Все хотят Патрика ▪️

Год спустя.

— Не надо мне заливать! Видел, как он на тебя пялился! — И что с того? Подумаешь, смотрел. — А ты был только рад! Красовался, не беспокоясь, что меня это задевает! — Джоуи, тебя всегда что-то задевает! Даже если кто-то много дышит в мою сторону! Мы начинаем ругаться, едва переступив порог квартиры после возвращения из длительного концертного тура. В этот раз Джозеф приревновал к парню, сидящему через проход в самолете. Тот подал мне выпавшую из рюкзака бутылочку воды, я с благодарностью улыбнулся, мы завязали легкую беседу о том, кто куда направляется, и… Джозефу этого оказалось достаточно, чтобы до самого конца полета метать в несчастного уничтожающие взгляды. А когда парень, прежде чем попрощаться, пообещал при возможности заглянуть к нам на концерт, Джозеф и вовсе был готов взорваться. Всю дорогу в такси он хранил угрюмое молчание, но стоило подойти к подъезду, решил высказаться и не умолкал до сих пор. — Он тебе понравился? — Джозеф разворачивает к себе лицом, взяв за плечи. — Ну, ответь. Понравился? — Боже, Джоуи! Успокойся, очень тебя прошу! — Убираю его руки и наклоняюсь, чтобы разуться. — Что за хрень опять пришла тебе в голову? — Трудно, наверное, отказаться, когда вокруг столько желающих, стоит лишь рукой поманить? Вон, даже Дилан тебя поначалу невзлюбил, а теперь вы сблизились! Все ходите, перешептываетесь. Может, у вас происходит что-то? — Какая чушь! Ты опять за свое! — Отбросив в угол комнаты сумку, раздраженно отвечаю я, проходя по коридору. — Я устал говорить, что мы с Диланом просто друзья! — А ты жалеешь? — Джоуи упрямо следует по пятам. — Хотел бы большего? — О-о, не-е-ет! Да сколько можно! — захожу в спальню и плюхаюсь на кресло. Джозеф встает в проходе в самую воинственную позу — расставив ноги и скрестив руки на груди. — Что, угадал? — он яростно сопит, прищурившись. — Развлекаетесь у меня за спиной? Не зря вчера долго в раздевалке торчали! Зажимались, как только время нашлось? Чувствуя, что сейчас сорвусь, плотнее сжимаю губы и лишь стреляю в него бешеным взглядом. Снимаю с плеч надоевшую за время перелета ветровку, натягиваю рубашку и выхожу обратно в коридор, толкнув по пути Джозефа плечом. — Ты куда? — грозно спрашивает он, когда я беру ключи и направляюсь к выходу. — Сил больше нет слушать твой бред! Хочу пройтись. — Один? У меня начинают полыхать щеки. Резко развернувшись, срываю с головы бейсболку и швыряю ее прямиком Джозефу в лоб, но он ловко уворачивается и нахально хмыкает, довольный тем, что все же удалось меня выбесить. — Конечно же нет! Позову Дилана, того парня из самолета и продавца из магазина, к которому ты приревновал на прошлой неделе! И плевать, что он в другом городе! Да вообще всех желающих приглашу и буду отдаваться по очереди! Выбегаю из квартиры, не забыв с размаху хлопнуть дверью, и спускаюсь по лестнице, перескакивая через ступеньку. Быстро шагаю по тротуару вдоль ряда многоэтажек, сворачиваю к скверу, где поменьше движения, и направляюсь к главной площади. В висках глухо шумит пульс. Замедляю шаг, делаю глубокий вдох и выдыхаю. Побыть немного на воздухе после ссоры с Джозефом сейчас кажется лучшим решением. Площадь даже издали выглядит оживленно. Сегодня выходной, народ высыпал отдохнуть в тени, поесть мороженого и прогуляться с детьми. Пешеходная улица, по которой иду, — одно из мест, где я часто любил бывать раньше. Здесь я впервые выступал перед публикой, таская с собой переносную колонку. Здесь и познакомился с Джозефом. Прохожу мимо группы молодых музыкантов, настраивающих инструменты. Переругиваясь между собой и заметно нервничая, они устанавливают барабаны, синтезатор, гитару и переставляют микрофон. Улыбаюсь, невольно вспоминая, как сам так же переживал перед уличным выступлением, и замечаю стоящего поодаль парня с флаерами в руке. На его груди плакат с картиной, которая сразу же привлекает мое внимание. Сердце на секунду пронзает иглой. Завороженно делаю в его сторону несколько шагов. — Загляните на выставку молодого художника прямо сейчас! — бодро обращается ко мне парень, заметив мой интерес. — Вот, возьмите. Это совсем рядом, на соседней улице. Беру из его руки флаер и, не в силах отвести взгляд от рисунка, направляюсь по указанному адресу, все еще не веря совпадению. Галерея находится сразу за углом. Перейдя дорогу, оказываюсь перед большим, светлым зданием и толкаю дверь. Среди людей, рассматривающих развешанные по стенам картины, почти сразу нахожу его. До боли знакомый светлый затылок я узнал бы из тысячи. Поколебавшись с минуту, подхожу ближе и трогаю его за плечо. Внутри замирает. — Привет. — тихо говорю я, когда Бенджи оборачивается. Его брови подскакивают вверх. — Ты все же нарисовал ее, — кивком указываю на висящую за ним картину. Ту самую, которая красовалась на рекламном листке. Ту, которую он когда-то рисовал красками на моей груди. — Восстановил по памяти. Два межпланетных странника плотно засели в голове, и я просто не мог их не изобразить. Добавил деталей, и вот… что вышло. — Уголки его губ нерешительно дергаются в полуулыбке, и я вижу на щеке ямочку, которую так любил целовать. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Какими судьбами? Думал, ты давно уехал. — Да, я… мы с Джозефом уезжали на несколько месяцев. Но сейчас на время вернулись. Вышел прогуляться по улицам и вот наткнулся на твою выставку. — Первый раз ее устраиваю. Даже не представлял, насколько это хлопотно. Без помощи Дэни точно бы не смог. Он указывает на стоящего к нам спиной парня и окликает его по имени. Тот оборачивается, и я узнаю хозяина кофейни с книгами, в которой мы когда-то частенько бывали вместе с Бенджи. При виде меня улыбка тут же сползает с лица Дэниеля. Сдержанно кивнув, он возвращается к прерванной беседе с одним из посетителей, но с этого момента изредка окидывает нас пристальными взглядами. — А ты… просто забежал поздороваться или хотел что-то сказать? — Если у тебя есть немного времени, могли бы выпить по стаканчику кофе. — Хорошо. Я только скажу Дэни, что отлучусь на полчаса. Мы выходим из галереи, заглядываем в ближайшую кофейню и не спеша идем по тротуару до ближайшего сквера. — Значит, ты теперь с Дэни? — Да. — Бенджи садится на скамью. Я устраиваюсь рядом. — После расставания с тобой… было тяжело. Я часто заглядывал к нему за новыми историями, чтобы отвлечься. Мы стали больше общаться. Он поддерживал меня. Оказалось, Дэни тоже пережил печальную историю первой любви. — он грустно вздыхает и отводит глаза. — Парень, с которым они встречались четыре года и даже жили вместе, изменил ему. А ведь они были друзьями с самого детства! — Давно вы вместе? — Примерно четыре месяца. Он старше на двенадцать лет, но это кажется такими пустяками. Мы прекрасно подходим друг другу. Он отпивает глоток, обхватывает ладонями стакан и склоняется над ним, замолчав. — А вы с Джозефом, оказывается, уже поженились? — он вдруг указывает на мою руку. — Когда? — Год назад. — я медленно прокручиваю на пальце кольцо. — Он сделал предложение буквально сразу. — Оу, вон как… — Бенджи выпрямляется и задумчиво смотрит куда-то вдаль. — Видимо, он действительно тебя любит. А ты? Ты счастлив с ним? Прямой вопрос застает врасплох. Засовываю руки в карманы и кусаю губы. — У нас… все хорошо. У меня концерты и выступления, о которых мечтал. Прекрасные отношения с группой. Так что да, наверное. — «Наверное»? Думал, ты скажешь что-то поубедительнее, после того как оставил с неразрешенным вопросом «что же я сделал не так?» и с чувством вины, что со мной тебе чего-то не хватило. — Он комкает вынутую из кармана салфетку и швыряет ее в мусорку. — Что тебе было скучно и хотелось нового, а я ничего не замечал… — Нет, ничего подобного! — В носу внезапно начинает щипать, и я крепко сжимаю зубы. — Ты тут ни при чем! — …но дело даже не в этом. Я все равно никогда не смог бы дать тебе того, что дал Джозеф. Пора признать. И ты не можешь с этим не согласиться. — он вздыхает и продолжает спокойнее. — Все прошло. Первое время было сложно, но теперь я не держу на тебя зла, Патрик. Ведь именно это ты хотел узнать, но не решался спросить напрямую? Это не дает тебе чувствовать себя до конца счастливым рядом с Джозефом? Тогда скажу: да, я давно тебя простил. Он легко касается моего локтя. Наши взгляды пересекаются. Внезапно понимаю, что с момента расставания Бенджи изменился. Что-то едва уловимое поменялось в его облике. Может, чуть заострились скулы. Или глаза стали серьезнее. Может, короче волосы. Но он как-то… повзрослел. Прошло не так много времени, но передо мной больше не тот трогательный и наивный паренек, каким я запомнил его. Мы допиваем кофе в тишине. Бенджи отвечает на звонок от Дэни и торопится обратно в галерею, а я еще долго смотрю вслед, прежде чем подняться со скамьи и медленно двинуться по улице. Когда я возвращаюсь в квартиру, Джозеф сидит за ноутбуком, но не оборачивается. — Хей. Все еще злишься? — подхожу к нему и тыкаюсь носом в затылок. — Представь себе! — огрызается он, но не отстраняется. — Наговорил всякого и исчез на два часа! Наклоняюсь, целую его в скулу и обвиваю рукой за плечи. Джозеф недовольно косится, но руку не скидывает. — Почему ревнуешь к каждому встречному? Разве я хоть раз давал реальный повод? — веду губами по щеке, кладу ладонь на макушку и вплетаю пальцы в волосы. — Стоит только представить, что ты с кем-то еще… — Выдыхает он, разворачивается лицом ко мне, обхватывает за талию и усаживает на себя. — Тогда не представляй, — шепчу и захватываю его губы жадным поцелуем. Джозеф нетерпеливо подается вперед, вытаскивая из джинсов мою рубашку, и забирается под нее руками. — А знаешь, — усмехаюсь, немного отстранившись и глядя ему в глаза, — каждый раз после скандалов мы так бурно миримся, что у меня закрадываются некоторые подозрения… — Какие же? — он отрывисто касается губ, оглаживая по спине. Кладу ладонь ему на грудь, затем опускаю руку ниже, скользнув по животу и расстегиваю ремень. — Признайся, тебя ведь это заводит? — в подтверждение запускаю пальцы в его джинсы и выгибаю бровь. — Что именно? — Джозеф усмехается. — Ссориться? — Это ты скажи. — продолжаю настойчиво дразнить, обхватывая стремительно твердеющий ствол через белье. Дыхание Джозефа становится чаще. Он прикусывает мочку уха и смачно шлепает по заднице. Ему нравится, когда я веду. — Интересно узнать, какие фетиши таятся в голове моего мужа. — Хм, — он прищуривается, — многие тебя хотят, но получаю только я. Ревность добавляет остроты. — Ты ведь знаешь, что я не стану заводить кого-то на стороне. — Потому что контракт. — Джозеф поджимает губы. — Я помню. — Нет. Не только поэтому. — уверенно отвечаю я, и он впивается взглядом в лицо. — Потому что мне правда хорошо с тобой. Несмотря на твой дурной характер. Он смотрит слегка недоверчиво, но, поняв, что я полностью откровенен, порывисто заключает в объятия, зарываясь лицом в рубашку у меня на груди, и покрывает поцелуями шею, скулы и щеки. — М-м, Патрик, — горячо шепчет он. — Как же я хочу тебя! — Обожаю, когда ты вот так томишься в предвкушении, — еле слышно говорю на ухо и тянусь к полке за небольшим тюбиком. Джозеф плавится под касаниями, когда я стягиваю нижнюю часть одежды, выдавливаю на ладонь смазку и плотнее обвиваю пальцами его член, продолжая не спеша двигать кистью. Быстро освободившись от джинсов, вновь сажусь на Джозефа и осторожно впускаю в себя. Он хватает за бедра, норовя сразу же поддаться эмоциям и ускорить темп, но я отвожу его руки за спинку стула. Говорю, чтобы сцепил пальцы в замок, упираюсь рукой в его плечо и двигаюсь сам, делая быстрые, короткие рывки. Прогибаюсь в спине, чувствуя, как он плавно скользит внутри, и на миг прикрываю глаза, растворяясь в ощущениях. Джозеф напрягается всем телом. Старается дышать ровнее, но я чувствую, как бешено колотится его сердце. Замедляю ритм, когда хочу услышать сбивчивые, молящие стоны, и вновь наращиваю его, чтобы увидеть, как он запрокидывает голову и впивается зубами в нижнюю губу. Его послушный, усмиренный вид опьяняет. По коже пробегает горячий разряд, сладко отдавая иголками по нервам. Искры в крови начинают шипеть и взрываться, как пузырьки газировки, но я старательно сдерживаюсь, отдаляя момент разрядки. Хочу, чтобы Джозеф кончил первым. — Я почти, я почти… ну же… — словно услышав мои мысли, шепчет он, когда я в очередной раз замедляюсь. — Но я могу подразнить еще. Ты такой тихий и податливый. Редкое зрелище. — откровенно издеваясь, приподнимаюсь, чтобы посмотреть, как он срывается на скулеж, а затем так же осторожно усаживаюсь обратно. — Но ты ведь хочешь прямо сейчас? Джозеф быстро кивает, и в следующую секунду чувствую, как он пульсирует внутри, стоит только начать двигаться. — Черт… Патрик. Это было сильно. — улыбается он, отдышавшись. — Кажется, я сорвал джекпот, когда мы поженились. Схватив меня в охапку, он встает со стула, делает несколько шагов и опрокидывает спиной на кровать. Не успеваю опомниться, как его губы горячо обхватывают мой член. Он несколько раз плавно ведет языком, вылизывая до верхушки, а затем насаживается глубоко и быстро, не давая времени на передышку. Ловлю себя на том, что начинаю стонать протяжно и громко, вцепившись пальцами Джозефу в волосы. Он плотно смыкает губы и неотрывно смотрит в лицо. Я не отвожу взгляд, еле удерживаясь на краю сознания, когда меня выламывает сильно и резко. На несколько секунд проваливаюсь в обволакивающую, вязкую пелену, и когда вновь разлепляю веки, вижу, как Джозеф подбирает подушечкой большого пальца несколько попавших на подбородок капель и быстро слизывает. Подтянувшись на локтях, он плюхается рядом. Я разморено зеваю и поворачиваюсь к нему, подминая под щеку подушку. — Как смотришь на то, чтобы завтра зайти к моим? Я как раз собирался проведать маму и Фила. Можем сделать это вместе. — О, решил познакомить меня с семьей? — Думаю, после года супружеской жизни — самое время, — улыбаюсь я. — Но если ты не хочешь… — Почему это? Я только рад! Уже начал думать, что ты вообще никогда этого не сделаешь. — живо возражает Джозеф, притягивая к себе, а я целую его в ответ.