The Fire Burning Inside

      Тихий стук снега, падающего на дом, привлекает Джейка к окну. Отдернув рукой одну из занавесок, он не видит ничего, кроме белого пятна на темном горизонте: снег падает вниз, добавляясь к снежному покрову толщиной в дюйм, покрывающему землю.       По телу Джейка пробегает холодок, и он плотнее закутывается в мягкий плед, накинутый на его плечи.       — Ночь обещает быть холодной, — бормочет Джейк, ни к кому конкретно не обращаясь.       Уже прошло время ужина, и Хисын с Джейком только закончили убирать со стола, когда появилась новость о том, что этой ночью пройдет буря.       Хисын стоял на коленях у камина, пытаясь разжечь дрова за железной решеткой. Джейк задумчиво хмыкнул, после чего направился к плите, чтобы вскипятить чайник воды. — Не хочешь чего-нибудь выпить? Я могу приготовить какао или чай, что бы ты предпочел? — спрашивает Джейк, когда вода начинает нагреваться.       — Чай - это прекрасно. У нас еще осталась та упаковка с ромашкой? — спрашивает Хисын, вытирая со лба капельку пота.       — Я уверен, что она где-то здесь, — отвечает Джейк, роясь в корзине с сушеными травами и чайными пакетиками. Найдя то, что искал, он наливает кипяток в две кружки, прежде чем опустить туда пакетики ромашкового чая. Джейк подносит кружки к мужу, который по-прежнему сидит на полу, но теперь в камине вовсю горит огонь.       Джейк передает кружку Хисыну и садится рядом с ним на пол, придвигаясь поближе к старшему и раскрывая для него свой плед, чтобы он мог присоединиться. Хисын легко скользит под теплый плед и, пробормотав негромкое "спасибо", чмокает Джейка в губы. Джейк поворачивается, чтобы посмотреть на своего мужа, и обнаруживает, что громко смеется.       — Что смешного? — спрашивает Хисын, надув губы.       — Ты–! — смеется Джейк. — Иди сюда, — он облизывает большой палец, а затем наклоняется к мужу и вытирает полоску сажи с его щеки. В качестве объяснения старшему Джейк показывает черный порошок на своем большом пальце.       Хисын проводит рукой по щеке и отворачивается от младшего, чтобы скрыть свой румянец, будучи совершенно смущенным. Джейк использует момент, когда он отворачивается, чтобы вытереть сажу об рубашку Хисына. К сожалению, это действие не остается незамеченным.       — Хэй! Не делай этого, мне нравится эта рубашка, — жалуется Хисын.       — Ты можешь постирать ее утром, — хихикает Джейк.       — Ты должен был просто вытереть это о плед...       После еще нескольких препирательств они погрузились в уютное молчание, потягивая свои напитки и просто наслаждаясь близостью друг друга. Джейк удовлетворенно вздохнул, любуясь огнем.       — Может быть, нам сегодня будет лучше спать здесь, внизу, — говорит Джейк, кладя голову на плечо Хисына, — в спальне будет слишком холодно.       Хисын кивает, и от этого движения волосы Джейка задевают его подбородок. — Конечно. Звучит неплохо, — бормочет он, прежде чем лениво поцеловать Джейка в макушку. Рука Хисына обвивает талию младшего, прижимая его к себе.       Даже при наличии огня и теплого чая в животе Джейк все равно чувствует неприятный холод, и по его позвоночнику время от времени пробегает дрожь.       — Тебе все еще холодно? — спрашивает Хисын, ставя свою кружку рядом с кружкой Джейка у камина. Джейк кивает и еще плотнее прижимается головой к груди Хисына. Он слышит, как Хисын смеется, после чего старший похлопывает по пустому месту у него на коленях, жестом приглашая Джейка сесть туда. — Иди, я тебя согрею, — Джейк любезно принимает предложение и забирается к Хисыну на колени, прижимаясь грудью к его груди, удобно обвивая ногами талию старшего. Хисын нежно целует Джейка в макушку и что-то ласково шепчет ему в волосы.       Тепло Хисына исходит от него почти так же сильно, как жар от огня. Хисын успокаивающе проводит руками по спине Джейка, и тот наклоняется навстречу этому прикосновению. Происходящее начинает убаюкивать младшего, и как раз в тот момент, когда его глаза стали закрываться, Джейк чувствует, как нежные поцелуи, прижатые к его виску, перерастают в более страстные, спускающиеся по его щеке и шее.       — Мм-хен, что ты делаешь, — хнычет Джейк, извиваясь под своим мужем. Пытаясь вырваться из окружения поцелуев на коленях старшего, он чувствует, как твердый член Хисына настойчиво прижимается к его бедру. Джейк издает приглушенный стон, который непроизвольно срывается с его губ.       — Это расплата за то, что было раньше, — говорит Хисын, продолжая атаковать Джейка щекочущими поцелуями.       Джейк игриво ударяет Хисына по груди. — Ты такой любитель подразнить.       — Я просто шучу, — хрипловато хихикает Хисын, что всегда будоражит что-то внутри Джейка, прежде чем наконец отстраниться, — но это могло бы помочь нам еще немного согреться.       Джейк делает вид, что глубоко обдумывает предложение Хисына, подперев рукой подбородок. Он поднимает на него взгляд, на кончике языка у него вертится очередное язвительное замечание, но замирает под внезапным пристальным взглядом старшего. Неожиданно в комнате становится на несколько градусов жарче, чем было всего несколько секунд назад.       Джейк чувствует себя так, словно находится в трансе, его тело движется само по себе, когда его губы соединяются с губами Хисына. Хисын наклоняется, покусывая нижнюю губу Джейка, а затем успокаивающе целует. Джейк чувствует на своих губах улыбку старшего, и он тает от его прикосновений. Он чувствует, как с каждой секундой его собственное возбуждение возрастает в десятки раз.       — Я сделаю тебе хорошо, — обещает Хисын.       Старший проводит губами по всем участкам обнаженной кожи, до которых может дотянуться, на стройной фигуре Джейка. Его действия медленны и целенаправленны, влажность губ должна была бы заставить Джейка чувствовать себя более замерзшим, когда он переходит к следующему месту, оставляя влажный след беззащитным перед холодным воздухом, но происходит обратное. Эти отметины ощущаются так, словно его целует огонь, пробуждая в Джейке глубокое желание. Он склоняет голову набок, давая старшему больше пространства для работы, а сам теряется в ощущениях.       Хисын тянется за спину Джейка и опускает свою руку вниз, чтобы обхватить его задницу. Он сжимает пухлую плоть, и Джейк эротично стонет. Младший прижимается своей эрекцией к эрекции Хисына, вызывая сладкие стоны у обоих.       Хисын поднимает младшего, меняя их положение: он укладывает Джейка на полу перед собой. Старший забирается на Джейка сверху, давно забыв о пледе, и использует свое собственное тело, чтобы согреть своего возлюбленного. Постепенно дрожь от холода сменяется дрожью от возбуждения, и Джейк чувствует, как начинает согреваться изнутри. Его живот трепещет от внезапного прилива любви и возбуждения.       — Теплее? — спрашивает Хисын с игривой ухмылкой на губах. Он смотрит на Джейка с таким обожанием и любовью, что тому кажется, будто он вот-вот взорвется. Он так безумно влюблен в этого парня и не знает, что с этим делать. Джейк просто кивает, закрывая глаза и наслаждаясь теплом.       — Ммм, я рад, — мурлычет Хисын.       Он наклоняется ближе к Джейку, их носы соприкасаются, и на мгновение ни один из них не двигается, просто наслаждаясь теплом между ними. Джейк делает следующий шаг, больше не в силах сидеть на месте, и вытягивает шею, чтобы сократить небольшое расстояние между ними. Поцелуй сладкий и чувственный, опытные губы скользят по знакомой местности, это больше похоже на проявление нежной любви. Вкус Хисына слегка горьковат, несомненно, из-за выпитого ранее чая, но Джейк не противится этому; на самом деле, вкус немного более пьянящий, когда он исходит от Хисына, как и все остальное.       — Хен, — задыхаясь, говорит Джейк, когда поцелуй прерывается, — я люблю тебя.       — Так внезапно? — говорит Хисын с тихим смешком. Старший наклоняется, чтобы запечатлеть поцелуй на мочке уха Джейка, шепча. — Я тоже тебя люблю. Позволь мне показать тебе, насколько сильно.       Джейк почувствовал, как бабочки запорхали у него в животе, словно у влюбленного дурака. Он чувствовал себя таким глупым из-за того, что рассыпался из-за таких простых слов, но кто может его винить?       — Просто расслабься и позволь хену позаботиться о тебе, ты этого заслуживаешь, — ласково отвечает Хисын. — Даже если ты испортил одну из моих любимых рубашек, — добавляет он с негромким ворчанием.       На этот раз, когда Хисын целует Джейка, он начинает с его ключиц, облизывая и покусывая косточки, выступающие чуть выше выреза свитера младшего. Джейк местами издает негромкие звуки, смесь всхлипов и стонов, когда руки Хисына скользят под свитер, его холодные ладони ощущают обнаженную кожу Джейка, его большие руки очерчивают тело младшего, как он делал это сотни раз до этого.       Удовлетворенный своей работой под тканью, Хисын чуть откланяется назад, чтобы помочь Джейку снять свитер, оставляя его незащищенным перед прохладным воздухом. Хисын проделывает то же самое и с собой, не теряя времени даром, одним плавным движением снимает свою рубашку.       Он в одно мгновение оказывается сверху Джейка, прижимаясь своими теплыми губами к его губам, когда их обнаженные груди встречаются посередине. Кожа Хисына на ощупь такая же горячая, как огонь, горящий рядом с ними, и вскоре Джейк обнаруживает, что не может различить, чье теплое тело кому принадлежит, в том клубке конечностей, в который они превратились. Где-то в процессе они сбрасывают остатки своей одежды.       Обнаженный перед очагом теплого огня и тела, Джейк теряет себя с Хисыном, и он чувствует, как его мозг затуманивается под накалом их страсти. Хисын едва прикоснулся к нему, а Джейк уже начал распадаться на части. Отблески огня окрашивают Хисына в теплый свет, и темные тени его подтянутого тела, натренированного дисциплиной, становятся еще более резкими в оранжевом свечении. Джейк мог кончить от одного только этого зрелища.       — Ты такой красивый, Джейк, — бормочет Хисын, думая о том же, что и младший. Он поднимает руку, чтобы убрать выбившуюся прядь волос с его лица. Джейк, который был пару минут назад, вероятно, почувствовал бы себя смущенным таким комментарием Хисына, пробормотав что-то вроде "ты слишком слащавый", но вместо этого раздается жалобный скулеж. Хисын встречает взгляд младшего, и Джейк надеется, что тот сможет увидеть в нем ту всепоглощающую любовь, которую он испытывает к старшему, точно так же, как он видел в его взгляде всего несколько мгновений назад.       — Ах-! Хисын! — Джейк стонет в шею мужа, ощущая, как кулак обхватывает его член, грубо поглаживая его, выводя из раздумий.       Хисын продолжает ласкать Джейка рукой, в то время как его рот продвигается выше. Он покрывает поцелуями грудь Джейка, живот, пупок и ниже, поклоняясь телу Джейка с каждым прикосновением кожи к губам. Хисын дразнит младшего, дыхание касается его пульсирующего члена, когда он опускается ниже, только для того, чтобы сместиться в сторону, покусывая чувствительную кожу внутренней стороны бедра Джейка. Джейк скулит, громко и жалобно, извиваясь на полу. Хисын так близко и в то же время так далеко, что этого недостаточно, чтобы удовлетворить растущее желание младшего.       — Хен... — хнычет Джейк. Его руки находят применение в волосах Хисына, и он дергает за пряди, изо всех сил пытаясь затащить старшего туда, где он хочет его больше всего, но Хисын быстро перехватывает его руки. Одной рукой старший хватает Джейка за запястья, удерживая их в качестве предупреждения. "Позволь хену позаботиться о тебе," - это снова проносится у него в голове, и Джейк понимает намек, что надо вести себя хорошо, делая все возможное, чтобы расслабиться и позволить Хисыну заботиться о нем так, как он хочет.       Довольный послушанием Джейка, Хисын наконец проводит дразнящую полоску вдоль ствола его пульсирующего члена. Это действие посылает электрический разряд от макушки Джейка до кончиков пальцев ног, и стон срывается с его губ.       Хисын берет Джейка в рот, сначала двигаясь вверх-вниз неглубокими толчками, привыкая к его размерам. Старший кладет обе руки по обе стороны от бедер Джейка, чтобы не дать ему возможности двигаться в его рот самостоятельно. Однако Хисын компенсирует это, задавая быстрый темп, с каждым разом вбирая все больше и больше. Хисын берет столько, сколько может, 4 или 5 дюймов, прежде чем начинает задыхаться от длины. Джейк отнюдь не маленький, но, несмотря на это, старший был полон решимости заставить младшего лопнуть от удовольствия. Оргазм Джейка быстро приближался.       — Ммнх—! Хени, я собираюсь—! — предупреждает Джейк. Хисын убирает руки с его бедер, и младший тут же начинает толкаться в теплый рот, безрассудно догоняя свой оргазм. Требуется всего пара толчков - и Джейк кончает с протяжным стоном. Хисын принимает все, глотая теплую белую жидкость, после чего сливается с Джейком в очередном жарком поцелуе. Джейк чувствует свой вкус на языке Хисына, теплом и солоноватом, в то время как его сознание затуманивается от ослепляющего удовольствия.       — Еще, Хисын—, ты мне нужен, — умоляет Джейк в послеоргазменной неге, непролитые слезы застилают ему глаза. Хисын кивает, доставая из бог знает откуда бутылочку со смазкой.       Он открывает бутылочку и выливает жидкость себе на пальцы, согревая ее между ладонями, после чего разводит ноги Джейка и скользит своими смазанными пальцами к его входу.       — Готов? — спрашивает Хисын.       Джейк горячо кивает, не доверяя себе в данный момент, чтобы подобрать подходящие слова.       — Мне нужно услышать это от тебя, Джейки, — настаивает Хисын, обводя пальцами внешнюю сторону дырочки младшего, ожидая разрешения войти. Мышца сжимается под давлением его пальцев.       — Хен–, пожалуйста, ты нужен мне внутри, — стонет Джейк. Это все, что нужно, чтобы два пальца оказались в нем. Он стонет от этого проникновения, уже чувствуя себя невероятно полным всего лишь двумя пальцами. Хисын нежно работает с Джейком, раздвигая своими опытными пальцами напряженные мышцы на манер ножниц.       — Расслабься, малыш. Я с тобой, — уверяет Хисын, другой рукой успокаивающе поглаживая бедро Джейка, пытаясь заставить его расслабиться. Два пальца быстро превращаются в три, прежде чем старший решает, что Джейк достаточно хорошо растянут.       Хисын отстраняется от него и берет его за его лодыжки, приподнимая его нижнюю половину над полом. Тот удивленно вскрикивает и вытягивает руки, чтобы вцепиться ими в пол. Прежде чем он успевает высказать какие-либо протесты, Джейк снова падает, его задница соприкасается с чем-то мягким, и один взгляд вниз подтверждает, что Хисын взял с дивана подушку, чтобы поддержать бедра Джейка.       — Удобно? — спрашивает Хисын, сверкая ехидной ухмылкой, словно он был доволен собой.       Несмотря на явное поддразнивание, Джейк чувствует, как его сердце замирает от того, насколько нежен с ним Хисын.       — Ты сведешь меня в могилу, — задыхаясь, отвечает Джейк, протягивая руки к своему мужу. — Поцелуй меня.       Хисын с радостью подчиняется, обмениваясь с Джейком сладким поцелуем, что является хорошим отвлечением, когда он пристраивается к подрагивающему входу младшего. Он со стоном толкается внутрь, головка легко скользит в него вместе с остальной его длиной. Хисын стонет в рот Джейку, входя полностью, его бедра наконец-то соприкасаются с бедрами младшего. Джейк обвивает руками шею Хисына, притягивая его ближе, пока он привыкает к длине.       Когда Джейк бормочет, что он готов, Хисын начинает двигаться. Сначала темп медленный, почти ленивый, пока старший двигается неглубокими толчками. Вскоре младший умоляет о большем, и Хисын слушает.       Он выходит почти до конца, за исключением головки, а затем с рыком входит обратно в Джейка.       — Ооах–, — выдыхает младший, его ноги крепко обхватывают талию Хисына.       — Черт-!       Они двигаются в тандеме, достаточно хорошо знакомые с телами друг друга, чтобы найти темп, удовлетворяющий их потребности. Хисын держит Джейка в клетке под собой, крепко прижав обе руки по обе стороны от его головы. Снаружи бушует ветер, окна скрипят от напряжения, но Джейк едва ли может различить этот звук из-за интенсивности их голосов.       — Так хорошо для меня, малыш, ты так хорошо справляешься для хена, — хвалит Хисын.       Джейк просто стонет, закрыв глаза и позволяя удовольствию поглотить его целиком. Он чувствует, как внизу живота зарождается волна очередного оргазма.       Младший впивается в спину Хисына, его ногти скользят по коже, когда его боль сменяется наслаждением, без сомнения, оставляя после себя болезненные красные следы. Джейк крепко сжимается вокруг члена Хисына, слегка двигая бедрами, пока не чувствует, как головка упирается в то место, от которого у него перехватывает дыхание.       — Ох–! Хисын, тут! Прямо здесь! — стонет Джейк.       Хисын проходится прямо по простате, попадая по ней с каждым толчком все сильнее и сильнее. Рот Джейка приоткрыт, по уголку его рта стекает слюна, которую Хисын жадно слизывает. Они целуются, и это беспорядочная битва зубов и языка, не что иное, как плотское желание, поскольку они оба стремятся к своей собственной разрядке.       — Хи—, я уже близко, — говорит Джейк.       Просунув руку между ними, Хисын начинает ласкать ей Джейка. Удовольствие заставляет его издавать множество обрывистых стонов, и все они перехватываются ртом Хисына.       — Кончи для меня, — говорит старший.       Джейк кончает с протяжным стоном. Сперма разбрызгивается между ними, покрывая липкой массой животы обоих. В глазах Джейка мелькают звезды, когда он пытается отдышаться, но передохнуть ему не дают - Хисын продолжает безжалостно толкаться в него.       — В-внутрь, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты кончил внутрь, — умоляет Джейк, с трудом узнавая собственный голос. Его трясет от повышенной чувствительности, но это нисколько не останавливает Хисына.       Его толчки начинают терять свой ритм по мере того, как он приближается к своему собственному оргазму. Он беспорядочно толкается, прежде чем кончить, изливаясь глубоко внутрь Джейка. Джейк крепко обхватывает Хисына ногами и стонет, когда наполняется до краев.       Хисын делает еще пару толчков, прежде чем выйти, и его сперма густыми каплями вытекает из Джейка. Они оба тяжело дышат, восстанавливая дыхание, и старший позволяет себе наконец расслабиться на Джейке, стараясь не раздавить его под собой.       — Спасибо, — выдыхает Джейк.       Хисын поворачивает голову в сторону и чмокает Джейка в щеку. — Давай сначала приведем тебя в порядок, — говорит Хисын, — а потом ты сможешь поблагодарить меня.       После одной теплой ванны они снова оказываются на полу, на этот раз с кучей свежих подушек и одеял.       Джейк облокачивается на Хисына, прижавшись спиной к его груди, и рассеянно тычет в подушку, испорченную их жидкостями.       — Мне вроде как нравилась эта подушка, — бормочет Джейк, надувшись.       — А мне вроде как нравилась эта рубашка, — шепчет Хисын в волосы Джейка.       — Ты серьезно не собираешься забыть об этом?       — Никогда.