Зачем ты пришёл?

Ацуши, после тяжкого рабочего дня, спокойно отдыхал у себя в комнате. Да, всё же неплохую каморку ему "подарил" Господин Дазай. За это ему отдельное спасибо. Лёжа на футоне, который как никогда был слишком мягким, Накаджима перелистывал страницы какого-то журнала, стопка которых пылилась на журнальном столике. Чередование шуршания то матовых, то глянцевых страниц - единственный источник звука. Хотя, иногда Ацуши издавал слишком громкие выдохи. Или зевал. Потому что последние несколько дней юношу нагружал никто иной, как Господин Куникида, заставляющий разбирать кучи, просто кучи бумаг! Ну, хорошо, это хотя-бы лучше, чем.. Мысли прервал тихий стук в дверь. И кому это Накаджима мог понадобиться в такое позднее время? -Да? Войдите, - Ацуши повернул голову в сторону входной двери и почему-то устремил взгляд на ручку, думая, что её сейчас дёрнут. Неужели Господин Дазай снова решил подоставать? Но Тот, кто открыл дверь Был далеко не Осаму. В дверном проходе показалась чёрная макушка. Акутагава! -Акутагава?! - юноша, казалось, сейчас впадёт в истерику. - Что ты здесь забыл?! Пришёл драться?! Хорошо, только не здесь, ладно?! - Ацуши тороторил, глядя на высокую фигуру, которая, как ни в чём не бывало , всё ближе и ближе подходила к футону, на котором лежал Накаджима, пред этим любезно закрыв за собой дверь. А потом, Рюноскэ сел на край, ибо футон не отличался своими большими размерами, и, устроив руки по бокам от торса Ацуши, лёг на грудь того, подкладывая одну из рук под голову, для удобства. -Ты ч-что делаешь?! - взревел Накаджима, как ответ на действие со стороны портового пса. -Заткнись, тигр, - первое и последнее, что промолвил тот, бесстыдно отлёживаясь на хрупком худощавом теле. -Л-ладно..? - неуверенно и беспокойно произнёс Ацуши, зачем-то поднимая руки верх, чтобы лишний раз не касаться того, кого касаться вообще не стоит. На протяжении долгих двадцати минут Акутагава что и делал, так это лишь удобнее устраивался на чужой груди, кутавшись в рабочей одежде светловолосого, который просто забыл переодеться. И, можно подумать, он так и собирался спать. Но для спокойного сна ему явно чего-то не хватало. -Эй, - окликнул Акутагава Накаджиму, и продолжил, даже не дождавшись ответа. - Дай руку, - брюнет, не ждя, сам на ощупь нашёл чужое запястье. И положив то на свою голову, уперся ею в тёплую ладонь. Ацуши, поняв намёк, начал медленно, аккуратно поглаживать и почёсывать кожу головы длинными пальцами, раздвигая чёрные пряди. Его вторая рука нашла место на чужой спине, перед этим постучав по ней пальцем, чтобы как-бы спросить разрешение "А можно ли?". Получив одобрительный кивок головой в качестве положительного ответа, Накаджима положил руку на спину. -Акутагава, зачем ты пришёл? - Не удержавшись спросил Ацуши, нарушая тишину. -Ты не собираешься молчать, так? - противоестественно для себя, слишком мягко спросил, точнее констатировал факт, Акутагава. -Именно. Почему я должен молча-, - возмущение прервалось резким и максимально не ожиданным действием со стороны исполнителя. Рюноскэ, поднявшись на руках, охватил чужой подбородок и прильнул к чужим губам своими, не давая договорить. Послышалось удивлённое мычание от мальчика-тигра, когда портовый пёс облизал губы того. -Спи, - проговорил Акутагава, оставляя Накаджиму без ответа. А также с краснющими щеками, сбитым дыханием и бешено бьющимся о рёбра сердцем. "Кажись, Акутагава пришёл, чтобы забрать мой первый поцелуй."