говорит, что справится... А Чонгук молит всех богов, чтобы хен наконец просто ушел. Если тот все же решит дотащить его до кровати... черт, точно увидит лишнее. Задорно торчащее строго к потолку. - Хорошо, раз ты уверен... - Гук усиленно кивает, осторожно и потихоньку все больше проползая в номер - Но сразу звони, если станет хуже! Мы найдем врача! - Обязательно! Спасибо, хен! Блондин будто хочет сказать что-то еще, но дверь быстро хлопает у него перед носом. Чонгук, почти теряя сознание от непривычных и сильных ощущений, опирается на нее спиной, невидяще смотря вниз и дрожа от каждого толчка. Толчка куда, черт побери?! Он быстро, насколько это вообще возможно, летит в душ. В спальне могут быть камеры, нехорошо, если он просто сорвет штаны в прямом эфире. Черт, черт, ЧЕРТ! Да что ж такое-то?! Руки дрожат и едва получается справиться с ремнем. Молния вжикает и Чон почти сдирает с себя натянутую ткань джинс, болезненно сдавливающую со всех сторон. Следом он дергает вниз белье и наконец, со стоном облегчения вываливает наружу член. Пульсирующий, полностью стоящий, налитый кровью и влажный... будто... от слюны. ... А вот Юнги стонет совершенно не стесняясь. В номерах есть звукоизоляция, он уточнял. А еще - сразу же потребовал убрать все камеры, почти до смерти запугав управляющего таааакими судами и проблемами, что тот, наверное, с перепугу вообще их убрал со всего отеля. Так что ему вообще абсолютно ничего не мешает получить наконец заслуженное удовольствие. О, как и воображению тоже ничего не мешает, ощутить в руках и во рту чуть ли не настоящий член. Мин перемещается в постель, одной рукой обхватывая ствол и насаживая на него губы, а другой ныряя в штаны и поглаживая уже свой. От обилия ощущений кружится голова. Он снова закрывает глаза, вставая на четвереньки и представляя Гука в своих руках. Как чудесно он бы изгибался на простынях, зарывался в его волосы, насаживая на член сильнее и мелодично стонал, подаваясь бедрами вверх. Юнги бы успокаивающе прижимал его обратно к кровати и сам насаживался еще глубже и быстрее, стирая горло от интенсивных движений. Ему-то не повредит, голос и так хриплый. Никому даже в голову не придет, что это из-за того, что Мин люто и жадно отсасывал их миленькому макнэ. Ох... но даже этого становится катастрофически мало. Юнги скулит, ерзает, раздвигает и сдвигает ноги, но удовлетворение будто не полное. И он, не вынимая игрушку изо рта, стаскивает брюки вместе с трусами полностью. Пальцы скользят по мокрому члену, собирая смазку и, посомневавшись еще буквально пару секунд, побежденно двигаются назад. Нет, он уже несколько раз баловался подобным способом. Но не так откровенно ассоциируя происходящее именно с Чоном. Последний рубеж пройден... кажется, падать ниже уже просто некуда... Всего минуту спустя уже три пальца толкаются внутрь в одном ритме с членом, так и не покидающем жадного рта. Туго, жарко, непристойно... Дико стыдно. И дико мало. Испытывая почти невыносимый коктейль из ощущений, Юнги вытягивает из-под подушки бутылек со смазкой. Неужели он все-таки... собирается?.. Да! Да, черт возьми! Член с громким влажным чпоком все же наконец оказывается на свободе. Мин любовно его оглаживает, с удивлением отмечая, что тот будто стал еще больше. Списав все на свои фантазии, парень обильно льет на него банановую смазку. Опять же, что ему нравится лишь в ассоциации с "желаемым объектом"... ... Запахом банана пропитывается еще один номер. Кажется, Чонгук натурально в каком-то астрале. У него не только осязаемые галлюцинации, но теперь еще и обонятельные? Вся ванна благоухает бананами, а член наконец чувствует контрастно успокаивающий холодок. Но легче не становится! Теперь по нему будто скользят чьи-то руки, поглаживая так нежно, что... можно натурально рехнуться! Что Гук почти и делает, ловя себя на мысли... о Юнги. Черт, да почему?! Совершенно внезапно и необъяснимо - действительно вспоминаются ощущения именно мягких лапок Шуги хена. Которые ему иногда чудом доводится подержать в своих на какие-то несчастные доли секунд. Чонгук тоже прикрывает глаза, побежденно давая простор фантазии. Он уже облапал всю свою промежность в поисках хоть какого-то объяснения происходящему. Но, не обнаружив ни одного логичного варианта, парень просто решил расслабиться... и да, как бы это не звучало стремно и похоже на совет жертве насилия... получить удовольствие. А первым, кто шел на ум... Был Юнги. Ужасно. Стыдно. Грязно. Неправильно. И еще много эпитетов. Но у него действительно ТАКИЕ нежные ручки... что Чон, скрипя зубами, вынужден признать... неоднократно представлял скользящими по его члену... как и маленькие губки-бантики, что едва растягивались бы на толстом стволе... Черт! Гук облокачивается на стенку, смотря вниз и зажимая рот рукой. Юнги бы прекрасно смотрелся перед ним на коленях. Щуря свои хитрые кошачьи глазки и облизывая юрким язычком... прямо как... он чувствовал раньше. Но полностью погрузиться в сладкие "минетные" мысли ему не дают. Потому что влажная, истекающая натуральной и искусственной смазкой крупная головка внезапно толкается во что-то еще более горячее и узкое. ... Юнги падает на спину и широко раздвигает ноги. Хватит с него этого детского сада! Он хочет, невыносимо хочет этот здоровый член внутри! Всеми возможными способами. Он так дико возбужден и распален своими фантазиями, что почти ощущает Чона сверху. Его большое тело, нависающим над собой, мощные бедра, которыми тот так гордится, раздвигающие его собственные. Эти сильные руки, опирающиеся над ним по бокам. Будто даже слышит тяжелое рваное дыхание над ухом. Юнги бы хотел обхватить его ногами или чтобы тот забросил их на плечи. Эти потрясные огромные плечи, которые и все его тело полностью легко могут поднять на высоту далеко немаленького роста макнэ. Благодаря своей готовности и нетерпению, Мин почти не замечает, как уже проталкивает головку внутрь. Только ощутив небывалое растяжение и как все горит внизу, обращает на это внимание. Как и на пульсацию игрушки, которую списывает на свою. Входит она очень туго, медленными толчками, но благодаря обилию смазки, плавно и почти безболезненно. Юнги тихо хрипло стонет, выгибаясь на постели и падая обратно, по сантиметру, осторожно продолжая движения. Немного вытаскивая и снова проталкивая глубже. Ему кажется, что Чонгук бы все так и делал. Аккуратно, мягко, нежно... вперед и назад... вперед и назад... как в танце... плавно, но уверенно. Чувственно наращивая скорость. ... Да что за бред?! Чон остервенело вцепляется в душевую занавеску, напрочь срывая ее с крепежей спустя всего пару движений. Руки шарят по стене в поисках хоть какой-то опоры, потому что ноги держат все хуже. Его натурально трахают и это уже вообще не похоже на фантазию! Рельеф мягких стеночек, ощущение трения, умопомрачительная теснота и дикий жар. Чувствительный член ему прекрасно передает всю эту лютую гамму непонятно откуда взявшихся ощущений. И он погружается все глубже и глубже, что бы это не значило. Будто в узкий горячий чехол, ствол входит все больше, очерчивая границу все ближе к лобку. Спустя пару минут этих мучений, неизвестно как и куда, но он входит полностью, будто утыкаясь промежностью... в... бархатную кожу... ягодиц? Сумасшествие! Натуральное сумасшествие! ... Юнги тыкается горящим лицом в подушку, почти вереща от наполненности. Он уже снова перевернулся, обратно вставая на четвереньки. Так засовывать эту махину было хоть немного легче. В мыслях так некстати мелькает название иностранного фильма, на который он наткнулся недавно. Ей богу, ну реально, если бы "Кролика, убивающего членом" рисовали с настоящего человека, прототипом однозначно мог бы быть его Гук! Истерично хихикая, Юнги упорно пихает его глубже, едва держась на разъезжающихся коленках. Он возьмет его полностью! Пока на нужном кураже и так небывало распален. Он действительно хочет его внутри целиком! Чтобы Чон загнал до самого основания, замирая ненадолго и давая привыкнуть. Чтобы навалился сверху и максимально близко прижался сзади. Чтобы уперся промежностью в ягодицы и шлепнул тяжелыми яйцами. Мин все же скулит от того, насколько он испорченный и от того, что все-таки смог. Тяжело дышит и просто держит некоторое время его полностью внутри. А потом со стоном, медленно начинает вытаскивать. Ухх, он бы хотел, чтобы Чонгук его отшлепал. Размашисто трахая, сотрясая всю кровать и его сравнительно тщедушное тельце. Чтобы спинка билась о стену, а Мин бился под ним от удовольствия. Толчки ускоряются и Юнги почти чувствует большие руки у себя на бедрах. Он ложится животом на кровать и просто елозит по простыням, размазывая слезы и слюни, и комкая влажную ткань свободной рукой. Он бы привык. И Чон непременно тут же сменил темп с нежного на свой нагибающий. Быстрый, сильный, доминантный. Дико страстный, животный, необузданный... Мин толкает все быстрее, выгибаясь навстречу и почти ложась на шпагат. Макнэ бы прекрасно прогнул его своим весом, почти утапливая в матрасе и вытрахивая все мысли из головы, оставляя возможность только задыхаться и хрипло скулить. ... Удивительно, но Гук почти узнает этот ритм. Он действительно напоминает его, плавный, но все более ускоряющийся, почти агрессивный. Все еще не понимая, что происходит, парень все равно фоново отдает дань стилю неизвестного. На члене скользят уверенно и чувственно, со страстью и откровенным желанием. Не то чтобы Чону довелось уже где-то подобное испытать... но он почему-то уверен, что будь это взаправду, могло бы стать, пожалуй, лучшим сексом в его жизни. Хотя... вероятно это и было взаправду. Либо же он просто уже чокнулся на почве недотраха. Плевать. Чонгук прикусывает губу и забрасывает голову вверх, просто позволяя творить с собой все, что фантомным рукам, губам и он даже боится представить каким еще частям тела захочется. Почему-то перед закрытыми веками снова вспыхивает образ Юнги. Этого маленького холодного котенка, которого совершенно необходимо постоянно разогревать. Он странный. То ластится и идет в руки, то шипит, отскакивает и смывается со скоростью гепарда. Чон готов поклясться, что иногда почти видит этот длинный черный хвост, недовольно мотыляющийся за изящной спиной. Хотел бы он его как-нибудь поймать... зажать и узнать все секреты этого невозможно привлекательного чуда природы. Забавно, но раньше он даже в воображении не заходил так далеко, чтобы представить хена... Чон опускает взгляд вниз, туда, где на его пульсирующий член яростно натягивается чье-то тело... Да, к примеру, представить Шугу хёна, выгибающегося под ним и едва насаживающегося на явно большеватый для него орган... Внезапно его со всей дури сжимают и Гук бурно кончает, даже не успев ничего понять. Сжатие настолько сильное, что перед глазами мелькают звездочки. Он хватает ртом воздух, как выброшенная на берег рыба и так же пучит глаза, не видя ничего из окружающей обстановки. ... Коленки окончательно разъезжаются и Юнги все же падает на живот, вздрагивая всем телом, как от ударов током. Он весь мокрый от множества своих и искусственных жидкостей, но во рту сухо и тяжело дышать. Сердце бьется как сумасшедшее, будто он пробежал километров 10. Сил достать уже нет абсолютно, так что он просто лежит и тихо стонет, непрерывно сокращаясь на здоровой игрушке. Кажется, его грехопадение сможет смыть только харакири. Но катана дома, в нескольких часах полета... так что пока придется довольствоваться смыванием грехов хотя бы в отельном душе. Как смотреть теперь в Гуковы глаза (и на ширинку) Мин тоже совершенно не представляет. Но ему это больше и не надо делать, верно? Еле еле вытянув член из задницы, Мин ласково вытирает его о свою и так безбожно испорченную футболку. Должно же стать легче жить, раз он нашел безопасный для всех способ решения своих ненормальных желаний. Ведь должно? ... О том, что он, кажется, разбудил своими импульсивными действиями нечто ОПАСНОЕ, что сейчас также принимало душ, утопая во все еще сильном аромате банановой смазки... Юнги даже не подозревал. Как и о том, что эта неудержимая "волшебная палочка" теперь уже окончательно выбрала своего "горе-волшебника". ...