Seven

Чимин и Юнги просыпаются от настойчивого стука в дверь.  – Убью скотину, – хрипит Мин и встав с кровати, перед этим чмокнув в нос снова заснувшего омегу, идет к двери. Уже приготовившись четвертовать того, кто посмел его разбудить, он открывает входную дверь и желает захлопнуть ее со всей силы обратно. Потому что на пороге стоит Чонгук, выглядящий как герой омежьих романов, с огромным букетом красных роз. Прямо таки цветет и пахнет. – Ты бессмертный? – смотрит на Чона альфа ещё сонными глазами, не понимая, что тот вообще тут забыл. – И тебе привет, – улыбается Чонгук. – можно войти? – Разбудишь Чимина, придушу, – говорит Юнги, отходя в сторону. – с тебя кофе, герой-любовник. – Понял. Они проходят на кухню и, пока Гук готовя кофе, рассказывает свой гениальный план по завоеванию сердца Тэхена, Мин уже шлет мысленные соболезнования Киму. – Это все, конечно, хорошо, – начинает альфа, делая первый глоток кофе. – а ко мне то ты, нахера пришел?  – Всмысле нахера? Чтобы ты оценил мой план, – всерьез недоумевает Чон, садясь напротив. – и ещё, чтобы вы были моей группой поддержки. – Тебе точно двадцать шесть лет? – А тебе, по ворчанию, уже лет сорок, – парирует Гук. – Вы чего разорались? – слышится сонный голос у входа на кухню, обладатель которого стоит завернутый в одеяло. – Иди сюда, котенок, – зовет его Юнги и, усадив омегу себе на колени, испепеляюще смотрит на Чонгука. – Чимин, ну хоть ты помоги мне, – взывыл Чон, вновь пересказывая свой план. – Напомни пожалуйста, сколько тебе лет? – решает подстебать его Пак, отпивая кофе из кружки своего альфы. Омега начинает смеяться, когда у Гука почти пар из ушей начинает идти. – ладно, ладно, шучу я, успокойся. Дайте мне двадцать минут и можем ехать, – Чимин спорхнул с колен Юнги и ушел в собираться.

***

Спустя полчаса они уже стоят у входной двери квартиры омег и ждут, когда его высочество — Ким Тэхен, соизволит отворить врата. Не проходит и пяти минут, как наконец-то ее открывает только что проснувшийся Тэ. Он пару секунд смотрит на них и делает то, что хотел сделать ранее Мин — закрывает дверь, обратно уходя спать. Чимин снова смеется, достав ключи. – А ты раньше этого сделать не мог? – интересуется Чонгук. – Если бы я это сделал, то он бы нас троих твоими цветами же отлупасил, – ответил омега, заходя в квартиру. – выползай, змеюка, – обращается он к Тэхену, слыша в ответ тихие кряхтения из спальни. – Вы время видели? – недовольно прохрипел Ким. – А этот какого хера тут забыл? – скептически рассматривает альфу с цветами Тэ. – Доброе утро, это тебе, – подходит к нему Чонгук, вручая букет. – эти розы такие же прекрасные и колючие, как ты, – абсолютно доволен своей гениальной фразой. Омега пару раз сонно моргает, пытаясь понять происходящее и переводит взгляд на цветы. Красивые. Его любимые. Чону это, правда, знать не обязательно. Он старается не заулыбаться, потому что цветов ему уже давно не никто не дарил.  – Спасибо, – сдержанно отвечает Тэхен, благо покрасневших кончиков ушей не видно под волосами. – если это все, то я пошел обратно спать, – только он разворачивается в сторону спальни, как его хватают за запястье. Снова.  – Семь свиданий, – неожиданно говорит Чон, вглядываясь в шоколадные, ничего не понимающие глаза. – и я докажу, что настроен серьезно, – где-то за спиной хмыкает Юнги, тут же получая в бок от Чимина. – если ты не поменяешь решение спустя семь свиданий, то я больше тебя не побеспокою. Хочет ли согласиться Тэхен на эту авантюру? Да. Но желание еще немного подраконить альфу оказалось сильнее, поэтому он кидает короткое, емкое: – Нет, – мило улыбнувшись, Ким освобождает руку и скрывается за дверью спальни. Омега прижимает к себе цветы и утыкается в них носом, тихо посмеиваясь, пока Чонгук так и стоит, прожигая дыру в двери. – Я не привык так просто сдаваться, советую тебе это запомнить, колючка, – говорит Чон и, развернувшись на пятках, идет на выход, решая теперь следовать заранее придуманному в случае отказа плану Б. Чимин с Юнги, переглянувшись, смотрят в след уходящему альфе и прихватив пару вещей омеги, выходят из квартиры. Тем же вечером Ким получает доставку еще одного букета роз, в два раза больше подаренного утром.  – Вот же неугомонный, – не может удержать дурацкой улыбки омега, проведя ладнью по лицу.

***

Million dollar man – Lana del Rey На следующий день Чимин тащит Тэхена в ресторан с живой музыкой, сказав, что давно хотел там побывать. Тот факт, что особым ценителем подобного музыкального искусства Пак никогда не был, заставил Кима насторожиться. Но идея выпить вина под какой-нибудь джаз, оказалось очень заманчивой, поэтому отказываться он не стал. Они болтают ни о чем, наслаждаясь приятной атмосферой в заведении, пока музыкант объявляет о том, что один молодой человек вызвался спеть «million dollar man», посвященную одному прекрасному омеге из зала. – Как же я люблю эту песню, – прикрывает глаза в ожидании Тэхен, делая небольшой глоток вина. По всему залу растекается приятный, мелодичный голос мужчины и Ким, сидящий спиной к музыкантам, решает сесть вполоборота для лучшего обзора. Лучше бы он этого не делал. Потому что тот, кому принадлежал этот голос, был Чон, черт бы его побрал, Чонгук, который смотрел прямо на него. Теперь понятно почему Чимин притащил его в этот ресторан и кому, собственно, посвящена эта песня. Тэхен наблюдает за идущем прямо к их столику альфой и, отвернувшись обратно, закатывает глаза. Он упирается локтем в стол, подпирая ладонью щеку, в ожидании, что же дальше сделает этот герой-любовник. Чонгук, любезно украв из маленькой вазочки со столика пожилой пары какой-то красный бутон, подходит почти в плотную к столу омег и на словах «so why is my heart broke?» , аккуратно вставляет цветок в шоколадные волосы Тэхена, заканчивая петь. Зал заходится аплодисментами, пока омега слегка опустив голову, большим и указательным пальцами трет глаза, то ли от стыда, то ли от смущения, сам не понимает. Гук подмигивает еле сдерживающему смех Чимину, без слов благодаря за помощь и удаляется. 

***

– С каких пор ты стираешь вещи в прачечной? – скрестив руки на груди интересуется Тэхен у Пака, вытаскивающего вещи из стиральной машинки. – Ради интереса решил попробовать, – хмыкает тот. – вроде очень даже ничего. Ким скептически смотрит на друга, пока из стиральных машин, словно по щелчку давших сбой, начала выливаться вода. Чимин как будто совершенно этого не замечает, продолжая аккуратно складывать постиранную одежду. – Что за херня, – шипит омега и интуитивно запрыгивает на стиралку позади себя. – тут же повсюду электричество! Чимин, оставь ты эти вещи, пошли отсюда!  Вокруг начали бегать люди, пытаясь как можно быстрее забрать свою одежду и уйти, пока их всех не долбануло током. – Детка, – слышит голос Тэхен позади себя, прекрасно зная его обладателя. – Иди ты нахер! – Ким спрыгивает, оказываясь по колено в воде, и толкает в грудь подошедшего Чонгука.  – Я и тебя на него посажу, если хочешь, – альфа хватает парня за запястье и притягивает к себе, утопая в глазах, которые метают молнии. В него. Вода настолько стремительно поднимается, что теперь они находятся в ней по пояс.  Чон, как будто действительно являясь героем омежьих романов, подхватывает Тэхена под коленями, другой крепко держа за талию и идет с ним на выход. – Эй! Там же Чимин! – барахтается в его руках омега, пытаясь вырваться. – Он уже давно вышел, можешь не переживать. Выйдя на улицу, Гук аккуратно ставит его на землю и победно улыбается, пока Ким еле сдерживается, чтобы не придушить Чона собственными руками.  – Принцесса спасена. – Хуесса, – шипит Тэхен и быстрыми шагами уходит от него в противоположную сторону. Чонгук, продолжая поддерживать статус героя-любовника, бежит за ним, попутно прихватив букет подсолнухов у старичка. Он не глядя дал ему сверток купюр, на которые можно было выкупить целое поле этих подсолнухов. Ким стоит на противоположном тротуаре в попытке поймать такси до дома, тихо ругаясь себе под нос из-за того, что одежда неприятно липнет к телу. Чонгук, совершенно не смотря по сторонам, перебегает дорогу и не замечает машину, которая успевает вовремя затормозить. Он поскальзывается от неожиданности, оказываясь прямо у ног Тэхена.  – Это тебе, – не растерялся альфа, пользуясь моментом. – В жопу себе их засунь, ненормальный! – вопит Тэ и наконец-то садится в такси.

***

Чимин заходит домой поникший со вселенской печалью на лице, что не ускользает от внимания Тэхена. – Что случилось? – спрашивает Ким, прислонившись к косяку у входа в комнату Пака. – с мафиозником своим поссорился? – Если бы, – бесцветным тоном отвечает омега. – сегодня вечером похороны. – Надеюсь Чонгука, хотя он меня и с того света достанет, – беззлобно ворчит Тэ, закатывая глаза. – Вообще-то да, – не поворачиваясь к нему отвечает Чимин, якобы что-то ища в шкафу. – он разбился вчера вечером.  – Если это очередной развод, то вообще не смешно, – хмурится Ким, настораживаясь. – С таким разве шутят?  Видимо это действительно была не шутка. Потому что вот он, Чонгук, лежит в гробу. Рядом слоняются люди, промакивая платочками несуществующие слезы, подходя "попрощаться". Тэхен до сих пор не верит, стоя в стороне. Не верит даже когда начинают читать завещание, уверенный, что это снова очередной план Чона. – Так же, погибший попросил зачитать послание, – ровным тоном говорит мужчина, читавший завещание. – адресата не указал, написав что тот сам поймет.  «  Прости, что я вел себя иногда неподобающим образом по отношению к тебе. Что взять с влюбленного дурака. Я не сводил тебя на обещанные семь свиданий — это единственное, о чем я жалею. Я бы показал тебе весь мир, отвез бы тебя в любое место, на которые ты бы показал пальцем на карте. Но, видимо, не судьба. Надеюсь, ты простишь меня, колючка » Тэхен не замечает, как из его глаз начинают идти слезы, кристаликами разбиваясь на одежде.  – Этого не может быть, – тихо шепчет омега, подойдя к уже закрытому гробу. – ну же, скажи что это все твоя очередная шутка, – говорит чуть громче. – я пойду, пойду на все свидания, только очнись, – он кладет руки сверху на деревянное покрытие и утыкается в них лбом, всхлипывая. Ким не слышит ничего и никого. Ни подошедшего сзади Чимина, который приобнимает его в попытке утешить, ни открывающуюся крышку гроба. Стоп. Что? – Правда пойдешь? – улыбаясь спрашивает Чонгук, глядя в полные слез глаза омеги. Он вылазит из гроба и встает перед абсолютно не вдупляющим Тэхеном. – Т-ты.. да ты.. ты вообще больной что-ли?! – кричит на него парень, ударяя кулаками по крепкой груди. – кто с таким шутит?! Я же.. я же ведь поверил! – продолжает бить альфу Ким, но его руки перехватывают и, притянув за них к себе, крепко обнимают.  – Прости меня, – тихо говорит куда-то ему в волосы Чон, поглаживая по спине. – так что насчет свиданий? – спрашивает он, немного отстранившись. – Если ты сейчас же не заткнешься, то снова окажешься в гробу, только в этот раз уже точно мертвым, – цедит сквозь зубы Тэхен.

***

I can't lose you – Isak Danielson Чонгук, как и обещал, ведет омегу на семь свиданий. Проходят они в совершенно разных уголках мира, куда показывал пальцем Ким.  Последнее, седьмое свидание, проходит в Париже. Они много гуляют, альфа откармливает Тэ вкуснейшими круассанами, пока тот жалуется, что скоро по ощущениям сам станет как круассан.  – Сфоткай меня на фоне Эйфелевой башни, – просит омега, пока они прогуливаются до ресторана. Он встает на ее фоне, отдав перед этим телефон Чону. А Чонгук замирает, пока Ким уже начал позировать. Не может оторвать взгляд, чтобы до единой детали запечатлеть это у себя в голове. Тэхен сияет ярче всех вместе взятых огоньков на башне, пока его шоколадные, слегка вьющиеся волосы треплет ветер. – Ты чего застыл? Я зря позиро.. – Блять, ты действительно произведение искусства, – перебивает его Чон, как загипнотизированный смотря на него. Омега вспыхивает щеками, отворачиваясь, но его за подбородок поворачивают обратно, тут же впиваясь в губы поцелуем. Чон целует нежно, как будто доказывая, что не врет. Мягко проводит руками по спине, словно Тэхен фарфоровая статуэтка, которую он боится сломать.  – Я влюблен в тебя, по уши.. – шепчет чуть отстранившись Чонгук. – если бы ты был океаном, я бы без раздумий привязал к себе что-нибудь тяжелое и пошел ко дну.  У омеги от этих слов весь воздух в легких заканчивается. Верит. Каждому слову. Потому что он тоже. По глазам видит, что не врет. Когда врут, в них не бушующий океан нежности, выливающийся за берега. В этом океане мириады звезд отражаются. – Я уже утонул, – прикрыв глаза тихо говорит Тэхен, утыкаясь лбом в чужой напротив. – Слушай, а может тебе ее подарить? – всерьез задумывается Чонгук. – Кого? – Ну, башню. – Ты ненормальный, – смеется омега, утягивая того в поцелуй.

***

– Мне что-то нехорошо, – Кима кидает то в жар, то в холод, пока они сидят в ресторане с видом на ночной Париж. – это же не.. – глаза округляются от осознания. Течка. Очень вовремя, спасибо.  – Похоже, что мы идем на второй заход свиданий, только теперь они будут проходить по-другому, – усмехается Чонгук и, быстро расплатившись за ужин, ведет омегу на выход. – сегодня мы будем делать очень интересные вещи, – шепчет ему на ухо альфа, любезно открывая дверь машины. – На ноль делить что-ли? – не упускает возможности съязвить Тэхен и садится на переднее сиденье авто.  – Если не успокоишься, я вытрахаю всю твою язвительность прямо на капоте, – от его властного тона, у Кима пальчики на ногах сжимаются.  Он ерзает, никак не найдя удобное положение. Внизу зудит, еще и Гук, гладя на которого уже кончить хочется, не проявляет никого внимания в его сторону. Тэхен замечает, что альфа дышит через раз, крепко сжимая руль, от чего у него на руках вены вздулись. Эта картина ситуацию только ухудшает. Омега льнет ближе, шумно вдыхая его природный запах, что аж голова кругом.  – Сделай хоть что-нибудь, я больше не могу, – хнычет он, тычась носом в шею Чона, совершенно бессовестно отвлекая от дороги, пока тот уже и так на грани. – Перелезай на заднее и растягивай себя, чтобы я видел, – хриплым от накатывающего возбуждения голосом указывает Чонгук. Тэхен делает как ему сказали. Стянув с себя брюки вместе с бельем, он расставляет ноги, ступнями упираясь в передние сиденья и вставляет в себя сразу два пальца. С губ срывается первый стон облегчения, пока вниз на сидение по ягодицами обильно стекает смазка. Чон смотрит в зеркало заднего вида и рычит, когда Ким разводит пальцы ножницами внутри себя. От осознания, что в этот момент за ним наблюдает Чонгук, шумно втягивающий носом усилившийся запаха шоколада, — смазка начинает выделяться обильнее, а пальчики на ногах поджимаются от нарастающего возбуждения. Альфа с трудом возвращает взгляд на дорогу, одной рукой немного сжимая возбужденный член, который неприятно сдавливает ткань брюк.  Припарковавшись у отеля, он вылетает из машины и, открыв заднюю дверь, кутает омегу в свой пиджак. Чонгук подхватывает того на руки, кивая тенью следующей за ним охране, быстро заходя внутрь. Не удержавшись, Чон уже в лифте начинает горячо целовать Тэхена, стоны которого заполняют все небольшое пространство.  – Еще немного, маленький, – хрипит Гук, двигаясь в направлении номера. Кое-как открыв дверь, он тут же прижимает к ней Кима, окольцевавшего его талию ногами. Тот трется всем телом, цепляется пальцами за плечи, сжимает, когда в него проникают два пальца. Тэхен до боли прикусывает губу, откидывая голову назад, пока его шею мокро целует Чонгук.  – Г-гук.. пожалуйста, – хнычет омега, полностью насаживаясь уже на три пальца. – Я еще не закончил, – горячо шепчет тот на ухо, вызывая табун мурашек по телу. Альфа ставит еле стоящего на ногах Тэхена на пол, разворачивая лицом к двери и, сняв ненужную блузку, спускается поцелуями по спине вниз. Он разводит ягодицы, звонко шлепнув перед этим и под громкий стон проводит языком на пробу, смакуя сладкую смазку во рту.  – Боже..т-ты..что делаешь! – пищит от неожиданности Ким, а у самого внутри пожар.  – Ни разу не ошибся, назвав тебя произведением искусства, – урчит Чонгук и продолжает вылизивать омегу.  Тэхен царапает ноготками дверь, закатывая глаза, перед которыми эти самые пресловутые звездочки от удовольствия.  Спустя пару минут, он кончает с громким стоном, так ни разу к себе не прикоснувшись.  – А вот теперь закончил, – хриплым голосом говорит Чон и, развернув еще не пришедшего в себя после первого оргазма Кима к себе лицом, целует. Он, не отрываясь от сладких губ, подхватывает омегу под ягодицами, двигаясь в направлении ванной. Чонгук встает под воду, которая приятно охлаждает разгоряченные тела, не удосужившись раздеться. Тэхен пальцами проводит по виднеющимся через мокрую рубашку кубикам пресса, пока Чон поднимается поцелуями с медовых плеч к шее. – Сними, – с хрипотцой говорит омега, желающий уже быть кожей к коже, чтобы ни одна капля воды между ними не просочилась. – или я ее порву. – Сил то хватит? – с усмешкой спрашивает альфа, специально подначивая и сильнее сжимает упругую задницу в своих ладонях. Тэхен кончиком языка облизывает мокрые от воды губы и одним рывком рвет рубашку. Пуговицы звонко разлетаются, ударяясь о кафельный пол. Он прижимается вплотную, покрываясь мурашками от контраста температур горячей кожи и прохладной воды. Ким извивается, трется сочащимся смазкой членом между двух животов, выдыхая стоны прямо на ухо Чону. Альфа удерживая одной рукой Тэхена, другой пытается быстро расправиться с молнией на брюках. И, наконец, освободив болезненно ноющий от возбуждения член, проводит головкой по истекающему смазкой входу. Он прижимает омегу лопатками к кафелю напротив и заполняет одним движением горячее нутро. По всей ванной комнате расходятся два стона облегчения. Не дав привыкнуть, Чон начинает двигаться. Размашисто, выходя почти до конца и снова входит на всю длинну. Выбивает весь воздух из легких Тэхена вместе с хриплыми стонами. Кусает шею, оставляя алые отметины на медовой коже.  Под хныканье омеги из-за пустоты внутри, ставит его на пол, снова заполняя до конца. Ким сам начинает бедрами в такт толчкам подмахивать и прижимается спиной к крепкой груди сзади. Альфа прижимая одной рукой поперек живота, пока ладонь другой размещает на шее.  – Ты мой, Ким Тэхен, – рычит Чон, сильнее вдавливая его в себя.  Омега громко стонет от прошибающего тело очередного оргазма, сжимая внутри себя член. Чонгук шипит от узости и сделав пару глубоких толчков выходит, кончая тому на спину.  – Еще раз, – хрипит Тэхен, обхватывая руками шею альфы. – скажи это еще раз. – Мой, – повторяет, всматриваясь в глаза. – только мой, Ким Тэхен. Чон повторяет это еще несколько раз, пока до утра раскладывает омегу на всех поверхностях номера.

***

Тэхен просыпается к обеду. Пару раз сонно моргая, поворачивается на другую сторону, чтобы никого там не обнаружить. Пусто. Тишину в номере разбавляет лишь шум уже проснувшегося города из открытого настежь окна.  Неприятные мысли тут же закрадываются в голову, не давая здраво оценить ситуацию. Расстроен ли Ким? Нет. Ну, слегка. Он встает, тихо шипя от боли небольшой боли в области поясницы и идет в душ. Может хоть так получится выкинуть дурацкие мысли из головы. Не мог же он просто трахнуть и уйти?  – Чертов Чон Чонгук, – усмехается омега, подставляя лицо под прохладные струи воды.  Тэхен обсушивает мокрые волосы полотенцем, как дверь номера открывается и в нее входит Чонгук с цветами. Снова. Розы. Красные. Его любимые.  – Ты уже проснулся? – удивлено смотрит на сидящего на кровати Кима. – я хотел сделать сюрприз.. – слегка виновато улыбается он и подходит к омеге. – надеюсь ты не подумал, что я переспал с тобой и решил свалить. – Вообще-то подумал, – хмыкает Тэхен, понимая как ошибся. – спасибо, – он прижимает к себе букет, утыкаясь в них носом. – Ты, наверное, голоден, – спохватываются альфа и идет к телефону, чтобы заказать в номер еды. – хочешь что-то конкретное? – Тебя, – омега, предварительно аккуратно положив цветы на пол, садится на кровать, разводя ноги. Он закусывает нижнюю губу и пальчиком манит к себе. Смотрит из под опущенных ресниц так, что отказать — самый страшный грех.  – Чертенок, – усмехается альфа и снова ныряет в этот омут с головой.  Если тонуть, то вместе.