Болен чувствами к тебе

Родители никогда не отличались нежностью и хорошим отношением ко мне. Помню, как в детстве они оставили меня на площадке. Сказали, что случайно забыли позвать, но, на самом деле, им просто было плевать - они хотели побыть вдвоём. Я - Денис Коломиец, парень 17-ти лет с пристрастиями к ужасам, горячему шоколаду, пепельному цвету волос и просмотру порнушки с участием одних мужчин. Однажды мать нашла одну из закладок на рабочем столе и сразу поняла, чья это прелесть. Я думал, что меня побьют, искалечат и заставят гулять с дочками маминых подруг до посинения, но родители решили иначе и отправили меня в больницу. Психбольницу. Где меня смогут вылечить от нетрадиционной ориентации. Спасибо, хоть одноместную и вполне комфортную палату оплатили, однако там было до жути тоскливо в первый день, и я решил вести записи в маленьком блокноте, в котором началась моя история… Запись №1 Меня заселили в белую, чистую палату, где присутствует даже своя ванная комната и санузел. В помещении было вполне спокойно и какой-то тревожности совершенно не возникало. Мой чемодан забрали еще при регистрации в клинику и разделили вещи на "опасные" и "неопасные"; в том числе забрали телефон, все колющие и режущие предметы, мой любимый раскладной ножик и коллекционную зажигалку. Со мной обращаются, как с опасным психом, хотя, на самом деле, это не так. Мне и парни совершенно не нравятся. Правда, как и девушки… смотреть порнографию вредно, но интересно, особенно какую-то нестандартную. Однако родители никогда не слушали мои оправдания или аргументы. Собственно, как и мнение. Это обижало, но только в далёком детстве. Когда я обустроился, решил поспать, ведь тишина действительно сильно убаюкивает, как вдруг в мою комнату влетел молодой человек невысокого роста, с желтоватыми волосами и полностью усыпанный родинками. В глаза бросились татуировки, полностью покрывающие одну из рук. Парень приятно улыбнулся и начал говорить о том, что он работает в этом отделении. Помогать и подсказывать неизвестные мне нюансы, - его прямые обязанности, как и следить за моим поведением. Зовут его Илья. Коряков фамилия. После недолгого знакомства он сразу рванул к следующим пациентам на плановый осмотр, а я всё-таки лёг отдохнуть. Запись №2 Я проснулся от журчания в животе и сильного чувства голода. Уже был вечер, а о еде я, кстати говоря, так и не узнал. Возможно, психам она и вовсе не нужна… Решил выйти в коридор и спросить у кого-то из работников, но не тут-то было. Как только нога переступила порог палаты, меня остановила пара мужчин, похожих на местную охрану. Я, конечно, разозлился, ведь имею право выйти из белого купола. Но, как оказалось, нет. К мужчинам подбежал Илья в белом халате и успокоил, объясняя, что я всего лишь новенький, а следом и мне пояснил, что в палате стоит специальная кнопка для вызова персонала, в том числе и его самого. Я неудачно пошутил, спросив, сколько за вызов нужно заплатить. Меня осмотрели осуждающим взглядом. Про ужин узнал: оказывается, Илья сам будет приносить и относить его в комнату, а выходить можно только на какие-то процедуры под присмотром других специалистов, работающих в здании. Миленько. Он снова одарил меня приятной улыбкой и лучезарным взглядом. Почему-то я покрылся румянцем и слегка замялся, а он тем временем поправил воротник на шее… так аккуратно и трепетно, что захотелось сделать это самому, а может и вовсе прильнуть к мягкой коже рядом с кадыком. О чём я думаю... хватит. Нужно немного подремать, а потом и приступить к ужину. Да, так и сделаю. Запись №3 Да, проснуться от звука резко открывающейся тяжёлой двери - не лучшее чувство, но именно так меня вырвало из прекрасных сюжетов во сне, где я дома, а не в этом неприятном месте. Заходил, оказывается, Коряков с железным передвижным сервировочным столиком, на котором находились два блюда: бледное пюре с кусочками курицы и лёгкий салат. Вот только салата было на одного маленького ребёнка - совершенно невозможно наесться взрослому организму, поэтому я решился спросить у врача, можно ли немного подрезать помидоров в блюдо и, возможно, добавить майонеза. Парень улыбнулся, помолчал пару минут, а после вышел из палаты. Я подумал, что тот просто посмеялся надо мной и отправился к другим ребятам, как вдруг он заходит обратно, а в руках его средний ножик, пара помидоров и упаковка майонеза. Коряков смотрит мне прямо в глаза, слегка поднимая уголок пересохших губ. Он раскладывает на столике все нужные продукты и принадлежности, а следом, по моей просьбе, дорезает мягкий помидор в свежий салат. Его массивная рука опирается на нож и плавно двигается по овощам, водит вверх-вниз. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Можно смотреть вечно, как под ловкие движения руки из помидоров выходят все соки, которые он нежно слизывает с указательного и большого пальца. Хм, у него довольно много мозолей на правой руке. Много и усердно работает в больничном блоке? Или хорошенько удовлетворяет сексуальные утехи дома? Так стоп, Денис. О чём ты думаешь? Это врач, который следит за твоим лечением в психбольнице! Но он уж очень притягательно следит… Вот, наконец, Илья решает добавить немного солёного вкуса в блюдо, берёт в ту же правую руку заканчивающийся майонез и старательно выдавливает его от основания до конца, пока с кончика упаковки не начинает стекать белая жидкость. Боже. Фантазия отказывается держаться в адекватном состоянии, в штанах становится намного теснее, чем до этого, а в нижней части живота завязывается весомый узел. Я быстро поблагодарил Илью за необязательную, но выполненную просьбу, нелепо улыбнулся в ответ и забрал свой долгожданный салат. Во время приёма пищи я старался думать об абсолютно отдалённых вещах, заменяя дурные мысли, дабы предотвратить странное чувство в паху. И у меня получилось, но до сих пор осталось загадкой, почему это произошло.