Ты только мой, хорошо?

— Рос, ты не ел четыре дня. Поешь, пожалуйста… Беларусь сказала, что подождет, — посоветовал Китай. — Н-нет. Я не могу есть в таких условиях. Украина ушла к США. Ты думаешь, я имею право есть.? Нужно было лучше за ней следить… Ебаный Америка… — Покушай, говорю! — на сей раз приказал он. Россия молчал. Он дрожал, не мог уснуть, постоянно думал об Украине, Беларуси и Америке. Как их было выкинуть из головы, если США буквально забрал у него из-под носа брата? Вдруг он с ним ещё что-то сделает..? Он уже настраивает Украину против России… А если Беларусь последует за ними?! — Принеси водку, — отрешённо произнес Россия. — Какая ещё водка? Ладно, сейчас принесу… — Китай так желал помочь ему, что не смог отказать. Через две минуты бутылка водки стояла у России на столе. Последний беспощадно начал ее пить залпом. А Китай задумался… В его фантазиях, Рос сейчас будет пьяный, а Китай займётся с ним сексом, и это выглядело так естественно, так реально, что он мог удовлетворять себя одними фантазиями каждую ночь, что думает о России. Китай понимал, что сейчас России больше нужна помощь, чем секс, поэтому считал эти фантазии за навязчивые мысли… Бутылка опустошена. Россия больше не может сдерживаться и закрывает глаза, резко кладя голову на стол. Это получилось, пожалуй, слишком резко, поэтому бутылка покатилась на край стола, откуда упала. По всей комнате пронесся громкий, раздражающий звук. Но он не смог разбудить уже выключенного Роса. Китай, недолго думая взял последнего на руки и потащил в спальню, чтобы было удобнее спать. Он положил его на спину, попутно поглядывая на него, сразу отводя взгляд от смущения, ведь в его голове всплывали непристойные картинки. Китай отошёл от кровати и побрел к Беларуси. — Ну как там Россия? Поел? Может, поспал хотя бы, — встревоженно расспрашивала Белоруссия. — Выпил водку и вырубился. — Я же говорила не давать ему пить, — Бел ударила его по плечу. — Извини… Я не смог отказать ему, — попросил прощения Китай. России снилось его детство. Последний никогда не обращал внимания на его сны, но этот заставил вспомнить через что он прошел. Каждый день вставать по команде. Идти завтракать, умываться и работать. Звучит слишком стандартно? Сразу после этого всего он шел на войны, обучаться, как преемник Союза. Пару раз он попадал во вражеский плен, откуда его доставал отец, а там пытали самыми разными методами, пытаясь достать самую разную информацию, но Россия молчал. Молчал он по жизни, его так научили. Никому он не рассказывал, сколько крови потерял и пролил, обучаясь. Никто из родственников об этом не знал, а СССР утащил эту тайну с собой, в могилу. Ему приходилось молча с абсолютно холодным взглядом смотреть на то, как его папа пытал других стран, а те признавались, умоляя не убивать. Но некоторых Союз всё-таки убивал без зазрения совести. Россия со смертью его отца поклялся защищать своих преемников, сестер и братьев. Чтобы никто не прошел через все это. Чтобы никто не увидел настоящей войны: костей, крови, кишок, оружия, черепов, пыток. Он проснулся в холодном поту, но сознание стало гораздо легче, чем было. Он ничего не забыл, но теперь мог думать о чем-то ещё, кроме Украины, Америки и Беларуси… О Китае. Китай всегда был так заботлив? Рос никогда не замечал заботы и доброты. Он привык к боли, и ничему больше. Как вообще думает обычная страна? Россия не знает, и не хочет знать, у него есть другие, более важные дела. Но теперь он хотел думать не только об этих трёх странах, но и о Китае. Помяни чёрта… Последний уже стоял на проходе спальни. — Россия, ты как? Голова не болит? — спросил Китай. Он только заметил, что у него болит голова. Что болит вообще все тело и что его тошнит. — Все болит… — Может таблетки дать? У тебя тут есть? Китай открыл дверцу очень скромной тумбочки, и кроме окровавленных бинтов ничего не обнаружил. — Рос! Ты что, резался?! — грозно спросил Китай. — Нет. Это старые, — преспокойно ответил Россия. — Покажи руки, — Китай подбежал к кровати и сорвал с России его черный свитер. Но вместо обычных порезов он обнаружил огромные шрамы по всему телу. Китай ахнул от неожиданности. — Откуда..? — Не скажу, не твое дело. На глазах у Китая возникли слёзы. У него, конечно, тоже было непростое детство, но не настолько… Он прижался к Росу и обнял его. Китай понимал, что есть причина, по которой он себя так ведёт, и что он не по своей воле такой. Россия не понимал, почему Китай обнял его, но ему это немного понравилось, хотя он это отрицал. Хотелось остановить время, но это невозможно, поэтому Рос оттолкнул своего союзника. — Запомни, ты никогда не должен принимать доброту от другой страны. Всегда будь спокоен, не то разочаруешь меня и всей своих родственников. Ни за что, слышишь, ни за что тебе нельзя общаться с западом. Он ужасен, заманит тебя своим богатством, потом станешь их рабом и все. Эти слова Союза, которые въелись у него в голове он вспоминает каждый день. И в эти моменты он смотрит в одну точку. — Все нормально..? — обеспокоенно спросил Китай. — Да, — ответил Россия. — Рос. Почему ты никому не расскажешь о том, откуда у тебя шрамы? — Зачем? Уйди, ты мне не друг… — Перестань так говорить! Расскажи мне, пожалуйста, все. Я обещаю, что буду хранить секрет, — сказал Китай. — Прости меня… Я не знаю как рассказать тебе всё… Ты правда меня можешь успокоить, но я не могу принять это, я обязан слушаться СССР, не то… — Он мёртв, да и ты не можешь слушать его вечно. — Хорошо… Но ты сам будешь нести ответственность… *** — Рос… Ты же понимаешь, что я буду с тобой? Отпусти это время, как бы сложно это ни звучало, обратись к Японии, она поможет, — посоветовал Китай. — Нет… Только ты поможешь мне, — серьёзно сказал Рос. — Эм? Россия, стой ты не в себе… России всегда так не хватало общения, заботы и любви. Только представьте его чувства к человеку, который печется о нем, как о родном… — Ты только мой, хорошо? — прошептал на ухо Китая Россия, после чего лизнул его. Китай мгновенно покраснел и не знал что делать. С одной стороны, так хотелось этого, но с другой Рос ведь сейчас не понимает что делает… — Да, Рос, я твой полностью, — прошептал в ответ Китай. — Только… Давай чуточку позже, мне нужно подготовить себя к такому, — предложил он. — Да, мне тоже, — ответил Россия. *** — Ну теперь-то точно можно, — с улыбкой сказал Рос. Он улыбнулся? Сколько лет прошло с тех пор, как он последний раз улыбался по-настоящему? Это уже не важно, ведь теперь просто хочется расслабиться и дать себя ему. Губы слились в едином поцелуе, который был так горяч, что им можно было бы сжечь весь мир. Они хотели друг друга до изнеможения. Россия нежно укусил губы Китая, приобнимая его за талию, а последний закинул свои руки за спину желанного. Они снова стали целоваться. Страстно, одновременно стягивая друг с друга одежду, в которой становилось так тесно. Рос повалил Китая на кровать, раздвигая его ноги и посасывая свои пальцы. Наконец, он вставил их в анальное отверстие. Китай охнул. Россия двигал их сначала медленно, но с каждым движением все быстрее и быстрее. Сладкие протяжные стоны доносились из рта. Рос добавил ещё два пальца, что сделало стоны только громче. Китай очень заводил своего уже не только делового партнёра, что было абсолютно взаимно. Когда анус был достаточно растянут, Россия нежно вставил в Китая свой член. Раздался сдавленный стон, но стон удовольствия. Он начал двигаться внутри, попадая по чувствительным точкам. Китай от осознания, что все это с ним делает Рос очень возбуждался, и желал чтобы это никогда не заканчивалось. Различные стоны вырывались из Китая, что только сильнее заводило Россию, который стал трахать его максимально быстро и глубоко. Они оба были почти на взводе. — Хах, Китай, я сейчас кончу прямо в тебя… — Да, мгх, ах..! Китай излился себе на живот, а Рос внутрь его. Раздался самый громкий и прекрасный стон. Россия навис над своим любимым человеком. — Ты меня любишь? — нежно спросил Рос. — Да, — ответил уверенно Китай, — Больше всех тебя люблю! Они снова поцеловались, на этот раз нежно. Пара уснула вдвоём, до этого вытерев все салфетками и одевшись в уютную пижаму. А проснулись на утро, от тряски. — Россия, Китай… Вы что тут устроили? — спросила Беларусь. — Ничего такого… Просто вместе ночевали… — ответил Россия. — Ой, ну чего ты стесняешься? — сказал Китай. — Да я уже все поняла. Устроили тут потрахушки… — произнесла Белоруссия, — Главное, чтобы с Россией все хорошо было потом. — Кстати, где моя ушанка, не видел ее на себе со вчерашнего дня… — Так она у тебя на рабочем месте… Стой, там же бутылка разбитая! — опешил Китай. — Я уже убрала, — сказала Беларусь.