Два признания в убийстве и одно - в любви

04:13. Полицейский участок.        Чëрные, блестящие в лучах утреннего солнца кудри обрамляли тонкую шею, кожа соблазнительно поблëскивала росинками пота, маленькая капелька сорвалась и покатилась вниз, оставляя влажную дорожку. Ворот белой, полупрозрачной рубашки обнажал аккуратные ключицы, ткань, будто покрывая утончëнное тело дымкой, туманом, сквозь который можно было уловить очертания, но разглядеть детали лишь в своëм воображении, будоражила нервы и прятала изящное тело. Розовые, поблëскивающие от слюны губы чуть приоткрылись, выпуская мягкий, слегка раздражённый вздох, яркие голубые глаза, подобные утреннему небу за окном, быстро бегали про строчкам «дела». Чëрные брюки облегали тонкие ноги, притягивая к себе взгляд. Ах, если бы эта одежда была на размер поменьше… Ничего бы не могло помешать безудержной фантазии, лишь подчëркивая прекрасные изгибы и рельеф тела. Эти тонкие пальцы в чёрных перчатках могли бы…        Фантазия лопнула со звуком хлопнувшей двери. В кабинет вошла крупного телосложения женщина средних лет. Подтеки размазанной туши придавали ей вид панды, лицо покрылось красными пятнами, а руки дрожали мелкой дрожью. Еë усадили на единственный свободный стул посередине комнаты напротив окна. Джон встряхнул головой, прогоняя остатки иллюзии, и с интересом посмотрел на вошедшую.        Минут десять назад они с Шерлоком наведались в полицейский участок для окончательного решения некоторых вопросов по последнему делу и застали интересную сцену: эта самая женщина в неряшливой одежде стояла на коленях перед одним из ничего не понимающих полицейских и то и дело цеплялась дрожащими руками за его ноги и форму, постоянно повторяя срывающимся голосом признание в убийстве. И вот, спустя каких то пару минут они сидят здесь по воле детектива, и ждут очередную историю. — Ваше имя и возраст? — с ходу начал Шерлок, проигнорировав любую вежливость. Шëлкнул диктофон, записывая слова женщины. —Фрейя Браун, 47 лет. — тихо ответила женщина. — Миссис Браун, вы… — Мисс… — будто на автомате поправила она слабым голосом. — Хорошо. Мисс Браун, вы утверждаете, что вы убили Эйрона Хьюза?        Мисс Браун затрясло мелкой дрожью, слëзы вновь потекли по еë красным щекам. Она закрыла лицо руками и, всхлипывая, залепетала, покачиваясь взад и вперëд: — Да… Да, это была я… Он- Я… Я не знаю, что на меня нашло… Боже мой… Как я могла… Я лишила его жизни… Убила это дитя… — однообразные слова беспорядочно лились, смешиваясь в кашу и обрываясь. Джон краем глаза покосился на папку в руках детектива с полной информацией об убийстве, но ничего конкретного не уловил. — Почему вы пришли сюда сами? Вы могли остаться безнаказанной. — Нет! — воскликнула она, отнимая руки от лица и впиваясь пальцами в полные колени. Короткие крашеные в блонд жëсткие волосы торчали в разные стороны, а широко открытые глаза придавали ей вид умолишëнной. — Нет, не могла! Я убила его! Он имел блестящее будущее, но из-за меня его не стало… Бог покарает за это! Я виновата, я должна понести наказание… На моих глазах из него ушла жизнь… Он- Он не простит меня! Я должна… — в истерике начала бормотать женщина, сильнее качаясь туда-сюда. Чëрные глаза впились в пол у еë ног. Пальцы вцепились в стул. Безумный лепет становился тише и быстрее, она Всë больше уходила в себя. — Что там произошло? — …Произошло? — заторможено подняла голову женщина и вперила пустой взгляд куда-то в окно, резко остановившись. Джон повëл плечами — становилось немного не по себе. — Мы… повздорили. Это всë наркотики… Это они, уверяю вас… — вновь затараторила Фрейя. — Господи, ведь я завязала с этим давным-давно… Богом клянусь, завязала! Я бросилась на него. Он хороший мальчик, ни за что бы не ударил женщину… Он оттолкнул меня и стекло… Этот проклятый осколок попался под руку… Кровь из его шеи брызнула фонтаном. Она не останавливалась… Всë лилась и лилась, лилась и лилась… А я била его, била головой о бетонный пол… Я слышала хруст черепа… Моя одежда… Она была вся в крови— мисс Браун раскачивалась взад и вперëд, запуская пальцы в короткие волосы. — Подробнее? С самого начала. — хладнокровно произнëс Шерлок, чиркнув что-то на бумаге. Женщина, однако, полностью ушла в себя, не реагируя на происходящее. Гримаса ужаса исказила красное от слëз лицо. Детектив вскинул голову. — Мисс Браун? Очнитесь и дайте показания. — реакции ноль. Один из офицеров принялся еë тормошить, другой подал стакан воды. Некотрое время спустя женщина судорожно вдохнула, и произнесла. — Мы… Мы трое задержались. Я-я уже намеревалась уйти после окончания рабочего дня, переоделась, но осталась помочь Эйрону в уборке… — Третий — Сэтт Милс? — Да, спустя минут десять он ушëл, а между… Между нами завязался разговор. Я- Я не знаю, что на меня нашло! Я просила у него деньги на… на НИХ. Его отец — влиятельный человек, я просила, чтобы тот прикрыл м-меня… Этот юноша — самый славный из тех, что я встречала. Он относился ко мне как к нормальному человеку, был добр и учтив… Он стал отговаривать… Говорил… — Фрейя всхлипнула. — Говорил беречь своё здоровье, не ступать снова на скользкий путь, а я… — крупные слезы покатились из глаз. Голос сорвался до шёпота. — Я убила его… Убила… — о том, что произошло позже можно было без труда догадаться по еë предыдущим словам.        Шерлок немного помолчал, давая женщине немного прийти в себя, а после продолжил. — Что случилось после того, как вы сделали это? — Я… Я плохо помню, всë словно в тумане… Я ушла со стройки и вернулась домой какими-то закоулкам. Там, уже в квартире я посмотрела в зеркало и боже мой… Моя одежда была пропитана кровью, и на лице, и на руках… Везде была кровь. Я испугалась, бросила всë в мусорный пакет и выбросила, а сама ещë долго сидела в ванной и пыталась смыть с себя этот грех… — женщина опустила глаза на свои руки, словно проверяя, не грязные ли они. — Тот момент… Он крутился и крутился перед глазами, поэтому… Поэтому… — она крупно задрожала и уткнулась в ладони, ничего больше не произнося. — Благодарю, мисс Браун. — Холмс встал и направился к двери. Ватсон последовал за ним. В коридоре уже виднелась фигура инспектора Лестрейда и вездесущего Андерсона за ним. Раздражëнно цыкнул языком и проигнорировав последнего, детектив обратился к инспектору. — Лестрейда, женщина в вашем распоряжении, но до моего последнего слова еë не сажать. — Но как мне сказали, она созналась в… — начал было инспектор, но взглянув на уже удаляющуюся спину детектива умолк, с досадой махнув рукой. На выходе из участка Шерлок без труда поймал такси и уселся на заднее сиденье, всучив Джону папку с делом. — Читай. Мы едем к ней в гости. — Зачем? — врач удивлённо вскинул брови, но всё же взял папку. — На мой взгляд, на момент совершения убийства она была не в себе, а после, замученная совестью и тяжестью вины, пришла с признанием. Какое значение сейчас имеет её дом? — Милый мой Ватсон. — Шерлок повернулся, умудрившись закинуть ногу на ногу в небольшом салоне. — Если бы ты был внимателен, то заметил бы, что на правой руке, под ногтями большого и указательного пальцев можно разглядеть грязь. Она правша, о чëм говорит чуть более натренированное запястье, а значит и предположительные удары наносила правой рукой. В деле сказано, что отпечатков на стекле не обнаружено, значит скорее всего использовались рабочие перчатки, сквозь которые вполне может проникнуть кровь. По еë словам вся одежда была в крови, в том числе и руки. Если допустить, что она тщательно смывала все следы крови с тела, то кажется странными: как же она не позаботилась о ногтях? Сложно не заметить запëкшуюся кровь под ногтями, и при очистке грязь бы так же пропала. И это если не говорить об элементарном отсутствии малейших повреждений правой ладони…— наткнувшись на непонимающее лицо друга, детектив вздохнул. — Под ногтями ведущей руки сохранилась грязь, но не кровь, что может поставить под сомнение сказанное, к тому же сложно не порезаться, орудуя стеклом. Удивительно, как никто и не заметил окровавленного человека на улице, но, если учесть отвратительные наблюдательные способности большинства, то это вполне ожидаемо. — он откинулся на спинку сидения и расстегнул первые две пуговицы рубашки, позваляя прохладному ветерку от окна охладить тело. — Фу, ну и духота.        Джон между тем поспешно отвëл глаза, уткнувшись в подробности описания места преступления, пытаясь успокоить сердце, ускорившее бег от столь соблазнительного зрелища.        С первой страницы смотрело молодое лицо довольно привлекательного юноши. Тëмные прямые волосы со лба и висков собраны на затылке в небольшой хвостик, а оставшиеся мягко обрамляли светлую шею. Ярко-зелёные глаза смотрели на фотографа, а милая улыбка располагала к себе. Рядом значилась информация: «Имя: Эйрон Хьюз Рост: 182 см Вес: 73 кг Возраст: 28 лет Причина смерти: потеря крови. Описание: повреждение сонной артерии острым предметом, предположительно осколком стекла (найден рядом); черепно-мозговая травма, нанесëнная тупым предметом; присутствуют следы борьбы, многочисленные ссадины и гематомы.»        Далее шли прикреплённые фотографии места преступления с разных ракурсов, информация об уликах и их описание, а так же данные подозреваемых и т.д.        Фамилия «Хьюз» казалась смутно знакомой. Джон нахмурился, пытаясь вспомнить, где же еë слышал. Вскоре на ум пришла нашумевшая в последнее время компания во главе с Дэвилом Хьюзом: дизайны от их сотрудников прогремели на всю Европу, реклама новой планировки квартир и домов встречалась везде — от бумажных листовок до огромных баннеров на торцах многоэтажек.        Более подробная информация сразу вышла по запросу «Эйрон Хьюз». Новости гласили:       [Сегодня, 13.06.20** года, в 12 ночи был обнаружен труп в заброшенном до недавнего времени доме по XX-стрит (см. подробнее). Эйрон Хьюз — старший сын директора компании «Interior+» и еë будущий наследник — найден охранником территории убитым. Как известно, он работал в команде, по восстановлению недостроенного знания. Со слов того же охранника, молодой человек остался убрать крупный мусор после окончания рабочего дня с двумя коллегами. Полиция утверждает, что имеет всю необходимую информацию для поимки преступника и вскоре убийца будет найден. Следите за новостями.] — Он — наследник компании? Думаешь, убийство совершено конкурентами? — Джон оторвался от экрана, стараясь смотреть детективу в лицо и не опускать взгляд. — Скорее личная неприязнь. Поройся в интернете и найдëшь интервью с ним, где он говорил о том, что не планирует занимать должность отца. — подперев голову рукой Шерлок расслаблено глядел в окно, наслаждаясь прохладным ветром, трепавшим чёрные кудри. У Джона, против его воли, перехватило дыхание. — И кто подозреваемый? — Пока нельзя упускать из вида Фрэйю Браун и Сэтта Милса — последних, кто видел его живым. Так же проверим охранника и его семью. — Семью? — Ходят слухи, что между жертвой и его мачехой весьма напряжëнные отношения, однако мне нужно увидеть всë своими глазами. — сказав это, Холмс прикрыл глаза, то ли задремав, то ли погрузившись в раздумья. Скользнув взглядом по утончëнной фигуре, Джон уставился в окно, приводя сбитые мысли в порядок.        Тонкие пальцы в кожаных перчатках ловко вскрыли замок, и обшарпанная дверь с тихим скрипом отворилась, впуская мужчин внутрь. Квартира представляла из себя небольшое помещение с тесным коридорчиком, комнатой-кухней и маленькой ванной в противоположном углу от входной двери. В раковине стояла замоченная чашка, покрывало чуть съехало на пол, но в остальном царил порядок. Сквозь подрагивающую на ветре тонкую занавеску струился мягкий солнечный свет. — На тебе улики, Джон. Скоро приду. — хлопнув напарника по плечу, Шерлок быстрым шагом вылетел из помещения.        Отодвигая ловкие руки в соблазнительных перчатках на задворки сознания, Ватсон шагнул внутрь. Дверь ванной слегка приоткрыта, тусклый и почти незаметный в лучах солнца свет лампы пробирался по полу. Внутри единственное, ещë влажное, полотенце комочком лежало на стиральной машинке старой модели. Баночки различных гелей и шампуней громоздились на бортике ванной: какие-то уже подходили к концу, какие-то казались совсем новыми, словно их только-только взяли с полки магазина. Шторка оказалась наполовину задëрнута, а поверхность ванны поблескивала при тусклом освещении. Это могло подтвердить слова о водных процедурах, но ни одной капли крови или кровавого развода не намечалось: пол, коврик перед ванной, полотенце, сама ванна и раковина абсолютно чисты. Осмотрев квартиру на наличие кровавых подтëков, запрещённых веществ или ещë чего-то в таком роде, Джон остался в недоумении: абсолютно ничего подобного не оказалось. Квартира смахивала на совершенно нормальную, не сохраняя ничего, что могло играть против еë хозяйки. Множество «талантливых» убийц попадались на мелочи: волосе, капле, небольшом пятнышке, поэтому теперь, видя безумное состояние женщины и истерику, которая вполне могла бы быть сразу после преступления, не укладывается в голове, как же ей удалось не оставить абсолютно никаких следов. Ведь невозможно убрать абсолютно всë: всегда останется маленькая капелька, от неосторожного взмаха рукой или линия, если случайно задеть что-то. Крупному человеку в таком узком пространстве ничего не стоит совершить эту неосторожность. Однако повторный осмотр также ничего не дал.        Вскоре в дверном проходе замаячила высокая фигура Шерлока. — Нашëл? — сходу спросил он. — Абсолютно ничего. — мотнул головой доктор. Словно ожидая такой ответ, Холмс хмыкнул, и взялся за дверную ручку. — Я, можно сказать, тоже. Теперь мы навестим ещë кое-кого. — дверь так же ловко закрылась. Тонкая занавеска дрогнула от порыва ветра. — Что ты искал? Одежду? — зевая, Джон поудобнее устроился в такси. — Да. — И нашëл? — Нашëл, только вот она абсолютно чиста в плане крови. Как и квартира, полагаю. — Получается, она не виновна? Но почему утверждает обратное? — Джон нахмурился и бросил взгляд в окно. Детектив не ответил. — Ну хорошо, а едем мы к кому? — Сэтт Милс. Коллега жертвы. — Разве Браун не сказала, что он ушëл раньше? Думаю, его уже успели допросить. — В какой момент ты стал доверять Скотланд-Ярду? — в ответ Джон пожал плечами, прислоняясь головой к окну. — Долго ехать? — У тебя 30 минут.        Нарастающий шум города становился невзрачнее. Сонно подивившись способности друга не спать, после долгой погони, да ещё и браться за новое дело, Ватсон погрузился в глубокий сон, измотанный бессонной ночью и физической нагрузкой.        Однако пробуждение получилось не таким нежным, как хотелось бы. Пассажиров дëрнуло вперëд, так, что спящий Джон врезался в водительское кресло. Машина резко затормозила, скрипя шинами, и остановилась на тихой улице одного из окраинных районов, расположенных рядом с лесом. Водитель громко выругался и высунулся в окно: — Эй, мелкая! Родители не учили по дорогам не бегать?! Понарожали тут всяких, тьфу! — уже тише добавил он.        Перед машиной стояла маленькая девочка с каштановыми косичками, на вид лет 8-9. В круглых тëмных глазках стояли слëзы. Шерлок сунул водителю деньги и, слегка дëрнув Ватсона за рукав, вышел из машины. Девочка сразу подбежала к нему, цепляясь за края рубашки маленькими ручонками. — Дяденька! Дяденька, помогите, пожалуйста! Мой папа заболел, пожалуйста, позвоните доктору! — чуть не плача лепетала она. Крупные капли катились по розовым щëчкам. Джон глянул на детектива, как бы говоря: «иди вперëд» и присел на корточки перед девочкой. Мягкое сердце пало перед детскими слезами. — Что с ним случилось? Я смогу оказать первую помощь, и, если всë совсем плохо, мы вызовем скорую, хорошо? — он бережно стëр слëзки-бусинки с круглого личика. Девочка кивнула и быстро развернулась в сторону небольшого домика. — Ночью пришли полицейские и о чëм-то разговаривали с папой. После их ухода он сказал, что ему плохо, и он не пойдëт на работу. Он постоянно дрожал, что-то непонятно говоря, я очень испугалась, пожалуйста, помогите ему. — Шерлок тотчас вклинился. — Как его зовут? — Папу? Его зовут Сэтт. — тут девочка остановилась. — Ой, это было очень невежливо… — пробормотала она и развернулась лицом к мужчинам. — Прошу прощения за мою грубость. Меня зовут Айви Милс, приятно познакомиться. — Айви немного неловко поклонилась. — Пойдëмте быстрее.        Пройдя через небольшой заросший сад перед домом, двое взрослых и один ребëнок переступили через порог: на вешалке висела детская весенняя куртка и мужская рубашка, на стойке стояли туфельки и зимние сапожки. В гостиной-кухне на столе стояли тарелки с какой-то едой. С другой стороны от входа по середине стоял диван, вокруг которого кое-где валялись пустые бутылки пива, на небольшом столике покоилась открытая пачка чипсов. На самом диване ногами к вошедшим лежал лысый мужчина лет 40, накрытый лëгким одеялом. Телевизор напротив тихо бормотал о новостях спорта.        Девочка подбежала к отцу и прижала ладошку к его лбу. — У него жар? Сегодня утром он был очень горячий, но дрожал, как будто ему холодно… Вы можете помочь, пожалуйста? — чëрные глазëнки вновь наполнились беспокойством. — Джон сделает всë, что в его силах. Можешь… Ээ… Ответить на пару вопросов? — детектив попытался казаться милым, дабы не испугать ребëнка, но та с настороженностью и недоверием поглядела на высокого мужчину. — Я хочу побыть с папой, простите. — с этими словами она спряталась за подошедшего Джона. Последовала неловкая пауза. Доктор с профессиональной быстротой осмотрел Сэтта и произнëс: — Он находится в лёгком бессознательном состоянии, возможно, вызвано нервным перенапряжением. С ним всë будет в порядке, не волнуйся. — дружелюбная и обнадëживающая улыбка осветила его лицо. — Мой друг… Он приведëт его в порядок, а мы пока прогуляемся, идëт? — уловив потуги Шерлока, Ватсон взял роль няньки на себя. — Он надëжный человек, ему можно доверять, будь уверена. — Айви неуверенно кивнула, сжав край своего платьица. — Пойдëм на улицу? В доме очень душно, Шерлок, не забудь открыть окна перед уходом.        Две фигурки исчезли за входной дверью. Теперь они вновь шли по узенькой, заросшей травой тропинке к покосившейся калитке. — Можешь повторить, что было до того, как твой папа заболел? Мне, как доктору, это поможет лучше понять, что с ним. — мягко начал Джон, вспоминая слова девочки. — Приходили дяди из полиции и о чëм-то его спрашивали. Я не слышала, потому что была в комнате наверху и подслушивать не хорошо. — девочка пнула маленький камешек носком туфельки. — Вот как… Что ж, это и правда не хорошо. Не помнишь, во сколько он вернулся домой после работы? — Вернулся…? — Айви прижала пальчик к губам, подняла глаза к небу и задумалась. — Я не знаю, я легла спать в 10 часов вечера. Папа часто после работы остаëтся выпить с друзьями, поэтому я ложусь спать одна, а приходит он под утро. В этот раз, когда пришла полиция, было 3 часа и 20 минут. Я не знаю, во сколько пришëл папа. — подытожила девочка. — Неужели ты весь день одна? — мысль о том, что Сэтт не очень хорошо справляется с обязанностями родителя невольно закралась Джону в голову. — А как же мама? — однако он тут же предположил, что семья Айви не полная. — Мама ушла, когда я родилась. И нет, я не одна! — малышка покачала головой. — До каникул я каждый день ходила в школу и гуляла с друзьями. Теперь многие из них уехали отдыхать, но некоторые ещë тут. А ещё я хожу в музыкальную школу. Там весело! — на маленьком круглом личике наконец появилась улыбка, а голос стал радостнее. — Тебе нравится в школе? В каком ты классе? — двое присели на лавочке, неподалёку от дома. — Да, очень нравится! В этом году я пойду в третий класс, здорово, правда? — Ты права, очень здорово. — Джон улыбнулся, невольно вспомнив своë детство. — А папа часто с тобой проводит время? — Нет, он всë время работает, но часто приносит после работы подарки, например карандаши или фломастеры. Он подарил мне пластилин и красивую раскраску с животными, а ещë конструктор с магнитиками и… — девочка принялась перечислять все подарки, загибая пальчики на руках и болтая ногами. — Это очень здорово, у тебя хороший папа. Он тебя не обижает? — в ответ Айви помахала головой из стороны в сторону, всë ещë вспоминая свои игрушки. — А он рассказывал про кого-нибудь с работы? — подсчëт прекратился. — Хм… Думаю да. Он говорил про злого начальника, который мало платит, ещë про глупых коллег, которые отлынивают от работы… А, ещë про мальчика с тёмными волосами и зелëными глазами, как Гарри Поттер. Папа сказал, что он очень хороший и честный. Эрон… Эре… Не помню, как его зовут. — девочка тряхнула косичками. — Эйрон? — подсказал доктор. — Да, он! Вы его знаете? Я бы очень хотела с ним познакомиться. — Джон слегка замялся. — Наверное, можно сказать и так. — он попытался перевести тему. — У тебя такие красивые косички, сама заплетала? — Да, я сама. Правда красивые? — малышка прямо засветилась радостью. — Я долго тренировалась на куклах и подружках и теперь умею сама плести их себе. А то папа только и может, что сделать хвостик…        Разговор перекинулся на какие-то детские мелочи, а необходимой информации больше не прозвучало. Солнце поднималось всë выше над горизонтом, обещая очередной жаркий день, по улицам струилось щебетание птиц, а на дорогах всë чаще можно было увидеть прохожих.       Чья-то рука опустилась Джону на плечо и знакомый голос произнëс: — На этом мы закончим, поехали. — девочка тотчас спрыгнула со скамейки и, предварительно поблагодарив, убежала, беспокоясь за самочувствие отца. — Как всë пошло? — Ватсон потянулся. — Вполне… Интересно. Сейчас, пока будешь ехать, прослушай. — маленький диктофон приземлился на ладони. — Ехать куда? — Джон повертел в руках устройство. — На Бейкер-стрит. Отоспись и к часам десяти будь готов. — Поедем к его родителям? — Именно. — тонкие пальцы Шерлока заметались по экрану телефона. — А ты? — А у меня дела. Лучше расскажи, что удалось узнать тебе. Прокручивая разговор в голове и отсеивая пустую болтовню, доктор поведал ту небольшую часть, что рассказала девочка и свои личные выводы. За это время удивительно быстро подъехало такси. — Что ж, пока всë сходится. До отъезда я ещë заеду к нам, из одежды что-нибудь официальное, но не слишком, иначе на тебя будет душно смотреть во всех смыслах. — с этими словами детектив махнул на прощание рукой и направился в конец улицы, забирая с собой свой особенный, тонкий аромат кофе.       Проводив взглядом изящную спину, доктор плюхнулся на заднее сиденье, борясь с усталостью: те 20 минут никак не могли заменить полноценный, восьмичасовой сон. Он нажал на кнопку воспроизведения записи. Послышался конец его фразы перед уходом и хлопок входной двери. Далее, насколько можно судить по звукам, Шерлок прибегнул к несколько негуманным способам привести человека в себя и сходу спросил: — Сэтт Милс? Мне нужно задать Вам парочку вопросов. — мужчина, видимо не до конца очнувшись, ошеломлëнно забормотал. — Вы кто? Ещë один из полиции? Я уже всë сказал. — он громко позвал Айви по имени, но ответа не дождался. — Где моя дочь? — теперь голос звучал более грубо. — Она на улице с моим другом, уверяю Вас, ей ничего не угрожает. А теперь к вопросам: что вы делали после окончания рабочего дня? — мужчина попытался было взбунтоваться, но спокойный и твëрдый голос Холмса (а, скорее всего, не только голос), его остановил. — Настоятельно прошу ответить, иначе я сочту ваши действия за препятствие ведению следствия. Отвечайте. — Сэтт замялся, в руках детектива что-то подозрительно щëлкнуло, а после послышался голос подозреваемого. — После окончания рабочего дня я остался ненадолго, чтобы доделать кое-что, Эйрон тоже остался убрать мусор, поэтому я немного помог ему. Мы быстро справились и разошлись. Признаться, выпивший был, заплутал, наверное, не помню. Пришëл сюда только часа в 3. Вот и всë. — Что насчëт мисс Браун? — А что с ней? Она ушла, как только пробило 9 вечера. — Видел ли вас охранник? — Да, он заходил во время вечернего обхода. — повисла тишина, в которой отчëтливо слышался звук пишущего грифеля. — Мистер Милс. — серьëзно проговорил Шерлок. — Дам вам совет: верьте в свою ложь, прежде чем убеждать в ней других. Что произошло там на самом деле? — С чего вы взяли, что я вру? — нервно спросил мужчина. — Со слов мисс Браун, она так же оставалась помочь Эйрону Хьюзу, хотя и собиралась уходить. А охранник подтвердил, что во время обхода видел вас троих. Так что там произошло? — мужчина замолк, после чего раздался его раздражëнный крик. — Да откуда мне знать?! Говорю же — выпивший был. Была она, не было еë — какая разница? Прирезал этого пацана какой-нибудь завистник и дело с концом! — он осëкся, а потом добавил уже тише. — Ну или как там его убили. — Откуда вам известно об этом? Информация в СМИ пока не должна была просочиться, её не должны сообщать при подобном допросе. — Сэтт молчал. — Почему Вы убили его? — Я не делал этого! — Врëте. — холодная уверенность Шерлока давила на психику. — Я даю слово, что выбью смягчающие обстоятельства, если сознаетесь прямо сейчас. — в ответ тишина. — Подумайте о своей дочери. Вас в любом случае не ждëт ничего хорошего, вне зависимости от ответа, но не лучше ли выйти раньше, в случае чего? — раздались звуки движений, мужчина вскочил с дивана. — Нет, это вы подумайте о моей дочери! Какого ей будет узнать, что еë отец — убийца?! Она ещë совсем малышка, её не должно это касаться! А если подобное просочится в её школу? Не сомневаюсь, клеймо дочери убийцы прицепится к ней на долго. Вы не хотите подумать о ней?! — на этот раз примолк Шерлок. Наверное, он и правда мало задумывался о судьбе девочки, и эти слова прозвучали для него вполне логично. — Так вы подтверждаете, что убили Эйрона? — мистер Милс снова замолчал, понимая, что сам загнал себя в ловушку. — Время идëт. Начнëм с начала: что вы делали после окончания рабочего дня? — Остался ненадолго. — сквозь зубы процедил Сэтт. — Уж не знаю, что вам наплела эта бывшая наркоманка, но она ушла сразу, после окончания работы. Мы остались с Эйроном вдвоëм. Охранник видел только нас, вероятно, у него ум за разум зашëл, несколько месяцев охранять развалюху в такой глуши, раз видит тех, кого нет. Наверное, градус оказался выше, чем ожидалось. Я стал говорить… — мужчина запнулся — говорить не очень хорошие вещи про Айви. Накопилось, понимаете? На работе копейки платят, а она ребёнок, ей постоянно что-то надо, времени не хватает… Ну, в общем Хьюз встал на еë защиту. Говорил, что это моя родная кровь, единственный родной человек, маленький ребëнок, в конце концов! Меня охватила такая ярость… Безумие, можно сказать. Все об одном и том же твердят. Думаете, так просто в одиночку дитë растить? Я… — голос сорвался — Повалил его и ударил головой об пол. Он пытался защититься, пока не потерял сознание. И тут этот осколок… Проклятый осколок… Весь рабочий костюм был залит кровью. Я испугался. Убежал в лес, подальше от людей и заблудился там. Выбросил его, костюм в смысле, в каком-то овраге у реки, отмылся и только под утро выбрался. Потом нагрянула полиция, потом вы тут… — мужчина стукнул кулаком по дивану. — Можете примерно описать ваш путь по лесу? — Говорю же — не помню ничего, заблудился. — повисла тишина. — Что ж, благодарю за содействие. Если они придут ещё раз, а они вскоре придут, требуйте инспектора Лестрейда и скажите, что Шерлок Холмс велел оставить Вас под наблюдением и не торопиться с арестом.       Запись прервалась. Джон в недоумении посмотрел на небольшое устройство. Сказанное не укладывалось в голове и совершенно противоречило показаниям Фрейи Браун. Оба, можно сказать, обеспечивали друг-другу алиби, признаваясь в убийстве. Но какой от этого прок? Не логичнее ли было спихивать вину друг на друга или, если виноваты оба, действовать сообща? А главное — мотив обоих был совершенно бессмыслен. С их слов убийство произошло спонтанно, в порыве гнева, причëм этот гнев, даже ярость, возникли на пустом месте — от вспышки давней зависимости и от банального недовольства созданными условиями. Это всë казалось полным идиотизмом. Вздохнув, он запихнул диктофон в карман. Конечно, одному Шерлоку известно, что же там «сходится»…       После тёплого душа усталость словно удвоилась, и, стоило голове коснуться подушки, как сознание отключилось, унося с собой в мир снов и соблазнительного Шерлока в облегающей одежде. Стрелки часов щëлкнули, показывая 5 часов и 20 минут утра. *       Духота и шум города отступили, лучи восходящего солнца мягко пробивались сквозь зелëные листья деревьев, громкие трели птиц разносились по лесу звонким эхом. Быстрым, настолько он вообще был возможен, шагом детектив двигался вдоль реки, без проблем ориентируясь на месте и раздражëнно отмахиваясь от комаров.       Отправив Джона домой, он весьма быстро наткнулся на мелкую, но быструю речушку, благодаря которой, вероятно, мистер Милс и выбрался к дому. Покопавшись в оврагах близь неë, Шерлок чудом (чего он никогда не признает) обнаружил рабочую форму и перчатки, какие используют на стройке, всего через пол часа. Пыль, следы краски, кое-где дырки и различные светлые пятна усеивали костюм, но ни одной капли крови. Нигде. Вся одежда, перчатки, место вокруг них — всë было чистó в этом плане. Впрочем, такую картину Холмс наблюдал не впервые за этот день.        Поворот, овраг, упавшее дерево, ещë поворот — шум реки стих, комаров стало чуть меньше. Дикие кустарники смородины и шиповника, ветки, битые бутылки, упаковки, пакеты, шина — лес остался позади. Мужчина выбрался на проезжую часть. Одинокие машины изредка мелькали взад и вперëд. Чуть дальше вправо серый каркас здания огорожен красно-белой лентой, рядом стоят две полицейские машины. Вздохнув, Шерлок стряхнул с чëрной штанины мелкие лепестки какого-то растения и скользнул ногтями по шее — белый волдырь от укуса комара неприятно зудел. Часы показывали 6 утра. Он двинулся в сторону стройки.        Тело, к большому неудовольствию детектива, уже увезли. Двое бегали с камерами, запечатлевая место преступления с разных сторон, за поворотом слышались неразборчивые голоса. Белый след мела в огромной луже подсохшей крови показывал положение тела, осколок стекла валялся тут же, брызг и дополнительных капель практически не было. Мельком окинув грязное помещение взглядом, Шерлок мысленно добавил плюсик к невиновности мисс Браун и направился к говорящим. —… вот вам крест, чес славо! Увидал я этих троих и пошëл себе в каморку; чего мне, на улице всю ночь торчать? — эмоционально бормотал жилистый мужчина лет 60. — Видели ли вы, как Сэтт Милс или Фрейя Браун покидали здание? Невозможно уйти другим путëм — только через вашу сторожку… Прошу прощения, но посторонним сюда входить запрещено. — женщина средних лет повернулась в сторону Шерлока. — А, это вы. — Именно. Я заберу его ненадолго, если вы не возражаете. — и, абсолютно игнорируя дальнейшее еë присутствие, Холмс повернулся к охраннику. — Знаю, вы повторяли эту историю уже множество раз, но будьте добры рассказать еë вновь. Насколько мне известно, вы видели этих троих вместе во время вечернего обхода, верно? В каком часу это произошло? — мужчина задумчиво покрутил ус. — Часу, говорите?.. Да, думаю часов так в девять. Все разошлись уж, кроме них. Может около половины десятого… Да, да 30 минут тогда было, как раз новости говорили. — Что Вы делали после осмотра? — Чай пошëл пить. Хотел было пойти ребятам помочь, да так и застрял у телевизора. Опасная это штука, скажу я вам… — То есть вы не видели, когда и кто уходил? — Стыдно признать, не видал. — мужчина подëргал ворот тëплой рубахи. — Фу, ну и жара, а ведь ещë только утро… Вы представляете? Вечером вчера ещë выходил в своей любимой футболке, она лëгкая, не жарко в ней почти, а проснулся сегодня и знать не знаю, куда подевал. Как сквозь землю провалилась! — он утëр со лба пот, а Шерлок поднял глаза от записной книжки. — Как чëтко вы помните вчерашний вечер? — Ох ну… Не слишком, честно сказать. Не помню уже, какую программу смотрел до новостей да и должным ли образом осмотрел здание, дымкой будто всë подëрнуто, но возраст такой, сами понимаете. — Возможно ли, что кто-то другой был в тот момент? — Нет, этого точно не было, тогда бы я запомнил. — поспешил заверить мужчина. — Не появлялся ли кто-то чужой или подозрительный на территории за последние два-три дня? — Да как же я вам так скажу то… Много кто ходят: и дизайнеры всякие, и работники новенькие… Сестра Эйрона, царство ему небесное, заходила не так давно. Милая барышня, ничего не скажешь, культурная, чаем, вот, угостила. Но она так, просто пришла брата проведать, ушла почти сразу. — Что ж, спасибо за информацию. — Холмс последний раз чиркнул в книжке, быстро повернулся и вылетел из здания. До назначенного времени осталось меньше четырëх часов, нужно успеть привести себя в порядок и хоть немного вздремнуть. Между тем следует хорошенько подумать над всей этой ситуацией. ***        Через приоткрытую дверь в комнату прокрался прекрасный аромат свежего кофе и выпечки, просыпаться и выбираться из мягкой кровати совершенно не хотелось, но солнечный луч настойчиво лез в глаза. Часы показывали девять утра. Несмотря на относительно недолгий сон, Джон больше не чувствовал себя таким разбитым и уставшим, как некоторое время назад, сил заметно прибавилось, а живот требовательно заурчал. На кухне обнаружился Шерлок с туркой в руках. «Теперь понятно, откуда такой запах» — Доброе утро, ты вообще спал? — зевнув, Джон уселся за стол, на котором лежал пакет с разными булочками. — Доброе. Да, я вздремнул, пока ехал сюда, не беспокойся. — детектив повернулся было в сторону соседа, но сразу наткнулся на недоверчивый и обеспокоенный взгляд. — Кофе? — Не откажусь. — Ватсон вздохнул: убеждать Холмса в чëм-либо — занятие бесполезное. — Узнал что-нибудь? Как оба могут утверждать свою причастность, при этом создавая алиби? С одной стороны убийц двое, но с другой — ни одного. — перед ним опустилась чашка, до краëв наполненная чудесным кофе. Шерлок опустился напротив, яркое красное пятно на бледной шее сразу бросилось в глаза, тут же завладев половиной внимания. — Я нашëл форму Милса, в которой он якобы совершил убийство, но и она была совершенно чиста, в точности как одежда Браун. На самом месте преступления нет брызг крови, которые обязаны возникнуть, если бить жертву головой о пол в луже крови, поэтому слова обоих можно поставить под сомнение. Охранник не сказал ничего нового кроме того, что за несколько дней до этого туда забредала сестра Эйрона. Между их показаниями есть только одна общая деталь — все трое имеют смутное представление о том, чем занимались приблизительно после девяти с копейками вечера. Думаю, ни одна из версий, что мы сегодня слышали, не является истинной. В качестве мотива можем взять личную неприязнь, но правды до сих пор не знаем. Ай, чëрт. — Холмс раздражëнно почесал укус, отчего тот стал только краснее, всë больше отвлекая Джона. — Чëртовы комары, пока по лесу ползал всего искусали. — фантазия услужливо подкинула образ изящного белого тела с яркими красными пятнышками. Доктор поспешил отхлебнуть кофе, спрятавшись за чашкой. — Я просмотрел некоторую информацию о семье Эйрона… Или ты тоже успел ознакомиться? — изумительные глаза уставились в упор. — Нет, я не знаком с их историей. — Ватсон поспешно потянулся за ближайшей булочкой. — Я так и подумал. Уверен, про его отца ты наслышан. Мать Эйрона умерла, когда тому только исполнилось десять. Практически сразу в дом пришла другая женщина, отношения с новоиспечëной мачехой не сложились, а через год появился ещë один ребёнок — Рони Хьюз. Несмотря на ненавистную мачеху и еë явное желание насолить именем дочери — родная мать Эйрона ласково звала его Рони — с девочкой они достаточно дружны, отношения с отцом остались тëплыми. Это то, что известно общественности. По моей информации никто из них не замешан в скандалах. Рони показывает блестящие успехи в области учëбы, крайне заинтересована в курсах психологии, готовится поступать на психолога. — Шерлок закончил, и тоже взял булочку. Повисла тишина. — Нет ощущения, будто что-то заставило тех троих думать иначе? Почему они свято считали, что их одежда запятнана в крови и даже без колебаний выбросили еë, если на деле она была чиста? — некоторое время спустя проговорил Джон. — Что-то, что заставит человека думать иначе? Похоже на гипноз. Но такого уровня достичь довольно сложно. Не так сложно заставить человека забыть, допустим, цифры или заставить его верить во что-то незначительное, но полностью поменять воспоминания о происходящем, заставить верить в кровавую одежду достаточно затруднительно для новичка. К тому же гипноз будет ослабевать со временем, а наши подозреваемые до сих пор уверены в своих словах. Кстати, интересный факт: мисс Фрейя упорно видит кровь, причëм свежую, на своей одежде, но перчатки Милса находит самыми обычными. — Ты проверял? — Джон вскинул бровь. — Естественно. — детектив поднялся. — Мне уже приходила подобная мысль. Одевайся, нам пора. — глаза метнулись к часам — половина.        Уже через пару минут друзья мчались в другой конец Лондона в новейшей машине, какую только изволил прислать Майкрофт. — Так кто может обладать таким уровнем и иметь зуб на Эйрона? Думаешь, это он убийца? — Помимо этого тебе следует подумать о времени, в которое были введены в гипноз подозреваемые и с какой целью — не легче ли заставить их забыть, чем переписывать историю? И нет, полагаю этот человек лишь дëргал за ниточки, фактический убийца сейчас у нас, однако как организатора того человека посадить стоит. — Шерлок прикрыл глаза, подставив лицо прохладному воздуху от окна. Та же белая рубашка вновь полурасстëгнута, на светлой шее красуется красное пятнышко с явными следами ногтей. — Фактический? — Охранник. На правой ладони немного повреждена кожа, как от осколка, а на усах остались несколько капель старой крови. Так просто их не видно, но когда он потëр их, на пальцах осталась тëмная крошка. Думаю, в Скотланд-Ярде сумеют отскрести ещë немного для анализа. А сейчас нам скорее нужно найти кого-то, кто за этим стоит. Можешь кинуть это в карман рубашки? У меня его, к сожалению, нет. — на свет появилась маленькая кнопочка, размером с ноготь мизинца. — Диктофон. — пояснил Холмс на недоумëнный взгляд. — Думаю, нас захотят прогнать через металоискатель, даже если нет, то лишняя предосторожность не помешает. Включишь перед выходом из машины. *       Хорошенький бело-голубой двухэтажный домик раскинулся среди сада душистых цветов и фруктовых деревьев, где-то недалеко виднелась беседка, витой белый забор окружал участок со всех сторон, а вход осуществлялся через главные ворота, после которых, как и предполагал Шерлок, их осмотрели и вежливо попросили сдать всё вещи. К счастью, диктофон остался незамеченным. По каменистой дорожке до входной двери друзей сопровождал кто-то из сотрудников. В гостиной раздался громкий сигнал. Белые занавески на окнах скрывали комнату от любопытных глаз. Вскоре дверь отворилась и за ней появилась молодая девушка лет 17 с волнистыми длинными светлыми волосами, собранными в хвост, и яркими, как у Эйрона, зелëными глазами. Милое личико чуть раскраснелись от слëз, несколько мокрых дорожек на щеках ещë не успели высохнуть. Рони — а это наверняка была она — быстро смахнула капельки и смущëнно улыбнулась. — Здравствуйте. Простите, что предстаю в таком виде, но сами понимаете… — девушка потупила глаза и поджала губы, но совсем скоро взяла себя в руки. — Проходите, присаживайтесь, мама скоро спустится, вы ведь с ней поговорить хотели? Дэвид, спасибо, можешь идти.       Помещение располагало к себе не только своей чистотой и утончëнностью, но и, безусловно, приятной прохладой, которой сейчас так не хватало. Гостей расположили на мягком диване, девушка села напротив них, на столике между стоял небольшой сервиз из четырëх чашечек, блюдец и чайника из прозрачного стекла. Позади у открытого окна чуть звенел от дуновения ветряной колокольчик. — Не хотите холодного чаю? Это очень вкусный сорт и необычный способ заваривания, в такую погоду в самый раз. — похоже, вопрос был чистой формальностью, потому что сразу после этого Рони принялась разливать светло-розовый чай по чашечкам. Мужчины бегло осматривали комнату. — Вы хотели поговорить о моëм брате, верно? — наконец сев, она поправила летнее белое платье на коленях. — Да, вы правы, мисс… Рони, я полагаю? — вежливо начал Шерлок. — Это так, грубо было с моей стороны не представиться. Но знаете, боюсь, я не смогу многим вам помочь, мы с Эйроном почти не общались, хотя и не были в ссоре. В детстве он много играл со мной, но после того, как окончательно уехал и перестал появляться тут — это было лет 6 назад — мы перестали общаться. — весь вид Рони показывал глубокую печаль о случившемся. — Но я уверяю вас, у него не могло быть врагов! Он добрейшей души человек, все ладили с ним, кроме моей матери, разумеется, но она не могла пойти на такое… На такой отвратительный поступок. К слову, она что-то задерживается, я сбегаю за ней. — она стремительно встала и убежала вверх по лестнице. Шерлок тотчас обернулся, осматривая ту половину, что была за их спинами, прижав палец к губам, намекая на молчание, заглянул под столик, а после произнëс: — Ты видел когда-нибудь розовый чай? Удивительно. Чувствуются тонкие нотки… М… Лаванды? — Джон в недоумении уставился на него, но подхватил игру. — Ты прав, но я больше привык к обычному чаю, это что-то новое. — Все так хорошо отзываются о пареньке, как можно было убить его? Сегодня ночью в отделение ворвалась какая-то женщина, сознаваясь в убийстве, слышал? — продолжал Холмс абсолютно обыденно. — Я был там в тот момент. Думаешь, это была она? — с ещë большим недоумением ответил доктор. — Наверняка. Нервы не выдержали, вот и пришла с повинной. А вот и миссис Хьюз. — детектив встал в приветствии, доктор последовал за ним. Стройная дама в лëгком длинном платье с улыбкой на лице поспешно спустилась с лестницы. — Прошу простить за задержку, господа. Рони встретила вас должным образом? — женщина элегантно опустилась на диван напротив. — Более чем, вы прекрасно воспитали дочь, она очень мила. — дружелюбно улыбнулся Шерлок. Джон принял решение молчать и наблюдать за обстановкой. — Я хотел бы задать парочку стандартных вопросов, если вы не против…        Умело орудуя словами, мужчина задавал один вопрос за другим, которые, впрочем, не могли существенно помочь делу. Миссис Хьюз отвечала на всë развернуто и честно, не вмешивая личную неприязнь. Наконец детектив поднялся. — Благодарю за помощь, с вами приятно иметь дело. — Позвольте вас проводить до ворот, я настоятельно прошу. — предчувствуя отказ, она ухватилась за рукав рубашки и выразительно взглянула в голубые глаза. Стоило им выйти за порог, как женщина потянула их в сторону сада, обусловив это желанием сделать небольшой подарок в виде садовых цветов. Так трое взрослых добрались практически до самого забора, после чего дама мгновенно переменилась в лице, отчаянно глядя на друзей, и затороторила громким шëпотом. — Умоляю вас, сделайте что-нибудь с моей дочерью, пожалуйста! Она совершенно изменилась, как увлеклась этой гипнотической дрянью, я не узнаю еë совершенно. Из-за неë со мной начали происходить ужасные вещи! Минимум три раза в неделю я не помню своих действий, слов — ничего! Полные провалы в памяти. Однажды я застала еë за избиением служанки, после чего почти полностью забыла тот день, к счастью, память понемногу возвращается, но я так не могу… Понимаете? Всë, что сказано мной в доме и даже беседке она знает, это ужасно! Уверена, она творит отвратительные вещи, научившись управлять сознанием. Всë из-за этого чая, началось всë с него, зря вы его попробовали, господин… — обратилась она к Джону, пока тот изумлëнно слушал отчаянный шëпот. Шерлок же, похоже, уже успел всë понять. — Что ты говоришь такое, мамочка? — из-за спины раздался мелодичный голос Рони. Речь миссис Хьюз оборвалась. — Я привезла этот чудесный чай из Франции в надежде, что он придëтся по вкусу тебе. Как ты можешь говорить обо мне такое за спиной? Это очень обидно… — слабый ветерок трепал белое платье и золотые кудри девушки. Запястье с браслетом дрогнуло, по саду пронëсся невесомый звон колокольчиков. — Ах, ну да ладно. Будь добра уложить их спать.        Джон запоздало почувствовал опасность, исходящую от женщины рядом, но в этот момент им в лицо ударил непонятный газ. Сознание практически мгновенно покинуло обоих. *        Прохладная комната, мягкий диван, лëгкий аромат лаванды, у окна позвякивает ветряной колокольчик, руки связаны за спиной, рядом ощущается чьë-то одно тело, оно неподвижное, но тëплое. Ещë не открывая глаза Шерлок понял обстановку, но сейчас это не важно, важно дело. В какой-то момент Рони «завладела» сознанием охранника и убила Эйрона, но что было с другими двумя? Она не могла их бегать отлавливать после преступления, значит оставила рядом… — Мистер Холмс, вы можете перестать претворяться спящей красавицей, сейчас от этого нет никакого толку. — прозвучал равнодушный голос девушки. Она сидела перед ними на том же диванчике, что и некоторое время назад и со скучающим видом разглядывала ноготки. Взгляд метнулся к доктору — без сознания, руки связаны за спиной. — Вы можете не волноваться, он скоро проснëтся. — глаза попытались нащупать небольшую кнопочку в его нагрудном кармане. — Это ищите? — по столу покатилась та самая кнопочка. — Диктофон, вероятно? Удивительно, что только не придумают. — с сарказмом протянула Рони, взявшись за пилочку. — Я не знала, как его выключить, поэтому для верности окунула в раствор соли, вы не в обиде за это? — зелёные глаза невинно моргнули. — Впрочем не важно, обижайтесь сколько влезет. Ещë чаю? — чайник оказался на половину пуст, в чашечках чая не было. — Я взяла на себя смелость угостить вас, пока вы отдыхали. Наверное, вы так утомились, разыгрывая недавний спектакль. — Шерлок хотел было спросить, но девушка словно читала мысли. — Интересно, из чего он? Ничего запрещëнного, я уверяю вас. Хотя знаете, не берусь утверждать, иначе почему он так хорош в моих делах…? Его подарил мне один знакомый из Франции, чудесный чай, не правда ли, мистер Ватсон? — Джон сонно проморгался. — Как вы себя чувствуете? Вы были так вежливы и не отказались от моего предложения в первый раз, поэтому теперь чай должен действовать быстрее. Мистер Холмс, мы ждëм только вас. — она мило улыбнулась. — Ах, вы не представляете, как хлопотно и долго заполучить новичков. Но вы не волнуйтесь господа, что бы там не наплела моя мамочка, я не такая ужасная и жестокая, как вам кажется, я лишь… — …убила собственного брата чужими руками? — перебил еë Джон. Холмс мысленно добавил пару баллов к интеллекту друга. — Неприлично перебивать говорящих, мистер. — Рони нисколько не изменилась в лице. — Что же вы цепляетесь к одному единственному чëрному, я бы даже сказала серому, пятнышку в моей репутации? У меня множество наград в лëгкой атлетике, но вы не похвалили меня за это, я талантлива в учëбе и иностранных языках, но вы не сочли нужным восхититься этим, я достигла высоких успехов в области психологии и гипноза, как вы уже успели заметить, но, тем не менее, вы упорно видите во мне только убийцу. — девушка смахнула с лица золотистый локон. — Досадно. Впрочем, так поступали все. Моë имя, имя, которое должно было быть дано именно мне, и то предназначалось Эйрону, как вечная издëвка моей матери. Отец, мать, друзья, одноклассники и даже вы, пусть и по другому поводу — почему вы так одержимы им? Они нисколько не лучше меня. — в еë словах сквозило высокомерие. — Ты даже не отрицаешь своей вины. — презрительно хмыкнул доктор. — Это была лишь практика, интересный опыт. Вы и представить себе не сможете тот восторг, когда люди полностью в твоей власти, когда они безоговорочно верят в только что написанную для них судьбу, когда тот, кто всегда забирал всë внимание исчезает. Я могла расправиться с братом без свидетелей, но желание проверить свои силы… Оно оказалось сильнее. Хотелось посмотреть, как люди будут действовать. — мисс Хьюз беззаботно пожала плечами. — Из-за тебя жизни двух, а то и больше, людей сломаны. — голос Шерлока звучал сухо. — Будто они вас заботят. Вам плевать на то, что с ними будет, согласитесь. Вас волнует лишь собственное превосходство, собственная правота. Вы ликуете, когда находите настоящего убийцу, вновь утерев нос нашей полиции, вновь доказав всем, что вы намного лучше. Не врите, вам нет дела до сломанных судеб и убитых горем родственников. Не сомневайтесь, я большая ваша фанатка и даже разбирала вашу личность на курсах психологии. — она глянула на часы. — Ну ладненько, пора закругляться. Начнëм с вас, мистер Ватсон. — звякнули бубенчики браслета, на первый взгляд ничего не поменялось. — Раз-раз, проверка. Что бы у Вас спросить… — задумчиво пробормотала девушка. — Ладно, пойдëм по классике. Ваш самый большой секрет? Взгляд Джона метнулся к Шерлоку, скользнул по пушистым волосам и голубым глазам, по чуть приоткрытым губам, по красному пятнышку на шее и открытым бледным ключицам, после чего тот произнëс совершенно обыденным тоном, но чуть отведя глаза: — Я считаю его чертовски сексуальным и люблю всем сердцем.        Тотчас повисла тишина. Джон по-прежнему смотрел куда-то на розовую жидкость в чайнике, Рони удивлëнно хлопала светлыми ресницами, а Шерлок всеми силами старался убрать довольную улыбку с лица. Пару секунд спустя девушка всë же пришла в себя. — Кхм, ну что ж, это было весьма неожиданно, пожалуй, я сохраню это в его памяти. Мистер Ватсон, Вы забудете всë от момента, как вышли на улицу с моей матерью и до момента, как самостоятельно покинете этот дом через несколько минут, своë признание вспомните… допустим через час. — запястье с браслетом дрогнуло. Холмс покосился на часы — 10:57. — Ах, вы не представляете, как здорово вот так легко командовать людьми…признаться, сама не до конца понимаю, как именно этот чай работает, но то, как быстро и легко он это делает — просто восхитительно. Ваша очередь господин Шерлок Холмс. — бубенчики зазвучали вновь, но детектив самодовольно ухмыльнулся. Девушку это насторожило. — Чего Вы так улыбаетесь? Ваш черëд и Ваш секрет, скажите мне его. — Хочешь секрет? Дай подумать, может он в том… Что ваш дом окружён, а твои слова записывались? — светлые брови нахмурились, а глаза наполнились замешательством. Медленная, но верная потеря контроля читалась на еë лице. — Почему на Вас не действует? — Шерлок поднял глаза куда-то за спину Рони. Послышались неторопливые шаги, а следом голос. — Кто знает. Может потому, что его дальновидный братец предвидел нечто подобное? — Мисс Хьюз вздрогнула и резко обернулась. Майкрофт лениво осмотрел помещение.— Дом окружëн. Шерлок, почему мне приходится каждый раз бросать дела и спасать твою задницу? — Тебя об этом никто не просил, это сугубо твоя инициатива. — детектив раздражëнно поëрзал на диване. — Бога ради, если уж ты сюда припëрся, будь полезен, развяжи нас. — Джон спокойно наблюдал за происходящим. Комната наполнилась полицейскими. На оцепеневшую девушку нацепили наручники. — Нет, постойте, я ведь ничего не сделала! Это охранник, это он убийца, отпустите меня! — отчаянно отбивалась Рони, но еë никто не слушал. — Поздно опомнились, леди, все Ваши слова записаны, я же сказал об этом. Но для начала будьте добры, отмените свои слова, касательно Джона, он нужен мне с целой памятью. — разминая запястья от верëвок произнëс Шерлок. — Н-но я не умею… — Что значит «не умею»? — Я не думала, что придётся выводить кого-то из гипноза, поэтому не интересовалась. — девушка побледнела ещë больше. — Брось, Шерлок, сейчас не до этого. Еë следует доставить в участок, ничего с твоим Джоном смертельного не случится. — вклинился Майкрофт, поглядывая в телефон. — Давай, двигай. Ватсон, Вы тоже, я подброшу вас до Бейкер-стрит.        Дальше следовали ругань и недовольные возгласы Холмса, вопросы и непонимание Джона, слëзы и мольбы Рони, сирена полицейских машин, топот и разговоры сотрудников, шум города и тихо бормочущее радио, и, наконец, уютная и тихая квартира, ещë наполненная тонким ароматом кофе. По дороге детектив всë же поведал вкратце то, что происходило в доме ничего не понимающему Ватсону, упустив из виду его скромное признание, способное вогнать в краску доктора одним своим существованием. Он сам вспомнит через некоторое время и это будет весело. А пока Джон безмятежно развалился в мягком кресле у самого вентилятора, прикрыв глаза и потягивая холодную газировку. К сожалению, их квартира не могла встретить прохладой. Неудобные рубашка и брюки сменились на свободную футболку и домашние шорты. Шерлок застрял где-то в ванной. Под мерное жужжание вентилятора мысли неспешно плыли в голове, собирая единую картинку совершëнного преступления.       «Подумать только, так запросто расправиться с родным братом, и даже не сожалеть о содеянном… Это может вылиться в хороший, но жестокий урок родителям о том, что не стоит оставлять детей без внимания. И что теперь будет с Фрейей и Сеттом? Надеюсь, найдëтся способ вернуть им настоящие воспоминания. Кстати о воспоминаниях — почему мне кажется, что случилось что-то ещë, о чëм Шерлок умалчивает? Какое же отвратительное чувство тумана в голове…»        На лестнице раздались шаги.       «Тц, вспомнишь солнце, что называется.» — подумал доктор, но глаза открывать не стал — хотелось просто сидеть, подставив лицо прохладным струям воздуха, и забыть обо всяких проблемах, преступлениях и погонях. Тихо шуршало полотенце.        «Наверное, он явился с мокрыми волосами и теперь пытается избавиться от лишней воды».        Шаги совсем рядом. Ногу задела ткань лëгких штанов. Слегка скрипнуло соседнее кресло. Джон упорно не открывал глаза, возможно, это своеобразный протест. Тонкие нотки шампуня щекотали нос. Шерлок глубоко вдохнул и потянулся. — Знал бы ты, как я намучался с этой жарой. — блаженно протянул он. — Ну и на что ты обиделся? Клянусь, я умолчал лишь маленькую крупицу, ты сам еë вспомнишь. К тому же они наверняка скоро найдут способ отменить гипноз. — Джон демонстративно отвернулся, уставившись куда-то в окно.       Детектив бросил взгляд на часы — стрелка неуклонно ползла к 12. До заветного момента осталось меньше пятнадцати минут. Лукавая улыбка расплылась по его лицу — ну что ж, молчание так молчание, так даже забавнее получится.        Ненадолго воцарилось молчание. Вентилятор мягко жужжал, обдавая мужчин живительной прохладой, за окном машины шуршали по асфальту, маленькие пузырьки газа поднимались со дна стакана, с тихим шипением лопаясь на поверхности. Вскоре доктору надоело смотреть в окно, он повернулся узнать о занятии своё соседа, но тотчас поперхнулся сделанным глотком. Шерлок благоразумно сделал вид, что не заметил. Он лишь продолжал расслабленно сидеть в кресле, закинув ногу на ногу. Палец неспешно прокручивал ленту новостей. Полотенце перекинуто через шею — оно надëжно защищает кожу от капель воды, которые то и дело срываются с влажных тëмных прядей. — Нет, я конечно понимаю, что тебе жарко, но ты не хочешь накинуть футболку или хотя бы майку? — прозвучало сдавленное ворчание. Ясные глаза неотрывно блуждали по лицу детектива. — Ты хочешь моей преждевременной смерти? Я больше суток был закован в рубашку, могу я хотя бы в своëм доме походить без верха? Моë тело тебя смущает? Мы же оба мужчины. — лениво протянул тот в ответ, в душе предвкушая бурную реакцию своего друга всего через несколько минут. На замечание Джон лишь что-то буркнул, упорно пряча глаза, которые пару раз всë же скользнули по изящному подтянутому телу, с невероятно светлой кожей. Горошинки розовых сосков и красные пятнышки укусов мгновенно врезались в память, преследуя иллюзией. В конце концов он вскочил и исчез в проëме кухни.       Пять — голубые глаза Шерлока неотрывно следили за стрелкой часов. Четыре — в чайнике зашумела вода. Очень умно пить горячий чай в жару. Три — кипяток хлынул в чашку. В воздухе пронëсся тонкий аромат мяты. Два — зашуршала упаковка шоколада. В гостиной появился Ватсон с чашкой и сладостью в руках. Взгляд его был прикован к столику перед креслами и никуда больше. Один — он поставил свою ношу и подошëл к полке камина за книгой.       Сердце невольно затрепетало в ожидании неизвестного. Теперь всë внимание направлено лишь к Джону. Лента новостей застыла. Казалось, само время остановилось. В тишине шëлкнула стрелка часов. Ноль. Книга выпала и стукнулась корешком об пол, доктор замер, не реагируя на падение. Он вспомнил. Вспомнил состояние транса, вспомнил полное отсутствие эмоций, вспомнил вопрос Рони и свой ответ. Невероятное чувство стыда тотчас затопило каждый миллиметр души. Сердце билось с невероятной силой, кровь пульсировала по венам, а в голове эхом звучали слова. Шерлок видел, как заалела его шея и даже кончики ушей. Наконец Джон повернулся. — Шерлок, ты такой… — горькая улыбка исказила его ещë красное лицо. — Такой говнюк. Ты специально устроил этот цирк. — он кивнул в сторону детектива, намекая на отсутствующую футболку. — Узнал, что нравишься мне и решил повеселиться? Тебе весело издеваться над другими, верно? — вопросы больше походили на утверждения.        Холмс с беспокойством наблюдал за нарастающим разочарованием и отчаянием в глазах друга. Он не предвидел такой реакции. Мозг лихорадочно работал, силясь подобрать слова, чтобы объясниться, но ничего в голову не шло: он умел ввязываться в конфликты, но не выходить из них, это всегда делал Джон. Видя бездействие собеседника, доктор безразлично фыркнул поднял книгу и сел в кресло: уходить в комнату, даже в такой ситуации, пока слишком жарко. Шерлок молча смотрел на него. Ничего умного так и не придумалось. Минуты шли. — Джон. — тихо, но твëрдо позвал он. Тишина была ему ответом. — Джон, послушай меня. — детектив протянул руку и коснулся чужого плеча. Тот отстранился, перевëл взгляд и безучастно произнëс: — Пожалуйста, перестань меня соблазнять и накинь уже что-нибудь. — после чего снова уткнулся в книгу. Злость быстро испарилась, теперь просто стало очень себя жаль. Холмс не уходил: уйти сейчас, хоть и не на долго, равносильно окончанию разговора. Момент будет безвозвратно упущен. — Нет, Джон, сначала послушай меня: я не хотел издеваться над тобой. Да, может чуть-чуть подшутить, но не издеваться. А этот «цирк», как ты выразился, я устроил ещë месяца два назад. Знаешь, твои взгляды говорили гораздо красноречивее, чем ты сегодня. Заметил, что в моëм гардеробе добавилось вещей, которые я в помине не носил? Заметил, не сомневаюсь. Тебе очень понравилась сегодняшняя полупрозрачная белая рубашка, например. — лицо доктора вновь постепенно заливал румянец, губы сжались, глаза потеряли фокус и теперь беспорядочно цеплялись за отдельные слова. — Джон Хэмиш Ватсон, я не издевался над тобой. Я целенаправленно соблазнял тебя последние два месяца. — взгляд наконец оторвался от книги и метнулся к собеседнику. Искры недоверия, шока и смущения плясали в необъятной голубизне глаз, невесомая улыбка всë таки исказила губы. — Это твой способ загладить вину? — Это мой способ признаться в любви. Взгляд Джона бегал по лицу напротив, ища насмешку, фальш, намëк на улыбку, но видел лишь бесконечную искренность. Надежда разгоралась в сердце с невероятной скоростью, сжигая опустошение, разочарование, злость, сжигая всë то, что поселилось там каких-то пять минут назад и давая силы верить вновь. Вновь восхищаться прекрасными чертами лица, вновь восторгаться невероятными способностями ума, вновь засматриваться на ловкие и изящные движения, вновь желать этого невероятного человека напротив. Любовь в ярких глазах цвета ясного утреннего неба давала причину вновь быть счастливым. Розовые губы на расстоянии каких-то жалких сантиметров обладали ужасающей силой притяжения. — Тогда не вини меня за это. — чуть слышно произнëс доктор и подался вперëд. Слова потонули в требовательном поцелуе, полном невысказанных чувств.