Такой же, как и он

Прошла неделя с тех пор, как Тэхён переехал к Чонгуку. В тот же день, только утром, они поехали за вещами парня, потому что «я привык к тем вещам и не надо мне покупать дорогое шмотьë, я тебе глаз выколю». Это был мощный аргумент. Благо, когда они приехали альфы не было дома и они могли спокойно собрать вещи. Уходя, Тэхён оставил запасные ключи без всяких сожалений и ушёл в новую жизнь. Конечно, без ссор было никак. И ладно, если бы ссоры были по типу «почему ты раскидываешь свои труселя где попало?», которое адресовывалось бы Чонгуку. Тэхёну было бы «хватит шляться полуголым, если жарко, включи кондиционер, не надо толкать меня на изнасилование». Нет, ссоры были из-за ревности. Ревновал больше Тэхён, потому что Чонгуку мог сорваться посреди ночи по каким-то делам и младшему сразу вспоминалась та мымра. Тэхён не знал, что может так ревновать. Чонгуку ревновал не меньше. Все-таки Тэхён ходил на учёбу, где тоже есть всякие типы, которые облизываются на задницу его ванильки и в мыслях уже переебали его всего. Такие ссоры, как правило, заканчивались тем, что трусы Тэхёна порваны, синяки на бёдрах и заднице у Чонгуку были кровавые полосы на спине и плечах и тоже пару синяков на рёбрах, потому что, оказывается, Тэхён не очень контролирует свои конечности во время оглушительного оргазма и может зарядить пяткой или коленкой прямо в печень или рёбра. Весело, одним словом. — Тэ, мне сегодня надо в салон, — заходя на кухню, старший целует омега в макушу, пока тот поглощает свой салат, одновременно с этим смотря на потрахушки каких-то тайцев. — М? С мотоциклом или с машинг что-то? — тот ставит лакорн на паузу и оборачивается к старшему и дарит приветсвенный поцелуй в щёку, потому что тот только проснулся после ночной смены в баре. — Нет, — Чонгуку хмурится и вспоминает, что так и не сказал парню, — Мне надо в тату-салон. — Хочешь новую татушку? — парень с сомнением смотрит на забитую руку. — Нет, я просто должен проследить, как идёт работа. — А ты там каким боком приписался? — хмыкает Тэхён и поворачивается обратно к телефону, собираясь уже запихать ложку салата в рот, как останавливается на пути ко рту, услышав следующие слова. — Вообще, это мой салон. Точнее, мои, — исправляется омега и на прожигающий взгляд за выпавшую помидорку от шока, поясняет, — У меня есть сеть тату-салонов. — Поясни за базар, — щурится младший и Чонгуку устало вздыхает. — Ванилька, хватит говорить, как гопник, — но все-таки отвечает, — Ну, я ещё лет с 14 хотел татушку, потом с 15 хотел быть татуировщиком, а в 16 решил не мелочиться и захотел свой салон. Ну, когда накопил денег на всяческих подработках, я выкупил одно помещение… — Короче. — Ну, в 24 мой салон стал набирать популярность и я решил… — Ещё короче. — Прости, что не сказал. — С этого и надо было начинать, — удовлетворенно хмыкает Тэхён и делает глоток из стакана, который стоял рядом. — Ну, ты итак был ошарашен тем, что я участвую в боях без правил, я бармен, так еще и омега, — перечисляет Чон. — Думал, я с тобой из-за бабла? — Тэхён, сказал же, хватит говорить, как гопник. Но ты прав. Потому что все, как узнают, что у меня мво бизнес, сразу хотят меня либо натянуть, либо, чтобы натянул я. Поморщившись от тако формулировки, Тэхён только обранил тихое «ясно» и встал, убирая салат в холодильник. Аппетит, почему-то, испортился. — Тэ, прости, что не сказал и что так выразился, — аккуратно хватает его за запястье Чонгуку и Тэхён закатывает глаза, садясь к тому на колени. — Впредь больше никаких секретов, угу? — Угу. Наклоняясь, чтобы поцеловать омегу, Тэхён сцепляет руки у него на затылке, чувствуя приятные касания губ и языка Чона. С Чонгуком ему нравится целоваться. Ему нравится всё делать с ним. Целоваться, получать оргазмы, смотреть фильмы, обсуждать кого-то. Такое чувство, будто он идеальный. Тут же должен быть какой-то подвох? «Подвох в том, что он не аленький цветочек, он занимается подпольными боями и, возможно, убивал людей. Потому что на таких боях может произойти сто угодно» — Что-то не так? — конечно же Чонгук сразу же замечает его нахмуренное лицо. — Нет, всё в порядке, давай позже это обсудим. Просто сейчас в меня кое-что упирается и я не могу нормально мыслить, — хитро улыбается Тэхён, ведя руками по груди Чона, задевая чувствительные соски. Переводит тему паршивец. — Тогда и это продолжил в друго раз, мне нужно ехать, — мило улыбается Чонгук и быстро пересаживает ничего не понимающего Чонгука на своё место, убегая на второй этаж. — Чон Чонгук! Оглушительно раздаётся на весь дом, от чего старши смеется и скрывается в их спальне. Настроение поднято, так что сегодня всем люли отменяются. *** — И когда ты вернёшься? — грустно спрашивает Тэхён, пиная мелкие камушек. — Честно, ванилька, не знаю. Я только начал, а мужик хочет большую тату и потребовал, как на зло, меня, — отвечант Чонгук, шурша по ту сторону чем-то, а после раздаётся какое-то звяканье и чье-то шипение. «Как странно. Может, он просто задел какую-то бутылку и тем самым у него дрогнула рука, от чего тому мужчине стало больно?» Браво, Тэхён, везде найдешь объяснение, беря его буквально из воздуха. Но он настолько доверяет Чонгуку, что верит ему. — Хорошо, тогда, когда ты приедешь, тебя будут ждать твои любимые крылышки и картошка. — Из мака? — весело уточняет Чонгук. — Ну естественно. Только предупреди за час или полтора, чтобы я успел позвонить в доставку и приготовить всё. — Хорошо. Мне пора, Тэхён, клиент уже беситься, — и кладёт трубку, слышал только грустно «пока». «Странно это всё. При всех, знакомых или незнакомых, ванилькой называет, а тут по имени» Действительно. Сам себя загоняет, а потом ссоры и ревность на пустом месте. Скоро такими темпами его Чонгук бросит. Поэтому Тэхён просто пойдет домой и будет дожиться своего парня, смотря «Затмение» и поедая салатик, а потом и рамëн. Эх, супер. *** Только вот планам Тэхёна не удалось сбыться, потому что ему навстречу идет Виëн. Стараясь не смотреть на него и принять невозмутимый вид, Тэхён хочет пройти мимо, как его нагло хватают за локоть. — Привет, милый. Скучал? — Не особо. — Вижу, твой Чонгук хорошо тебя трахает, — весело произносит альфа и косит глаза на пятна на тонкой шеи. — Не твоё дело, — грубо говорит Тэхён, пытаясь вырваться из стальной хватки. — Ну, ну, ну, малыш, не рыпайся, иначе не расскажу секретик, — весело тянет мужчина, явно наслаждаясь недовольством Тэхёна. — Мне не интересно. — Даже если это связано с твоим ëбырем? И тут Тэхён замерает. Сердце подсказывает, что если выслушает его, то будет больно, в разум говорит валить нахрен и позвать кого-нибудь на помощь, если сам не справится. Но сердце побеждает и Тэхён поворачивает голову к Виëну, в упор смотря в его чёрные глаза. — Говори. — Где же сейчас находится твой Гуки? — Не твоё дело, на так и быть, отвечу. На работе. — Ну, если его работа трахать кого-то, то он трудоголик, — желчно усмехнулся мужчина, увидев недоверие и злость в глазах маленького омежки. — Что ты не… — Тогда позвони ему, раз не веришь мне. Тэхён тут же достаёт телефон и набирает контакт «Крольчонок». Сначала идут долгие гудки, а потом… Сбросил. Но это еще ничего не значит. Да, ведь? — Не берёт? — альфе явно весело. — Он на работе и ему нельзя отвлекаться. — Говорю же, трудоголик, — произносит Виëн, имея в виду, что он трахает кого-то. — Не твоего ума дело, что он делает, — рычит сквозь зубы Тэхён и отворачивается, решая уйти, но его опять же хватают за пострадавший локоть. — Если не веришь мне, то съезди в клуб * и всё увидешь своими глазами. После ухода альфы парень ещё секунд десять размышляет над его словами, пока ждёт такси. Странно, что мужчина назвал именно клуб, а не тату-салон. «Тэхён, прекрати верить, что Чонгука белый и пушистый. Если Виëн блефовал, то очень хорошо. Очнись уже, сними эти чертовы розовые очки». Его внутренний голос бесился, пока он глотал слёзы и не заметил, как его тормошит водитель, сообщая, что они прибыли. Спешно расплатившись, Тэхён подбегает ко входу. У него нехорошее предчувствие и сердце сжимается, принося боль. Но Тэхён смело заходит и его тут же оглушает громкая музыка. В воздухе витает запах пота, возбуждения и смешанные ароматы. Омегу начинает подташнивать. Он нигде не может найти Чонгука, что вселяет в него прозрачную надежду. Конечно, народу слишком много и найти конкретного человека трудно, то старшего Тэхён узнал бы из тысячи людей. Подродив сквозь толпы и мимо бара, он дошёл до лестнице, которая вела в ВИП-зону. Там гораздо тише, поэтому Тэхён поднимается на несколько ступенек и снова набирает Чонгука. Смешно, что он решил позвонить ему. Если он в клубе, то будет нихера не слышно. Но вот наверху раздаётся знакомая мелодия и чей-то голос. — Чувак, да выруби ты уже! И вызов моментально сбрасывается, от чего у Тэхёна сердце сжимается ещё сильнее. На мгновение он перестал дышать и пришёл в себя через несколько секунд. Собрав последние силы в кулак, он поднимается по лестнице, сжав телефон в руке. Лучше бы он не поднимался. Там сидит Чонгук в окружение нескольких парней и… Омег. Причем одна устроилась у него на коленях и чуть ли не пожирала его. Тело резко стало будто ватным, от чего телефон выпадает из рук, ударяясь о пол с тихим стуком, который не должен был никто заметить. Но заметили все, особенно Чонгука, который резко отдирает от себя омегу и бросает её со своих колен на пол, на что получает возмущённый вскрик. Но Чонгука плевать на неё. Он смотрит только в безжизненные глаза своего парня, в которых плещется боль, укор и совсем немного гнева. Но больше всех выделяется разочарование. Конечно, сам собирал его, сам же и сломал. Тэхён наклоняется поднять телефон и бежит вниз, краем глаза замечая, как Чонгук подрывается за ним. Все-таки у него гораздо лучше физическая подготовка, чем у Тэхёна, пожалуйста последний ускоряется и врезается в кого-то, больно падая на задницу. Не принимая помощи, он вскакивает и видит Чонгука, который практически нагнал его, что-то выкрикивая. Пошел он к чёрту. Сам всё разрушил, теперь бегает за ним. Тэхён окончательно убедился, что никому нельзя доверять. Потому что рано или поздно получишь ножом в спину. В случае с Чонгуком, в сердце.