12-летний убийца

Только, когда прозвенел звонок на первый урок, Антон понял, что это идеальный шанс совершить первое убийство. От мыслей, что ему уже сегодня придется отобрать чью-то жизнь, Антону поплохело. Он представил, как огромный нож проткнет хрупкое тело безгрешной девочки, как алая кровь снова омоет Антона, как он будет стоять над убитой в маске зайца, словно настоящий маньяка. День у Антона не задался. Дело даже не в том, что он не выспался, а в том, что он постоянно попадал в плен собственных мыслей об Оле и предстоящему греху. Слова учителя пролетали мимо его ушей, врезаясь в холодные стены класса. На переменах Антон пытался немного поспать и восстановить силы, чтобы хоть немного получит от уроков в школе, но все четно, школа была слишком шумной. Сейчас школа Антону представлялась, как злостный садист, мучающий Антона скучными тяжелыми уроками и шумными переменами. Антону казалось, что школа вытягивает все жизненные силы из него, и передает своим ученикам, отчего те становились еще более активными. Вдруг, Антон заметил на окнах класса узор в виде лисы, очень похожий на тот, который он видел на окнах у себя дома, на кухне, когда завтракал. Теперь и Алиса была в голове Антона. Антона заинтересовала, кем она является и все ее "друзья". Такое ведь только в фильмах бывает. А кем является Хозяин Леса? Это какой-то мутант или древнее чудище? Какое у него происхождение? Все эти вопросы донимали Антона и еще больше мешали сконцентрироваться на уроке. Вот уже и день закончился. Антон стоял у гардероба и переобувался, смотря на ту самую одноклассницу. Кожа ее была чиста и светла, и было ощущение, что может отражать свет получше, чем зеркало, а бездонные большие голубые глаза, которые подчеркивались круглыми очками, как у Антона, намекали, что они бы могли стать неплохими братьями(или сестрами) по несчастью, но увы и ах, этому не бывать. Антона окликнул знакомый голос: - Тоха! - крикнул Рома. - Чего тебе, Ром? - удивленно спросил Антон, ведь сегодня Рома весь день был грустным из-за пропажи Бяши, а сейчас он совсем поменялся в лице. Стал куда более серьезным и опасным. - Ты же знаешь, что Бяша пропал? Да, конечно знаешь! Ты же со мной был! - речь Ромы была очень эмоциональна, что пуще прежнего удивляло Антона. - Скорей всего, нет его больше с нами, остались мы с тобой только вдвоем, понимаешь?! - Понимая, только к чему ты клонишь? - К тому, что мы должны держатся вместе! - Так мы же и так держимся вместе, ты уже говорил об этом. - Не достаточно хорошо держались вместе, из-за чего Бяши и нет с нами... Я решил, что буду провожать тебя до дома и до школы. - А как же ты? Тебе же одному придется идти через лес? - Я да еще постоять за себя могу, а вот ты? - может быть в другой ситуации Рома был бы прав, но в этой смысла держатся рядом нет, ведь теперь я и есть тот самый маньяк... - Слушай, мне... - Ничего не хочу слышать, я буду тебя сопровождать! Не хватало мне еще одного друга потерять... - я не ожидал, что Рома будет так сильно за меня беспокоится, мы ведь с ним так мало дружим. - Только сегодня я не смогу, эта старая сука меня на доп уроки оставила. Поэтому сам топай до дома и не выходи оттуда. Завтра я прийду за тобой утром. И да, скажи спасибо, что замолвил за тебя словечко. - Какое словечко? - Ну, ты же знаешь, что многие тебя маньяком считают, вот я сказал, что ты был со мной все время, вроде бы они поверили. - Так вот почему я не ощущал на себе подозрительные взгляды! - Ой, спасибо, Рома, прям спас меня. - Да не за что, ну давай иди! Только смотри не помри! После того, как Рома скрылся за поворотом, я, вспомнив одноклассницу, перевел взгляд туда, где она переобувалась. Она тенью исчезла оттуда. Я начал бегать глазами по помещению, и заметил ее за дверью в школу, она уже собиралась уходить. Я быстрым ветром переобулся и пошел за ней. И вот мы уже синхронно шли, она домой, а я за ней. Расстояние между нами было около 150-и метров. На улице шел раздражающий, но до безумия красивый снегопад. Каждая снежинка стремилась попасть в лицо, и обворожить своей природной красотой. Желательно, чтобы ночью он никуда не исчезал, а напротив, шел сильнее. Девочка, идущая впереди меня была одета во все черное: брюки, ботинки, куртка и т.д. Это сильно выделяло ее на фоне заснеженного поселения, особенно в такое снегопад. Только волосы выделялись из ее черного неприметного облика. Они были по-славянски светлыми и привлекательными. Жаль, что придется убивать не в чем не повинную девочку, так еще и такую красавицу. Пока я шел за ней, чувствовал себя крутым шпионом, который после слежки и выяснения нужной информации, передаст ее куда надо и получит свои гонорары. К сожалению, никаких гонораров не будет, хотя если думать, что оставления моих родителей в живых - награда, то гонорары будут. Спустя 20 минут, мы дошли до окраины поселка. Одноклассница подошла к одноэтажному старому дому и скрылась за ним. Я не прогадал, когда подумал, что это идеальный шанс совершить первое убийство. У дома бы невысокий забор, а окно смотрящие на него - окно из котельной и крыльца, соответственно на подступи она меня не спалит. Запомнив дом, я направился к своему дому, в котором меня ожидали такие же убитые горем родители. Идти домой было неприятней, чем следовать за девочкой, поскольку дом напоминал мне грустный событиях, произошедших в моей жизни. Перед глазами все еще стояла картина с мертвой окровавленной Олей, рыдающая мать и отец. Из-за таких мыслей, я все больше и больше вгонял себя в состояние, которое недалеко ушло от состояние, в котором люди совершают суицид. Дом замаячил у меня перед глазами. Взглянув на него, я нехотя вошел внутрь. В доме царила удручающая атмосфера, она пронизывала деревянные стены дома от пола до потолка, не было ни одного места в нем, в котором бы она не добралась до меня. Разувшись, я зашел на пустую кухню. Видимо, мама так и не готовила. Я отправился в свою комнату. Как только я зашел на второй этаж, мой взгляд упал на дверь в комнату Оли. До безумия хотелось, чтобы сию минуту выбежала Оля и обняла меня. Не знаю зачем, но я решил войти внутрь ее комнаты. Открыв дверь, я вошел в пустое помещение, в котором когда-то раздавались звуки телевизора и приставки. Тут было все как обычно: кровать, телек, игрушки. Только самого главного не было - Оли и той приятной атмосферы, которую она создавала. Вдруг, мою голову посетила мысль поиграть в приставку, поэтому я в ту же секунду подошел к ней и включил. На экране появилось меню с выбором, после чего я выбрал игру, в которую они с сестрой играли больше всего. Около 10 минут я отстреливал уток в игре и вспоминал с теплотой на душе, как делал это совместно с Олей. Улыбка посетила мое угрюмое лицо, впервые за долгое время я радовался и получал удовольствие, но длилось это не долго. После очередной сокрушительной победы, я опустил голову вниз и заплакал. Соленная вода капала на геймпад и толстый шерстяной ковер. Было очень больно, что больше никогда не смогу поиграть с Олей в приставку, обнять ее, послушать ее истории. Больше никогда я не смогу услышать ее голос вживую. Я положил геймпад на пол, а сам опустил голову на подушку, и мочил ее своими горькими крокодиловыми слезами. Через некоторое время я все же пришел в себя и встал с кровати. Слезами делу не помочь, надо идти делать уроки, а после выходить на охоту. Нельзя позволить этим мразям забрать еще и родителей. Я решительной поступью отправился в свою комнату. Зайдя в комнату, я сразу сел за домашнее задание. Я планировал быстро закончить делать ДЗ, но мою голову атаковали мысли о дальнейшем убийстве. Я не мог нормально сконцентрироваться, и постоянно переводил свой взгляд к окну, забывая о математических примерах. Чем ближе я подходил к моменту убийства, тем страшнее мне становилось. Я думал о том, как выманю ее на улицу, как она почувствует холодный металл в теле, как упадет замертво, и как будут ликовать людоеды, за своим обеденным столом. Я все же кое-как смог выполнить домашнее задание, правда корявым почерком, и там, наверняка, есть ошибки, но мне на это было безразлично. Сейчас оценки меня волновали меньше всего. Я лег на кровать, и опять погрузился в мысли о будущем преступление. Вдруг в комнату вошел отец: - Антон, ложись спать! - Но ведь сейчас только восемь... - Ты еще спорить со мной будешь?! Я сказал, ложится спать! И чтобы после школы из дома не выходил! А иначе ремня получишь! - после сказанных слов, отец ушел из к себя в комнату. На него это было не похоже, наверное, стресс и шок от смерти дочери сыграли свою роль. Прошло два часа, родители уже спали, а на улице шел обильный снегопад, стремящийся скрыть под собой всю землю. Это идеальное время для совершения задуманного. Я взял из ящика нож, маску и отправился на охоту. Ловким движением я накинул кутку и вышел на улицу. На улице меня встретили звери в своих миловидных обличиях. Они стояли возле забора, преграждая мне путь. Я сильно испугался. Вдруг я не успел, и они сейчас убьют меня и родителей? Но в какой-то момент они отошли от калитки, давая мне пройти. Я в туже секунду пулей вылетел со двора и побежал до дома одноклассницы. В один момент я обернулся, и увидел Алису одиноко стоявшая возле выхода со двора. Она стояла так же безобидно, не излучая злой ауры, как в прошлый раз. Чего она добивается? Весь путь до дома одноклассницы, я думал об Алисе и ее странном поведение. Снег предательски мешал мне, попадая в глаза, вызывая дискомфорт. Но снега было не столько много, чтобы не заметить нужный мне дом. Я сбавил скорость и перешел на шаг. В прихожей и котельной свет не горел, а это значит, что я могу спокойно проникнуть во двор дома. Холодной поступью я подошел забору, и ловким движением перелез через забор. Маску я одел еще в будучи в лесу, так что моего лица никто не должен был видеть. Жаль, одежды другой нет, так было бы еще безопасней. Когда я перекинул свое тело через забор, сердце начало колотится как бешенное, казалось, что оно сейчас лопнет или выпрыгнет из груди. Осознание, что прямо сейчас мне придется вонзить нож в тело девочки и отобрать жизнь, очень пугало. До этого тоже было страшно, но не так сильно, видимо, тогда я не до конца понимал, что сейчас будет, а сейчас полностью осознал. Я все же смог сконцентрироваться и немного успокоиться. Я начал действовать по плану. Он заключался в том, что я стучу в дверь забора, девочка выходит из дома, и я ее убиваю, а после отношу к зверям. Я три раза, достаточно, громко постучал по забору, а после юркой мышью скрылся в тени дома. Но никто из дома не вышел. Я проделал данную процедуру еще два раза, но безуспешно. Можно было, конечно, сильнее бить, но тогда был риск привлечь внимание соседей. Нужно было искать другой выход из данной ситуации. Я попытался приоткрыть дверь, и она, на удивление мне, открылась. Внутри было уютно, давно я это чувство не испытывал. Во всех комнатах не горел свет, кроме зала, откуда раздавались звуки скрипящего дивана и телевизора. Я сжал покрепче нож в руке, и пошел в сторону зала. Как вдруг, одноклассница быстро выбежала из зала в коридор. По ее выражению лица и легкому вскрику, было понятно, что она не планировала встретить кого-то в коридоре. - Ты кто, мать твою, такой?! Убирайся живо! - после сказанных слов, она взглянула по лучше на меня. - Антон?! Ч-что ты тут делаешь?! - в ее словах читался страх. После этой фразы, я вышел из ступора, в который меня вогнал дикий страх, и сделал быстрый рывок в сторону одноклассницы. - П-Пошел прочь отсюд.... - она не успела закончить фразу, потому что я вонзил холодные 20 см стали ей живот. Она начала кашлять и издавать предсмертные звуки. По ней было видно, как она страдает. Она упала на пол, и хватаясь за живот. Под ней образовалась лужа крови. Я стоял в шоке, и смотрел ей прямо в глаза. В них читалась ненависть и боль. Интересная и ужасная картина предстала: передо мной лежала в луже собственной крови с тяжелым ножевым ранением девочка, со своими мечтами и планами на жизнь, а какая-то мразь отобрала у нее все. Я часто наблюдал, как одни люди отнимают жизнь у других в фильмах и сериалах, только теперь это реальная жизнь, а та самая мразь - я. Я сел на стул в коридоре, и обронил слезу, потом еще одну, а после слезы опять полились по моим щекам. Ненависть к себе заполонило мой разум, и окровавленный нож стремился пощекотать мою грудь. В тот момент мне хотелось просто избавить себя от страданий, и мир от себя. Одноклассница уже умерла, и не могла видеть, как я страдаю из-за собственных грехов, а жаль, так бы она меня не так сильно ненавидела бы. Сквозь слезы, я смотрел в ее безжизненные глаза, словно пытался заметить движение, признак жизни, но нет, она умерла и больше никогда не обрадует своих родителей, не подбодрит подруг и обрадует мир своим голосом. В один момент, я уже сидел без слез, просто смотрел в одну точку. Не было никаких мыслей, никаких чувство, только бездонная пустота и непонимание в моей душе. Душе, которая сгорит в аду, со всеми своими мерзкими поступками... Казалось, что во всем мире остановилось время, потому что я не слышал ничего, не обращал внимание ни на что, просто сидел и поддавал признаков жизни. Спустя минут 15, я все же встал со стула. Нужно двигаться дальше, нельзя останавливаться на данном этапе. Я вытер нож об одежду девочки, взял ее на руки и осторожно вышел из дома. Мой путь пролагал через забор сзади дома, сугробы и деревья. Идя к забору, я понял, что путь будет тяжелым, ведь ноги, от шока, меня не слушались. Я не прогадал, к моменту, когда я дошел до зверей, мне хотелось свалится обессиленным на холодную землю. Ничего интересного во время встречи со зверьми и Хозяином Леса не произошло, разве что Алиса опять вела себя странно. Как добрался домой, я помню смутно, я был сильно уставшим. На следующий день, когда я проснулся, мне не хотелось жить, все драматические моменты в моей жизни перемешались у меня в голове, и подкреплялись ненавистью к себе. Наверное, никогда до этого я не чувствовал себя настолько херово, как сейчас. Легче было головой об батарею уебаться, чем пойти в школу в таком состоянии, но я сделал невозможное. Одежда на тело еле-еле налезла, а с обувью я боролся несколько минут. Было ощущение, что мир, увидя какие гадости я творю, всеми способами мешает мне. Когда я вышел на улицу, то передо мной предстал Рома, ждущий меня возле забора. - Р-Рома? Что ты тут делаешь? - Как что? Тебя жду! Ты, что забыл, как я сказал, что теперь всегда буду заходить за тобой и провожать до дома, пока ситуевина с маньяком не уложится? - А, точно... - Пошли уже! А то холод, мать его за ногу, докалебывет. - Ага... Сегодня, идя по истоптанной мною дороге, я чувствовал себя в безопасности. Со мной сильный, дерзкий Рома, у которого есть нож-бабочка. Кого мне бояться? Хотя и без Ромы мне нечего бояться... - Тоха, это ты маньяк?