Немного эфира не помешает

Вот уже месяц Энтони и Азирафаэль живут вместе. После их первого поцелуя количество проходимых в день шагов в книжном магазине стало вдвое больше, чем было прежде. Хоть Кроули и — Демон, внутри книжного он был всегда любящим и заботливым, целым миром для своего любимого Ангела. Фэлл, в свою очередь, был не менее большой вселенной для Энтони. Их отношения почти не изменились. Они всё также шутили по поводу и без, огрызались, как подворачивался случай. В их повседневную жизнь вторглась, разве что, ответственность. Да, она была и раньше, но теперь ответственность была другой — друг за друга. Любой буйный посетитель, посмевший не так посмотреть или что-либо сказать Азирафаэлю, был тотчас выставлен за пределы магазина, при чём не в самом одобрительном виде. Вы когда-нибудь видели мужчину, полностью обнажённого со шляпой под видом пачки? Серьёзно! Огромная шляпа только и прикрывает единственное достоинство и честь, которое осталось у того парня! Вот это я понимаю месть. И Азирафаэль почти не против, и Кроули радостно ухмыляется, смотря, как покрывается красными оттенками лицо наглеца. С дамами Демон был чуть более гуманным. Однажды наведалась в магазин взмыленная красотка. Губы бантиком, бровки домиком, багажником из стороны в сторону виляет, да Ангела на грех соблазнить пытается! Видели бы вы тот гнев в глазах Кроули... Это надо было видеть! Сначала он изо всех сил старался себя сдерживать. Но потом, когда эта перепёлка начала поправлять Ази воротник, терпение лопнуло! Сейчас бы была актуальной фраза: "А потом её никто и никогда не видел", но к этому позже. На этот раз представитель Ада решил чуть позабавиться. С давних времён, как демон ещё перекрыл мобильную связь в самом центре Лондона, у него остались старые знакомые — крысы. Большие и жирные зверюги, но вполне послушные, если иметь подход вовремя угрожать. В один момент, по одному только жесту Энтони, десятки крыс выбежали изо всех щелей, громко пища. Их писк мог перекрикнуть только визг той самой женщины, которая позволила себе слишком много. Как она прыгала! Казалось, ей прямая дорога на прыжки с такой длинной палкой. Но она могла обойтись и без неё. Кроули же, развалившись на диване, самодовольно наблюдал за этой картиной. Любимый не совращён кем-то, кроме него, баба ставит новые мировые рекорды, а сил пришлось затратить не так уж и много. В итоге та женщина с дикими воплями выбежала из лавки, и вот теперь-то её больше ни Азирафаэль, ни Энтони не видели. В один из дней, после очередного спасения Ангела, Кроули не остался восседать на пыльном винтажном кресле, а как-то уж слишком подозрительно для него аккуратно подбирался к Азирафаэлю. — Если ты думаешь, что тебя я не вижу, то ты ошибаешься, Кроули, я тебя вижу и пока что очень даже хорошо. — Уж поверь, Ангел, если бы у меня была такая мысль, ты бы даже и не заметил, как я встану сзади тебя, будь я мгновение назад перед тобой. Азирафаэль устало вздохнул и снял ботанские очки. Они были, казалось, на редкость хрупкими и ужасно маленькими. — Ну и чем же я могу быть полезен тебе, Demone? — Фэлл повернулся к столу боком, смотря прямо на рыжеволосого кота. — К чему эта прелюдия, Азирафаэль, мы с тобой знакомы больше шести тысяч лет? — Не переводи тему, ближе к сути. — Было бы с твоей стороны любезно, если бы ты не перебивал. Я к этому и иду, чёрт дери! — Демон понял, что немного ушёл не в то эмоциональное русло, а потому поспешил втянуть и выпустить воздух, чтобы успокоиться. — Прости. Кхм, так вот, Азирафаэль, мы с тобой знакомы чуть больше шести тысяч лет, а наша совместная жизнь на одном...— неудобные темы всегда давались Демону тяжело. Он дёрнул головой в одну сторону, затем в другую, подбирая нейтральные слова. — постельном белье, так сказать, длится уже целый месяц. — Так, и к чему же ты клонишь? Тебе не нравятся ландыши? Давай я закажу с лилиями? Тебе нравятся лилии? — блондин продолжал смотреть на Кроули с невозмутимым взглядом, как будто вообще не понимая, о какой такой жизни идёт речь. Демон же издал что-то между мычанием и скулёжом. Ему всегда было сложно вести такие непристойные диалоги вместе с ранимым и тонким натурой Ангелом. Подходящие слова почти не лезли на язык. Тут Кроули осенило. Уголок его губ дрогнул вверх. Азирафаэль был готов поклясться, что увидел, как за тонированными очками огненные глаза сверкнули огнём. — Пойдём со мной. — не приказ, скорее просьба, но которую никак нельзя оставлять без внимания, кроме того, она не терпит ожидания. Демон потянул Азирафаэля за собой, вынуждая оставить свои рукописи и поплестись за ним. Путь был не сильно длинным. Змий привёл его в небольшую каморку, где они когда-то распивали литры алкоголя после того, как где-то просрали Антихриста. К слову, чего эта каморка только не пережила, но всё ещё оставалась целой. И впрямь святое место (стоит ли упоминать, что в ней творились далеко не святые действия?). Кроули закрыл дверь за Азирафаэлем и усадил того на диван. Второй всё ещё смотрел на первого с непониманием. Ази ведь так и не добился никакой сути из прошедшего диалога. Оставалось только наблюдать за действиями Кроули. А они были на удивление неуверенными. Что-то новенькое. Подняв голову и взгляд на Кроули, его губы тут же встретились с жадными губами Демона. Ангел даже не успел что-то осознать, как Энтони оседлал его, разместившись на широких бёдрах. Глаза Фэлла распахнулись, наконец осознав, что происходит. Одной рукой Энтони придерживал голову Любимого, а второй обхватил одну из его ладоней. Коротенькие пухленькие пальчики сплелись с длинными и тонкими. Азирафаэль не был против, вовсе нет, но к чему всё это было? Почему Кроули не мог просто прямо заявить о своих намерениях, как это делал всегда? Азирафаэль надеялся, что вскоре он получит ответы на эти вопросы. Кроули углубил поцелуй. Теперь к губам подключился и властный язык Демона. Он собственнически гулял по чужому рту, обвивая язык любовника. О, да, это был его Ангел. Он жадно отвечал, улавливая каждый изгиб, каждое движение языка. Дыхание обоих участилось. Рука Кроули, сжимающая другую, отстранилась, переместившись на клетчатую бабочку ангела. Энтони на мгновение отстранился, жадно глотая воздух. — Я думаю, это неплохо будет смотреться на мне, как думаешь? — Рыжеволосый заметил, что Ангел еле осознавать происходящее может, что уж упоминать то, чтобы говорить. — Не утруждай себя ответом, это был риторический вопрос, аmore mio. Одним простым движением Кроули отстегнул бабочку и вложил в руку ангелу, а затем наклонился и прорычал на ушко: — Надень её на меня и затяни, как можно туже. — Но... —Т-ш-ш-ш... Пожалуйста. — его лицо приняло мягкие черты. Он не даст сказать Ангелу что-то против, нет, не сейчас, пока не передумал. Дрожащие руки Азирафаэля медленно перенеслись на шею Демона, которую обвивали паутинки вен. Он был до предела напряжён и возбуждён. Застёжка щёлкнула. — Eh si mio costoso, ты умничка. А теперь затяни его так сильно, как можешь. — Пухленькие пальцы ухватились за торчащий край ткани из механизма, отвечающий за регулировку размера, и потянули. — Ещё. — требовал демон, но ангел метался. Раннее такого ещё не было. Неужели... смена власти? Такие мысли слегка поднапрягли Фэлла. Не став перечить просьбе любимого, Азирафаэль затянул ещё немного, так, чтобы Кроули мог дышать, но с долей усилий. — Молодец, mio bene. Одним ловким движением Кроули сдёрнул с себя пиджак, а затем, не церемонясь, сорвал и рубашку. Вид, представивившийся Ангелу, заставил бы его ещё раз стать павшим, правда, уже под Кроули. Но у самого демона, видимо, были другие планы на сегодня. Освободив бёдра Азирафаэля, Энтони встал и скоро избавился от галстука, штанов и боксеров с носками. Единственное, что хоть как-то прикрывало Демона, была клетчатая бабочка и очки. Ангелу было крайне любопытно узнать, что же сейчас творится за этим чёрным стеклом. Не успел тот уйти в раздумья, как демон вновь вернулся на прежнее место, упираясь налитым членом в живот любовнику. — Могу ли я тебя попросить, Ангел, исполнить для меня одно желание? — Проси всё, что хочешь. — ответил Фэлл, не задумываясь. Происходящее слишком давило, чтобы о чём-то рассуждать. Довольно прорычав, Энтони расстегнул ширинку светлых брюк и вытащил оттуда небольшой, но возбуждённый член. Азирафаэль испустил вздох. Кроули прошёлся пальцами пару раз по длине, растирая предэякулят. Ангел заметно дёрнулся, когда же Демон задержался на сплетении нервов прямо под головкой, что вызвало довольную улыбку последнего. Палец прошёлся по этому месту ещё несколько раз, прежде чем Кроули занял рот Азирафаэля своими пальцами. — Давай, il mio piccolo, покажи мне, как ты умеешь вылизывать. — И блондин, хоть и изрядно скромничая, начал вылизывать указательный и средний пальцы, которые змий старался пропихнуть как можно дальше. — Вот так, молодец. А затем Кроули сделал то, чего Фэлл никак не ожидал. Вместо того, чтобы растягивать его, Демон, начал растягивать себя. Сначала один палец. Кроули скорчил лицо, изогнув брови в болезненной эмоции. Затем должен был быть второй палец, но Энтони не мог. Ему было до жути больно. — Боже мой, Кроули, зачем ты это делаешь?! — не без доли испуга воскликнул Азирафаэль, наблюдая за (по)пытками Демона. Такую картину светлому Ангелу видеть ещё никогда не доводилось. Прямо у него на коленях сейчас корчился Энтони — его любимый демон! Фэлл поспешил перебить его действия и перехватил рукой руку рыжеволосого, на что другой злобно прорычал. — Кроули, пожалуйста, прекрати! Не мучай же ты себя! — взмолился Азирафаэль. Он не знал, что ему делать. Но Энтони был непреклонен. Он сжимал левой светлый пиджак до побеления костяшек, видимо надеясь, что это снизит боль. Бабочка на фоне покрасневшей шеи смотрелась уж слишком контрастно. В этот момент она по-особенному казалась тугой. Кроули еле мог глотать воздух. Он выгнул шею и более оскалился, обращая лицо к потолку. Тут Ангел заметил, что из под чёрных стёкол показалась прозрачная капелька. Кроули зашипел. Ему всё-же получилось это сделать. Второй палец уже был внутри него. Капля медленно стекала, огибая морщинки в уголках глаз, по скуле, а затем скрылась в волосах, оставив после себя влажную дорожку. — Оу, Кроули, — Азирафаэль аккуратно обвил руками худое тело Демона. Впредь ему не доводилось видеть такой душераздирающей картины. «Зачем это ему? Что он хочет этим сказать и пытается ли сказать вообще?» — думал Ангел, обнимая Дорогого. Голова, лежавшая до этого на груди, теперь обратилась к Энтони, который всё также продолжал смотреть куда-то вверх. Одной рукой Азирафаэль потянулся к очкам и аккуратно снял те. — Кроули, посмотри на меня, прошу. — Демон медленно опустил голову и вытащил из себя пальцы. Его глаза, до этого закрытые, теперь смотрели на Фэлла. Всё в мире Ангела вдруг остановилось. Золотые глаза теперь были покрыты красными паутинками сосудов. Выглядело это необычно. Как минимум, сочетание цветов. Чёрная полоска зрачка заглядывала прямо в душу Азирафаэля. Покрасневшие от слёз очи на мгновение опустились. Энтони был, видимо, смущён, что кто-то увидел его слабость. Его слёзы. Ангел отложил очки и робко прикоснулся к щеке Демона. Последний слегка наклонил голову, встречая мягкую ладошку. Словно кот, Кроули потёрся о неё, промычав. Только мычание это больше походило на мурчание. Демон потянулся к его Ангелу и нежно поцеловал прямо в губы. Поцелуй вышел коротким, но чувственным. Демону хотелось ласки. Впервые за всё это время ему хотелось нежности к себе. Он хотел внимания. И до Фэлла эта мысль дошла совсем не сразу. Кроули чуть привстал и направил истекающий естественной смазкой член Ангела под себя. Второй своей рукой он обвил шею Азирафаэля, а голову положил ему на правое плечо. Сейчас Энтони выглядел как маленький подбитый котёнок, которого оставили на улице. Он жмётся теснее в прохожего, ища защиты. Ангел потянулся и обнял рыжеволосого, поглаживая по спине нежными, наполненными теплом движениями, всё ещё привыкая к такому "новому" Кроули. — Mio carо, если ты этого так сильно хочешь, мы пройдём через это вместе. — нежно проговорил Ангел в плечо Демона, коротко поцеловав. — Тебе придётся расслабиться. — Фэлл на ощупь подтянул пальцы правой руки к виску Энтони, поглаживая. В голове Кроули начали происходить странные вещи. Картинки бескрайнего космоса, возникали одна за другой в глазах. Бесконечное путешествие по многогранной вселенной, лёгкость, какую Демон не ощущал с самого начала, как у него возникло желание попробовать на себе что-то новое. Фэлл осторожно подтянул бёдра и, внимательно наблюдая за реакцией Энтони, аккуратно насадил его на себя. Головка, раннее упирающаяся в тугое отверстие, оказалась внутри. Демон замычал и зашипел, кусая кожу на шее Азирафаэля. Ангел замер и решил усилить магический эффект. Через руку, лежащую на спине, Фэлл пропустил лёгкий поток энергии. Совсем немного, но так нужный Энтони в этот момент. Тёплая снаружи, но холодноватая внутри волна, словно недогретое молоко, огибает кисть Ангела, ненадолго задерживается в ладони, а затем отдельными искорками, как будто кометами, падает с пальцев куда-то вглубь тела Кроули. Потоки небольшие, несущие в себе эффект лёгкого приятного покалывания вперемешку со свежестью. Кроули выгнул спину. Ладонь на шее блондина слегка расслабилась. Демон довольно промычал. Только после этого Азирафаэль, слегка сбитый с толку ситуацией, ещё немного толкнулся в Демона, вместе с этим усиливая поток. По телу Кроули растекалось нечто приятное и тугое. Оно дарило необычный эффект, его трудно с чем-либо сравнить. Хочется одновременно и уйти от него и упасть с головой. Неведомый холод или необычный жар — было практически невозможно понять, что это. Лёгкие покалывания, как будто от бенгальского огня, они осыпали всю спину и плечи Энтони. Такая смесь в сочетании с великолепными образами вселенной в его голове была невероятной. Фэлл толкнулся ещё немного, но никакой реакции не последовало, потому Ангел вошёл до конца, выбив из груди Демона вскрик. Энтони перевёл вторую руку на шею Ангелу, крепко сжимая ту. Азирафаэль слегка ослабил эффект бенгальского молока. — Кроули, у тебя получилось. — проговорил Фэлл, поглаживая спину Дорогого. Кроули прорычал, когда попытался приподняться, но у него не получилось. Боль всё ещё сковывала тело Демона. — Нет-нет, не шевелись. Ты должен привыкнуть. Пожалуйста, ты ведь можешь себе навредить. — Ангел очень переживал за златоглазого. Они сидели так полминуты, слушая дыхание друг друга. Фэллу было узко и жарко, а Энтони, в силу эффектов, не так больно, но всё-же ощутимо неприятно. Ведь Ангел ни на долю не убрал боль. Он лишь добавил отвлекающий, но приятный приём. Это как шлёпнуть по попке ребёнка, прежде чем ввести иглу. Одни ощущения заглушают другие. Энтони дёрнулся вверх. Ему почти удалось привыкнуть, но не до конца. — О, дьявол... Ангел, м-мпх... Блятство! — Кроули вновь оскалился. Он подался вверх, а затем снова начал опускаться с соответствующими выкриками. Второй раз достигнув основания, Кровлей в очередной раз прохрипел. Ангел не шевелился. Даже эффекты он более не испускал. Теперь Энтони чувствовал всё, как есть. Передышка была не долгой. Уже через восемь секунд Энтони вновь поднялся и опустился. Этот раз дался ему однозначно легче, чем остальные. На этот раз Ангел и Демон выпустили воздух одновременно. Фэллу тоже нужно было привыкнуть к такой узости, ведь раннее он всегда выступал в роли нижнего. Ему было жарко в одежде, но тратить время на раздевание сейчас было совсем не кстати. — Всё хорошо, Tesoro? — Мгм-м-м... — протянул на выдохе рыжеволосый. Теперь Энтони почти не делал передышек между приседаниями. Ради собственного удобства, Демон поменял позу и теперь облокачивался на руки сзади, выгнувшись в спине. Бабочка ужасно давила, его Ангел хорошо постарался. Очередной раз насадившись, демон подал вскрик. Руки сжали пышные ноги Азирафаэля, а глаза закатились. Дышать на несколько секунд стало очень трудно, всё тело напряглось. — Кроули, Кроули, всё в порядке? Но Кроули не отвечал. Он сильно запрокинул голову, а по его торсу стекали капельки пота. Энтони нашёл угол и попал по комку нервов. Губы выпустили застрявший в груди поток воздуха, затем дыхание стало дрожащим. Демон зарычал, насадившись ещё раз. Он начал в открытую мычать с переходом на рык, раз за разом втрахивая в себя Азирафаэля. Сам Фэлл же был где-то выше, чем на небесах. Даже на небесах ему не было так хорошо, как сейчас. Никакие магические эффекты не шли в сравнение с тем, что сейчас испытывали эти двое. — К...Кроу..ли-и, м-м-м... — Фэлл не знал, за что ему ухватиться. Его руки бесновали по дивану, ища, за что бы зацепиться. Заметив это, Демон переместился вперёд, впечатав Ангела в спинку дивана. Своими руками он взял руки Фэлла и сцепил их у него над головой, облокачиваясь о стенку. Их губы слились в единое целое. Во рту резко у обоих стало сухо. Было жарко, тесно и приятно. Перехватив руки Азирафаэля одной своей, Кроули отстранился и проследовал взглядом за своей рукой. Она же спустилась ниже и остановилась на верхней пуговице рубашки. Ловко расстегнув её, Кровлей вытащил и последующие четыре. Ухмылка отобразилась на его лице, а глаза устремились в глаза Ангелу. — Смотри на меня, Аngelo, и не отводи взгляд. Дёргано кивнув, Азирафаэль теперь смотрел только на Кроули и никуда больше. Грудью он ощущал, как пальцы, перебираясь, словно паучок, медленно подбираются к левому соску. Действия вызвали табун мурашек, промчавшийся составом сверху вниз по позвонку, из-за чего Фэлл дёрнул бёдрами, вогнав член навстречу. Кроули на мгновение приоткрыл рот, а глаза стали чуть шире обычного. Но лишь на мгновение. Затем Демон продолжил свой замысел. Указательный палец коснулся твёрдой бусины соска, обошёл вокруг, потеребил его, выбивая из груди Азирафаэля стон за стоном. Ангел извивался под ним, словно натрий, оказавшийся в воде. Тут была поистине бурная реакция. Беззлобно улыбнувшись, скорее, хитро, Энтони теперь касался одним единственным кончиком пальца бусины соска. Он малость дёрнул головой вправо, чуть наклонив ту, продолжая смотреть в глаза Фэллу. — Ч...что ты за..думал? — сбивчиво выговорил светловолосый. — Сейчас увидишь. — Кроули остановился и приподнялся на члене. Он прогнал немного энергии с самого центра своей горячей демонической груди, она была похожа на лаву. Необычная, такая же яркая, как его глаза и такая же горячая, как его чувства. Где-то в центре кисти медленная и вязкая лава превращается в лёгкие полупрозрачные яркие огоньки, они летят, как самостоятельная часть ракеты, вылетая из кончика указательного пальца прямо в беззащитный ангельский сосок. Вместе с этим Энтони опустился на член до основания. Ангел под ним забился. Такую бурю ощущений ему ещё ни разу не доводилось ощущать. — Тише, тише... — мурчал демон, продолжая манипуляции. Потоки эфира вылетали из кончика пальца один за другим, растворяясь в молочном теле. Ощущения были очень необычными. Словно на чувствительную кожу по капле выпускают раскалённый воск, это сопровождается хаотичными щипками в разных частях тела, параллельно распространяя огоньки, которые, достигая края, взрываются, одаряя Ангела очередной порцией ощущений. Азирафаэль уже давно не сдерживал стонов и криков. Его руки были плотно прижаты к стене над головой, а член почти переехал жить к Кроули в задницу. Они трахались долго, чувственно, выводя друг друга на эмоции. Всякий раз, как Энтони пропускал очередную порцию эфира через пальцы, его Ангела подбрасывало, а бёдра упирались навстречу, вгоняя член по-особенному сильно. — Mio angelo... Mio amato caro Angelo... — рычал Энтони, заходясь особенным темпом. Он раз за разом попадал себе по комку нервов, вызывая в глазах звёздочки. Воздуха как обычно не хватало, что доставляло очередную порцию определённого наслаждения. — Кроули, я... я скоро... м-хм-м-м... — Нет, нельзя. Потерпи ещё немного. — прорычал Демон, коснувшись лбом лба Азирафаэля. — Но Кроули-и-и... — захныкал Фэлл, выгибаясь под Энтони. — Пожалуйста! Я..я не могу — Можно. Тело Ангела забилось в конвульсиях, он бурно начал кончать внутрь Демона. Эйфория достигла не только Фэлла, но и Кроули. Тела словно прошибло током. Азирафаэль выкрикивал имя Кроули, а сам Демон сдержанно рычал. Они обмякли друг в друге. Энтони ещё раз поцеловал своего Ангела и обмяк на его теле. Спустя некоторое время он первый подал голос: — Я куплю тебе новую рубашку, не переживай.