А даже еслиб помнил, ни за что не хотел бы вспоминать.

—Замолчи! Заткнись! Хоть когда-нибудь ты можешь просто замолчать, не перечить и выслушать меня?!—срывая голос, кричал, хотя, нет, даже истерил Саша, стоя на кухне перед Олегом, который застыл на месте после услышанного крика. Он не помнил, когда последний раз Саша так кричал на кого-то, а даже еслиб помнил, ни за что не хотел бы вспоминать,—заткнись..заткнись, бога ради!—снова кричит старший Шепс и замолкает, одной рукой придерживаясь за столешницу, чтобы не упасть на колени с дрожащих, тонких ног. Олег молчит. Молчит и смотрит на брата. Хочет обнять его, успокоить, поцеловать в щеку и извиниться, прижать к себе. Что угодно, лишь бы сейчас он не истерил и не ронял слезы, на которые так больно смотреть младшему. Продолжая молчать и боясь обронить хоть звук, ибо вдруг Саша опять начнёт срывать свой бедный голосок, Олег сделал шаг вперед к брату, а тот назад пятится, да только не долго. Сзади стена, удар об которую предотвращает Олег, успев дернуть на себя и крепко обнять, поглаживая по волосам и начиная успокаивать, на что старший противиться. Он обижен и зол, хочет уйти в их с Олегом комнату, выгнав того на диван, и закрыться там, сидеть пока не успокоится, а если он будет делать это сам, то случится это не скоро. —Отпусти меня. Сам разберусь, не нужна мне твоя поддержка,—начинает недовольно бормотать Александр, упираясь руками в грудь брата, пытаясь оттолкнуться, но безуспешно. Всем известен факт того, что Олег сильнее брата. И физически, и эмоционально. —Саш..—на выдохе произносит младший, сделав шаг назад, но держа за плечи старшего,—тише. Прости меня. Не кричи, горло же болеть будет. Прости, Саш. Клянусь тебе, я всё что хочешь сделаю, только прости. Хочешь, вообще говорить ничего не буду месяц, а то и больше. Все что хочешь сделаю, только прости меня, Сашенька, родной.. —Нет, не хочу..ничего из этого не хочу, хочу чтоб ты оставил меня в покое, ты всегда начинаешь говорить об этом и всегда доводишь меня. Зачем ты это делаешь?—перестав сопротивляться, Саша уткнулся носом в чужое плечо и сделал глубокий вдох, приобняв брата. Ладно, всё-таки он не мог без этого. Не мог без теплых рук Олега, без его успокаивающих слов, без поцелуев, он не мог без Олега. А Олег, видимо, не мог без скандалов на тему, которую Саша просто не переносит. Это касалось их личной жизни и его самого. Олегу самому эта тема не нравилась, но он продолжал говорить об этом. «Наши отношения могут быть не на всегда и скорее всего так и будет». «Если ты меня бросишь, пообещай, что найдешь кого-нибудь получше». А Саша не хотел бросать Олега. Никогда не хотел, он его любит больше жизни, о каком «бросать» может вообще идти речь. —Саш..Сашенька, дорогой. Ну успокойся, прошу тебя,—вздыхает Олег, прижимая к себе брата и успокаивающе поглаживая по спине, параллельно с этим целуя в мочку уха,—обещаю, клянусь, что больше не буду говорить об этом. Клянусь тебе. Прости меня,—после этих слов Олег замолк, слушая, как любимый брат лишь громче начинает всхлипывать и чаще роняет собственные слезы на уже и без того промокшую от них футболку. Саша тоже молчит. Молча плачет в плечо младшего братика и как может сдерживает истерику, которая уже была готова вырваться наружу и заставить Сашу творить то, о чем он потом будет жалеть и никакой Олег его не успокоит. Они просто стояли так минут пять, десять, пятнадцать. А когда ноги начали знатно уставать, Олег не долго думая просто подхватил на руки брата, который сильно удивился чужим действиям, но противиться не стал. Так Александра донесли до зала, где посадили на диван. Олег сел рядом, взял пульт и включил телевизор, одной рукой приобняв старшего и прижав к себе. —Зачем ты меня на руках носишь?..тяжело же,—тихо бормочет Александр, головой ложась на плечо к Олегу и шмыгая носом, начиная тереть глаза. —Не тяжело. Ты лёгкий. Даже слишком,—вздыхает в ответ младший, перехватывая руку брата, которой он тер глаза,—не три. Болеть будет,—поцеловав темную макушку, младший чуть улыбнулся, а Саша в ответ недовольно что-то бормотал, освободив руку и обняв Олега, сев полубоком к нему и закинув на того ногу. Ему было удобно, да и Олеже, видимо, не сильно дискомфортно, потому что он не возражал, молча включая найденный и ещё не просмотренный Шепсами ужастик. Удивительно, что такие ещё существуют. —Олеж,—тихо, почти шёпотом позвал брата Александр, сделав глубокий вдох и приподняв голову, чтоб посмотреть на него. —Что такое?—сразу же отозвался тот, так же повернув голову и посмотрев в серо-голубые глаза, которые, слава богу, не были перекрыты лазурными линзами, которые Саша постоянно и везде носил. Как хорошо, что везде кроме дома,—всё мечтаю о том, чтобы ты вышел на улицу без линз. И снимался тоже без них. У тебя такие красивые глаза..люблю тебя,—улыбнувшись, Олег поцеловал в лоб брата, на что тот вытер все ещё мокрые глаза и чуть улыбнулся,—мгм. Так лучше. Улыбка тебе идет куда больше, чем слезы. —Ты-самое лучшее и дорогое, что есть у меня,—на вздохе, быстро произносит старший Шепс, прижимаясь к брату и лишь крепче обнимая его,—я тоже тебя люблю. Больше всего на свете. —Ты такой ручной,—смеётся Олег, быстро чмокая в губы и отворачивая голову, уже готовясь к тому, что за высказанное ему пропишут подзатыльник. В целом, так и получилось. Почти сразу же, Саша хоть и не сильно, почти невесомо, но ударил Олега по головке, снова кладя голову на его плечо,—не злись, не буду больше так говорить. —Да-да, знаю я твоё «не буду больше». С тебя договоры кровавые брать нужно, да и то не факт, что ты их не нарушишь,—недовольно бурчит себе под нос Саша, смотря в экран телевизора. —Ой да ладно тебе! Не делай из меня настолько нечестного и плохого человека!—после этих слов Олег повалил на диван брата, нависая над ним и довольно улыбаясь в ответ на его удивление,—я же не плохой вовсе. —А какой? Хороший, но чутка с изъяном? —Ага, именно,—в очередной раз улыбается Олежа, смотря на Сашу и через пару секунд затягивая того в поцелуй, на который сначала не хотели отвечать, но после сдались, покорно потакая чужим действиям и отвечая на поцелуй, уперевшись руками в грудную клетку брата. Как только поцелуй был разорван, Олег скользнул рукой под ткань легкой, домашней футболки Александра, заставляя того вздрогнуть и слегка прогнуться в спине из-за неожиданного соприкосновения теплых рук Олежи с его всегда прохладной кожей. —Саш..обещаю, я буду изо всех сил стараться не доводить тебя до слез..буду защищать тебя всегда, ото всех. Никто не посмеет сделать тебе больно, обидеть, оскорбить. Никто, обещаю. И я в том числе,—уткнувшись носом в шею слегка удивившегося подобным разворотом событий брата, Олег оставил на его шее лёгкий поцелуй,—только скажи и я перестану, хорошо?—конечно, сейчас младшего волновало не только собственное удовольствие. Ему были ровно так же важны чувства и эмоции Александра. —Аа..хорошо?—с какой-то непонятной неуверенностью выдал Саша и сразу же после его согласия Олег перешел к действиям, оставляя на шее старшего медиума багровые метки и заставляя его этим прогибаться в спине под собой, издавая тихие стоны, что лишь больше заводили младшего. Через несколько минут с Саши уже начали снимать присутствующую на нем одежду и когда той не осталось, сначала просто любовались, рассматривая и иногда роняя какие-то совращающие или намеренно смущающие словечки, а после, аккуратно и максимально нежно входили сначала пальцами, потом уже и чем побольше и приятнее, с каждым толчком вызывая лишь более громкий и бархатный стон. Вечер и ночь прошли незаметно, а на утро вставать каждому не хотелось по своей причине. Один наслаждался присутствием брата, второй встать не мог из-за боли в пояснице, мысленно проклиная второго.