По грибы

Кроны деревьев перешептывались колыхающейся на ветру листвой. Редкие птицы перелетали с ветки на ветку, перекидывались звонким щебетанием. В невысокой траве шуршала юркая ящерица. Роса смешалась с крупными каплями вчерашнего ливня, поэтому штанины внизу быстро промокли. - Сейчас выйдем на поляну, сразу за ней начнутся сосны. Там и походим. Хорошее место, мы с бабушкой там каждый год полные корзинки грибов собирали, - Андрей отвел в сторону низкую ветку ели и придержал ее, пропуская Мишу вперед. - Сыро, - Миша опустил глаза на блестящие от влаги ботинки. - А что ты хотел? Август, конечно, не такой, каким бы хотелось его видеть. - Ага, тоже мне лето. Ни разу на речку не выбрался за месяц. То дождь, то просто холодно. А через неделю в город возвращаться, на учебу… - Да ладно, может распогодится еще, - Андрей неловко улыбнулся. - Я по твоей роже вижу, что ты сам в это не веришь, - отмахнулся Горшок. Мокрая трава под ногами сменилась плотным слоем рыжих иголок. Кривые стволы сосенок рябили перед глазами, сплетаясь в ржавую паутину с проседью сухих веток и россыпью мелких бликов виднеющегося сквозь кроны пасмурного неба. - О, смотри! – Андрей указал пальцем под молодую сосенку. Из-под жухлой листвы выглядывала круглая шляпка молодого боровика. Князь присел на корточки, срезал гриб и закинул его в корзинку. Не успел он встать, как заметил неподалеку еще несколько маслят. Подполз к ним, собрал и закинул к боровику. Место хорошее, новые грибы привлекали внимание вошедшего в азарт Андрея, и тот, идя по дорожке будущих ингредиентов для жаренки, удалялся все дальше в лес. Вскоре светлая макушка скрылась за сосновыми ветвями. Миша растерянно огляделся. Новых грибов вокруг не наблюдалось. Идти за Андреем смысла не было, тот косил все, что видел, а стоять на месте с пустой корзинкой тоже глупо. Внимание Горшенева привлек небольшой овражек впереди. На другой стороне возвышался высокий дуб, окруженный ковром низких кустиков костяники. - Пойду туда… Овраг порос зеленой осокой, тонкие травинки которой были покрыты каплями не успевшей высохнуть утренней росы. Подошва ботинок заскользила по влажной траве, и Миша, не удержав равновесия, навернулся. От неожиданности он не успел ни за что ухватиться и кубарем скатился в низину. - Да что ж это такое! – зло прошипел Миша себе под нос, стряхивая с головы длинные иголки. Земля на дне оврага была сырая, холодная, словно бы заболоченная. По изумрудной блеклой траве стелился серый туман. Надо же, почему он здесь? Миша поднялся с земли, отряхнул штаны и оглядел корзинку. Целая. Это хорошо. Сырой воздух холодил руки, туман окутывал ботинки. Надо выбираться быстрее. Подняться на другую сторону получилось без приключений. Вот и дуб, и костяника. Ягод не было. Пора идти дальше. Сосенник продолжался. Пробираясь через густо растущие деревья, Миша лицом собрал всю паутину с сухих веток. Он плевался, протирал нос рукой, скидывал с волос мелких паучков. Через некоторое время выставил перед собой руку. Все лучше марать паутиной рукав, нежели лицо. Лес с каждым шагом казался все более сухим, ни единого гриба по дороге Миша не встретил. Да и желание отведать жареной картошки с грибами постепенно пропадало. Сейчас хотелось просто выйти отсюда. - Да неужели! В просвете между соснами показалась поляна. Миша ускорил шаг, резко раздвигая руками увешанные паутиной колючие ветки. Охристый ковер из иголок под ногами сменила низкая трава. Над головой показалось пасмурное небо. Миша вышел на поляну и уселся прямо на землю – штаны уже грязные, что их жалеть. Надо бы Андрея позвать. - Андрюх! Тишина. - Андре-е-ей! Ответа нет. Миша вслушивался в надежде услышать возглас друга вдали. Но его не было. Как и других звуков. Лес молчал. Только сейчас Горшенев заметил, что не слышит ничего. Ни пения птиц, ни шелеста травы, ни игривого ветра. Даже ветра, черт возьми, не было! Вот, совсем недавно, он раскачивал кроны деревьев, баловался с березовыми листочками, а сейчас молчит. Тогда почему так холодно? Внезапно далекий крик разрезал тишину. - Миха! Ау! Миша встрепенулся. Вскочил на ноги и замотал головой, пытаясь определить, с какой стороны его зовут. - Миш! Парень развернулся. Андрей кричал с противоположной стороны от той, откуда Миша только что пришел. Вот так грибник! Как только он успел так далеко забраться? - Миха, иди сюда! Впереди продолжался противный сосенник. - Нет уж, сам ко мне иди! Снова пробираться через паутину желания не было. Да и уходить далеко от опушки не хотелось. Тревога вязкой жижей наполнила тело Миши, заставив под своей тяжестью опуститься на землю, подступила к горлу, не давая дышать. Никуда он не пойдет! До последнего будет тут сидеть и ждать Андрея. А потом они вместе вернутся домой. - Иди сюда! Тут столько грибов! – Андрей настаивал на своем. - Вот сам их собери и дуй сюда! - Иди ко мне! Миша закипал от злости. И злость эта смешивалась со сковывающим тело страхом, создавая гремучий коктейль из сильнейших чувств. - Быстро пришел сюда и мы валим из этого чертового леса!!! - Иди ко мне! - Нет! - Иди ко мне! Не желая больше слышать зов Андрея, парень закрыл уши. Опустил голову к коленям, зажмурил глаза, сжался весь. - Миша! Горшенев поднял голову. Опять он услышал голос Андрея. Но… с другой стороны. Это «Миша» прозвучало обеспокоенно, не так настойчиво. И главное – с другой стороны. - Я здесь! - Слышу, иду! Миша с надеждой всматривался в деревья, ожидая, когда наконец заметит в просвете между соснами движение. Вот треск ломающихся веток, вот и хруст иголок под ногами. Вот и Андрей! Выбежал из чащи, упал на колени рядом с Мишей, бросив полупустую корзинку с грибами. - Вот ты где! Я тебя обыскался! Зову-зову, не отвечаешь. Я уж было подумал, случилось чего, или заблудился, - Князев круглыми глазами начал осматривать находящегося в ступоре друга, - ты упал что ли? Вон, грязный какой, дай отряхну. Миша резко оттолкнул руку парня. - Это что за чертовщина такая? Ты издеваешься надо мной, или что?! Андрей непонимающе уставился на него. - Ты, сволочь, пять минут назад меня с другой стороны звал! Иди сюда, мол. Я тебе говорю, не пойду, а у тебя пластинку заело! Иди ко мне, иди ко мне… - Миш, ты что такое несешь? Я к себе тебя не звал, - голос Андрея затих, дрожащей рукой он потянулся к волосам Горшенева, чтобы вытащить оттуда застрявший листочек, аккуратно коснулся пальцами его скулы и так и замер. - Да вон там горлопанил! – Горшок указал себе за спину, - иди ко мне, иди ко мне, иди ко мне… - Миш, я не мог в той стороне быть. Там ж болото… Брови Андрея медленно ползли вверх, а нижняя губа мелко задрожала. Но Горшенев, словно в бреду, выпучил глаза, и, раскачиваясь взад-вперед, повторял: - Иди ко мне, иди ко мне, иди ко мне… Князев схватил друга за плечи, пытаясь привести того в чувства. - Успокойся, Миш! Миша! Миша… стоп. Кто такой Миша? Кроны деревьев раскачивались над головой. Холодный ветер шелестел в листве. Андрей сидел на поляне один.

***

- Познакомились мы с тобой только через неделю, в училище. Я до сих пор не знаю, что это такое было. В тот лес я больше не ходил. Рассказать тебе эту историю так и не смог… Побоялся. Вдруг подумаешь, что я с ума сошел, не поверишь. Да я и сам до конца не верю. Если бы мне кто сказал, что я ему в лесу почудился еще до знакомства, у виска бы лишь покрутил. Андрей опустил на могилу скромный букет живых цветов и встал со скамейки. - Тот лес и по сей день мне снится.