Горячая фотосессия

             Чонин стучит в дверь пару раз и после разрешения, проходит в студию и видит парня погружённого работой за компьютером. — Здравствуйте, – парень сгибается в лёгком поклоне, – Я Ян Чонин и пришёл на сегодняшние съёмки.       Да, Чонин работал профессиональной моделью. Снимался в различных съёмках брендов, и возможно даже в слишком открытых и сексуальных, но его семье это не обязательно знать. Они просто гордились им и всем говорили, что он модель и то как это престижно и прибыльно. Ян никогда не стыдился своей работы и с удовольствием всегда выполнял свою роль. И если это дело приносит хороший доход, то Ян мог согласится на многое и, возможно, даже на большее чем дозволено. — Ким Сынмин, очень приятно, – парень подошёл вплотную к Чонину и представился. Ян подметил, что парень, стоящий перед ним, был выше него и красивый. Красивый и высокий. Высокий и красивый, – Я буду вашим фотографом на этот день, – но парень был красивым не только внешне. Его голос звучал так мелодично, как течение реки в спокойный день. Он успокаивал. Хотелось слушать его чаще. Следующим, что заметил Ян одежда парня: чёрные классические, идеально выглаженными по стрелкам брюки; небрежно надетая, белая рубашка с закатанными до локтей рукавами и расстегнутой верхней пуговицей; на шее свешивалась не только камера, но и чёрный галстук.       Сынмин выглядел на все сто, даже не смотря на свой немного помятый и уставший вид. У Чонина так и чесались руки, чтобы потянуть фотографа за этот чёрный галстук и прошептать своим самым мягким и нежным голосом ему на ухо: «красавчик, ты так сексуально выглядишь в этом костюмчике». Но вместо слов, которые шекочили его фантазию, он лишь мягко улыбнулся. — Вы здесь один? – проходя в студию, спросил Ян. Обычно на площадке всегда много специалистов: фотографы, визажисты, стилисты. А тут только один этот загадочный, но такой красивый парень. – Странно, что здесь нет команды. — Да, но я смогу сам всё сделать. Я покажу одежду и какие образы будут использованы. А насчёт мейкапа не переживай, я могу всё отфотошопить, – нежным и монотонным голосом вещал Сынмин, провожая модель в гримёрку, в которой он показал одежду уже приготовленную для сегодняшней съёмки. Она аккуратно висела на вешалках и на самой крайней от первой, Ян заметил несколько пар нижнего белья. Ухмыльнувшись, Чонин понял что фотосессия будет горячей, – но думаю он тебе не нужен, – прежде чем оставить Яна одного в комнате, напоследок сказал фотограф.       До Чонина не сразу дошло, что именно имел в виду парень: макияж или может всё же одежду. Улыбаясь от своих же мыслей, Ян начал готовится к съёмкам. Он всё ещё удивлялся, тому что на площадке всего лишь этот фотограф. Хотя этот расклад даже радовал. Он сможет побыть один на один с Ким Сынмином, а после съёмок предложит выпить с ним кофе. Он надеялся завязать с ним приятный разговор.       Нужно отметить, что оба были профессионалами в своём деле. Чонин чувствовал себя свободно и открыто, принимал различные позы, когда Ким умело мог пользовался фотоаппаратом и ловить удачные кадры и каждый раз помогал модели встать в более лучшую позу. Ян послушно выполнял все просьбы, и когда модель вставал именно так как и хотел Сынмин, он хвалил его, добавляя слова по типу «ты прекрасен», «это лучшее», «супер». И конечно же эти слова не могли не льстить и не радовать слух Чонина. — Ты отлично поработал, – Ким пересматривал сделанные фотографии на фотоаппарате, и Чонин выглядел везде просто идеально. — Покажешь фотки? – Чонин сидел на стуле, который они использовали для фотографий и пытался немного отдохнуть. Съёмки затянулись и на улице уже вечерело. — Обычно я их не показываю до обработки, – твёрдо сказал фотограф, но после того как увидел умоляющий и нетерпеливый взгляд, немного поколебался в своих взглядах, – Ну хорошо давай посмотрим. Сейчас я только загружу на комп.       Они и сами не заметили как перешли на «ты». Хотя с самого начала между нами была эта неформальная обстановка, которая вполне устраивала обе стороны. Им просто было комфортно друг с другом, и сразу смогли научиться понимать и чувствовать, двигаясь в такт, создавая хорошую команду. — Вау, посмотри, какой я здесь красивый, – модель бурно реагировал на все свои фотки, заглядывая в компьютер через плечо Сынмина, – прекрасная работа! – он легонько похлопал Кима по плечу, в поддержку и задерживая на нём руку.       Чонин дышал в ухо, стоял над душой, что-то бормотал под нос, и при всём этом держал свою руку на плече Сынмина. В какой-то момент фотограф задумался, о том что парня рядом с ним слишком уж много. — Вот! – воскликнул Чонин, указывая на монитор и чуть не оставил без слуха и трезвого ума Сынмина, – вот эта фотка самая красивая. — Да, красивый, – согласился фотограф вполголоса, произнеся эти слова, ещё не зная, что после них у Чонина тормоза сорвёт, – нам нужно закончить на сегодня сделав ещё пару фото на другой площадке для рекламы нижнего белья, – быстро протараторил Сынмин, смущаясь ещё больше от своих слов. — А точно, нижнее бельё. Я совсем забыл, – Чонин с усталым вздохом садится на кресло напротив Сынмина, – А какая другая площадка?       И фотограф приводит его на эту самую другую площадку. Хотя площадкой её было сложно назвать. Это была комната с кроватью и с мягким светом. Она была обустроена как спальня молодоженов. Всё было обустроено мягких синих оттенках, которые не давили на глаза, и приятно ощущаемые. — Что ж, – начал смущенно Сынмин. Он украдкой смотрел на Чонина, который был в одном нижнем белье. Складывалось ощущение, будто фотограф никогда не работал с обнажёнными моделями, – думаю, ты сможешь мне попозировать на этой кровати, пока я тебя пару раз щёлкну.       Модель сразу начал чувствовал себя уютно в подобной студии и ситуация в целом. Чонин извивался на постели, принимал открытые позы. Фотограф на этот раз был тихим и редко давал какие-то конкретные указания. Он дал полную свободу модели в фантазирование поз. Через объектив фотоаппарата он смотрел на Чонина, и в глубине душе восхищаясь его красоте, худощавому телосложению, но немного подкаченному.       Сынмин приблизился к модели, попросив поднять голову, но сам не заметил как положил руку на шею Чонина. Ким чувствует невероятную тягу к этому парню. Наверное поэтому тело решило действовать вместо мозга.       Для лучшего ракурса Сынмин провёл рукой по шее Чонина, поднимая его лицо, заглядывая в его глаза, через объектив фотоаппарата. Он делает последнюю фотографию на этот день. Теперь его мысли направлены в другое русло. Откладывая фотоаппарат, он возвращается к подбородку парня.       Завороженный внешним видом модели, Сынмин поглаживает большим пальцем нижнюю губу Яна. Губы модели слегка приоткрываются, обжигая горячим дыханием кожу, и это бросает фотографа в дрожь, которая пронзает всё его тело. Прежде, чем он успевает передумать, он запускает свой большой палец в чужой и мокрый рот. Горячий язык с удовольствием обволакивает палец, посасывая, и Сынмин заменяет палец своими губами. Мягко начинает вести и углубляя поцелуй. Но Чонин не решил тянуть, он обвил руками шею фотографа, проталкивает язык в чужой рот, сплетая их. Губы фотографа вкуса сладкого кофе, потому что тот его пил, чтобы не заснуть за рабочим столом, мягкие и невероятно вкусные. Он аккуратно посасывает верхнюю губу, обхватывая шею крепче, и то, как губы открываются, беря в плен чужие тонкие, посасывая, причмокивая пошло и страстно углубляя поцелуй, заставляя Сынмина потерять голову окончательно от этого парня и его махинаций. Чонин сокращает между их телами последнее свободное пространство, постанывая в поцелуй, ведёт ладонью от шеи к затылку, запуская умелые пальцы в пряди волос. Сынмин в свою очередь кладёт руки на талию, прижимается бёдрами ближе.       Сынмин отстраняет и снова заглядывает в глаза парню. Они понимали друг друга без слов, читая желание в глазах напротив. Фотограф толкает парня на кровать, нависая над ним, и с этого ракурса, под фотографом, Чонину, кажется, что этот парень ещё красивее. Такой пошлый и страстный любовник, когда прижимает его ладони к кровати, нависая, тяжело дыша, всматриваясь в глаза.       Сынмин целует с языком, мокро, нежно и чувственно, но слишком быстро отстраняется, не давая насладится модели поцелуем в полной мере. Чонин тихо и недовольно мычит, когда его губы остались без полной порции тепла. Фотограф тянется к губам, чтобы дать им то что они так жаждут, но вместо поцелуя, он ведёт языком от подбородка до кончика носа. Сынмин дразнит его, проводя такие махинации во второй и третий раз, не давая поцеловать свои губы. Чонин притягивает парня к себе, запуская пятерню в волосы и наконец целует. Фотограф ухмыляется в поцелуй и наслаждается, руками изучая тело под собой, сжимая горошинки сосков между пальцами.       Он спускается ниже по телу модели, губами проводя по шеи, вызывая муражки и глубокий выдох у Чонина. Сынмин оставляет дорожки слюны на шее. Модель откидывает голову назад, на подушку, открывая лучший обзор на шею, и Ким этим пользуется, захватывая и присваивая себе эту тонкую, с очень вкусной кожей и приятным на запах шею; аккуратно облизывая кадык.       Отрываясь от шеи, парень спускается ниже по телу, останавливаясь на сосках, облизывая, посасывая, давая наслаждение парню, и наслаждаясь сам. Губы целуют рёбра, плоский живот парня.       Руки фотографа останавливаются на нижнем белье, стягивая их, оставляя модель вовсе без одежды. — Нам это уже не пригодится, малыш, – доносится до слуха Чонина. Эти слова растекались по ушной раковине вырывая стон из груди. Ему не нравилось разговаривать во время секса, он терпеть не мог все эти грязные словечки, был эстетом и предпочитал губами ловить сдавленные стоны, наслаждаться тихими хрипами. Его тошнило от любого «сладкий» или «милый», но сейчас ему больше всего хотелось слушать голос этого парня. Всё что он делает с телом модели, заставляло задуматься Чонина «как он раньше мог занимался сексом с кем-то кроме этого красавчика?». Фотограф заставлял чувствовать себя как на другой планете: полной похоти, желания и страсти. А ведь это только начало.       Чонин издаёт протяжней стон, когда чувствует губы на своём члене. Этот язык скоро снесёт ему крышу полностью и бесповоротно. Фотограф делает с достоинством Чонина всё что ему вздумается: гладит ладонью, лижет языком, беря в рот почти полностью. Куда делся тот фотограф, который украдкой смотрел на модель, делал ему незаметные комплименты, говоря какой он «профессионал», смущался обнажённого тела. Сейчас этот самый фотограф отсасывал модели, которого пару минут фотографировал. И Чонин бы точно соврал себе и всему миру, что этот красавчик не приносит ему бурю эмоций наслаждения, так что воздуха не хватало в лёгких.       Казалось, он здесь и помрёт, но зато как красиво и пошло.       Сынмин видит как модель тяжело дышит, как вздымается его грудь, и прогибаться в спине, понимая, что парень долго не продержится. Он продолжает стимулировать рукой и Чонин и правда долго не продержался, пачкая руку фотографа.       Сынмин возвращается к губам парня, ловя глубокие вздохи, стоны и хрипы. И напоследок целует ключицу, отстраняясь от модели. — Нет, не уходи, – на локтях приподнимаясь на кровати, жалобным голосом просит Чонин. Нет, он не просил, он умолял, своим плаксивым и недовольным голосом, глазами показывая своё желание продолжить. — Расслабься, малыш, я только за презервативами и смазкой, – Чонин и правда испугался, что этот красавчик его бросит. Поматросит, заставил кончить, потерять голову и тело в этих руках, поцелуях, объятиях и бросит.       Чонин принял тоже положение на удобной кровати, слыша, как открывается дверь прикроватной тумбачки, а краем глазом, замечая возню парня. Такое чувство будто он уже знал, что у него будет секс. Но Чонину было плевать, самое важно для него было, чтобы тело фотографа снова нависало над ним. Сынмин согревал смазку в своих пальцах, запуская внутрь только один палец. Чонин вздрогнул, когда фотограф начал заботливо разминать чувствительный вход в его тело. Не пальцы он хотел получить, когда услышал слово «презервативы», но приятно было всё равно. — Не хочу пальцы, – на выдохе озвучил свои мысли Ян и дернулся, выгибаясь в спине, когда Сынмин нашёл его простату. — А что ты хочешь, малыш? – над самым ухом прошептал фотограф, так сладко, так нежно, что Чонин мог кончить только от этого сахарного голоса в любую секунду, покрываясь мурашками по всему телу, когда Сынмин мокро облизал ухо модели, прикусывая мочку. — Член, – стоная, выгибаясь в пояснице, произнёс Чонин, когда Ким снова надавил на простату. — Будет тебе, но ты ещё не готов.       Фотограф добавил третий палец, растягивая ещё больше. И именно в этот момент, когда его трахуют пальцами, модель понял, что он полностью обнажён, а его партнёр по постели, нет. Он потянул фотографа за галстук, за этот галстук, который хотел схватить на протяжении всей фотосессии, а потом поцеловать в губы. Чонин знал, что мысли материальны, но чтобы настолько. — Красавчик, ты конечно, очень сексуально выглядишь в этом костюмчике, но не думаешь что он тебе мешает? – также шепотом произнёс Чонин, пока стягивал галстук с шеи, которую он хотел покрыть поцелуями и пятнами. Расстегнув рубашку, Чонин был завороженный видом. И как он мог не заметить такого прекрасного тела под рубашкой. — Дыши, малыш, – фотограф снова дразнит модель, называя его малышом. Но кто сказал, что модели это не нравится.       Чонин ухмыльнулся на слова Кима. И прильнул к его шеи, целуя, кусая, не так нежно, как это делал с его шеей фотограф, а кусая, оставляя синие пятна. Своими действиями срывая с губ фотографа тяжёлые выдохи. — Готов кончить ещё раз, малыш? – Сынмин вытащил пальцы и облизал их. Заменяя их своим членом.       Чёрт, Чонин трижды чуть не кончил от слов и голоса фотографа. Он притягивал модель к себе за бедра, насаживая его медленно, давая привыкнуть, постепенно ускоряя темп. Ян извивался под ним, инстинктивно притягивая, обхватывая за талию ногами, призывая приблизится ещё ближе. Тело к телу, губы к губам. Нежно, тепло, даже жарко, слишком горячо.       Они переплели свои пальцы. Чонин мёртвой хваткой вцепился в руку Сынмина, не желая отпускать от себя, ни сегодня, ни завтра и больше никогда. — Кончи для меня, малыш, – говорит в лицо Яну с ехидной улыбкой Сынмин, ведя рукой по члену модели.       Чонин не пожалеет об этом сексе. Сексе с этим парнем о котором, ничего не знает, кроме того как его зовут, что он прекрасный фотограф, и трахается он просто охуенно.       Они оба измотаны фотосессией и сексом, но оба довольны, и не о чём не жалеют.       Сынмин пришел в себя быстрее своего партнёра. Он приблизился к лицу Чонина и откинул челку с мокрого лба. — Как ты? – обеспокоенно спросил он, заглядывая в глаза модели. — Охуенно, – не скрывая своего блаженного чувства ответил Чонин. — Наверное, это странный вопрос, – Сынмин откинулся на подушку и уставился в потолок, – но завтра ты свободен? Может, сходим в кафе? — Это два вопроса, – поворачивая голову в сторону лица Сынмина, сказал Чонин, – дай мне свой номер, красавчик.