Were never ready, but 'll never regret

      30 декабря. Сан ненавидел и лелеял это число. День их с Уёном знакомства, что столь многое изменил в его жизни: Чхве ненавидел этот факт. Он знал его чувства к этому острому на язык парнишке — неизбежны, и всё же казалось будто в тот на редкость снежный день, если бы на пороге собственного дома на него не налетел парень с кудряшками, покрытыми инеем, всё было бы по-другому. Хотел бы, чтобы всё было по-другому. Но окончив университет ему было суждено ежедневно видеть лицо Чона дома, суждено было влюбиться в носик с небольшой горбинкой, что так мило морщился, когда Ёну что-то не нравилось, в шоколадного цвета глаза, смотрящие с прищуром и любовью на братишку Сана… в скулы, которые были остры, не смотря на милейшие щёки парня, во всё что есть Уён, во всё его существо и в тот же сложный характер, хотя Чона Сан совсем не знал, стоит быть честным, и видимо никогда не узнает. Впрочем, он всё равно неосознанно пытался понять парня. Он был в курсе, что Чон обожает танцевать, делать фотографии и по наблюдениям очень тактильный, он также ненавидит снег и холод, его хобби — это кулинария и Сан уверен блюда приготовленные Уёном лучшие на его памяти. А ещё Уён действительно солнечный человек, помогающий всем и когда-то помогший младшему Чхве — Ёсану. Они правда дополняли друг друга. Отличная пара. Так говорили все и когда Сан, набравшийся смелости, спросил у брата о них с Уёном, красные уши и заикания всё подтвердили, тут же его сердце и упало в ноги, он тогда быстро отшутился и ушёл. Слабак.       Зачем же в этот болезненный для Чхве день он, на почти негнущихся ногах, стоял около калитки родительского дома? К тому же, со знанием того, что и Уён там будет… конечно будет. Сан избегал его уже 3 год, переехал в Сеул, хотя в Инчхоне перспектив было не меньше, вместо одной студии создал сеть, и уже мог прикрываться работой не появляясь дома. Как только ему это удалось? Впрочем, не важно. В общем, избегал его 24/7, даже в своих мыслях не смел о нём думать, учитывая, что часто он думал о нём никак о партнёре младшего брата. Глупо и эту глупость Сан презирал, вот уже 3 год, к которому он успел смириться с тем, что его зависимость от Чона никогда не исчезнет. Сегодня же, он не мог избежать: его братишка праздновал свой выпуск, наконец его голос мог стать достоянием тысяч людей, и он обязан был поздравить… приехать.

----------

      Чон сегодня опаздывал, он только проводил родителей в очередной полёт и выскакивая с метро бежал в сторону дома, что стал его пристанищем в отсутствии предков. Когда? Наверно в тот день, когда ему исполнилось 18 в этом доме, поскольку тогда, как бы ни желал, справить праздник с родителями не выходило. Невзначай, Чон признался в этом своему тогда уже лучшему другу Ёсану, и вот тот день: идёт первый, ещё тёплый снег, вся семья Чхве празднует рождение Уёна.       Что до семьи Чона — его мама всегда любила фотографии и однажды выйдя замуж за пилота, обрела жизнь мечты, но обрекла сына на отсутствие достаточного внимания. Ни один из них не был дома подолгу, а то время что они были Уён использовал по максимуму. Как и на рождество в этом году, вот почему празднование получения диплома пришлось перенести. Причём не только ему, но и Ёсану. Но парень ни разу их не винил, хотя изначально он чувствовал себя безумно одиноким, в жизни он встречал аномальное количество хороших людей, с которыми забывал об этом чувстве.       Последним и, по его мнению, важнейшим человеком, он встретил Чхве Ёсана. Старше его на полгода, параллельный факультет академического вокала. И пусть сейчас он может кается за это, но изначально цель знакомства с замкнутым парнишей, крылась далеко не в альтруистическом желании расшевелить его. В начале их общения все вокруг строили теории, кто-то считал: ради пущей популярности, кто-то ради внимания самого Ёсана, мол он приглянулся Уёну. Оба предположения бред. Во-первых, у Ёна популярности было не отнять ещё со старшей школы: то, что Чхве был популярен за счёт своего старшего брата, учившегося в то время на 4 курсе, не имело значения, во-вторых, хотя назвать Ёсани непривлекательным язык не повернётся, целью это также не являлось. Тогда, на первом курсе Уён засмотрелся на старшего Чхве, не сказать любовь с первого взгляда, однако что-то в сердце Уёна в тот день бесповоротно изменилось. Он поглядывал за парнем весь первый семестр. И возможно тогда начал идти в сторону неизбежного обрыва, Чхве Сан покорил его. Те дни, когда он учил первокурсников обороне, Ён не думал, о том что разочаруется своим сильным телосложением. Часто на парах по танцам, когда у самого было окно, Уён, будучи любимчиком учителей, получал привилегию фотографировать студентов, для рекламы курса, ни разу он так не был рад тому что его назначили университетским фотографом. Естественно большая часть кадров — это Сан, но никому об этом знать не следовало. А вот сам Ён, наслаждался, иногда по долгу пересматривая видео где старший вкладываясь в танец на все сто, так харизматично менял выражение лица. Мастер своего дела. Уже тогда разговоры о нём заполонили университет и впервые Чон был рад тому с какой скоростью до него доходят слухи. Да, он предпочитал им не верить, только вот всё что связано Саном, не могло пройти мимо. Были те, что грели душу и образ такого уверенного и сильного, при этом щедрого и бескорыстного, а были те в которые повествовали о его интимной жизни. Их всегда было больше, всем кроме шепчущихся студентов наплевать, и ему было бы… но неизменно уверенный в себе Уён вдруг стал вникать в них, в пух и прах разнося свою уверенность. Больше всего по нему ударил слух, появившийся в том же году: «У старшего Чхве появился парень? Решил остепениться наверно…», «Старший Чхве раскрутил свою студию. Теперь обжимается с каким-то танцором.». У Уёна тогда земля ушла из-под ног.       Но об этом позже. Как можно было понять, общаться они стали из-за брата Ёсана. Однако, младший покорил сердце Чона довольно быстро. Они стали близки. Очень. Уён на вид открыт и ничего не скрывает, да свои переживания он смог рассказать одному лишь Ёсани. Почему так? Не совсем ясно, возможно то время, когда они оставались на отработках по вине Ёна, или танец что они оба учили на день рождение их общего друга, а может тот факт, что Ёсан открылся ему первый. Так или иначе, своё доверие они превратили в крепкую дружбу. Благодаря Ёсану Уён наконец перестал чувствовать вселенское одиночество, над лопатками теперь виднелась тату «I am never alone, and I will never be». Она словно бы начала новый этап в его жизни, где он не был просто добрым и весёлым человеком, а личностью которая всё же ставила свои желания на первое место. А младший Чхве в свою очередь чувствовал, что этот человек его понимает с полуслова, его единственного Ёсан тревожит, когда самому тревожно и тот, кто никогда не предаст. Уён был рядом всегда и плевал на все правила, и раз это нельзя исправить Ёсани просто позволял заботиться о себе, только ему. Познакомил с семьёй со всеми кроме Сана, это ведь не было необходимостью, он никогда ему не мешал, особенно первый год открытия, тогда ещё первой, студии — пред дипломное время. Но раз намерений скрыть друга не наблюдалось, Уён с Саном таки познакомились лично 30 декабря. Однако после знакомства всё изменилось в худшую сторону, Уён никогда бы не подумал, что так будет. Он не знал, чем он оттолкнул старшего Чхве, но факт того что он его избегал, бил не только по самомнению, но и по сердцу. И теперь спустя 3 года, ничего не изменилось, сердце также бешено колотится в груди, можно ли назвать его мазохистом? Ведь отказаться от чего-то настолько больного и неправильного, как безответная любовь, Уён не мог.       Погода была на удивление снежная, но было так тепло, что снег таял, не дотронувшись до земли. Уён ещё терпимо относился к этой погоде, поэтому спешил не сильно. Сам не знал отчего он ненавидел снег, может ему просто всегда было не с кем его встретить. Сейчас неприязнь была рефлекторной, и всё же будь это дождь было бы в разы легче. Идя по улице к дому Чхве, он едва мог видеть дальше носа, из-за влажности поднялся туман, но не заметить фигуру, что открывает калитку он не мог. Собрав все силы в лёгких Чон выкрикнул:       — Господин Чхве! Подождите пожалуйста, давайте зайдём вместе! — голос разнёсся по всей улочке, заставив силуэт остановится. Уён же без сомнений в пару секунд достиг их дома, уверенный что так поздно мог вернуться лишь мистер Чхве. Но подняв взгляд, парень едва ли не отшатнулся, его глаза остекленели и изо рта вырвался выдох, пустивший вверх струйку пара. Это был Сан, Чхве Сан, — А, Санни-хён, — нервный смешок последовал за обращением, — Я немного обознался. Но рад, что вы пришли порадовать Ёсана, — чересчур вежливый от неожиданности ситуации.       Чхве на секунду впал в ступор, что ж оказаться так внезапно наедине с Уёном он не ожидал и унесенный в тернии своих воспоминаний одним взглядом на Ёна Сан не сразу понял, что младший сказал что-то ещё. К реальности вернули клубки пара, Уён тяжело дышал в своём тонком пальто, но видимо был уверен, что им надо зайти вместе. Встряхнув головой Чхве прошёл вперёд, вставляя ключ в скважину, машинально ответил:       — Ничего такого. Заходи замёрзнешь, — конец фразы он зажевал, в ней не было ничего такого, проблема в том, что Сан задумался не о том, чтобы Ёни не замёрз, а о том, как бы согреть его в объятьях и чувствуя приближение парня не удержался, обхватив последнего за плечи двумя руками продвигая к двери. Это было так приятно заботиться о нём, однако взгляд слегка ошеломлённый вернул всё на круги своя. «Он чёртов любовник твоего брата Чхве» прозвучало в голове и хватка ослабла, он просто пропустил Уёна первым. Сам же Уён мог поклясться что его сердцебиение участилось в тысячу раз, он не был стеснительным, но учитывая что их общение представляло собой «привет-пока» он был слишком ошеломлён и любые подколы, которые Чон мог выдать будь они ближе, быстро позабылись.       На пороге их встретил Ёсани глаза которого заблестели, и он как обычно ожидая первого шага от других стоял с раскрытыми для объятьев руками. Сан среагировал первым, он давно хотел это сделать они так долго не виделись. Спустя секунду, старший почувствовал на другой стороне шеи третье дыхание, определённо Уёновское, только он мог рушить идиллию без единого сомнения и только он мог идеально в неё вписаться. Это было лучшее объятие, за всю жизнь все, возможно потому, что его обнимал не только Ёсан, Уён тоже. Но после этого, Сан весь вечер не смел глянуть на парня. Ему было неловко и стыдно за себя и свои мысли.       — А теперь, главное объявление, — с широкой улыбкой произносит господин Чхве, — Хотя, новость — это только для Сана и Уёна, — парни неосознанно переглянулись, — В январе нашего Ёсани ждёт стажировка в Сеуле! — сразу же послышался радостный возглас Ёна.       — Так вот чего ради ты так много о Сеуле болтал!       Ёсан резко вжатый в тиски свои другом, вытянул голову, избегая лица, что готово было впечататься ему в шею. Слегка оттолкнув Чона, он закатил глаза, словно бы только этого от него и ожидал.       — О, и тебе даже не грустно, что ты не сможешь поехать со мной?       — Нет конечно, думаешь я не смогу поехать? Обижаешь. Но, что правда я рад, наверно сильнее чем ты, — за сегодня, Уён впервые осознано захотел обратиться к старшему, даже не потому, что хотел привлечь его внимание, а потому, что заметил каким отстранённым он был весь вечер… это не из-за присутствия Ёна, не так ли? Легко стряхнув с себя эту навязчивую мысль продолжил, — поправка, мы рады, да Сан? — сказанное невзначай вернуло Сану способность мыслить. «Если Ёсан поедет, скорее всего станет жить у Сана, они вскоре уедут, тогда он и Ёна станет видеть реже… но почему от этого не легче?» вертится в голове, а после как ни в чём не бывало Сан восторженно поздравляет брата, он правда счастлив, не учитывая укол совести за его мысли о том, что Чон мог бы обнять и Сана, который даже не попытался бы оттолкнуть последнего.