Котенок из Пристани Лотоса

Вэй Ин вытягивается в длину как-то вдруг. Он становится совсем тощим, и шицзе постоянно вздыхает в его сторону и подсовывает еды посытнее. Да даже кухарки, которые обычно гоняют его мокрым полотенцем, чтобы не понадкусал, что плохо лежит, всегда находили ему что-то съестное. — Ноги длинные, руки длинные, — жалуется Вэй Ин, — координация потеряна. Мое тело стало чужим. — А еще ты линяешь, — мрачно напоминает Цзян Чэн. Им по тринадцать. Они оба выросли, но шиди рос равномерно и аккуратно во все стороны, а Вэй Ин. Ну. Как любой кошачий подросток — лапы длинные, о них же и спотыкается. — Линяю я обычно к сезону, — не соглашается Вэй Ин. Цзян Чэн показательно снимает со своей ученической одежды длинный волос. Волос, может, даже и ему принадлежит, но жест исполнен такой уверенности в том, кто тут шерстью разбрасывается, что Вэй Ин со смеху прыскает. — Опять прохлаждаешься, звереныш? — уточняет мадам Юй. — Кто вчера о свою ногу на тренировке споткнулся? — Она внезапно-длинная, — жалуется ей Вэй Ин. — Так привыкай! — обрывает мадам Юй, и кольцо у нее на пальце потрескивает. — Цзян Чэн, две палочки благовоний с кнутом. Вэй Ин, столько же упражняешься. Потом в реку — оба. И чтобы плавали до обеда. И на обеде были оба!.. Мадам Юй уходит, дальше проверять учеников и раздавать указания. Вэй Ин довольно кивает, встает, потягиваясь, и начинает упражняться. Мадам Юй права — надо привыкать, и к длинным ногам-рукам, и к хвосту, который пушиться странно начал, и к тому, что он растет и меняется. Как Вэй Ин знает, привыкнуть можно ко всему — даже к тому, что в Пристани Лотоса живет водоплавающий кот.