Умри ради меня

Мой сладкий сон прервал гул голосов. Солнце яркими лучами било в лицо, и я довольно сощурившись, стала ощупывать рукой кровать, и с грустью осознала, что Давика уже проснулась. Очевидная суета за закрытой дверью моей комнаты не давал места приятной неге. Нацепив на себя халатик и тапочки, я схватила телефон с тумбочки. На экране было порядка двадцати сообщения и по меньшей мере десять пропущенных. Нахмурившись, я посмотрела в зеркало у позолоченного комода из белого дерева и вышла из комнаты. -И как мы ей это скажем? -Я не знаю, но Кара умрет от горя. Она его очень любила! Услышав свое имя, я даже спросонья почувствовала как мое сердце забилось чаще. Случилось что-то страшное и непоправимое. Снова. -Что здесь происходит? Я вперила взгляд в Давику и Самуэля, которые стояли близко друг к другу и перешептывались. Увидев меня, они замолчали и потупили свои взгляды. -Вы меня слышите? - повысила я голос. -Да, дорогая. - Дави подняла на меня блестящий взгляд карих глаз, - Случилось несчастье. -Это произошло за минуту, буквально за минуту, не больше! - глаза Саму были красными от слез или от напряжения. -Мы пытались что-то сделать, но это так быстро случилось... В животе заныло, я ощутила поток слез, и очевидный первородный страх задать главный вопрос. -Ной умер? Скажите, что нет. Скажите, что нет. -Да. Блядь. Блядь. Блядь. -Как это случилось? - я слышала свой голос будто издалека. -Мы как обычно играли с мышкой, он покушал, потом запрыгнул на окно, упал с него, закашлялся и больше не шевелился. - Самуэль испуганно смотрел на меня, будто я сейчас перережу себе вены или напротив, убью их. Но у меня было лишь опустошение и всепоглащающая боль. Целая бездна боли. -Я позвонила ветеринарам, они приехали, но он уже умер... сердечный приступ. - Давика заламывала кисти рук, ища поддержки у Саму. -Мне так жаль, Карла! Парень обнял меня, прижимая к себе всем телом, пока я рыдала. -Где он? -На пледе, в углу. - Давика участливо смотрела мне в глаза, - Врачи хотели его забрать, но я знала, что ты не выдержишь, если не попрощаешься с ним сама. Как только Саму меня отпустил, я подошла к углу, в котором лежал фиолетовый пушистый плед и буквально упала, роняя руки на пол и воя от отчаяния. Я трогала его тельце, которое было не таким теплым как обычно. Может, это ошибка? Может, он поймет, что я рядом и откроет глазки? Проводя рукой по шерстке, я с каждой секундой утопала в отчаянии. Все кончено. Он умер. Моя поддержка, мой любимый пушистик. Подарок Алекса, принесший мне столько любви и радости. Как теперь жить без него? Как? Перед глазами всплывали кадры как в драматическом фильме, где мы проводили время вместе с котом. Почему вокруг меня так много смертей? Это ведь моя вина, не так ли? -Дорогая, нужно решить, что делать с... с Ноем. -Кремировать. - ответила я сквозь поток слез. Я не видела, но наверняка глаза Саму выкатились от изумления. Мне было плевать на все людские догмы, кремация - очищение огнем. Это правильно. Неправильно укладывать тело в деревянную коробку под толщу земли, и оставлять его там на пожирание червей и прочих тварей. -Ты уверена? -Ной не оживет. Никто не возвращается после смерти. - дерзко взглянула я в карие глаза Самуэля. - Не будет такого, что мы похороним его в землю, а потом приедем забрать и все будет как раньше. Гроб в земле - не больница. Он не лечит и не должен давать ложные надежды на то, чтобы еще хоть раз прикоснуться к телу покойного. Смерть - это конец тела, не нужно ждать его воскрешения. Давика тяжело сглотнула, а я поднялась на ноги, прижала к своему сердцу малыша и поцеловала в пушистые щечки, горько оплакивая Ноя, как мать оплакивает свое дитя. Дитя, которое больше никогда не вернется к ней. И я вспомнила еще одну потерю своей жизни. Об этом знала лишь моя мама. Я потеряла ребенка несколько лет назад и чудом не сошла с ума после этого. Спасало лишь то, что ребенок был от маньяка Поло, и я смогла внушить себе мысль, что так будет лучше. Но сколько еще потерь я буду твердить, что все к лучшему? Пока не умру? -Я сейчас действительно умру! Спустя три дня я находилась на грани жизни и смерти. Я висела вверх тормашками, и с ужасом смотрела на то, как далеко находится земля. Если я упаду, то без вариантов - это будет быстрая смерть. Хотя, полет покажется мне долгим. Наверняка. -Ты такая бледная! Я не успела ответить, потому что кабинка резко развернулась, и я теперь уже с вихрем летела навстречу ветру. Пойти в парк аттракционов предложила Давика, а я по глупости согласилась. Раньше, это казалось мне веселым. В те времена, когда со мной не происходило столько смертельно опасных ситуаций. Перед глазами почему-то в самый неподходящий момент встали кадры из "Пункта назначения". И хоть, мы катались не на американских горках - мне все же было страшно. Когда мы остановились, я с ненадежностью отстегнула свой ремень безопасности и поспешила за толпой к выходу. Ей Богу, мне казалось, что это мой последний аттракцион в жизни. Взяв меня за руку, Дави оставила мимолетный поцелуй на моей шее, и в этот самый момент, когда мои нервы были на пределе, а мозг отказывался соображать, я и почувствовала это. Что-то было не так с Дави. Можно назвать это интуицией, шестым чувством - как угодно, но я сейчас будто видела все четче. В голове громом обрушились слова отца. "Никому не доверяй, кроме меня и матери. Никому!" -Эй, тебя тошнит? - Давика выглядела озабоченной, обеспокоенно смотря карими глазами. Натянув улыбку, я ответила, что в порядке. Но отныне я больше не была в порядке. А когда через несколько дней я очнулась в лесу, я поняла насколько отец был прав в своих словах. Я действительно никому не могла доверять.