Дыхание

Натаниэля захлестнула паника. Он лежал на своей кровати и не мог пошевелиться. Их с Рико комната стремительно наполнялась непонятно откуда взявшейся водой. Нат хотел вскочить на ноги, позвать кого-нибудь на помощь, сделать хоть что-то, но тело отказалось слушаться своего хозяина. Веснински почувствовал, как намокают матрас и чёрная простынь под его спиной. Вода была не на шутку холодной. Её уровень продолжал стремительно увеличиваться с каждой секундой. Мокрая ткань одеяла становилась всё тяжелее и тяжелее. Парень скосил глаза на своего соседа по комнате. Рико спал на боку, лицом к Нату. Его грудная клетка поднималась в такт размеренному дыханию. Тело капитана было уже наполовину погружено в воду. Нат хотел закричать, разбудить Морияму, предупредить его об опасности, сказать, чтобы тот немедленно выбирался отсюда, но язык, так же как и всё остальное, не хотел слушаться. Спустя ещё пару минут, которые показались Веснински самыми долгими минутами в его жизни, тело Рико и его собственное тело были уже полностью под водой. Нат задержал дыхание и продолжал непрерывно смотреть на парня, спящего на противоположном конце комнаты. Из-за воды всё выглядело размытым, а в глазах нещадно щипало. Однако Натаниэлю было плевать на это. Почему Рико не просыпается?! Почему? Он же, мать его, умрёт, если продолжит спать. Прошло полминуты. Минута. Морияма не подавал никаких признаков жизни. Натаниэлю стало страшно. Впервые за последние несколько лет. Ему было побоку, что он сам задохнётся, но вот мысль о смерти первого номера казалась просто невыносимой. У Ната начало темнеть в глазах. Мысли становились всё более спутанными и нечёткими. Последнее, что видел Натаниэль перед тем, как потерять сознание, было мертвенно-бледное лицо Рико. Натаниэль проснулся с громким вздохом и резко сел на кровати. Он открыл рот, нервно хватая им воздух, которого было катастрофически недостаточно. Красная футболка была вся мокрая от пота, из-за чего она неприятно липла к телу. Волосы по ощущению тоже были влажные. Приведя дыхание в норму, Веснински зажмурился и вновь уронил голову на подушку. Его огненные кудри рассыпались по чёрной ткани. Липкий страх из-за событий сна не хотел покидать его. Паника не отпускала. А вдруг Морияма и правда умер? Нат прислушался. Гробовую тишину нарушали лишь стук его собственного сердца, которое походу решило проломить его грудную клетку, и размеренное дыхание Мориямы. Облегчённо выдохнув, защитник попытался расслабиться. Всё было в порядке. Это всего лишь сон. Рико по-прежнему дышал. Натаниэль взглянул на часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Они показывали 04:47 утра. Чуть больше часа до подъёма. Надо было поспать, иначе на утренней тренировке можно и коньки отбросить. Нат лёг на бок лицом к стене и прислушался. Дыхание Рико. Знак того, что тот всё ещё жив. Этот звук дарил спокойствие и умиротворение. Через некоторое время Натаниэлю удалось вновь провалиться в сон, на этот раз без сновидений.

***

Пронзительный звон разнёсся по всей комнате, не оставляя никаких вариантов, кроме как проснуться. Натаниэль протёр ладонью глаза и поспешил выключить будильник. Как же он ненавидел этот звон. Он не менялся на протяжении всех лет, что парень прожил в «Гнезде». Каждое утро один и тот же раздражающий звук. На соседней кровати зашевелился проснувшийся Морияма. У парней было пятнадцать минут, чтобы привести себя в порядок и прийти на завтрак, поэтому Нат поспешил подняться на ноги. Веснински следовало бы сходить в душ, однако, вспомнив о скорой тренировке, после которой он снова будет весь потный, парень решил забить сейчас на мытьё болт. Всё-таки времени у них не так уж и много. За всё утро Натаниэль не сказал Рико ни слова. Тот, в свою очередь, тоже не искал повода начать диалог. Это было нормально. Так было всегда. На завтраке Веснински молча ел, смотря в свою тарелку. Настроение было ниже нуля. Его брови были слегка нахмуренны, глаза не выражали ровным счётом ничего. Взяв в руки стакан с водой, парень взболтнул его. Вода закрутилась небольшим водоворотом, грозя пролиться на стол. В голове сразу поплыли воспоминания сна. Мрак, холод, сырость, недостаток кислорода и безжизненное лицо Рико. Парня передёрнуло. — Эй, ты чего? — позвал Ната парень по имени Энджел, сидящий на соседнем стуле. — Тебя это уж точно не касается, — резко ответил третий номер и залпом выпил всю воду. Он с громким стуком поставил пустой стакан на чёрную, как и всё в этом треклятом «Гнезде» столешницу. В голове закрутились воспоминания из детства.

Балтимор. 9 лет назад.

— Отец, я не могу сделать это, — сказал Натаниэль. В его трясущийся руке был зажат окровавленный нож. У его ног валялась девушка по имени Бьянка Питерсон. Вид девушки оставлял желать лучшего. Всё её тело было покрыто порезами и ожогами. У неё отсутствовало левое ухо. На руках не хватало нескольких пальцев. Правое запястье, кажется, вышло из сустава. Большинство этих ранений ей нанёс сам Натаниэль по приказу отца. А теперь ему сказали покончить с ней. Нат уже занёс над жертвою нож, но так и не смог ударить им девушку. Девятилетний Веснински и раньше пытал людей. Натан с детства приучал его к жестокости, насилию и крови. Однако приказ «убить» был отдан впервые. И Нат понимал, что не может этого сделать. В данный момент он ненавидел себя за то, что был не в состоянии отключить человеческие чувства и просто выполнить приказ. Раньше с жертвами расправлялись другие приближённые отца, вроде Лолы или Ромеро. Но сегодня они все стояли в стороне, наблюдая за действиями младшего. — Отец, я не могу! — повторил мальчик чуть громче и твёрже, чем в первый раз. Из его ослабевшей руки выпал нож и с громким лязгом упал на каменный пол. — Значит, ты отказываешься выполнять приказ? — медленно отчеканил Мясник. — Да. — чуть поколебавшись, ответил Натаниэль. — Я отказываюсь. — Глупый мальчишка! Я всегда знала, что он ни на что не годится. — В глазах Лолы читалось презрение. — Замолкни! Никто не спрашивал твоего мнения! — прикрикнул на неё Натан. Малькольм сразу вся сжалась от холодного тона. — Натаниэль, — вновь обратился Мясник к сыну. Его голос был фальшиво спокойным. Эта фальшь не предвещал ничего хорошего для девятилетнего мальчика. — Я надеюсь, ты понимаешь, что за этим последует наказание? Младший Веснински молчал. — Отвечай, когда с тобой говорят старшие! По-моему мы с твоей мамашей учили тебя хорошим манерам. — Натан сделал шаг вперёд и резанул тесаком по плечу сына, распарывая ткань некогда белоснежной рубашки, а вместе с ней и кожу Ната. Скорее всего на этом месте останется ещё один шрам. Некогда белоснежная рубашка сейчас была вся пропитана кровью, принадлежавшей как Питерсон, так и ему самому. — Джеймс, закончи с ней. — кинул отец, имея в виду Бьянку, а потом схватил Натаниэля за волосы, больно дёрнув. Он сделал Лоле знак следовать за ним и пошёл прочь из подвала, волоча за собой Ната, в сердце которого поселилась ненависть к самому себе. За слабость и отсутствие достаточного количества сил на то, чтобы совершить убийство. Мальчика притащили в ванную и достаточно грубо толкнули на её керамическое дно. Натаниэль издал вскрик боли, когда его спина и макушка соприкоснулась с холодным и твёрдым дном ванны. Нат настороженно огляделся, пытаясь понять, что будет происходить дальше. — Тебе ведь знакомо такое понятие, как пытки водой, Младший? — спросил Натан. По спине Натаниэля пробежали мурашки. Он зажмурил глаза. О да. Он знал, что это такое. Пару раз ему приказывали проделывать это с людьми, перешедшими Мяснику дорогу. Но самого Ната подобным пыткам не подвергали ещё ни разу. Видимо, сегодняшний поступок сына совершенно вывел старшего Веснински из себя. — Отец, пожалуйста, не надо, — умоляющим голосом сказал мальчик. На губах Натана появилась его фирменная улыбка, а Лола противно засмеялась. — Жалкий мальчишка. Весь в свою мать. Такой же слабый и никчёмный, как Мэри, — сказал Натан. На его губах продолжала играть маниакальная улыбка. В груди Ната начала закипать ярость. Он терпеть не мог, когда что-то говорили про его маму. Он в данной ситуации он был бессилен против Мясника. — Лола, приступай. — протянул Натан и вышел из ванны, оставляя сына наедине с Малкольм. На глаза Ната навернулись слёзы гнева и страха. — Ну чего же ты ревёшь, как девчонка. Я уверена, мы славно проведём время вместе, — она вновь хихикнула. На этот раз это звучало ещё более жутко. Женщина поднесла первый ковш с водой к его лицу.

«Гнездо». Наше время.

Натаниэль ещё несколько секунд смотрел на пустой стакан, погружаясь в воспоминания о том вечере. Это было одно из самых худших событий в его жизни. Через пару дней после того случая маленькому Натаниэлю вновь был отдан приказ убить. И на этот раз он хладнокровно исполнил сказанное. Натан тогда долго смеялся и хвалил его. Сам же Натаниэль молча ненавидел себя. Сейчас к убийствам парень относился несколько иначе, чем в девять. За пару лет работы на Ичиро он научился относиться к чужой смерти как к должному. Люди, подвергающиеся такому наказанию, всегда заслуживали этого своим поведением. Это была их вина, что они осмелились вставлять палки в колёса клану Морияма. Натаниэль был просто средством вытащить эти палки, пусть и не самым человечным способом. Веснински молча поднялся на ноги и быстрым шагом покинул столовую. Уходя, он не почувствовал пристального взгляда Рико, которым тот его наградил. Парень давно уже не вспоминал о том ужасном вечере, когда ему несколько часов подряд казалось, что он тонет, что у него нет шансов на спасение. Вечере, который был символом его слабости, так сильно презираемой Натаниэлем. Нат не знал, почему его сознание вновь решило разворошить старые раны. Зато был уверен в том, что ему это совершенно не нравится. На тренировке Натаниэль был агрессивнее, чем обычно. Они играли команда на команду, и все с шоком смотрели на третий номер, который как с катушек слетел. Он подобно рыжей молнии носился с одного конца поля на другой, не оставляя противникам ни единого шанса прорваться к воротам. Рико, который играл за другую команду, был в ярости. Ему лишь раз за всю тренировку удалось обойти Веснински и забить такой желанный гол. — Сукин ты сын! — прошипел первый номер, когда Нат вновь выбил мяч из его клюшки. Защитник проигнорировал капитана и послал мяч на противоположный конец поля, прямо в клюшку Ричера. Натаниэль понимал, что, скорее всего, получит от младшего Мориямы по шее за такое поведение, но сейчас ему было наплевать. Он выплёскивал всё накопившееся внутри в игру. Со стороны он выглядел восхитительно и одновременно с тем жутко.

***

— Натаниэль! — в голосе Рико слышалось негодование. Веснински только что вернулся в комнату после вечерней тренировки. Там его поджидал донельзя разрежённый Морияма. Нат посмотрел на капитана усталым взглядом. — Какого чёрта с тобой сегодня происходит? — в лоб спросил Рико, делая шаг к рыжеволосому парню. — А тебя ебёт? — грубо спросил тот. — Да мать твою, ебёт! — Рико схватил его за ворот толстовки. Нат скользнул взглядом по напряжённому лицу Мориямы. — С чего ты взял, что я буду перед тобой отчитываться? — в голосе третьего номера были различимы нотки азарта. — С того, что я твой король. — Мне ты не король, Рико. Кому угодно, но не мне. Ты это прекрасно знаешь. В глазах Мориямы забушевала злость, однако он ничего не ответил на эту грубость. Первый номер разжал пальцы, выпуская из рук чёрную ткань чужой кофты, а после пошёл по направлению к своей кровати. Его спина была идеально прямой. Плечи напряжены. — И это всё? Даже наказания не будет? — усмехнулся Натаниэль, сверля уходящего парня взглядом. — А тебе оно так необходимо? Ты только скажи, я могу устроить, — Рико опустился на чёрное покрывало, и его взгляд вновь прилип к Веснински. — Нет, спасибо. Обойдусь. Однако мне жизненно необходимо это, — Натаниэль сделал несколько стремительных шагов к Рико и остановился напротив парня. Морияма приподнял правую бровь в вопросительном жесте. Нат, в свою очередь, положил руку ему на плечо и, наклонившись, смял его губы в грубом поцелуе. Рико, не колеблясь ни секунды, стал так же грубо отвечать, пытаясь забрать инициативу в свои руки. Веснински не препятствовал этому. Ему было всё равно как главное с Рико. С Рико, который был ему нужен, как ебучий кислород. С Рико, который заставлял защитника хоть что-то чувствовать и не ломаться в этих отвратительных жизненных условиях. С Рико, вытащившем его со дна, на которое он упал из-за давления со стороны отца. Пусть большинство «Воронов» ненавидели или же боялась Морияму, Нату было плевать на это. Он никогда не сможет до них донести, что для него значит этот заносчивый ублюдок. Рико был его личным способом выжить. Его кислородной маской. Натаниэль провёл языком по нижней губе первого номера, умоляя открыть рот шире и позволить углубить поцелуй. Тот подчинился и разомкнул губы, ненадолго пропуская горячий язык Ната в свой рот. Через несколько мгновений Морияма прикусил кончик чужого языка и, дождавшись, пока он исчезнет, скользнул своим собственным между губами третьего номера. Морияма провёл языком по зубам Ната, а после толкнулся дальше. Погружаясь в тепло ротовой полости партнёра. Натаниэль не знал, сколько это длилось. Может несколько минут, может несколько часов. Но, к их огромному сожалению, вскоре кислород кончился, вынуждая парней отпрянуть друг от друга. — Ненавижу тебя, щенок… — осипшим голос прорычал Морияма. — Ненавидь меня, сколько твоей душе угодно. Главное не прогоняй, — Натаниэль упёрся лбом в его плечо. — Ненавижу, — повторил первый номер, понижая голос до шёпота. Его рука обвилась вокруг талии Ната, прижимая его к себе. Рико позволил себе такую слабость. Но это только сейчас, пока их никто не видит. Парни простояли в таком положении несколько минут, после чего Морияма оттолкнул от себя Натаниэля, — свали. Нат не стал сопротивляться и пошёл к своей кровати. Он всегда уходит, когда Рико его об этом просит. Да и не было причины сопротивляться сейчас. Он уже получил свою порцию кислорода. Ему больше ничего не нужно.

***

Весь «Эвермор» погрузился в сон. Один только Веснински до сих пор лежал на спине без сна. Он прикрыл глаза и прислушался. Тишину нарушал только звук дыхания Рико и его собственного. Натаниэль слегка замедлил своё дыхание, подстраиваясь под Морияму. Теперь они дышали в унисон. У них было одно дыхание на двоих.