С тобой ничего не случится

      Когда Азирафаэль кидал бумажку со своим именем в Кубок, он думал только о том, что это уменьшит вероятность попадания Кроули в число чемпионов. Тот мог сколько угодно изображать из себя крутого парня, но хаффлпафец отлично знал, каким его друг является на самом деле. Постоянно болтает о своей крутости, гоняет на метле над крышами самых высоких крыш замка, от чего у Зиры просто сердце замирает, но Энтони всегда знает, где та самая грань между шалостью и реально опасностью.       Только вот Азирафаэль никак не рассчитывал, что чертов артефакт может выплюнуть две бумажки, вместо одной. Ещё и так издевательски слепил их бумажки в вместе, из-за чего, только повертев их в руках, директор увидел ошибку Кубка. Подобных случаев никогда не описывалось в летописях турнира. Видимо, быть им первыми.       На ватных ногах Азирафаэль поднимается со своего места. Он был бы обманщиком, если бы сказал, что ему не страшно. Ох, ему было очень страшно, но ещё парень понимал всю тяжесть их положения. Гавриил ударяет его по плечу в знак поддержки, когда он проходит мимо стола Гриффиндора. Тот почему-то последние несколько лет считал себя обязанным оберегать неуклюжего Зиру. А все из-за того, что когда-то помог ему не упасть со стремянки в библиотеке. Ещё и готовить эссе всегда звал. Короче говоря, Гавриил раздражал его безмерно, но в его компании на Азирафаэля обращали куда меньше внимания, что давало ему куда больше свободы, нежели будь он одиночкой. Например, слизеринцы опасались его задирать.       Только теперь о спокойной жизни можно забыть. Чемпион. Звезда школы. Точнее, их теперь двое. Азирафаэль был готов кричать от отчаяния. Он должен бороться с Кроули. Поднимая невидящий взгляд на зал, Азирафаэль ловит мягкую улыбку Анафемы. Та единственная знает об их дружбе с Кроули. Сказала, что догадалась ещё на втором курсе. И она единственная понимает, чего стоит Зире стоять рядом с другими чемпионами и понимать происходящее.       Они уходят из Большого Зала. Азирафаэль сильнее сжимает кулаки, чтобы не сорваться. Холодно смотрит на окружающих, пытается держать лицо. Нет, он не может сейчас дать волю эмоциям. Вокруг слишком много людей, которые знают его семью. Нельзя портить престиж чистокровной фамилии даже в такой ситуации.       А потом, когда они с Кроули остаются наедине, первым даёт волю эмоциям именно рыжий. Азирафаэль только прикрывает глаза, пережидая эмоциональный всплеск друга. - Я отлично знаю статистику, дорогой, - Азирафаэль потёр пальцами переносицу, снимая при этом очки в тонкой золотистой оправе и отправляя их в карман мантии. - Именно поэтому я решил, что, если брошу свое имя в кубок, то шанс выпадения твоего уменьшится. Кто же знал, что этот мерлинов Кубок окажется такой хитрой гадиной. Никогда не случалось, чтобы от школы выступало два чемпиона. Так что придется нам придумывать, как избежать смерти и сильных травм, при этом не слишком очевидно помогая друг другу. Ещё и наши родители могут приехать... Мои опять начнут ворчать, что ты всегда ошиваешься рядом. Они до сих пор не могут мне простить, что я месяц лета у тебя гостил.       Задумавшись над положением дел, Азирафаэль стал нервно покусывать подушечку большого пальца. Пока выходило, что они находятся в полной жопе. - Надо как-то тихо дойти до совятни и там поговорить. Потому что, если я сейчас кого-то встречу из всех этих.., - Азирафаэль проглотил характеристику, которую он уже был готов дать слишком докучающим обитателям школы. Сейчас к этой категории относились практически все, - я за себя не ручаюсь. - Совятня?! Ангел, ты хоть понимаешь, что теперь нам нигде покоя не будет? – Энтони начинает измерять шагами комнату. Стоило ему начать нервничать, как тело начинало жить своей жизнью, ему надо было постоянно находиться в движении, будто это помогало ему хоть как-то справиться со всеми нахлынувшими эмоциями. - Дорогой, постой, тебе надо успокоиться.       В комнату заходит чемпион из Дурмстранга и окидывает их двоих ледяным взглядом. Это словно приводит Кроули в чувство, из-за чего он останавливается, немного заслоняя собой Азирафаэля, будто защищая от нового участника этой опасной игры. - Чего вылупился? – коротко и зло кидает Кроули. С каждой секундой ему все меньше нравился этот парень. Пусть он был выше слизеринца и шире его в плечах, но это не мешало Энтони пытаться задавить своего оппонента. - Да вот думаю, сколько еще Хогвартсу будут спускать нарушение всех правил. Кажется, ваше Министерство только и умеет, что потакать местному директору, - видимо, дурмстранговец хотел сказать что-то еще, но тут в комнату вошел чемпион из Шармбатона и как-то даже виновато всем улыбнулся. - Знаете, нам нет смысла спорить друг с другом сейчас. Как сказал представитель министерства уже сказал, что решения кубка не обсуждаются. На нем древняя магия, которая лучше всех нас знает, что делать.       Азирафаэль уже хотел высказать свое мнение о решении кубка, при этом не забыв рассказать всю известную историю этого артефакта и несколько интересных случаев про него и сам Турнир, но в комнату вошли директора и представители министерства, чтобы поздравить из с участием в Турнире. Хоть хаффлапафец и слушал все это очень внимательно, но все равно ловил взглядом лицо друга, пытаясь понять, что же тот чувствует из-за всего происходящего. - Вы хотите сказать, что мы должны выступать против друг друга? – после речи директора о небольшом изменении в правилах после выбора Кубка Кроули явно едва сдерживал шипение. - Именно так, мой мальчик. После небольшого совещания было принято решение оставить все испытания для индивидуального зачета. - Но мы ведь оба чемпионы Хогвартса? Не логичнее нам выступать вместе, как один чемпион? Или давайте буду выступать только я? – Кроули явно собирался внести еще несколько предложений о том, как изменить ситуацию, но Азирафаэль потянул его за рукав мантии, останавливая и привлекая к себе внимание говорившего. - Я не собираюсь отказываться от участия, если ты ведешь к этому, - тихо, но твердо произнес он. - Боюсь, у мистера Фелла и у вас, мистер Кроули, нет выбора. Кубок уже сделал свой выбор. А вы дали согласие на этот магический контракт, когда бросили свои имена в пламя. - Но Азирафаэль же… - Кроули, хватит, - хаффлафец резко дернул друга за рукав, чтобы тот не пытался, во-первых, спорить с директором, во-вторых, решать за него. – Мы должны действовать согласно правилам. И тебе придется смириться с этим.