Случайность

Уëн совсем не против случайных связей. Особенно с такими статными и накаченными мужчинами, которые могут влажно целоваться, нежно сжимая его талию на заднем сидении до ужаса дорогой тачки. Видимо, именно такие картины лицезреют высокооплачиваемые проститутки каждый вечер. И это очень даже неплохо. Кожанные штаны чертовски сильно давят на возбуждение, что Чон не выдерживает и начинает потираться о черствую ткань чужих брюк. — Надеюсь, что у тебя нет жены, — он тянет каждую фразу, потому что чужие язык и губы проходятся от открытых плеч до подборка, чуть кусая. Сильные руки же сжимают ягодицы, кажется, на них останутся синяки, но от того времяпровождение будет более приятным. — Я не хочу потом получать угрозы о том, что меня закопает какая-то милая женщина. Старший же вместо ответа вписывается в чужие губы, вновь чувствуя металлический холод на губах, а потом мелкий шарик на языке, от которого фантазии в голове брюнета становятся эротичнее, хватка на бëдрах становится сильнее, что губы красноволосого приоткрываются ещë больше, а с них срывается сладкий стон. Уëн начинает кусать чужие губы сильнее обычного, а олна рука мужчины перемещается на шею, обхватывая и чуть сжимая, задевая кадык. Он наклоняет голову, толкаясь языком глубже и играясь со штангой, посасывает чужой кончик языка. Чона же ведëт от такого. Брюнет перемещает руку на пах, закрытый чëрной душащей кожей, расстëгивает пуговицу, заставляя таким действием младшего облегчëнно выдохнуть в поцелуй и чуть опустить бëдра. И старший на этом не останавливается, оттягивает резинку нижнего белья, проскальзывая пальцами по всей длине члена, а затем чуть надавливая на колечко мышц. Один взгляд лисьих глаз заставляет Уëна хныкать от желания. Он уже пытается насадиться, но его удерживают за талию на одном уровне, не позволяя совершать каких-то движений. — Нет уж, прелесть, — тембр голоса мужчины снизился из-за возбуждения и одним лишь своим звучанием заставлял повиноваться. И, о Боже, вибрация, проносящаяся по телу старшего, перенеслась и на тело Чона, впиваясь в кости и не отпуская надолго. — Сначала порадуй меня, хорошо? Уëну же оставалось на это только кивнуть и понемногу спаскаться с чужих колен на пол салона машины, садясь напротив чужих бëдер. Чувствуя на затылке руку, красноволосый поднимает голову, узревая до ужаса сексуальную картину. Рубашка наполовину расстëгнута, и виднеется накаченная грудь, закатанные рукава открывают вид на руки, на которых набухли вены от напряжения, а на самого Уëна смотрят два лисьих глаза, полуприкрытые и полностью чëрные от возбуждения. Эти глаза так и манят в них утонуть, затеряться так, чтобы никто не нашëл. Ведя языком по ткани брюк, он ощущает жëсткость и шершавость. А рука в его волосах сжимается, пока изо рта старшего льëтся мелодичный низкий стон. И таких стонов хочется услышать больше, чаще, чтобы они не прирывались ни на секунду. Пальцы младшего путаются от всего происходящего, но всë же могут расстегнуть красивую пряжку, такую же пуговицу брюк и потянуть за язычок молнии. Сверху слышится вздох облегчения, а в волосах ослабевает хватка. Одной рукой мужчина достаëт достаточно большой член из боксеров, а Уëн понемногу касается языком каждой венки, задевая хололным металлом, вызывая несдержанные стоны. Резко проводит по всей длине, и, кажется, будто голос брюнета поменялся и его услышали даже за пределами машины. Одной рукой Чон надрачивает у основания и чуть дальше, покачивает головой, каждый раз беря всë больше, а, когда волосы сильно сжимают и оттягивают, гортанно стонет, посылая вибрацию по чужому телу. Брюнет вскидывает бëдра, чтобы получить больше наслаждения, а у Уëна от такого по щекам слëзы текут, размазывая еле видный макияж. Но от того он не становится каким-то страшным или уродливым, наоборот, он становится ещë более сексуальным, развратным и до ужаса красивым. У старшего глаза искрятся от лицезрения такого парня. До того искрятся, что он не выдерживает и кончает с громким стоном, не предупреждая. Чон проглатывает белëсую жидкость, ничего не говоря, лишь улыбаясь и щуря глаза, выглядя при этом мило. Невозможный. Не успев даже опомниться, Уëн снова оказывается на старшем, седлая его бëдра и отвечая на поцелуй. Размазанный, но от того не менее приятный. Брюнет перемещает руки на тело, через тонкую майку пересчитывая рëбра, чертя круги на животе и пояснице. Чон шипит, когда в него входят, это неприятно, но не так больно, если от подготовки прошло немного времени. По коже проходится рой мурашек при первом толчке. Чувство заполненности немного непривычное, от чего по щекам красноволосового вновь пробежали слезинки, которые сразу же сцеловывают, не давая скатиться до подбородка. Успокаивая поцелуем, старший насаживает его всë сильнее. Уëн от такого голову теряет, от нежности и внимания, которое ему сейчас дарят. Он теряется в этом мужчине, даже не понимая этого. ××× — И он вот так сидел, — пытаясь сымитировать позу вчерашнего мужчины, Чон откидывает голову назад и чуть прикрывает глаза. — Ещë и таким томным взглядом смотрел, Ëсан-и, ты бы видел. Сам бы там же растаял, — мечтательно закрывая глаза, он встаëт с пола, валясь на кровать. — Так ещë и знаешь, у него голос, вроде, такой низкий, а стоны то. Ммм... Умру, если не выйду за него замуж. — То есть, ты мне сейчас на полном серьёзе рассказываешь, как трахался с каким-то мужиком у него в машине? — не стесняясь своих слов, Ëсан говорит, как есть. Получив на это выражение: "Ну, а кому мне ещë говорить об этом, если единственный мой лучший друг — это ты?", старший морщит нос, презрительно осматривает рядом лежащее тело. Он вопросительно выгибает бровь, а потом садится на матрас, ставя руки позади себя. — Он тебя вчера об дверцу своей "дохуя дорогущей" тачки ударил? Если да, то теперь ясно твоë поведение. — Ничего он меня не ударял, он наоборот, был милым и нежным со мной, — складывая руки на груди, Уëн запрокидывает головы, от недовольства морща губы. — И никакой он не мужик, а очень даже привлекательный мужчина под сорок, вполне себе кандидатура. — Чего?! Под сорок? — прикрикивая, Чхве раскрывает глаза куда больше, чем до этого, что даже кажется, будто у него глазницы выпадут. Иногда он не понимает, чем думает его друг, но в такие моменты явно не мозгом. Нерв под глазом дëргается, но парень быстро успокаивается, когда слышит, как дверь квартиры открывается, а в коридоре слышны шаги. — Это ещë кто? — подлетая с кровати, Уëн выглядывает из-за стены, но никого не замечает, садясь обратно. — Ëсан-и, у нас гости? — разуваясь, мужчина замечает ещë одну пару обуви, которой нет ни у него, ни у сына. Проходя в комнату младшего Чхве, он начинает говорить. — Здравствуйте, я — Чхве Сан... — но тут же застывает, приостанавливая свою речь. На кровати сидит тот же самый парень, что и вчера был с ним в машине. Замечает те же самые глаза, но без макияжа, те же пухлые розовые губы, на которых маленькие ранки, те же красные волосы. Всë то же самое. — Я — отец Ëсана. — Ну, пиздец...