Безопасность превыше всего

      — М-м… Тсукаса-кун, подай пожалуйста ключ на девять.       Тсукаса поправляет защитные очки и подходит к столу, чтобы передать вещь в руку механика. Теперь, на минуточку, его парня! Они официально могут обниматься и целоваться, назло Нене, постоянно подносившей два пальца ко рту, делая вид, что ее сейчас вырвет. От подобных мыслей Тенма постоянно начинал улыбаться как дурачок, на что Руи беззлобно хихикал.                    Металлический, довольно увесистый инструмент ложится в руку Камиширо, на что тот с улыбкой кивает. На носу чудесное представление — Руи придумал постановку, для которой им нужно будет механизировать сцену. Платформа на ней сможет поворачиваться по нажатию кнопки, а декорации двигаться без тросов. Обычный человек отнесся бы скептично к подобной идее, ведь сделать такой огромный механизм стоит огромных, титанических усилий — один человек не справится с подобным. Но насчет Руи никто в Вандашо не сомневался. Он не раз показывал себя как гениальный механик и режиссер, а значит и с таким огромным проектом он справится. Все-таки, на больших сценах такое есть, чем их Чудо-сцена хуже?       Тсукаса отошел назад, осматривая то, что Руи (не без его помощи!!) уже сделал. Огромный механизм, состоящий из внушительных размеров шестеренок и пока не закрытый декорациями, свисал с верха до самого низа, заставляя почувствовать себя муравьем, которых так не любил актер. Тсукаса невольно охнул, смотря на все это. Камиширо по праву можно считать гением.       — Последняя деталь, и… все! — Парень отряхнул руки в перчатках и отошел к Тенме, осматривая свою работу. На новой сцене их выступления станут еще лучше и прекраснее, а их главная звезда будет сиять еще ярче, чем прежде. Он повернул голову и кинул взгляд на блондина, стоящего рядом. Видеть радость в медовых глазах было его лучшей наградой за старания.       — Руи, это невероятно! А когда мы будем опробывать все это?? Я уже готов! — Тсукаса поправил свои очки и белый рабочий халат, показывая готовность, на что Руи тихо рассмеялся.       — Для начала нужно проверить, безопасно ли все это. Нам не нужны несчастные случаи. Поэтому в первую очередь тестировать все нововведения буду я, а ты будешь ассистировать.       — С чего это вдруг?! Я лидер труппы!       — А я не прощу себе, если с тобой что-то произойдет по моей вине. Здесь спор неуместен, — сейчас Камиширо выглядел серьезно, поэтому перечить Тсукаса не стал. Он прекрасно знает о том, что Руи будет винить и корить себя, если с головы кого-то из его друзей и близких упадет хоть волос из-за него. Тенма осторожно кивнул и сел на край сцены, свешивая ноги. Ему невероятно сильно хотелось опробовать то, что сделал Руи, но если Камиширо запретил — значит нельзя. — А когда ты будешь тестировать все это? — В ближайшее время. Может, даже сегодня. — Может сейчас?? Чтобы я побыстрее смог попробовать все, что ты тут нагородил! — Звезда раскинула руки в стороны, смотря на Руи. Механик лишь улыбнулся и тихо хмыкнул, садясь на корточки рядом с возлюбленным.       — Тогда с тебя свидание сегодня вечером, раз хочешь, чтобы я сделал все быстрее, — Он потянулся к своей звездочке и оставил быстрый поцелуй на его щеке, от которого Тенма зажмурился, смущенно пискнув. Тсукаса хотел было накинуться на Камиширо с ответными поцелуями, но режиссер уже успел подняться, потрепать того по голове и уйти в сторону занавеса.       — Тсукаса-кун, мне нужна будет твоя помощь. Сейчас я буду проверять трос, поднимающий наверх, твоя задача — нажимать на эти рычаги — Актер поднялся и устремил свой взгляд туда, куда указал Руи. Из металлической паннели на полу торчали три рычага. Три абсолютно идентичных рычага. Тсукаса подошел и кивнул, показывая, что он понял.       — Отлично. Сейчас я присоединю себя к тросу, ты нажмешь на вот этот рычаг — Руи показал на первый по порядку и двинулся к тросу — а я поднимусь до самого верха, проверю, все ли правильно работает, хорошо?       — Да! Я все понял, можешь идти! — Тсукасе не терпелось уже и самому взмыть над сценой. Чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат, ведь так??       Две минуты пристегиваний — и Руи показывает большой палец, давая добро на подъем. Тсукаса кивнул и нажал на рычаг. — Тсукаса-кун, в другую сторону, в эту трос опускается. — Ой, точно, секунду! — Руи хихикнул, чувствуя, как натягиваются ремни на его теле. Вот, он начал подъем. Трос был намного безопаснее чем канат, который они обычно использовали. Шанс разрыва троса минимальный, ведь он состоит из множества металлических проволок, покрытых слоем резины, в отличие от каната, который уже изрядно подгнивал, да и поднимать на нем особо тяжелые грузы было нельзя. Не успел Руи опомниться, как он уже был на самом верху. — Тсукаса-кун, останавливай! — А? Ой, сейчас! Камиширо повис в опасной близости от блока, через который был перекинут трос.       — В следующий раз будь аккуратнее, прошу… Вроде все нормально, можешь спускать вниз…       Тсукаса кивнул и кинулся к рычагу. Он надавил на него, и буквально через секунду послышался вскрик. Актер резко поднял голову, отпустив рычаг. — Тсукаса, в другую сторону! — Ааа, прости-прости, я сейчас!! — Тенма потянул рычаг в другую сторону и стал следить за спускающимся вниз Руи. Как вдруг Камиширо стал быстро оглядываться назад, почему-то переворачиваясь кверх ногами.       — Подожди! У меня кажется штанина ушла в шестерни… — Руи попытался ногой отцепить застрявшую ткань, но она основательно вошла в щель между механизмом. Внезапно, от того, что парень был в перевернутом положении, крюк, соединявший ремни с тросом, выскочил из петли, оставляя Камиширо висеть на одной только штанине. Механик нервно хихикнул, переведя взгляд на Тсукасу, который начал искать способ снять парня. Просто снять штаны не получится — он находится слишком высоко над сценой, плюс в перевернутом состоянии. Если бы он решил спуститься таким образом, то попросту свернул бы себе шею. Тенма же начал искать хоть что-нибудь, чем бы Руи мог отрезать злополучный кусок ткани. Купить ему новые брюки они всегда успеют, а вот нового Камиширо Руи звезда вряд ли найдет. Хотя, даже так снять его не получится…       — Вот видишь, а ведь на моем месте мог оказаться ты, ха-ха… С тебя рамунэ на свидании! А мне нужно будет доработать эту деталь с блоком, безопасность превыше все-       Не успел Тсукаса понять, что происходит, как сверху до него донесся душераздирающий крик, заставивший все в Тенме перевернуться.       — Руи, что случилось?! Почему ты-       Тсукаса устремил взгляд наверх и обомлел — на него смотрел Руи, лицо которого скривилось от боли и ужаса, а глаза были выпучены настолько, что будто сейчас вылетят из орбит и упадут на деревянный пол сцены.       — Т-Тсука-..А-А-са-кун, ты заде…!       Актер обернулся. В своих поисках он задел стартер механизма платформы на сцене, в который как раз и попал Руи. И сейчас… И сейчас он работает!..       — РУИ, КАК ЭТО ВЫКЛЮЧИТЬ?!       Ответа не последовало — сапог Руи разжевало шестернями и в металлические зубы начала с хрустом уходить нога механика, отчего Камиширо кричал так громко, что начал задыхаться . Он дергался в разные стороны, пытаясь выдернуть ногу, но его затягивало лишь дальше, размалывая пальцы на ногах. На остолбеневшего Тсукасу упало несколько капель крови — его парализовало от ужаса, от картины, которую он сейчас наблюдал. Камиширо начал рыдать, захлебываясь в собственных слезах и соплях, что начали стекать по его лицу. Лицу, на котором была гримаса боли и страданий. Хруст костей и суставов прорезывался сквозь его крик, отчего происходящее становилось в разы ужаснее.       Когда Тенма отмер, в механизм уже ушла ступня, а кровь с ноги Руи текла вниз, на сцену и по штанине. Руи буквально задыхался. Глаза стали стеклянными — он не реагировал на крики и вопросы блондина, все, что он сейчас мог — кричать от боли и страха. Гудение и крики с хрустом сводили мечущегося из стороны в сторону Тсукасу с ума. Он нажимал на выключатель механизма несколько раз, но ответа не последовало. Это был автоматический процесс. Пока платформа полностью не прокрутится, она не остановится. А остановится она, судя по всему, только тогда, когда Руи размолет напрочь.       — РУИ, ПОЖАЛУЙСТА, ДЕРЖИСЬ, Я-Я… Я ЧТО-НИБУДЬ ПРИДУМАЮ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ- Крик сменился на хрип — Камиширо подавился и стал пытаться откашляться. Его лицо было красным, по щекам стекал пот и слезы. Голова ужасно болела от притока крови, а ногу уже размололо в кашу до щиколоток. Его стало выворачивать и рвать от того, что на его лицо и шею стала капать его же кровь и ошметки мяса с его ноги. В воздухе повис отвратительный металлический запах крови.       Тсукаса заплакал, глядя на все это. Он бесполезен. Теперь он ничем ему не поможет — пока он успеет позвать на помощь, Руи уже будет мертв. Мертв по его вине. Почему именно он? Почему именно сегодня?!.. Почему все произошло из-за его невнимательности и спешки?.. Если бы он не поторопил его, возможно, этого кошмара бы не произошло, они бы пошли на свидание и все было бы хорошо. Зачем он его торопил?…       Сверху послышался характерный треск и дикий вопль — в шестерни ушла коленная чашечка и бедренная кость. Под Руи образовалась лужа вязкой, темной крови, теперь залившей его глаза. Веки слипались от постепенно засыхающей жидкости, отчего Руи потихоньку терял возможность видеть то, что происходит вокруг.       Тсукаса сел на пол, зажмурился и закрыл уши руками, чтобы не слышать криков его парня. Он был до смерти испуган, а по щекам текли слезы от беспомощности. В какой-то момент он сорвался на крик, что сливался в унисон с воплем режиссера. Почему он блять такой беспомощный? Тенму стало трясти, а сам он впал в истерику. Ему слишком страшно, слишком страшно, слишком страшно, слишком страшно-       Хруст стал громче и на секунду остановился. Тсукаса поднял голову наверх — на него смотрели два желтых безжизненных глаза, слезы с которых уже перестали течь — Руи все выплакал, а голос был сорван, он мог лишь хрипеть и дергаться. Вдруг, хруст возобновился, и Тсукасе предстало незабываемое зрелище — механизм полностью размолол бедренную кость, после чего стал вспарывать туловище Руи, начиная с низа. Буквально размалывая его напополам. Тсукаса был полностью окроплен кровью Камиширо. Тенма прижал руку ко рту, начиная кашлять. Его вырвало.       Все — руки, ноги, голова, лицо, волосы, одежда — все было темно-алым, в ушах звенело, гудело, он сам не замечал, как кричал сам, даже громче Руи. Он просто не выдерживал этого. Он не мог позвать на помощь. Он был слишком ошарашен и напуган. Он задыхался, кричал и плакал. Больше не мог всего этого наблюдать. Проснуться, проснуться от этого кошмара. Забыть все, что он видел — лишь бы больше не вспоминать это кровавое месиво. Вдруг, механизм остановился. Платформа сделала полный оборот. Расчеты Тсукасы оказались неверны — Руи размололо лишь наполовину. Но этого было достаточно, чтобы на Тсукасу с грохотом посыпались органы его возлюбленного, все в крови и других жидкостях. Казалось, все замерло. Тсукаса лишь редко всхлипывал, смотря на ошметки мяса и органов перед ним, а со рта уже мертвого Камиширо Руи стекали слюна, кровь и рвота.