Officer Yang

      На дворе уже глубокая ночь и Чонвон вместе с остальными садится в машину. Они выступили на Inkigayo, после чего сняли видео для фанатов и теперь возвращаются в общежитие. Они все выступали в разных костюмах, а на нем в этот раз был костюм полицейского. Это интересная смена привычного имиджа, и он предполагает, что энджини она тоже понравится. На Джее была форма пилота, и в голове лидера проскакивает мысль, что так он выглядит особенно привлекательно. Однако сейчас они очень уставшие едут домой в удобной и привычной одежде.       Все, кроме, на удивления, Джея. Как только Чонвон забирается в машину, он садится рядом и уютно устраивается, уткнувшись носом в шею и вцепляясь в его руку словно он может куда-то испариться. Обычно Джей первым засыпает после ночных записей, но сейчас все вокруг уснули, а у него сна ни в одном глазу. Чонвон собирается тоже немного поспать, но внезапно ощущает, как Джей льнет ближе к его шее, а затем начинает целовать и покусывать кожу. Лидер не открывает глаз всё ещё одолеваемый усталостью, но наслаждается теплом, распространяющимся по телу и медленно пробуждающимся желанием. Джей был наиболее любвеобилен утром, после долгого сна, и ему нравилось просыпаться от поцелуев, постепенно возбуждаясь от нежных и интимных прикосновений.       Так происходит и в этот раз — с закрытыми глазами и в полудреме он как будто уютно устроился в постели и просыпался от нежных поцелуев Джея. Только когда они становятся более настойчивыми, он наконец приходит в себя. Старший всё ещё покрывает поцелуями его шею, но внезапно он кладет одну из своих ног поверх его и притягивает его ближе к себе, рукой проникая под кромку спортивных штанов. Глаза Чонвона рефлекторно открываются, и весь сон как рукой снимает, а щеки наливаются румянцем от смущения. Он оглядывает машину, но остальные дремлют или в их ушах наушники, и, кажется, никто не обращает на них внимание. Тем не менее, он осторожно отталкивает от себя Джея.       — Хён! Что ты делаешь?! — смущенно шипит Чонвон. Их отношения не были ни для кого секретом, но они стараются скрываться, насколько это вообще возможно, когда ты проводишь практически всё своё время вместе. Это крайне не похоже на Джея, чтобы он так откровенно приставал к нему в присутствии других. Да, он более тактильный и не стыдится этого, но он стесняется публичного проявления своих чувств. Даже поцелуи он приберегает до того времени, пока они не окажутся наедине и уж точно он никогда не пытался залезть к нему в штаны в присутствии остальных.       Джей выглядит смущенным, но в его глазах заметен огонек возбуждения.       — Извини, я не подумал. Я просто очень хочу тебя сейчас, Вони, — говорит он ерзая на месте.       В этот момент Чонвона одолевает смесь разных эмоций. Честно говоря, он совершенно измотан, но явное исступление Джея странным образом возбуждает. Его неприкрытое желание, смешанное с обычно милым обращением к нему, также немного сбивает в толку, но не в плохом смысле.       — Всё в порядке, просто мы не можем сделать это здесь, — смущенно говорит Чонвон. Он уже полностью проснулся и теперь боится, что если Джей попытается ещё раз прикоснуться к нему, то к тому времени, как они вернутся домой, у него в штанах будет явно заметный бугорок.       Джей выглядит таким отчаявшимся, и как-то неловко признавать, что ему это даже нравится. Он часто ведет себя так, когда дело касается Чонвона — жаждет поговорить с ним, ласки и, конечно же, секса. Но в этот раз за этим скрывает нечто большее. Обычно он может контролировать себя, пока они наконец не останутся наедине.       — Могу я продолжать целовать тебя, пока мы не вернемся домой? Могу ли я прикасаться к тебе, не залезая под одежду? — судорожно просит Джей.       Теперь настает очередь Чонвона чуть ли не выть от возбуждения. Он хочет этого, возможно, даже слишком сильно. Если Джей прикоснется к нему, то ему захочется продолжения, и тогда он либо кончит себе в штаны, либо останется возбужденным и неудовлетворённым, а ни то, ни другое его не устраивает.       — Давай просто подождем до дома, — рассудительно говорит он. — Это не так уж и долго.       — Ты обещаешь, что мы сделаем это, когда вернемся домой? — Джей практически умоляет его. Он крепко обнимает, целуя его в ухо и мешая думать рационально. Он всё ещё измотан, и в какой-то степени хочет сказать «нет», но чашу весов перевешивает откровенное и плохо скрываемое желание.       — Да, хён.       Они приезжают домой крайне сонные и уставшие, и медленно плетутся в общежитие. Все за исключением Джея. Чонвон выходит из машины, и он сразу же липнет к его руке, крепко держась за неё. Остальные сразу же спешат лечь в кроватку, и лидер уже собирается сказать своему парню, что, пожалуй, придется подождать до завтра, потому что уединиться негде, а спать хочется всем. Но прежде чем он успевает открыть рот, старший тянет его за руку в свою комнату.       Джейк уже внутри и переодевается в пижаму, он стоит наполовину одетый, но Джей решительно настроен выгнать его отсюда.       — Иди сегодня спать с Хисыном, Чонвон спит здесь, — авторитарно заявляет он.       — Джей! — с укором говорит Чонвон. Джей обычно такой внимательный к окружающим, но тут он ведет себя ужасно грубо! Джейк выглядит уставшим и крайне раздраженным.       — Нет, — говорит Джейк. — Я устал и хочу спать в своей постели. Я не уйду только потому, что ты хочешь перепихнуться.       — Ну же, Джейк, просто сделай это! — настаивает Пак. Чонвон просто в недоумении от поведения своего парня. Что на него нашло? Обычно он такой заботливый и всегда ставит других выше себя, тем более, что Джейк один из его лучших друзей. Поскольку Чонвону приходится делить комнату с тремя людьми, то для своих любовных утех они обычно используют кровать Джея. Джейк очень добр и часто оставляет их наедине, чтобы они могли заняться своими делами, но сейчас видно, что с него хватит, и лидер его не винит. Сегодня был тяжелый день, и всем им нужно поспать.       — Нет, — отрезает Джейк, надевая остатки пижамы. — Просто подожди до утра или иди куда-нибудь ещё.       И без лишних слов Джейк падает на свою кровать, накрываясь с головой одеялом.       — Джей, может быть, мы просто пойдем спать и займемся этим позже, — шепотом предлагает Чонвон, его щеки всё ещё горят от смущения.       Джей обнимает его, прижимая к себе, и наклоняется к его уху. Чонвон ощущает, как старший трётся своим возбуждением об его ногу, и это разжигает в нем жар.       — Пожалуйста, Вони, — умоляет он шепотом, так тихо, чтобы слышал только он.       Дрожь желания проходит электрическим током по телу Чонвона. Он никак не может отказать Джею, когда он практически умоляет его об этом на коленях. Джей в очередной раз обводит его вокруг пальца. Так они и оказываются в душе, хотя на дворе глубокая ночь, и отчаянно пытаются не шуметь. Вернее, старший пытается вести себя тихо.       — Сильнее! Сильнее! — Джей умоляет уже в третий раз, но Чонвон зажимает ему рот рукой, чтобы он замолчал, не желая будить всех остальных. Он выкладывается на все сто, но Джей хочет чтобы он вбивался в него сильнее и он старается сделать всё возможное, чтобы удовлетворить желание своего партнера. Ещё через несколько минут такого лихорадочного, отчаянного темпа они достигают своего предела и падают на пол душевой кабины, обессиленные и довольные. Джей лежит под ним и смотрит ему в глаза, его сердце наполняется любовью.       — Я люблю тебя, Чонвон, — тихо говорит он, беря лицо младшего в свои руки. Он говорит это уже не в первый раз, но эти слова всё еще вызывают дрожь по телу и слабость в ногах.       — Я тоже тебя люблю, — шепчет Чонвон и, наклоняется, соединяя их губы вместе.

***

      В течение следующей недели Чонвон забывает о странной вспышке желания у Джея, который в тот вечер, практически требовал секса.       Он бы и вовсе забыл об этом, если бы не то, что произошло через неделю после той ночи. Им дали несколько выходных дней, и ребята решили провести время с семьей или друг у друга дома. Чонвон возвращается в тихое общежитие и решает, что он вернулся самым первым, пока не обращает внимание на ботинки Джея у двери. Оглядевшись по сторонам и обнаружив, что в общежитии пусто, он предполагает, что старший, скорее всего, находится в своей комнате. Лидер улыбается, зная своего парня, он, скорее всего, дремлет до возвращения остальных. По телу пробегает волну возбуждения — он разбудит Джея, поцеловав его так, как он обычно это делает с ним.       Как можно тише открыв дверь, он пробирается в комнату, но быстро обнаруживает, что тот не спит. Он лежит на кровати, раскинувшись, запустив одну руку в штаны, а другой держа телефон. Чонвон сдерживает смех, когда тело пробивает волна желания и возбуждения. Он никогда не заставал его за подобным и искренне наслаждается этим зрелищем. Он наблюдает за тем, как его лицо искажается от удовольствия, как быстро движется рука, спускаются штаны, так что он может видеть эрекцию из-под кромки. Его глаза устремлены на экран смартфона, и любопытство захлестывает Чонвона с головой. Он думает, что, возможно, ему следует приревновать к тому, что Джей, очевидно, смотрит порно и получает от этого удовольствие, в то время как мог бы просто подождать, пока он вернется домой, но всё с точностью наоборот. Старший хнычет и стонет, доставляя себе удовольствие. Очевидно, что бы не было на экране ему очень нравится, и младший хочет знать, что же такого интересного он там смотрит. Ему нужно знать, что так нравится Джею.       Чонвон просто стоит и смотрит на него. Джей, кажется, ощущает его присутствие и отрывает глаза от телефона. Он подскакивает на месте, роняя телефон и тут же вынимая руку из штанов.       — Чонвон! Почему ты ничего не сказал? Ты просто стоишь и смотришь на меня? — говорит он с красным от смущения лицом. Он пытается сделать вид, что ничего не произошло, поправляя одежду и садясь, но из-за огромного бугорка в штанах он выглядит совсем не так, как обычно.       — Извини, хён, но зрелище, мягко говоря, возбуждающее, — признается младший. Он подходит к кровати и забирается на неё, садясь между ног хёна. — Мне понравилось смотреть, как ты… делаешь с собой всякое.       Чонвон кладет руку на ногу Джея и дразняще гладит его по внутренней стороне бедра, избегая очевидного места возбуждения, и спрашивает своим самым сексуальным голосом.       — Так что же тебя так возбуждает? — он пытается забрать телефон из рук старшего, но тот выхватывает его и прячет за спину.       — Ничего, — отвечает он, пряча телефон ещё дальше за спину.       Чонвон дуется не понимая, что там такого может постыдного скрывать хён.       — Хён..... покажи мне, что там такое, — просит он, глядя на Джея своими щенячьими глазами. Он же никогда не сможет устоять перед таким взглядом!       К сожалению, в этот раз его уловка не срабатывает! Джей лишь качает головой.       — Нет… ничего особенного, — нагло и очевидно врет он.       Чонвон перемещает и кладет свою руку поверх промежности, ощущая под пальцами очень четкие очертания его члена.       — По-моему, это что-то, — говорит Ян, приподняв бровь.       Джей убирает его руку. Он всё ещё пытается сопротивляться щенячьим глазкам младшего.       — Должно быть, это что-то очень странное, если ты не хочешь мне показать, — говорит Чонвон, на этот раз действительно обидевшись.       — Это не что-то странное! — возражает Джей, но потом понимает, что попался в ловушку и тяжело вздыхает.       — Тогда почему бы не показать мне? — в который раз просит Чонвон. — Я не собираюсь тебя осуждать.       — Это… неловко, — говорит Пак, краснея и избегая взгляда младшего.       — Хён… это же я. Ну же, — шепчет лидер. — Если тебя что-то так возбудило я хочу знать, что именно. Может быть, это что-то, что я могу сделать с тобой?       Джей надолго задумывается. Чонвон видит, что старший всё ещё смущен, но в конце концов он получает желанный ответ.       — Хорошо. Ладно..... Я покажу тебе. Только не смейся.       — Обещаю, что не буду, — Чонвон не понимает, почему он должен смеяться.       Джей тянется за спину и достает оттуда свой телефон, после чего передает его младшему. Он отводит взгляд в сторону, как будто не может смотреть ему в лицо. Чонвон берет телефон в руки в предвкушении от того, что он может там увидеть. Его волнение сменяется замешательством, видя на экране не какую-то странную или постыдную порнуху. На видео он. Это фанкам с его выступления на Inkigayo. Чонвон польщен. Джей мастурбировал смотря на него, но он не понимает, почему его это так смущает.       — Это просто я, почему ты так смущаешься? Я думал, это будет что-то очень странное, — недоумевает Ян, стараясь не рассмеяться, потому что обещал.       Джей прикрывает лицо ладонями, всё ещё смущаясь. Младший никогда не видел его таким. Ему понадобилось несколько минут, чтобы собраться с силами и ответить на вопрос.       — Это из-за формы. Мне нравится форма. Она мне оочень нравится, — смущенно произносит Джей.       Он, наконец, понимает в чем вся соль. Джея возбудило то, что он был одет как полицейский. И судя по тому, с каким энтузиазмом он надрачивал, он действительно сильно возбудился. Чонвон вспоминает ту ночь и то, как отчаянно он умолял о сексе. Теперь ему всё понятно.       Лидер тянется к рукам Джея, убирая их от лица и прижимая к себе, заставляя посмотреть на себя.       — Хён, не смущайся, — говорит он с улыбкой.       — Мне приятно. Но я думал, что ты считаешь меня милым. Ты сказал, что я похож на Джуди Хопс.       Джей смеется над этим. Он действительно сказал такое и младший запомнил, так как был крайне расстроен. Он хотел быть сексуальным полицейским, а не мультяшным героем. Но зато теперь знает, что на самом деле он и есть сексуальный полицейский.       — Я соврал, — говорит Пак и снова смеется, напряжение между ними сходит на нет.       Чонвон переползает к Джею на колени и усаживается сверху, обхватив руками шею и заглядывая ему в глаза. Он ощущает, как возбуждение старшего прижимается к его попе.       — Мой хён хочет переспать с большим и сильным полицейским? — спрашивает он, глядя Джею в глаза.       Джей на секунду застенчиво отводит взгляд.       — Вони, не говори так, — смущенно просит он, но Чонвон то знает, что он смущен только потому, что это правда.       Младший берет его лицо в свои руки и заставляет посмотреть себе в глаза.       — Почему? Это ведь правда, не так ли? — дразнит он. Джей ничего на это не отвечает и он решает продолжить поддразнивания.       — Так и есть, — продолжает Чонвон. — Джей-хён плохой мальчик, но не переживай. Я буду твоим полицейским, который наденет на тебя наручники и накажет.       Джей по-прежнему молчит и не смотрит на него, но Чонвон слышит, как он сдерживает стон, ерзая под ним.       — Знаешь, Джей, если ты согласишься, я, может быть, найду форму, — хитро говорит младший.       Это, похоже, окончательно выводит Джея из состояния неловкой застенчивости и привлекает его внимание. Он поворачивается и с надеждой смотрит на своего парня. Чонвон наклоняется и страстно целует его. Отстранившись, старший следует за его губами, как потерянный щенок.       — Ну, что, хён, скажи мне, ты был плохим мальчиком? Нужно ли офицеру Яну позаботиться о тебе?       На этот раз Джей не стесняется, ему очень хочется испытать то, о чем его спрашивают, и наконец-то он не смущается озвучить свои желания.       — Я был очень плохим мальчиком, офицер Ян, — признается он, на мгновение поймав взгляд Чонвона, а затем снова глубоко целует его.

***

      Чонвон не теряя времени находит в Интернете форму и быстро заказывает её. Кажется, что доставка занимает целую вечность, хотя проходит буквально около недели. Он ничего не говорит об этом Джею — хочет, чтобы это был сюрприз, но это не означает, что он теряет время впустую, вовсе нет. Он пользуется любой возможностью, чтобы выведать у своего парня нужную информацию. Чонвон не считает себя хорошим актером, но надеется, что его игра будет убедительной.       Однажды вечером, они нежатся в объятиях друг друга на диване и вместе смотрят фильм, но Чонвон ни с того не с сего решает поднять столь насущный для него вопрос.       — Что тебе так нравится в костюме полицейского? — неожиданно спрашивает он, прижимаясь к руке Джея. Он поднимает на него глаза и видит улыбку на губах старшего.       — Чего это ты вдруг решил спросить? — интересуется Джей. — Ты всё ещё думаешь об этом?       — Ну, да, мне просто интересно, — невинно отвечает он. — Может быть, дело в том, что я в нем хорошо выгляжу? Может, дело в наручниках?       Джей снова смущается из-за этой темы, но решает немного пошутить над младшим.       — Ну, ты в нем определенно выглядишь очень хорошо, — говорит Джей с улыбкой. — И мне очень нравятся наручники. Но дело не только в этом… Наверное, дело в том, что мне нравится, что ты такой злой.       — Злой? Почему ты хочешь, чтобы я был злым? — растерянно спрашивает Чонвон.       — Может быть, «злой» — это не то слово, — поправляет себя Джей. — Может, лучше «грубый». Мне нравится идея попасть в неприятности. Ты кричишь на меня, я облажался по полной. Ты заставляешь или грубо берешь меня.       Чонвон вспоминает вечер выступления и то, как Джей просил его двигаться быстрее и сильнее. Тогда он немного забеспокоился, что, возможно, причиняет ему боль, но, по-видимому, это не так. Очевидно, он хочет именно этого. Ян чувствует как по телу разливается жар возбуждения.       — Ну вот, теперь ты меня окончательно смутил, — бормочет Джей. — Мы можем просто продолжить смотреть фильм?       Чонвон наконец выныривает из болота своих пошлых мыслей, прежде чем ответить на вопрос.       — Да, конечно, хён, — соглашается он.

***

      В назначенный день Чонвон быстро забирает посылку и бежит с ней в свою комнату. Открыв коробку и заглянув внутрь, он сразу же закрывает за собой дверь на замок. Форма очень похожа на ту, что он надевал на Inkigayo, и к ней в комплекте шли красивые блестящие наручники — он позаботился о том, чтобы они были настоящими, а не дешевой игрушкой. Чонвон быстро надевает её, а затем идет любоваться собой в зеркало. Видя себя в форме, он должен признать, что чувствует себя по-другому. Сильным, властным, контролирующим всё вокруг. Он хотел надеть её для Джея, потому что она ему так нравилась, но теперь он не может отрицать, что ему и самому нравится в такой же степени как и его парню. Чувство власти и вседозволенности опьяняет его.       После снова наступает время мучительного ожидания пока общежитие опустеет, и они с Джеем смогут уединиться, чтобы привести план в действие. В конце концов, у них выдался свободный вечер, и пока остальные решили пойти на ужин и в кино, а они остаются дома. Чонвон притворяется, что плохо себя чувствует, и Джей, как хороший парень, предлагает ему остаться дома.       Джей сейчас в гостиной, а Чонвон врет, что ему нужно в туалет, а потом тайком идет в свою комнату. Сердце бешено стучит в груди от волнения, когда он скидывает пижаму и надевает форму. Он встает перед зеркалом и убеждается, что выглядит наилучшим образом, а наручники пристегнуты к поясу в нужном месте. Прежде чем выйти из комнаты, он делает несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить нервы. Он не хочет волноваться, ему нужно хорошо и убедительно сыграть роль полицейского. Чонвон хочет быть сильным, суровым офицером Яном. Достаточно успокоившись, он медленно выходит из комнаты и идет обратно в гостиную.       Джей сидит на краю дивана, и смотрит в свой телефон, совершенно не замечая Чонвона. Младший стоит и терпеливо ждет, когда же его парень обратит на него внимание.       Через минуту Джей наконец-то обращает на него внимание, и Чонвон думает, что он никогда не сможет забыть этот взгляд. Глаза Джея становятся по пять копеек, рот открывается от шока, и он фактически роняет телефон из рук. Ему требуется титанические усилия, чтобы сохранить холодное и безэмоциональное выражение лица, продолжая изображать полицейского.       Чонвон медленно идет по комнате размеренными, уверенными шагами, стараясь создать нужную атмосферу. Джей не сводит с него глаз, с явным благоговением наблюдая за тем, как он пересекает комнату и встает напротив него. Его глаза большие и широко раскрыты, с напряжением и любопытством смотрящие на младшего, ожидая, дальнейших слов или действий. Это усиливает ощущение власти и заставляет Чонвона жаждать доминирования. Может быть, всё сложится как нельзя лучше для них обоих…       — Пак Чонсон, вы арестованы, — произносит он командирским голосом. А Джей, силясь придумать, что сказать, просто неприлично хнычет. Это так сексуально — Джей невинно смотрит на него, и Чонвону не терпится его испортить.       — Но сэр, я добропорядочный гражданин, — покорно произносит Джей. Он автоматически переходит на уважительное обращение, как будто говорит с настоящим полицейским, и этого достаточно, чтобы Чонвон возбудился.       Чонвон придвигается ближе и встает между ног Джея, кладя руки по обе стороны от его головы. Он старается не касаться его, а просто дразнит находясь так близко. Он наклоняется так, что они оказываются лицом к лицу и ощущает дыхание Джея на своих губах, горячее и уже немного с придыханием.       — Нет, — мрачно произносит Чонвон. — Вас разыскивают. Мне придется отвезти вас в участок.       Тело старшего пробивает мелкая дрожь. Чонвон чувствует, как он дрожит. Джей тянется и берет офицера за руку.       — Я порядочный человек, сэр, — говорит он, слегка сжимая его руку.       Младший быстрым движением перехватывает руку Джея, выдергивает её из хватки и сжимает запястье. Крепко, но не настолько, чтобы причинить боль. Джей снова тихо скулит.       — По-моему, вы пытаетесь напасть на офицера, — цедит сквозь зубы Чонвон жестким голосом. — Это серьезное преступление.       — Простите! Я не хотел! — в панике извиняется Джей. Он явно напуган и Чонвон не может понять, притворяется ли он или так увлекся, что у него в голове всё перемешалось. В любом случае, приятно видеть, как обычно спокойный, воспитанный и добрый Джей теряет голову при мысли о том, что он сделал что-то, что может привести к серьезным неприятностям.       — Я думаю, что всё как раз таки наоборот, и нам точно нужно отправиться в участок, — говорит Чонвон, окинув его холодным взглядом. — Так вы пойдете по-хорошему или нам придется делать это по-плохому?       Младший ожидает, что Джей заставит его сделать это по-плохому, и тогда ему придется быть с ним грубым, но, видимо, инстинкты хорошего мальчика у него слишком сильные.       — Я буду хорошим. Что вы хотите, чтобы я сделал, сэр?       Тело Чонвона пробивает дрожь от осознания того, что он может сказать Джею сделать всё, что угодно, и тот с готовностью подчинится. Но он берет себя в руки и заставляет сосредоточиться.       — Встань. Следуй за мной, — приказывает он.       Джей путается в собственных ногах, пытаясь встать как можно быстрее. Он стоит с нетерпением и тревогой, ожидая следующих указаний. Чонвон разворачивается и начинает идти в сторону спальни. Он не сомневается, что Джей с готовностью последует за ним.       Оказавшись в спальне, его охватывает волнение и беспокойство. Он много думал об этом и хотел убедиться, что действительно воплощает фантазии Джея в реальность, но теперь, когда всё уже случилось, он немного нервничает. Не говоря уже о том, что он не ожидал, что старший окажется таким покладистым. Почему-то он ожидал, что Джей будет играть роль грубого и непослушного нарушителя. Обычно от него нельзя было добиться и пяти секунд молчания, но сейчас он просто стоит и смотрит на него молча и покорно. Джей всегда более покорный из них во время секса, но сейчас его полное и открытое подчинение вызывает у Чонвона легкое головокружение от того какой властью он обладает над ним и, как сильно его это заводит.       Он медленно отодвигает стул на середину комнаты, пока Джей с любопытством внимательно наблюдает за ним всё это время. Сначала он хочет сесть на стул, но в последний момент останавливается — Чонвон не велел ему этого делать. Волна возбуждение и легкое предвкушение охватывает младшего с головой.       — Я буду вынужден допросить вас, — говорит он суровым голосом, оглядывая Джея с ног до головы. На нём только пижама, и пижамные штаны плохо скрывают его сильное возбуждение. Уверенность Чонвона резко возрастает — он даже ничего не сделал, но один его вид достаточно сексуальный, чтобы Джей возбудился.       — Мне придется сначала обыскать вас, похоже, вы что-то скрываете, — со всей серьезностью говорит он, кивком указывая на виднеющийся бугорок в штанах Джея. Он видит как к лицу старшего приливает жар.       — Хотите посмотреть, сэр? — Джей спрашивает дрожащим голосом. Ему плохо удается скрыть волнение, так что младший даже с такого расстояние ощущает это. Старший догадывается, что раз его просят снять с себя одежду, значит, Чонвон скоро прикоснется к нему.       — Да, хочу, — приказывает младший. — Снимай одежду, всю. Быстро.       Джей без промедления начинает раздеваться. Он так быстро снимает с себя футболку, что она даже застревает у него на голове, прежде чем ему удается её сбросить. Он одним движением спускает штаны и трусы, и они падает у его ног, а возбужденный орган наконец врывается на свободу. Чонвон изо всех сил старается не смотреть на него.       — Значит… у тебя нет оружия, — подмечает он, не выходя из образа. Он позволяет себе открыто взглянуть на член Джея. — Оказывается, ты просто извращенец.       Старший вновь краснеет пуще прежнего. Он быстро прикрывает эрекцию руками и на его лице проскальзывает паника.       — Нет! — возражает Джей. — Нет, сэр, я не такой.       — Руки вверх! — огрызается младший, и Джей автоматически поднимает их. Он подходит ближе и заглядывает ему в глаза. — Посмотри на себя: тебя арестовывают, а ты, вместо того чтобы стыдиться — возбуждаешься. Как тебе не стыдно.       Чонвон отстегивает наручники с пояса и крутит их на одном пальце.       — Лучше я одену на тебя наручники, — говорит он. — Нужно убедиться, что ты держишь свои руки при себе. Мы не можем допустить, чтобы тебе было хорошо, но сначала я проверю, не скрываешь ли ты ещё чего-нибудь.       — Я ничего не скрываю! — отчаянно протестует Джей. — Клянусь. Простите!       Отчаяние Джея просто восхитительно для его ушей. Чонвон знает, что у него тоже скоро станет заметен бугорок в обтягивающей униформе, но Джей, конечно, не станет говорить об этом.       Чонвон обходит его сзади, любуясь идеальной фигурой и круглой попкой. У него действительно самая лучшая задница во всей группе. Младший прикусывает губу и позволяет себе немного успокоиться, ведь Джей не может сейчас видеть его. Его парень настолько совершенен внутри и снаружи, что он не в силах поверить в то, что он принадлежит ему. Одной мысли об этом достаточно, чтобы он взял его прямо здесь и сейчас, но Чонвон всё ещё может сдерживаться. Он хочет, чтобы Джей получил удовольствие от этого, и знает, что для них будет лучше, если он будет действовать медленно и не спеша.       — Ну, я не могу поверить тебе на слово, — говорит он, вернувшись к своему образу. — Я должен проверить сам.       Чонвон с фальшивой лаской гладит Джея по рукам, проводит ладонями по бокам и бёдрам. Старший вздыхает, когда рука полицейского приближается к попе, и незаметное нажатие ладони дает ему понять, как именно Чонвон хочет прикоснуться к нему. Чтобы подразнить своего парня, он снова поднимается ладонями выше, щекоча бока, поглаживая и сжимая грудь. Он дразнит его до мурашек по коже, и вдоволь наигравшись, наконец опускает руки вниз, к попе. Джей хнычет, когда руки Чонвона блуждают по его половинкам, а затем обхватывают их и крепко сжимают одну. Тихий стон срывается с его губ, но он быстро берет себя в руки, как будто боясь, что его накажут за это. Чонвон думал об этом, но, честно говоря, видеть, как он пытается сдержать стоны слишком прекрасно, чтобы наказать его за это. Удовлетворив свою потребность сжимать мягкие половинки, он позволяет руке проскользнуть между ними — палец касается, а затем слегка надавливает на вход. На это Джей, очевидно, не в силах сдержать сладостных звуков. Он чертыхается дрожащим голосом, явно снедаемый желанием. Чонвон рад, что Джей сейчас не видит его лица, потому что он не в силах скрыть довольной улыбки. Джей такой отзывчивый, и ему это нравится.       — Не жалуйся, — ругается на него Чонвон. — Если не нравится, что тебя обыскивают, не надо было нарушать закон.       Он массирует колечко мышц, а затем осторожно вводит палец внутрь. Не настолько, чтобы что-то сделать, но достаточно, чтобы подразнить. Джей явно растерян, потому что как только палец оказывается внутри, он слегка подается назад, явно желая большего. Чонвон хочет дать ему больше, поэтому так и делает, проникая немного глубже, но всё равно не теряя энтузиазма и возможности подразнить.       — О, я вижу, — авторитетно заявляет он. — Ты вовсе не жалуешься. Ты наслаждаешься этим. Какой же ты отчаявшийся и жалкий.       — Простите… ничего не могу с собой поделать. Это… приятно, сэр, — хрипит Джей стыдливым, но возбужденным голосом.       Чонвону требуется всё самообладание, чтобы не поддаться соблазну и не трахнуть его прямо сейчас. Он уверен, что старший делает всё это не специально, но он настолько сексуален, что Ян даже не может этого вынести. Но он не сдается — скоро он добьется желаемого.       — Это должно быть наказание, ты не должен получать от этого удовольствие, — суровые слова Чонвона разрезают тишину в комнате, а наручники зловеще звенят в его руке. — Я думаю, что эти наручники нужны тебе для того, чтобы ты контролировал себя и не забывал, кто здесь хозяин.       Чонвон заводит его руки за спину и надевает наручники на запястья. Джей слегка скулит, и непонятно, от желания или от боли, а может от сочетания того и другого. После характерного звука закрывающихся наручников на запястьях, лишая старшего возможности что-либо делать, младший обходит его и снова встает перед ним.       Джей выглядит совершенно иступленным — его лицо красное от смущения и возбуждения. Он кусает свои губы, глядя на Чонвона большими любопытными глазами и постоянно двигает руками в наручниках, сжимая ноги, словно желая хоть какого-то прикосновения к своей очевидной, оставленной без внимания эрекции.       — Садись, — приказывает Чонвон, жестом указывая на стул.       Джей быстро садится, выглядя при этом неловко, так как ему не удается удобно расположиться с наручниками за спиной. Как только его тело опускается на стул, младший подходит ближе и наклоняется к нему. Их лица достаточно близко, чтобы ощущать дыхание друг друга, не касаясь при этом губами.       — Итак, скажите мне, господин Пак, кто здесь главный? — спрашивает Чонвон холодным, жестким голосом.       Джей на секунду теряется от неожиданности, но быстро берет себя в руки.       — Вы, сэр. Вы главный.       — Правильный ответ, — говорит лидер. Он несколько раз обходит вокруг Джея по кругу, глядя на него сверху вниз, словно раздумывая, что делать и говорить дальше, в то время как на самом деле он готов взорваться от желания. Он так напряжен, что это почти причиняет ему боль, особенно если не делать ничего, чтобы хоть как-то облегчить своё состояние. Помучив Джея своим молчанием и близостью в течение минуты, он вновь останавливается перед ним.       — Итак, раз уж вы так и не раскаиваетесь в содеянном, господин Пак, — холодно произносит Чонвон. — Думаю, мне следует запереть вас на ночь в тюрьме.       — Нет, пожалуйста, сэр, — умоляет Джей со всем пылом человека, которого взаправду собираются посадить в тюрьму. — Пожалуйста, не надо, сэр. Я обещаю, что буду вести себя хорошо.       — Ну, я не могу просто так отпустить тебя, — задумчиво произносит Ян, глядя на него. — Если я не посажу тебя в тюрьму, то ты должен будешь извиниться другим способом.       — Я смогу! Как вам будет угодно, сэр, — решительно отвечает Джей. Его покорности достаточно, чтобы Чонвон опьянел от власти.       Младший подходит к нему так, что теперь может перешагнуть через него. Поставив одну ногу по обе стороны от него, он облокачивается на его колени, не присаживаясь. Он прекрасно знает, что близость без прикосновений может свести Джея с ума.       Так и происходит — он видит, как Джей заметно сглатывает, а руки дергаются, как будто он забывает о наручниках. Он предпринимает попытку дотянуться до своего парня, но ощущает лишь то, как металл неприятно врезается в нежную кожу. Он поднимает глаза на Чонвона, явно открытому и готовому к любому его предложению.       — Что бы я не захотел? Хммм… кажется, кое-кто уже понял где его место, — поддразнивает он, улыбаясь. — Ты действительно сделаешь всё, что я скажу, чтобы не угодить за решетку?       — Да, что угодно, — соглашается Пак, ерзая на стуле. Очевидно, что он хочет его, ведь он так близок и в то же время так далек. Чонвон, наконец, дает ему то, что он хочет — опускается ему на колени, ощущая его эрекцию. Он кладет обе руки на лицо Джея, заставляя смотреть ему в глаза.       — Это не должно быть слишком сложно, ведь вы явно хотите меня, господин Пак, — томно шепчет он, стараясь придать себе соблазнительный вид, наклоняясь ближе. — Вы считаете меня сексуальным, не так ли? Это из-за меня вы так беспомощно возбуждаетесь, хотя должны дрожать от стыда.       Джей просто на просто в эйфории — его глаза неотрывно следят за Чонвоном, и он с энтузиазмом кивает, не разрывая зрительного контакта. Младший ощущает, как на штанах Джея появляется явное мокрое пятно от естественной смазки, что делает его желание ещё более очевидным. Но он хочет услышать подтверждение собственных догадок.       — Вы хотите меня, не так ли, мистер Пак?       Джей понимает смысл вопроса и на этот раз незамедлительно отвечает.       — Да, хочу, сэр, — говорит он тихим дрожащим голосом. — Простите, что моё желание так очевидно.       Чонвон смеется — смех похож на его привычный, но в какой-то степени наполовину холодный и бесчувственный, как у офицера Яна.       — Не извиняйся, по крайней мере, за это. Я могу использовать это в своих интересах, — говорит он, наклоняясь к уху Джея. — Так что, если ты не хочешь попасть в тюрьму, давай я тебя трахну, и будем считать, что мы квиты?       Джея пробивает дрожь от таких слов, он снова пытается дотронуться до Чонвона, но сковывающие путы мешают осуществить это. Младший никогда не говорил так, но очевидно, что ему это нравится.       — Да… д-да, сэр, — заикаясь, с отчаянием произносит Джей. — Вы можете взять меня.       — Ну вот и всё, теперь ты ведешь себя как послушный мальчик, — говорит он с улыбкой на губах.              Чонвон поднимается с колен Джея. Его ноги подрагивают от того, как сильно он хочет и нуждается в Джее. Он подходит к ящику, в котором хранится смазка, забирает и сует её в карман.       — Встань! Иди к кровати и наклонись, быстро! — приказывает он.       Джей немедленно повинуется желанию своего парня. Немного споткнувшись, он встает со стула и облокачивается на край кровати, выставляя напоказ свою идеальную попку. Руки Чонвона дрожат от того, как сильно он хочет старшего в данный момент. Он рад, что Джей также сильно нуждается в нем, потому что его собственное возбуждение уже невозможно скрыть. Чонвон подходит к нему, склонившемуся над кроватью, наконец выходя из образа полицейского, он позволяет себе поддаться искушению.       Вид идеальной кожи Джея заставляет его провести руками по его мягким ягодицам, ощущая под пальцами гладкость, а затем сильно шлепнут по одной из половинок.       Джей тихо стонет от смеси боли и удовольствия. Этот звук словно услада для ушей, так что Чонвон бьет его ещё раз. Джей хнычет и рефлекторно подается бедрами назад, к руке ласкающей его член сквозь ткань штанов. Старшему приходится прикусить губу, чтобы сдержать смущающие звуки. Он так возбужден и нуждается в разрядке как можно быстрее.       — Кто-то очень хочет получить своё наказание, — подмечает Чонвон, переведя дыхание.       — Да, сэр, — соглашается Джей, но его голос слегка надрывается, когда младший снова шлепает его по попе. — Я хочу доставить вам удовольствие, сэр.       Всё, Ян просто не может больше терпеть. В таком состоянии Джей намного сексуальнее, чем он мог себе представить. Ему кажется, что он вот-вот взорвется. Его пальцы двигаются между половинок, стремясь подготовить старшего, чтобы он мог легко проникнуть в него. Чонвон вынимает из кармана смазку и растирает её между пальцев, после чего проводит пальцем около колечка мышц. Один палец проникает внутрь, и Джей стонет и тело безвольно падает на простыни под ним. Проходит совсем немного времени, и старший податливо раскрывается ему навстречу, и вскоре он уже хнычет, желая большего.       — Больше.....ещё… сэр, ещё, — на мгновение разум затуманивается и он почти использует неформальное обращение, но потом быстро берет себя в руки и сохраняет уважительное обращение.       — Ах, ты хочешь большего? Ты думаешь, что сможешь выдержать больше? — спрашивает Чонвон. Прежде чем Джей успевает ответить, он быстро вводит в него ещё один, а затем и два пальца, на мгновение выбивая воздух из легких старшего.       — Что ты должен сказать сейчас? — спрашивает Чонвон, наблюдая, как он извивается под ним. Его пальцы легко двигаются внутри, давая понять, что старший уже готов принять его. Он не уверен, что скажет Джей, но ответ не заставляет себя долго ждать.       — Спасибо, сэр… за то, что поправили меня, — говорит Джей. С его губ срывается громкий стон, когда младший начинает быстрее двигать пальцами внутри. Несложно сказать, что скрывается за этими словами. Покорность и желание отчетливо слышны в его голосе, и Чонвон рад, что он готов. Он наклоняется так, что его губы касаются уха Джея, не целуя его, а просто опаляя горячим дыханием.       — Хороший мальчик. Ты хорошо принимаешь своё наказание.       Младший не хочет пока прекращать игру, но ему нужно, чтобы Джей знал, что он всё делает правильно. Он хочет как-то похвалить его, ведь во время обычных занятий сексом он не перестает осыпать его комплиментами. Возможно, для многих это станет неожиданностью, но Джей любит похвалу и втайне жаждет её. Он чувствует, как Джей дрожит под ним от приятных слов.       Джей стонет от потери контакта, когда младший вытаскивает пальцы и тянется к своему ремню. Он расстегивает его и молнию на брюках, и изнывающий член наконец-то вырывается наружу. Чонвон решил не надевать нижнее белье, так как не хотел снимать форму, пока они будут заниматься сексом. Джей тут же поднимает глаза на зеркало, висящее на стене напротив, слыша как Чонвон снимает с себя штаны. Старший будет наслаждаться видом того, как его берут вот так сзади.       Чонвон старается не выдать своего вожделения, размазывая смазку по члену. Руки дрожат от возбуждения, когда он подставляет член к анусу и начинает проникать внутрь. Обычно он более осторожен и нетороплив, но в этот раз ему приятно так быстро погрузиться в тягучее нутро полностью. Они оба стонут, когда член младшего оказывается глубоко внутри. Тишину в комнате на минуту нарушают только звуки их тяжелого дыхания, пока Чонвон дает Джею время привыкнуть.       — Теперь я готов к своему наказанию, сэр, — вздыхает Джей. Эти слова дают понять, что он готов.       — Хорошо, — отвечает Чонвон дрожащим голосом. Они встречаются глазами со старшим в зеркале. — А теперь прими всё как следует.       Джей, несомненно, так и делает. Чонвон наконец, поддается своему желанию и сразу же начинает быстро и яростно входить. Джей прекрасен — он прислоняется к кровати, его глаза не отрываются от зеркала, пока он пытается снять с себя наручники. А его стоны — музыка для ушей. Хотя он всегда осторожен, относится к нему как к сокровищу, которым он несомненно и является, было не лишним немного потерять контроль над собой. Приняв на себя роль полицейского, ему стало легче дать волю чувствам и не думать ни о чем. Он крепко обхватывает бедра Джея и вгоняет член в него так быстро и грубо, как всегда жаждал, теряясь в ощущениях.       Им так хорошо, невозможно хорошо. На минуту ему кажется, что он кончит раньше Джея, чего обычно не случается. Он чувствует, как оргазм накатывает волной, когда Джей громко стонет и опускается на кровать, слегка содрогаясь от нахлынувшей на него разрядки.       — Чонвон, Чонвон, Вони…       И именно в этот момент он достигает пика, наконец изливаясь внутрь. Он наслаждался игрой с Джеем, но именно это ему было нужно больше всего — он и его Джей. Чонвон крепко обнимает и прижимает его к себе, поддавшись нежности момента. Он отходит от эйфории, и, ощущает жар кожи старшего даже сквозь одежду. Внезапно его одолевает желание снять с себя всё и прижаться собственным телом к разгоряченной коже.       Через минуту он отстраняется и желанное тепло исчезает, но лишь на мгновение. Чонвон уходит за полотенцем, чтобы вытереть себя и Джея, и, вернувшись, быстро снимает с себя полицейскую форму. Вещи падают на пол, а вместе с ними и его жесткий, грубый, безразличный образ. Джей, как и подобает хорошему покорному мальчику, по-прежнему лежит на кровати, его руки скованы за спиной. Он не жалуется и ничего не говорит.       Младший чувствует прилив тепла и нежности к любимому хёну. Он хватает ключи от наручников и быстро освобождает его от них.              Чонвон снимает наручники, и руки старшего безвольно падают на кровать. Он выглядит таким усталым и измученным, но в то же время на его лице улыбка — он счастлив и доволен. А счастливый Джей — всегда счастливый Чонвон. Не давая ему пошевелиться, он вытирает полотенцем нежную кожу, а затем забирается в постель рядом. Поправив одеяло, старший переворачивается на спину, и быстро обнимает своего парня. Чонвон также ложится на спину и Джей с наслаждением кладет голову ему на грудь. Лидер притягивает его ближе, ощущая жар другого тела на своей груди. Он и сам внезапно устал и не удивится, если они уснут вместе, обнявшись.       Чонвон прижимается к телу Джея, обнимая его одной рукой, а другой перебирая локоны между пальцев.       — Хорошо ли я принял своё наказание? — спрашивает Джей, смотря на него большими доверчивыми, горящими любовью глазами.       Чонвон впивается в его губы долгим, медленным поцелуем, затем отстраняется и заглядывает ему в глаза.       — Ты прекрасно справился, хён.