Sterne im See

– еб твою мать, Дэм! – Кёниг чертыхается каждый раз, когда проклятый поддается минутному порыву нежности и лезет обниматься, пуская свои руки под футболку парня и прижимается со спины. Против ли брюнет? Нет, конечно, вы что, ёбнулись? Объятия Дэма – единственное, от чего Тэнэ никогда в жизни не откажется, хотя, пожалуй, поцелуи тоже подходят под это определение, второе единственное, получается. Но когда этот дурак тянет свои руки в момент крайней занятости Кёнига, тот, скорее от неожиданности, начинает возмущаться. Ну можно же как-то предупредить или хоть намекнуть? Плюс, свою роль играют вечно-холодные руки русого, которые, создают не самый приятный контраст с горячей кожей под тканью. – не думаю, что мама после таких слов еще будет кормить тебя своим ягодным пирогом – Келлерман довольно улыбается, прижимаясь поцелуем к шее брюнета, выдыхая теплый воздух из легких – да и вообще кормить – слишком жестоко… – Кёниг откидывает голову назад, посылая к черту всю учебу и предоставляя своему парню место для творчества в виде поцелуев, засосов и укусов, на которые у Дэма был фетиш, ну а Тэнэ просто плавился в руках возлюбленного и любит после душа стоять перед зеркалом без футболки и рассматривать все следы на своей шее, плечах и ключицах как символ раскрепощённости русого и собственного безграничного доверия к нему. Мог ли он подумать, что вот так будет сидеть и кусать губы, сдерживая тихие стоны в объятиях парня, который его до одури бесил и нервировал каких-то два-три месяца назад? Нет, конечно, даже есть вероятность, что Кёниг бы вспылил и втащил человеку, который бы осмелился предположить хоть какие-то взаимоотношения между ним и Дэмом, кроме приятельских, даже не дружеских. Однако, что же стало толчком к настолько близким отношениям? Сделка по обмену таблеток от проклятья на еду и кофе? Искренний интерес Келлермана к нему и желание бескорыстно помогать, по доброте душевной? Когда Дэм пришел в дом Тэнэ и увидел, в каком же пиздеце тот живет, позвав его жить к себе? Желание отплатить русому той же монетой, изнуряясь на подработках, лишь бы купить билеты и пригласить его на концерт любимой группы? Учащенное сердцебиение, просто от того, что Келлерман находится рядом? Неловкие переписки, находясь через стенку друг от друга? Разговоры по душам в курилке, о которой Тэнэ рассказал Отто? Забота брюнета о Дэме, когда у того ебашил пульс под три сотни ударов в минуту? Ответная забота Дэма, когда Тэнэ заболел? Совместные просмотры фильмов, отсылки на которые в своей речи использовал Келлерман, но брюнет совершенно их не понимал за незнанием сюжета? Провальные попытки вместе приготовить пирог на день рождения матери Дэма, в качестве сюрприза? Малышка Эбэль, которая на весь дом кричала о том, что парни заснули в одной кровати, пока готовились по конспектам Тэнэ к предстоящей промежуточной аттестации? Тэнэ не знает, честно, просто в какой-то момент смущение и неловкие касания якобы невзначай заменили пропитанные нежностью поцелуи под звездным небом, напротив небольшого озера неподалёку от дома Келлерманов, когда Дэм захотел показать Тэнэ свое «тайное» место» и они еще немного решили приоткрыться друг другу, смотря в глаза и говоря, какое же значение имеет каждый в сердце другого. После слов Тэнэ о том, что Дэм стал для него самым близким и важным человеком, что Кёниг готов пожертвовать всем, что у него есть, лишь бы продолжать вот так сидеть рядом и смотреть в глаза друг друга, иногда соприкасаясь коленями, Дэм медленно поднимает руку и устраивает её на подбородке брюнета, придвигаясь ближе и опаляя губы горячим дыханием. Дальше действовать не стал: побоялся, что Тэнэ под понятием «самый близкий человек» все же имеет дружбу, а не влюбленность, как это интерпретировал Келлерман, ссылаясь на собственные чувства к одногруппнику, лишь продолжил поглаживать кожу Кёнига, особое внимание уделяя участку, находящемуся максимально близко к губам. Всегда ведь можно отмазаться, спиздев, что у парня что-то прилипло к подбородку, а Дэму со статусом чистоплюя, больно на это смотреть, подобным образом русый всегда оправдывал свои порывы прикоснуться к Тэнэ. Однако, у брюнета на этот счет другое мнение. Тихо буркнув что-то из разряда «сыкло ты, Келлерман», Тэнэ сокращает расстояние между ними и впивается в губы проклятого неумелым поцелуем, устраивая свою левую руку на плече парня. Но расслабиться получается только после того, как Дэм начинает также неумело отвечать на поцелуй и легонько углублять его. Тэнэ тоже сыкло, но чуть более решительное сыкло. Затем следовали неловкие признания в чувствах, прозвучавшие от парней почти в унисон, добрый смех и нежные объятия, переходящие в неоднократные томные поцелуи. Вот так вот получается в жизни: живешь в своей тихой норе и не высовываешься на свет, а в какой-то момент в твою жизнь врывается безумно яркий человек, для которого ты готов будешь делать не менее безумные поступки, например, минет в кабинке туалета клуба, в то время, как на сцене этого клуба проходит концерт, ради которого Тэнэ устраивался на миллион подработок и не спал ночами. Он ни о чем не жалеет, Дэм тоже.