Там где блистали звезды

Каждый новый день приходился Ким Сынмину новым адом, повторяющимся всю его жизнь. Он уже давно хотел сравнять счеты с жизнью но не делал. Ведь иначе его лучший друг — Ян Чонин обидеться и будет еще очень долго плакать. Слегка приоткрыв один глаз Сынмин тяжело вздохнул, и он снова жив. И он снова идет в школу, он снова дышит. Слегка поправив волосы на лбу, чтобы в глаза не лезли, он одел школьную форму. Она была такой дурацкой, плакать ему хотелось от ее вида. Вся помятая и с небольшими пятнами на рукавах от ручки. Умывшись Ким принялся разглядывать свое, по его мнению, ужасное лицо. Огромные уже красные синяки под глазами сразу давали понять что этот человек почти не спит ночью. И в правду, каждую ночь он думал над более безумными идеями суицида. На этот раз он придумал прыгнуть со скалы где-то в море. Эта идея понравилась ему больше всех. Как раз в Пусане есть море и много скал вокруг лагун, так что он остановился именно на этой идее. Хотя бы полюбуется на ночное небо перед смертью Схватив брелок с ключами Сынмин вышел из дома, даже не позавтракав и не взяв с собой в школу перекуса он направился к автобусной остановке. Простояв под холодным весенним утром где-то минут 10 наконец-то подъехал его автобус. Зайдя в него и усевшись на свободное место в дальней части, Сынмин принялся рисовать на запотевшем стекле моменты из его жизни. Он уже надумывал на днях поехать к красивому обрыву с лагуной и наконец- то прыгнуть. Осталось лишь объяснить его выбор Чонину. Выйдя из автобуса в лицо ударил прохладный ветерок, от такого у Сынмина по спине пробежали мурашки. Дойдя до школы, периодически согревая руки и потирая ими щеки, которые были уже красные. «Клянусь, это будет мой последний день в этом аду» — про себя подумал Ким, идя по коридору и приманивая странные взгляды. Тут конечно невозможно не обратить на него внимание. Запутанные волосы что лишь были быстро уложены руками, помятая форма и очень бледная кожа на которой аж светились красные синяки под глазами. Ключицы выпирали из-под рубашки, и штаны что раньше были в обтяжку, сейчас же больше походили на карго только без карманов. И обувь, Сынмин конечно пытался ее почистить но вышло печально, лишь в некоторых местах она блестела. А сзади осталось немного грязи, когда вчера Сынмин попал под сильный дождь, и чтобы успеть домой решил скоротать путь через парк. Вот и набрал себе целое ведро грязи на подошве, и запачканные носки. По коридору эхом разнесся оглушающий звонок, собрав себя в руки Сынмин решил в свой последний день нахождения здесь, да и в принципе в этом мире вести себя прилично и по возможности отвечать на уроках. Чтобы хоть какое-то положительное мнение о себе оставить. -А можно я к доске пойду? — Неуверенно спросил Сынмин дрожащим голосом. Весь класс в шоке обернулся на него. Никто и поверить не мог что сам Сынмин попросится выйти к доске. После маленького кивка учителя, послышалось шуршание мела о доску. Дописав пример, Ким слегка отошел. На удивление он ответил правильно. Сынмин поверить не мог что ответил правильно, по классу прокатилось пару голосков о том что его возможно подменили, или он утром головой ударился. Никто даже и подумать не мог о том что сегодня ночью он сравняет счеты с жизнью. После затяжного урока, на котором его спрашивали еще пару раз, чтобы точно убедится что сегодняшний день не сон. После такого же оглушающего звонка, весь класс покатился к выходу. А Сынмин пошел к последней парте ждать его единственного друга с милыми глазами как у фенека — Чонина. -Схожим в столовку? — на радостях спросил младший и поднял голову взглянув на Сынмина продолжил. — Тебе как обычно сок яблочный купить? — Спасибо, сегодня я за двоих плачу…- сказал Ким слегка краснея, держа в руках 5000 вон От такого у младшего глаза на лоб полезли, но он с радостью согласился и пообещал вернуть его часть. Продвигаясь средь толпы держа в руках один яблочный сок и булочку с корицей, что так обожал Ян. Ребята направились на третий этаж и усевшись на подоконнике принялись есть. Они всегда сидели на одном и том же подоконнике, в шутку одноклассники даже подписали что этот подоконник принадлежит Ян Чонину и Ким Сынмину. После еще пары занятий, уроки наконец-то кончились и все стали расходится по домам, одни лишь старшеклассники остались на площадке. Подловив Чонина на улице, Сынмин наконец-то собрался силами признаться ему во всем. -Слушай… Чонин.Мне надо тебе кое-что сказать, но ты пообещай что после этого останешься все таким же веселым и вечно улыбающимся подростком. — Слегка прикусив нижнюю губу, Сынмин посмотрел в глаза Чонину. Он будто сверлил взглядом, пытался прочитать эмоции его друга — Говори. Я слушаю — Чонин слегка напрягся, но старался не подавать виду — Ты прости меня если я когда-то обижал тебя. Но ближе к делу.Я даже не знаю как мягко объяснить. — Продолжал мямлить под нос Сынмин, боясь сказать на прямую. — Но этой ночью я умру… Поэтому завтра не жди меня. Прости. — в уголках его глаз начали собираться слезы. Он боялся что последние часы он будет выслушивать нытье Чонина о том как ему плакать хочется. — Ну тогда.можно я провожу тебя в твой последний путь? — Младший взял Сынмина за руку своими дрожащими руками. Руки Чонина были теплые и мягкие, хотелось укутаться в них с головой. Но и в тоже время, его длинные пальцы с красивыми костяшками придавали ему мужества. Сынмин легонько кивнул и пошел домой с Чонином. — Я тогда у тебя в гостях посижу, и потом пойду с тобой. — продолжал без остановки младший. — Почему ты так хочешь провести меня.? — Сынмин не мог или боялся показать слез младшему поэтому всю дорогу смотрел в пол или по сторонам. — Скоро узнаешь. — Чонин тихо вздохнул и после этого всю оставшуюся дорогу они молчали. Дома у Сынмина все шторы были зашторены, и зеркал не было. Только одно в ванной. Приятно пахло розами что подарила его мама, жаль что этой ночью про них все забудут и никто уже не будет их поливать как и про все остальные растения у него в доме. Кухня была не то что маленькой, но и не большой. Ухоженная и на холодильнике были магнитики с разных стран. Раньше Сынмин путешествовал с папой и мамой, и любил собирать магнитики. Аромат только что заваренного зеленого чая окутал кухню и выходил через форточку на улицу. Под окном мяукали коты, и единственное светило что тут было это почти перегоревшая лампочка что еле давала свет. И это придавало особой атмосферы. В принципе квартира была маленькая, на шестом этаже и без балкона. Ведь Сынмину и этого с головой достаточно. Допив чай Ким в последний раз полил розы и вздохнул быстро оглядывая квартиру. Здесь была собрана его жизнь. Он тут родился, и умрет тоже. Но не здесь, а только мыслями, на своей мягкой кровати в обнимку со своей любимой игрушкой которую ему подарил Чонин. — Пошли.? — еле слышно спросил младший вставая из-за стола и обуваясь. Сынмин снова лишь кивнул в отвел. На улице было холодно, все же вечер уже. Ребята решили пройтись пешком чтобы собрать больше совместных моментов. Прижимаясь друг к другу чтобы согреться они вышли на тропинку в горы что так же вела и к утесу. На глазах у обоих собирались слезы. Это была последняя ночь проведенная вместе. Холодный ветер бил в лицо и под ногами будто пропадала Земля. Разум был окутан туманом, ничего не было слышно, ни машин проезжающий внизу ни шороха листьев в вперемешку с буйным ветром. Было слышно лишь собственное биение сердца. И вот они стоят на утёсе. Присев, Чонин похлопал рукой по месту рядом приглашая Сынмина сесть рядом. Положив голову на плечо младшего, Ким любовался на звезды. Тут летала особая атмосфера не поддающаяся объяснению. Двое единственных парней на всю округу. Шум сверчков и шум волн снизу. Там внизу уже не будет жизни. Сынмин шмыгая носом нервно гладил Чонина по ноге пытаясь успокоиться сам и успокоить младшего. Тут Ян внезапно встал и протянул руку Киму. Поднявшись, старший даже не успел отряхнуться как сильная рука его спутника потянулась вниз. Срываясь в обрыв. Резкий ветер дунул обоим в лицо как последние слова что Ким услышал: — Если ты умрешь, то умру и я. Обещаю мы станем звездочками что будут светить друг другу. — На лице Чонина расплылась маленькая улыбка и громкий стук чего-то о землю. Сынмин даже ничего не увидел из-за слез в глазах. Он лишь успел услышать глухой звук. Будто что-то упало, то был Чонин. Его тело разбилось на пару миллисекунд быстрее Ким Сынмин и Ян Чонин умерли сразу же. Упав с такой огромной высоты прямо на небольшие скалы на пляже. Холодная вода окутывала их тела, а вода расщепляла кровь. Ян Чонин умер с маленькой улыбкой на лице смотрящим на Сынмина. А Ким Сынмин умер с закрытым ртом и слезящимися глазами. Их тела были найдены спустя два дня, их слегка смыло в море. Всего на пару сантиметров. Они держались за руки и их плечи соприкасались. А голова смотрела на друг друга, будто кто-то специально их так положил. Но никто по правде их так и не ложил, их так положила судьба. 31 июля Ким Сынмин и его самый близкий друг Ян Чонин совершили парный суицид. Прыгнув с утёса. Их похоронили именно на том месте, теперь их надгробья омывала вода. И на каменной плите красиво были выбиты лица смотрящие друг на друга. Их надгробья тоже слегка касались друг друга, как и их плечи. И Чонин как и обещал. В тот день, 31 июля на небе над Сеулом появилось две новые звезды. Прямо над тем самым утёсом. Они были расположены друг на против друга и образовали новое созвездие «Два Мертвеца» их и назвали в честь героев этой грустной жизни. Та что поменьше — Ян Чонин. А та что побольше — Ким Сынмин. Теперь они навсегда останутся вместе. И даже смерть не смогла их разлучить. А розы что раньше пахли в квартире Сынмина, его мама отнесла на могилу. Этот день остался в памяти одноклассников на всю жизнь. Теперь двум звездам уже ничего не мешало светить путникам проходящим по тропинке вокруг утёса.