Путь под покровительством Глицинии

      Экзамен для Мичисато делился на три части. Первым этапом шёл письменный тест, который состоял из заданий разной сложности по основным предметам, чтобы понять уровень знаний. Следующий этап был посвящён спаррингу с ровесником, для оценки тайдзюцу и ниндзюцу. Заключительный третий этап представлял собой обычное собеседование, которое могло бы оценить психологический возраст и готовность к обучению.       Об экзамене мальчику сообщили за неделю. Если первое время он находился ещё в нормальном состоянии, то за 4 дня начал более усиленно готовиться, постоянно повторял теорию по предметам, в том числе и по своим старым тетрадям. Просил Какаши уделить больше времени для практики по тайдзюцу и метанию сюрикенов, про которые Мичи почти забыл.       – Сегодня никакой тренировки, – рано утром сообщил джонин, медленно тянувшись за кружкой кофе.       – В смысле? У меня уже завтра экзамен! Я же завалю! – он впился пальцами в плечо мужчины.       – Что изменит одна тренировка? Ты всё прекрасно знаешь, но тебе надо отдохнуть и выспаться, уже синяки под глазами.       – Я смогу выспаться после экзамена! – уговаривал мальчик.       – Что ты пьёшь по утрам?       – Чай, – Мичи не понял вопроса.       – Какой? – кивая вверх, уточнил Какаши.       – Чёрный.       – А ты заварил зелёный, который терпеть не можешь.       – Это, – он обернулся в поисках кружки, про которую давно забыл, там и вправду лежал пакетик с остывшим зелёным чаем, – это ничего не значит! Если я сегодня выложусь на полную, то точно буду готов!       – Ты уже готов, – Какаши развернулся к мальчику полностью и положил руки на его плечи, – понимаешь? У тебя уже всё получается, ты отлично справляешься со всеми дисциплинами, – ребёнок прижался ближе, а тот обнял его и растрепал волосы.       – Этого недостаточно, – Мичи ударился лбом об ключицу Какаши, показывая, что всё плохо.       – Тебе кажется, – это было правдой. Джонин считал, что мальчик почти на уровне генина, только ему надо было как минимум знать парочку ниндзюцу для полноты картины. Он сейчас уже мог обогнать парочку своих сверстников, – Мичи, ты слишком перенапрягаешься в последние дни, я не хочу, чтобы ты так изматывал себя.       – Тогда я один пойду- – мальчик собирался отстраниться и Какаши почти дал ему это сделать, но у него тут же щёлкнуло в голове.       – Я в тебя верю, – он говорил это смотря прямо в глаза, на что Мичисато встал в ступор. Наверное, эти слова он слышит впервые, – и вижу твой прогресс. Всё получится.       – Серьёзно?       – Да, пожалуйста, выспись сегодня, сейчас только 6 утра.       И это сработало. Заснул мальчик очень быстро, а Какаши думал о том, что надо бы чаще говорить подобные вещи. Мичи наконец выспался. Из-за волнения он не мог нормально засыпать, а рано утром приходилось просыпаться на тренировки и вкладывать туда все свои силы. Весь день он не мог найти чем себя занять, чтобы не терпеть отвратительного чувства ожидания. Джонин предложил ему сходить в отдел разработок. Это было прекрасной идеей.       – Мичисато-кун! Я думал, что ты больше сюда не вернёшься! Совсем забыл про нас! – Катаске очень был рад его появлению и сразу попросил позвать Эреки, – рассказывай, как у тебя дела? Есть какие-нибудь идеи?       – Д-да нормально, столько всего произошло. Вот завтра на экзамен в академию иду. Идей никаких не появилось, я всё-таки занят был…       – Мичисато! – ворвался в кабинет Эреки, – у меня к тебе важное дело, я всё ждал, когда ты объявишься!       – Каминаримон-сан?! – мальчик знатно испугался такого резкого появления и схватился за сердце.       – Как только ты к нам пришёл я вспомнил одну интересную вещь, которую случайно услышал на улице и всё искал первые свои чертежи и записи, – он прошёл в помещение, смахивая рукой пот со лба.       – Может это подождёт до завтра-послезавтра? Я и так сейчас на нервах, знаешь…       – Неужели ты решил заново начать тот проект? – радостно и удивлённо встрял в разговор Катаске.       – Именно. Мичисато, этот проект сможет подождать сколько угодно, главное, чтобы ты его посмотрел, – парень подошёл к стеллажу с разными важными бумагами и положил макулатуру в отдельный отсек, – я оставлю это здесь, даже если меня не будет – посмотри обязательно.

***

      Он не мог всю ночь уснуть. Грудную клетку сжимало волнение, а дыхание сбивалось каждые пять минут. Казалось, сна и не было, а как только Какаши зашёл, чтобы разбудить мальчика, то от одного звука открытия двери он уже поднялся. Буквально две свободные секунды и тревога сдавила лёгкие с новой силой. От сильного мандража в руках он даже чай заварить не мог и джонину пришлось помогать. Какаши мог предложить успокоительные, но сделал бы только хуже, мальчик может многое забыть и растерять внимательность из-за них. На него тоже перебросилось волнение Мичи, что было очень странно для мужчины.       – Это и есть академия? – спрашивал Мичисато.       – Именно, можно сказать это один из корпусов Резиденции хокаге, но в этом же здании есть ещё и Стол Назначения Миссий.       – Это всё, конечно, прикольно, но куда дальше? – они поднялись по коридору на второй этаж, где их встретил человек в привычной форме ниндзя Листа с папкой в руках.       – Какаши-сан? Мичисато-кун? – он приветливо улыбался и помахал свободной рукой, – можешь пока пройти в 25-ую аудиторию, я сейчас подойду, – сказал он, наклоняясь к мальчику. Мичи ничего не оставалось, кроме как на ватных ногах отправиться искать нужную дверь дальше по коридору. Человек же направлялся на третий этаж и глазами позвал с собой джонина.       – Ирука-сенсей, вы будете принимать у него экзамен?       – Тест и спарринг. На самом деле вместо меня должен был быть другой преподаватель, но мне уж очень хотелось оценить возможности вашего сына, – он неловко почесал затылок, – вот уж не думал, что у вас, Какаши-сан, есть ребёнок, – Ирука открыл дверь в учительскую, приглашая зайти. Она представляла собой 2 ряда столов, с кучей документов и прочих бумаг на каждом из них, стеллажи с книгами и важными папками вдоль двух стен и длинный диван у одного из окон. Стоило Какаши пройти, как в глаза ему бросился Гай, разлёгшийся на диване, – Гай-сан тут с восьми утра ждёт вас, хотя я говорил, что экзамен в десять…       – Йо, Гай…       – Какаши! Ну как, волнуешься? – раздражающе бодро интересовался тот.       – Нет, – просто ответил Какаши, падая рядом с другом на диван.       – Почему? – непонимающе спросил Гай.       – Я в нём уверен.

***

      Он в себе уверен не был. По крайней мере так сильно. Мичисато нервно ждал в кабинете. Тишина напрягала. Сейчас как раз шли каникулы перед началом нового учебного года, и даже никто из учителей не ходил в коридоре. Услышав шаги, сердце мальчика пропустило один сильный удар. В класс зашёл тот самый приветливый молодой человек, сохраняя дружелюбное выражение лица.       – Меня зовут Умино Ирука, я один из преподавателей в академии и сегодня буду принимать у тебя тестовый зачёт и спарринг, – он положил стопку бумаг на свой стол и протянул мальчику листы с заданиями, – сверху подписываешь фамилию и имя, кружком обводишь цифру ответа, который считаешь правильным. Задания, где нужно решение или запись, делаешь на другом чистом листе. В принципе всё. Если есть вопросы по оформлению или формулировке заданий – спрашивай.       – Хорошо, – мальчик кивнул, нервно сглатывая слюну.       – Сильно боишься?... – чунин, сидя напротив, наклонился вперёд.       – А? – мальчик наоборот отодвинулся, чувствуя небольшой дискомфорт, – да нет, вроде понимаю, что могу всё решить, но как-то волнуюсь.       – «Всё решить»? – экзаменатор откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и улыбнулся, – ну, посмотрим.       Для Мичисато задания и вправду были лёгкие, самые сложные из них он проходил ещё в 4-ом классе, поэтому проблем не было. Всё время напротив него сидел Ирука и, видимо, проверял тетради и какие-то работы своих учеников, время от времени поглядывая в сторону мальчишки. Как только Мичи закончил проверять все задания, то понял, что уже успокоился. Судя по настенным часам, прошло уже два с половиной часа.       – Извините, – он напрочь забыл имя учителя, поэтому воспользовался беспроигрышным вариантом, – я всё сделал, могу сдавать?       – Уже? – преподаватель резко поднял на него глаза от удивления, – может перепроверишь на всякий случай?       – Я перепроверил два раза.       – Ну постарайся хотя бы подумать над заданиями, которые у тебя не получаются, – задумчиво проговорил Ирука.       – Они все сделаны, – мальчик стукнул по столу ребром листков, чтобы они стали ровной стопкой и положил их рядом с чунином, – что мне делать дальше? – тот схватил бланки и начал их быстро пролистывать. Они все были полностью заполнены.       – Невероятно… – он одной рукой схватился за голову, читая ответ на одно из заданий, – хотя ничего удивительного, зная какой гений твой отец, да? – Ирука расплылся в доброй улыбке, адресованной мальчику.       – Н-наверно, – Мичи понятия не имел шутка это или этот парень и вправду считал Какаши гением.       – Тогда подожди тут немного, я отнесу твою работу и проверю пришёл ли твой партнёр для спарринга, – чунин ушёл, продолжая просматривать ответы мальчика. После его ухода Мичисато понял кое-что о чём раньше не задумывался. Ему придётся вступать в бой против незнакомого человека, да ещё и ровесника, который уже целых 5 лет отучился в Академии и хорошо знает тайдзюцу и базовые ниндзюцу. Как же было страшно опозориться перед сверстником и провалиться.       Ирука вернулся слишком быстро и попросил Мичи следовать за ним. Они направились в противоположную сторону от главного входа и вышли на стадион академии. Грубо говоря это было пустое поле с парой деревьев, ограждённое сетчатым забором, в углу которого лежали друг на друге брёвна и что-то похожее на мишени.       – Мичисато-кун, знакомься, самый подходящий для тебя противник – Мацури, – девочка, сидевшая на лавке у стадиона, резко подняла голову, когда услышала своё имя. Её дреды, убранные красной банданой, смешно подпрыгнули, – она моя студентка. Её результаты в тайдзюцу и ниндзюцу – золотая середина в классе.       – Приятно познакомиться, – она подошла и протянула руку для рукопожатия.       – Мне тоже, – у Мичи даже получилось уверенно пожать руку. Он уже пережил столько волнения, что от такого избытка он переставал его чувствовать. Страшно было, но уже морально нет сил как-то реагировать.       Как только все приготовления были закончены Ирука встал посередине поля у забора между двумя детьми и поднял руку вверх. Мацури сразу сложила половину печати козы, готовясь к спаррингу, Мичисато сразу повторил за ней. Экзаменатор посмотрел на них по очереди и, резко опуская руку, скомандовал: «Хаджиме!». Девочка сразу запустила сюрикен, от которого Мичи увернулся чересчур сильно, хоть он и так бы не попал. Какаши ещё ни разу ни сюрикены, ни кунаи в него не кидал, поэтому такое опасное действие сбило мальчишку с толку. Студентка академии вслед за своим сюрикеном набросилась на него рубящим ударом с ноги. Её скорость была медленной, но учитывая центр тяжести в этом ударе можно было не сомневаться, что мало не покажется. Боясь блокировать Мичисато сделал шаг в сторону, разворачиваясь влево, и оказался к сопернице почти спиной. «Открылась!» – только он увидел краем глаза, что она почти коснулась земли, то тут же занёс правую руку. Мальчик сразу ударил локтём в её спину, накрывая кулак ладонью левой руки, чтобы добавить силы. Ощущение было странное, ему никогда не удавалось задеть джонина, а тут почти в начале он уже совершил успешную атаку. Не останавливая вращение Мичи перенёс весь вес на правую ногу, а другой совершил пинок под колени Мацури. Она не растерялась и кувырком спаслась от падения, быстро вскакивая на ноги. Девочка такого точно не ожидала и только улыбнулась, признавая своего противника. Теперь она будет серьёзнее.       – Как хорошо сориентировался! Вообще молодец! Весь в папку! – Гай наблюдал за поединком из окна учительской на третьем этаже.       – Гай! – сделал замечание Какаши. Он тоже наблюдал и вместе с другом старался максимально не палиться.       – В чем я не прав, а? – поддевал он с улыбкой.       – Он меня отцом не признал, поэтому не говори глупостей.       – Наблюдая сейчас за ним я будто смотрю на юного Какаши, который согласился со мной на очередное соревнование, – Гай не отрывал взгляд от фигуры Мичисато и меланхолично вспоминал былые времена, – так ты его ещё и своему стилю научил, конечно он весь в тебя… Ой! – они заворожённо смотрели за напряжённым моментом поединка, но ситуация тут же перешла в пользу мальчика, – Слава Богу!       – Ты атеист, – закатил глаза Какаши.       – Я знаю. Так вот. Ты только посмотри: удары без сильного размаха, работа на скорость и… чёрт, – он посмотрел на друга максимально недовольным взглядом пару секунд, – ты его хотя бы приёмам нормальным учи, посмотри какой сильный завал корпуса, у тебя такая же проблема!       – Мне так удобнее, – джонин от усталости из-за этой болтовни щекой улёгся на спинку дивана, но следить за спаррингом продолжил.       – А мальца тогда зачем такой фигне учить? – Гай всегда изучал все приёмы до идеала без единого изъяна и раздражался, если кто-то делает настолько банальные ошибки.       Победила Мацури. Заломила Мичи руку, пока тот пытался встать, так ещё и не давала пошевелиться, придавив его к земле всем весом. На протяжении всего поединка Ирука что-то отмечал в планшете для бумаг и пристально следил за движениями Мичисато. Когда спарринг наконец был остановлен дети сложили печать примирения и плюхнулись на скамейку, дабы отдохнуть.       – Это было классно, ты умеешь делать много крутых штук, которые мы не изучали в академии! – она вытирала щёку от пыли тыльной стороной руки.       – Спасибо, – мальчик вообще не знал надо ли ему что-то говорить, тем более сравнивать ему особо-то было не с чем, – у тебя тоже классный стиль.       – Ты заметил, что он не академический? Я так много над ним старалась! – Мацури аж засветилась от счастья, но это продлилось недолго.       – Мацури! Тебе же говорили, без оружия, – раздражённо улыбался преподаватель.       – Ирука-сенсей! Простите! Я вспомнила только после того, как использовала этот сюрикен! – она тут же подскочила со скамейки.       – Ты его специально запустила для первой атаки!       – Ой, ну не знаю! Может вам показалось, Ирука-сенсей? Кстати, куда же мой сюрикенчик подевался? – она поспешно покинула стадион.       Было грустно, очень грустно, что он не выиграл этот спарринг. Да ещё и было такое ощущение, что пропустил больше половины ударов. Хоть Мичи и удалось показать, что он может концентрировать чакру в ногах и спокойно использовать это в бою, но было ощущение, что этого не хватит. Как же ему не хотелось становиться разочарованием. Впереди оставалось лишь собеседование, которого он уже не боялся.