I Need You to Take Me to My Knees

      Рики тяжело вздыхает, входя в их с Сону квартиру, опуская ключи на столешницу с громким стуком. Он практически бросает портфель, набитый большим количеством папок, в сторону, под стол в прихожей. Уже довольно поздний час, а он только вернулся домой. Сону давно успел закончить работу в школе, вернуться домой, приготовить и съесть ужин, и теперь наверняка смотрит сериалы, чтобы расслабиться перед сном. За последние несколько недель Рики слишком часто засиживается допоздна из-за проекта по слиянию компаний, которым руководит. Слияние — хороший способ присоединить другую компанию к своей и, по сути, превратить её из находящейся на грани банкротства в процветающую.       Первоначальный владелец компании — друг его матери и больше всего на свете он желал добра своим людям. Однако он не был хорошим бизнесменом и этим воспользовались другие люди. Теперь Рики прибирал всё к своим рукам. С тяжелым вздохом он стягивает с себя пиджак и скидывает ботинки, чтобы надеть удобные тапочки. Но не успевает он дойти до галстука, как его опережает другая рука. Он поднимает глаза и смотрит на Сону, который ловкими пальцами снимает с него галстук.       — Добро пожаловать домой, — говорит он с теплой улыбкой.       Рики широко улыбается ему, как только галстук наконец-то отбрасывается куда-то в сторону. Не удержавшись, он притягивает Сону к себе, крепко обхватывая его за талию и с тяжелым вздохом опускает голову ему на плечо. Он очень сильно скучает по своему возлюбленному. Несмотря на то, что они по-прежнему регулярно видятся и переписываются в течение дня, всё это никак не сравнится с тем, когда он приходит домой ужинает и расслабляется с Сону весь вечер. Они вместе уже три года, причем младший практически живет с ним всё это время, но только год назад наконец согласился переехать к нему.       Сону обнимает Рики за плечи, слыша тихие вздохи, хотя всё ещё чувствует улыбку на своей щеке.       — Мы виделись сегодня утром, — дразнит Сону.       Рики недовольно фыркает, слыша это, отчего младший тихонько хихикает. Сону позволяет обнимать себя дольше, чем обычно. Его рука поглаживает спину, иногда ногтями слегка царапая ткань, поднимаясь вверх к шее. Ему приятно держать его вот так в объятиях, наслаждаться запахом, практически утопая в его шее.       — Слияние закончено? — тихо интересуется Сону, в его голосе звучит надежда, что в сочетании с их нынешним положением довольно серьезный признак того, что он очень скучает по Рики.       — Да, бумаги подписаны, всё в движении для финансовой реорганизации и многого другого. Теперь я буду на периферии, — старший вздыхает со смесью усталости и облегчения.       — Хорошо, ты уже ужинал? — спрашивает Сону.       — Да, Джей-хён позаботился о том, чтобы у меня на столе лежала еда на вынос, и открыл её, прежде чем уйти. И да, я съел почти всё, — Рики не может сдержать улыбку, которая появляется на губах в ответ на беспокойство его парня.       — Хорошо, я волнуюсь, когда ты так сильно погружаешься в проект, — Сону наконец расслабляется в его объятиях.       Рики только хмыкает, слегка покачиваясь из стороны в сторону, не желая отпускать возлюбленного. Младший проводит рукой по его волосам, отчего по телу пробегает дрожь.       — Рики, — осторожно начинает Сону. — Тебе нужно, чтобы я позаботился о тебе сегодня?       Рики резко замирает, а его глаза снова открываются. Он серьезно задумывается над словами Сону. Ни для кого не секрет, что он любит экспериментировать, когда дело касалось их интимной жизни. Даже несмотря на травму Сону, тот не позволяет этому помешать им разнообразить свою интимную жизнь. Его психотерапевт поощрял это и советовал много говорить, предупреждать и уделять большое внимание общению. Вплоть до обсуждения мельчайших деталей и всего остального. Оглядываясь назад, можно сказать, что это одна из лучших идей. Сону было трудновато в определенные моменты, но это дало им обоим столь необходимое понимание того, что им может нравиться, и некоторые очень жесткие «нет», о которых оба не до конца знали.       Однако для них стало некоторым откровением то, что, хотя Сону любил быть снизу и получал огромное удовольствие от того, что Рики заботился о нем (хотя в большинстве случаев он никогда бы в этом не признался), он совершенно не был сабмиссивом в их отношениях. Он мог легко взять старшего и делать с ним практически всё, что заблагорассудится. Это своего рода захватывающий опыт, но в то же время позволяющий лучше понять пристрастия друг друга.       Рики никогда не позволял никому контролировать себя так, как это делает Сону, хотя тот и боялся зайти слишком далеко. Они часто менялись, но больше всего им нравилось, когда Сону брал бразды правления в свои руки. В конце концов, они всё ещё не заходили слишком далеко, но есть много вещей, которые они пробовали и хотели попробовать, в основном с положительным результатом. Для Сону стало большим стимулом узнать, что Гун не разрушил для него все представления о более извращенном сексе, а Рики нравилось, когда младший решал, что хочет заботиться о нем. Поначалу это казалось немного странным, ведь это он должен доставлять партнеру удовольствие. В конце концов, Сону напомнил ему, что отношения это забота друг о друге, и он по своей природе такой же заботливый, как и старший. Ему тоже хочется доставить Рики такое же удовольствие, какое он дарит ему своими действиями.       — Да, я устал, но не думаю, что я понял о чём ты, — выдохнув, наконец отвечает Рики.       — Ты всё ещё весь в работе? — спрашивает Сону, надувшись.       — Я не хочу о ней думать, — ворчит он.       Сону на мгновение задумывается, а потом снова спрашивает.       — Может, попробуем сегодня что-нибудь новенькое? Или это слишком много для одного дня?       — Что ты имеешь в виду? — Рики отстраняется и смотрит на младшего, наконец-то уловив легкую нервозность в его манере речи.       — «Согреешь» мой член? — Сону облизывает губы и, запускает руку в волосы Рики, перебирая локоны.       Рики приподнимает бровь от прямолинейности его партнера. Хотя по мере того, как Сону всё больше и больше выходил из своего «панциря», всё, что связано с сексом, стало гораздо менее запретной темой. Старший прочищает горло, не обращая внимания на то, что его член дергается в штанах при одной мысли об этом.       — Расскажи мне подробнее?       Сону усмехается, видя его очевидный интерес.       — Ну, я всё сделал на сегодня, но закончил лишь половину эпизода нового шоу, а забота обо мне всегда помогает тебе, — его нежный голос резко становится низким. — Ты на коленях между моих ног, может быть, в кожаных наручниках, которые тебе нравятся. Ты просто сосредоточишься на том, чтобы держать мой член во рту, а после шоу я смогу полностью уделить тебе своё внимание?       Каждое слово посылает новую волну возбуждение, и теперь его член точно упирается в бедро Сону. Ухмылка, растянувшая на губах младшего, не предвещает ничего хорошего. Его глаза горят и это каждый раз приводит Рики в замешательство. Ему удается лишь кивнуть в ответ, когда Сону слегка оттягивает его волосы назад.       — Тебе бы этого хотелось, Рики, эги? Моя любовь?       Он вздрагивает, когда Сону говорит в такой близости к его губам. Он приоткрывает рот, пытаясь поцеловать младшего, тихонько постанывая. Тот на мгновение отказывает ему, а затем позволяет поцеловать себя, медленно и тягуче. Через несколько минут он отстраняется, потянув Рики за волосы, чтобы тот не пытался вновь поцеловать его. Это легко дает понять кто сегодня главный, и старший делает глубокий вдох, стараясь держать себя в руках. Сону некоторое время пристально смотрит на него, затем ослабляет хватку на волосах, но не отпускает их.       — Хочешь сначала принять душ? Подготовиться?       Пальцами другой руки он проходится по челюсти, пока Рики раздумывает, облизывая губы и приподнимая бровь.       — Ты собираешься меня трахнуть?       — Я определенно не против, — отвечает Сону, не теряя ни секунды. — Тем более что, по-моему, тебе это необходимо.       Итак, сегодня одна из таких ночей, и Рики немного удивлен тем, насколько готов к этому. Может быть, за последние несколько недель он перестарался, но мысль о том, что сегодня вечером его будет трахать Сону, звучит как нельзя лучше. Сону любит, когда его трахает Рики, будь то Рики над ним, вбивая его в матрас, или он сверху, скача на старшем до тех пор, пока тот не переставал понимать, что к чему. Так что смена позиций — редкая возможность для него.       — Тогда я в душ, — кивает Рики.       — Хорошо, — соглашается Сону. — Я принесу тебе одежду, в которой хочу тебя видеть.       Затем он отступает назад, Рики предпринимает попытку прижаться к нему, но его резко дергают за волосы и он делает шаг назад. Сону ворчит на него за непослушание, и он понимает, что поплатится за это позже, но от потери контакта ему становится как-то не по себе. Младший наклоняется и целует его, прежде чем окончательно отпустить из своей цепкой хватки. Рики слегка пошатывается, но быстро берет себя в руки.       Он чувствует руку на своём животе и медленно приходит в себя.       — Эги? — обеспокоенно спрашивает Сону. — Цвет?       Он даже и не заметил, что находится в сабспейсе. Входить в него так легко немного непривычно, ведь чаще всего он слишком беспокоится о комфорте Сону. Даже если оттягивание прядей волос для него обычное дело. Он делает глубокий вдох и выдох, прежде чем ответить. — Зеленый. Не знал, что я так легко переключился.       — Ты будешь в порядке в душе, пока я всё подготовлю? — спрашивает Сону, целуя его в уголок рта.       Рики улыбается и кивает, наклоняясь для очередного поцелуя. Сону хихикает и легонько отталкивает его.       — Иди, подготовься, — говорит он, отворачиваясь с небольшой ухмылкой.       Рики некоторое время любуется удаляющейся фигурой, достаточно долго, чтобы Сону предупреждающе приподнял бровь. Только после этого он отправляется в душ и принимает его быстро, но тщательно, как только может, используя мыло, запах которого больше всего нравится Сону. Выйдя из душа для него уже лежит одежда: нижнее белье, мягкие спортивные штаны, но, как ни странно, нет рубашки. Он с любопытством наклоняет голову вбок, но не задает лишних вопросов.       Он высушивает волосы и одевается, после чего отправляется в гостиную. Сону уже отодвинул журнальный столик и поставил диван так, чтобы обеспечить ему максимальный комфорт: подушка на полу для того, чтобы удобно стоять на коленях и несколько подушек, чтобы немного приподнять младшего и снять лишнее напряжение со спины старшего. Всё таки он собирается стоять на коленях с членом во рту по крайней мере полчаса. А ещё стоит учесть, что их диван достаточно мягкий и имеет тенденцию съедать людей заживо, если они сидят на нем больше десяти минут.       Сону выходит из кухни и ставит на журнальный столик стакан с водой, несколько полотенец и миску с водой. Именно в этот момент он обращает внимание на наручники. Они сделаны из мягкой кожи, настолько мягкой, что не причиняют боли, если только он не прикладывает достаточно усилий. Они широкие и могут плотно удерживать предплечья на месте, а между ними есть место для съемного поводка из кожи. Пожалуй, они лучше всего удерживают Рики в неподвижном состоянии, и от одной мысли об этом у него учащается дыхание.       — Мне кажется, что я выбрал правильные, — говорит Сону. Даже не видя его лица можно понять, что он самодовольно улыбается.       — М-м-м, я так понимаю, именно из-за них мне нельзя надеть рубашку? — поддразнивает Рики, хотя эта мысль заставляет его уже полутвердый член дернуться.       — Может быть, если я сейчас надену на тебя наручники, то потом, когда я наконец захочу тебя трахнуть, пытаться снять рубашку будет слишком хлопотно, — Рики сглатывает вязкую слюну, думая об этом. — И разве я не могу хотеть, чтобы мой полуголый парень стоял передо мной на коленях?       Рики улыбается в ответ и, не удержавшись, притягивает его к себе, соединяя их губы вместе. Сону позволяет, обнимая его за плечи и слегка царапая ногтями голую кожу. Это взывает дрожь по телу и старший понимает, что не сможет притянуть любимого к себе, после того, как на нём будут наручники. Резко вонзив ногти в плечи, Сону отступает назад, и его выражение лица говорит о том, что старший больше не контролирует ситуацию. Он выглядит серьезно, немного игриво, но взгляд, которым он смотрит на Рики — совершенно другой, и это мгновенно разжигает огонь возбуждения в животе старшего.       — Не слишком расслабляйся, тебе придется держать себя в руках около сорока минут. Я могу даже посмотреть вторую серию, если ты будешь отвлекаться или нарушать правила, — предупреждает Сону.       — Ты можешь быть настолько жестоким? — Рики делает самые невинные и обиженные глаза.       — Ты знаешь, что да, — Сону протягивает руку и сжимает Рики за подбородок. На его лице появляется хорошо знакомая дразнящая и язвительная улыбка.       — Сначала встань рядом с ней, чтобы я мог надеть наручники, — Рики дуется, но Сону лишь жестом указывает на подушку и выжидательно изгибает бровь.       Рики подчиняется, с неохотой отходит от него. Он встает у мягкой подушки перед диваном, готовый опуститься на колени, как только прикажет младший. Рики наблюдает краем глаза за тем, как Сону подходит к журнальному столику, где лежат наручники, и берет их в руки. Старший позволяет завести свои руки за спину, мягкая кожа обнимает их и фиксирует на месте. Как только младший отпускает его, он проверяет насколько плотно сидят наручники. Мышцы напрягаются, пока Рики пытается понять, сможет ли он снять их хоть на мгновение.       — Всё хорошо? Не слишком туго? - Сону спрашивает его, когда он наконец успокаивается.       — Да, всё хорошо, просто прекрасно, — он не удерживается от комплимента.       Рука младшего скользит по спине, приходясь по напряженным мышцам, поднимаясь к шее. Пальцы проходятся по утонченной линии шейных сухожилий, а затем по волосам. Он надавливает на кожу головы, отчего Рики закрывает глаза и расслабляется. Но внезапно всё меняется: его возлюбленный берет в руку горсть волос и оттягивает их. Рики ахает и выгибается дугой, на мгновение теряя равновесие, но быстро берет себя в руки. Рука на голове медленно опускает его на колени. Рики благодарен за подушку, которую подложил Сону, потому что опираться коленями на кафельный пол было бы намного больнее. Благодаря этому, он может не отвлекаться ни на что и сосредоточиться на своём парне.       Он опускается вниз, подтягивая ноги под себя, выгибает спину дугой и смотрит на Сону сквозь полуприкрытые глаза, слегка приоткрыв рот и тяжело дыша.       — Сегодня ты такой послушный, — бормочет его возлюбленный, проводя пальцами по обнаженному горлу. — Нечасто мне удается поставить тебя на колени, не доводя до крайности.       — Я хочу быть хорошим для тебя… — Рики тихонько хнычет, снова дуя губки.       — Ты всегда ведешь себя хорошо, любимый, — Сону наклоняется к нему, чтобы подарить успокаивающий поцелуй. — Я люблю, когда мы меняемся местами, не забывай об этом.       После этого он перестает двигаться, и теперь ощущает только хватку на своих волосах. Они ещё несколько раз целуются, наслаждаясь друг другом, несмотря на то, что понемногу у Рики начинает болеть спина. Наконец, Сону отпускает его, убедившись, что он может выпрямиться, и садится на своё место перед ним. Старший хмурится, заметив, что младший всё ещё одет, и его брюки даже не расстегнуты, чтобы он мог достать член.       — Сначала несколько правил, а потом я дам тебе то, что ты так желаешь, хорошо? — Сону хихикает и берет его за подбородок, заставляя посмотреть на себя.       Рики кивает и полностью сосредоточивается на своём парне. — Тебе нельзя кончить прежде, чем я разрешу. Может быть, это и не проблема, но мы не знаем, как сильно это на тебя повлияет, тем более что ты сейчас очень легко погружаешься в сабспейс и выходишь из него.       Рики быстро моргает, понимая, что он прав, и тихонько шепчет «Ой». Сону только улыбается ему в ответ.       — Во-вторых, пока я не скажу иначе, ты можешь глотать только тогда, когда тебе это необходимо. Никакого сосания, облизывания, движения головой или поцелуев.       — В-третьих, ты можешь ерзать или двигать руками, если тебе нужно выплеснуть немного энергии. Но ты не можешь встать с колен, и мой член должен оставаться у тебя во рту, — Сону слышит недовольное ворчание, а затем следует кивок.       Неподвижность не входила в число сильных сторон Рики, так что эта небольшая поблажка немного успокаивает.       — Это все правила. Если в какой-то момент ты захочешь остановиться по какой-либо причине, брось это, — Сону протягивает ему колокольчик, который они использовали раньше.       Если держать его в руке он издает приглушенный щелкающий звук, который трудно расслышать, но если его уронить, особенно на кафельный пол, звук будет громким и отчетливым.       — Ты понял, Рики?       Рики кивает, и Сону ослабляет хватку на его подбородке, чтобы ему было легче говорить.       — Цвет?       — Зелёный, очень зелёный, — отвечает он.       Сону улыбается и наклоняется к нему, и Рики думает, что он снова поцелует его, но это не так. Он просто кладет ему в руку колокольчик. Пользуясь случаем, старший целует плечо и руку младшего, на что тот вздыхает.       — Уже нарушаешь правила.       — Ты не уточнил, что это касается всего тела, — говорит Рики, ухмыляясь.       — Я могу заставить тебя ждать моего члена дольше, если ты собираешься… — Сону закатывает глаза.       — Нет, нет! Я буду хорошим! — Рики уступает, придвигаясь ближе и делает щенячьи глаза, пытаясь извиниться за непослушание.       — Ну вот, ты и получил свою единственную поблажку, — Сону принимает его извинения, вздыхает и щиплет за щёку.       Рики улыбается, облизывая губы и сопротивляясь желанию поцеловать руку, перед тем как младший уберёт её. Сону сразу же накрывает рукой свою эрекцию, отчего у Рики перехватывает дыхание.       — Ты всё ещё хочешь этого? — спрашивает младший.       Он кивает ещё до того, как его парень успевает закончить фразу, и Сону просто снисходительно хмыкает на его нетерпеливость. Он расстегивает молнию на брюках, и сразу становится понятно, что под ними нет нижнего белья. Как долго он вот так ходил? С тех пор как старший пришел домой? С момента принятия душа? В любом случае, Рики прекрасно понимает, как быстро его член твердеет по мере того, как проходит вечер. Сону усмехается, видя ошеломленное выражение лица своего любимого. Он легко вытаскивает свой член и выжидающе смотрит на Рики. Старший облизывает губы и берет в рот его полутвердый член. Он не такой большой, как его, но и не маленький: больше в обхвате, чем в длину. Он достаточно большой, чтобы полностью поместиться в рот Рики и сильно надавить на язык, заставляя простонать.       Он слышит, как Сону тяжело вздыхает над ним, и ему так хочется сделать то, что нравится больше всего: начать сосать по всей длине, провести языком от основания, целовать головку. Но всё это против правил, а Сону очень хорошо умеет наказывать его. Он немного пододвигается, устраиваясь поудобнее, прижимаясь грудью к дивану и используя колени любимого для равновесия. Рука опускается на его волосы, поглаживая мягкие пряди и распутывая некоторые места, оставшиеся после более грубого обращения с ними.       Некоторое время спустя Рики слышит, как включается телевизор, достаточно громко, чтобы он едва мог уловить его. Всё это быстро превращается в белый шум, когда Рики начинает сосредотачиваться на одном: ощущение члена на своём языке. Однако это происходит не сразу, сначала он ерзает, то и дело щелкая звеньями наручников, меняя положение. Один раз он чуть не упускает член Сону изо рта, отчего в панике замирает. В этот момент рука младшего крепко сжимает его волосы, и он тихонько фыркает.       — Тебе нужно устроиться поудобнее, Рики?       Он кивает, чувствуя досаду, что не может оставаться неподвижным. Сону, кажется, знает, что именно может сработать. Его резко хватают за волосы и тянут вперед, пока головка члена не упирается ему в горло, а нос не оказывается прижатым вплотную к паху. Младший держит его так, позволяя ерзать ещё некоторое время. Рики немного задыхается, но спустя некоторое время, похоже, расслабляется. Хватка на волосах ослабла настолько, что он может немного отодвинуть голову, чтобы дышать более-менее нормально, но только совсем чуть-чуть.       — Расслабься, Рики. Твой Сону здесь. Я — всё, на чем тебе сейчас нужно сосредоточиться, — слышит он успокаивающие слова.       Это именно то, что ему нужно. Напряжение начинает понемногу уходить, спускаться вниз по спине, конечности окончательно ослабевают, глаза закрываются, и он прижимается щекой к одному из бедер Сону. Рука в его волосах полностью расслабляется, и теперь его нежно поглаживают по голове. На этот раз он может сосредоточиться только на Сону: на том, как его член то и дело подергивается во рту, на тяжести на языке, почти такой же, как когда Сону берет его за волосы. На игре его пальцев в волосах, на том, как бедро прижимается к щеке или как нога лениво гладит его по бедрам.       Он теряет счёт времени, но это не страшно, ведь у него есть Сону. Всё, что ему нужно делать, это заботиться о члене во рту и ждать когда младший будет готов к большему.       Он не знает, сколько проходит времени, когда Сону привлекает его внимание своим мягким голосом.       — Мой милый, любимый?       Он поднимает на него глаза, на секунду сглотнув и позволив члену снова опуститься в горло. Сону на мгновение жмурится, но сохраняет самообладание и продолжает.       — Вот-вот. Ты так хорошо справляешься.       Улыбка тянется к его губам от похвалы, и он старается лучше сосредоточиться на своем Сону. Младший кладет руку по обе стороны от головы Рики.       — Моё шоу закончилось, и ты вел себя очень хорошо. Настолько хорошо, что я думаю трахнуть тебя в рот.       Рики стонет, внезапно осознавая, как сильно возбужден. Его член почти болезненно дергается в штанах.        — Итак, правило номер два — больше не дей… — начинает Сону, но прерывается на полуслове.       Рики принимается усердно сосать член и ещё один влажный стон вырывается из него, когда Сону подается бедрами вперед. Он слегка поперхнулся, но заставил себя расслабиться, хотя в уголках глаз собрались слёзы, но сейчас ему всё равно. Младший тихонько ругается и начинает вбиваться в его рот, руками удерживая голову на месте, пока гонится за собственным удовольствием. Рики отдается наслаждению без остатка, чередуя сосание и облизывание по всей длине.       Сону держится недолго, но это вызывает у Рики прилив гордости. Знание того, что он может так довести любимого до разрядки оттого, что он так долго оставался возбужденным. То, как младший вскрикивает, когда кончает, прижимая к себе голову Рики и заполняя его рот, лишь сильнее возбуждает. Он быстро сглатывает и лишь немного спермы стекает по подбородку и нижней губе. Он не выпускает изо рта член даже после того, как Сону расслабляется и отпускает его голову, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Он тихонько стонет, глядя на возлюбленного сквозь мокрые ресницы, не зная, стоит ли отпускать член, ведь правило три всё ещё в силе. Младший быстро вынимает члена из его рта, давая Рики наконец глубоко вздохнуть.       — Прости, любимый. У тебя получилось замечательно. Все правила отменены.       Сону целует его щеки, большим пальцем вытирая следы от слез. Он наклоняется вперед, чтобы слизать капельку спермы, стекающую изо рта, а затем страстно целует Рики. Отстранившись, он смотрит на него ещё раз в поисках признаков того, что Рики достиг какого-то предела.       — Ты можешь сказать мне цвет, эги? — спрашивает Сону.       Требуется совсем немного, чтобы Рики снова начал соображать.       — Зеленый, — хрипит он.       — Как твои запястья, руки? Нужно ли снять наручники? — кивнув, Сону снова переводя его в нормальное положение на коленях.       — Всё ещё хочу, чтобы ты меня трахнул, — Рики на мгновение задумывается, а потом качает головой.       — Думаю, нам обоим нужно немного подождать, но я обещаю, что ты получишь то, что хочешь. Ты очень хорошо постарался для меня, так что награда будет как нельзя кстати, — младший тихонько смеется и целует его ещё раз.       Рики улыбается, похвалив себя за это, и выпрямляет спину, хотя, кажется, она вовсе и не затекла. Он всё ещё легко может выгнуться, если нужно. Младший подходит к журнальному столику и берет стакан с водой. Рики слегка ерзает, его член всё ещё болезненно твердый, но он держит себя в руках. Он не собирается разочаровывать Сону. Младший садится рядом с ним, убирая член в штаны и протягивая ему стакан с водой. Рики делает несколько глотков — вода ему очень нужна. Насытившись, он прислоняется к бедру Сону, желая, чтобы его возбуждение хоть немного спало, чтобы он смог дольше продержаться, пока младший не отнесет его в постель.       Сону позволяет ему отдохнуть, но через несколько минут снова встает с дивана.       — Давай отнесем тебя на кровать. Ты хочешь, чтобы наручники остались или?       Рики сразу же кивает. Ему нравится, что они сдерживают его, не дают свободы действий и напоминают, что он сейчас здесь, с Сону, а не в офисе.       — Мне нужно будет немного поменять их положение, но мы их не снимаем, — Сону кивает.       Он помогает Рики подняться на ноги. Его, конечно, пошатывает, но до кровати они добираются без всяких происшествий, и старший со облегчением опускается на бок. Младший тихонько хихикает и тянется к наручникам. Рики вскрикивает от испуга, чувствуя, что Сону начинает расстегивать их.       — Я собираюсь закрепить их на изголовье кровати. Ты хочешь оставить колокольчик или нет? — спрашивает он, сильно шлепая его по бедру.       Медленно покачав головой, Рики отдает колокольчик, после чего позволяет своему парню убрать звено между наручниками. Ему сразу же становится не по себе, и это странно чувство подавляет возбуждение. Сону быстро кладет его на спину и прикрепляет запястья к изголовью кровати, склоняясь над Рики. Он видит, что тот понемногу заметно расслабляется.       — Лучше, Рики?       Он кивает, ластясь к руке, которой Сону гладит его по щеке. Он пристально наблюдает, но Рики лишь с удовольствием прижимается к его ладони. Старший не чувствует, куда движется другая рука, пока она не оказывается на его возбуждении, заставив резко дернуть бедрами вверх и втянуть губами воздух.       — Блять, ну ты и наделал дел, — говорит Сону, глядя на мокрое пятно, которое начало просачиваться сквозь штаны. — Интересно, ты действительно мог кончить только от этого?       — Ещё нет… — Рики хнычет.       — Почему нет? Правила отменены, ты можешь кончить прямо сейчас, если хочешь.       — На твоем члене, хочу с помощью твоего члена, — он качает головой, прикусывая нижнюю губу.       Сону на мгновение выглядит ошеломленным и сглатывает ком в горле, прежде чем наклониться, чтобы снова поцеловать Рики.       — Хорошо, если ты будешь хорошо себя вести и не кончишь, пока я тебя растягиваю, то я позволю тебе кончить с помощью моего члена.       Сону тянется к его штанам и боксерам, быстро стягивает их и позволяет его члену опуститься на живот, а испачканную одежду небрежно отбрасывает в сторону. Он проводит пальцами по головке, и Рики стонет, потому что даже это для него слишком. Сону мягко успокаивает его, а затем раздается тихий щелчок открываемого флакона со смазкой. Старший бросает взгляд в его сторону, но отвлекается, когда младший шлепает его по одной из внутренних сторон бедра. Не сильно, но достаточно, чтобы дать понять, что их нужно раздвинуть.       Рядом с ним шуршит одежда, и он снова смотрит на Сону — тот как можно быстрее раздевается, а затем опускается между его раздвинутых ног. Наклонившись вперед, он дует на член Рики горячим дыханием, отчего его бедра дергаются вверх.       — Не думаю, что ты продержишься дольше моих пальцев, мой милый, — говорит он, приподнимая бровь.       — Нет, я смогу, обещаю, мой Сону… — Рики решительно трясет головой.       Его лепет прерывает поцелуй, мягкий и ободряющий. Сону отстраняется только тогда, когда Рики расслабляется, одной рукой поглаживая его по бедру.       — Я верю тебе, но не жди, что я тебя пощажу. Ты разозлишься, если я это сделаю.       Он бы разозлился, потому что мог держать себя в руках ради Сону. Всегда ради него. Он даже не подозревал, что это может быть фетишем, но после того, как несколько месяцев добивался Сону и прошел через все испытания, он очень хорошо это осознал. Из мыслей его выводит палец, медленно проникающий внутрь. Он слегка приоткрывает рот, издав протяжный стон. На мгновение его руки сжимаются в кулак и надавливают на наручники, удерживающие его на месте — напоминание самому себе о том, что нужно держать себя в руках.       Сону начинает медленно вводить и выводить палец, временами загибая его, пока по позвоночнику старшего проходит волна удовольствия, и он борется с тем, чтобы не выгнуться вверх. Затуманенные глаза фокусируются на младшем, на его лице появляется улыбка, заставившая Рики снова застонать. Второй палец присоединяется к первому, начиная растягивать его, и легкое жжение, взвевает тихое шипение. Ведь несмотря на то, что между ними отношения доминанта и сабмиссива, Рики всё ещё редко бывал снизу.       — Всё в порядке, мне нравится, — говорит он, тяжело дыша, когда Сону ненадолго останавливается.       Сону тихонько смеется, как бы говоря «конечно, тебе нравится», и проникает пальцами глубже. Как будто проверяя, правда ли это утверждение. Рики ничего не может с собой поделать: его спина выгибается дугой, заставляя пальцы проникать глубже, медленно растягивая его. Сону двигает ими внутри и старший пытается расслабиться, чтобы привыкнуть к ним. Третий палец заставляет его прикусить губу, дрожь пробегает по телу, когда они задевают простату, и ему приходится бороться с подступающим оргазмом. Его пальцы ног крепко вцепляются в матрас, когда Сону оставаясь верен своему слову, не дает ему никаких поблажек. Вместо этого пальцы растягивают и давят всеми способами, которые обычно заставляют его быстро кончить.       В конце концов, это становится слишком для него.       — Сону, мой Сону, пожалуйста… Я не могу…       — Мои пальцы или член? — спрашивает Сону. Его пальцы замирают и дают старшему небольшую возможность отдышаться.       — Член, пожалуйста, — умоляет Рики.       — Тогда потерпи ещё немного, ради меня, — и его пальцы снова изгибаются, безжалостно надавливая на его простату.       Он удивленно пищит, переходя от попыток изменить положение к сдерживанию оргазма. Его бедра подрагивают, из него вырываются стоны и он изо всех сил держится за изголовье кровати, пока Сону наконец не вынимает пальцы из него. Он падает обратно на кровать, всё ещё пытаясь отдышаться, его член покраснел и упирается в живот, пока он хоть как-то старается унять возбуждение.       — Рики? — голос Сону пробивается сквозь дымку его сознания, рука убирает со лба потные пряди волос. — Цвет?       В голосе любимого слышится беспокойство, но он настолько возбужден, что может только ответить.       — Зеленый.       Поцелуй, затем Сону, наконец, входит в него, заполняя так, как пальцы никогда не смогли бы. Он знает, почему младшему так нравится меняться местами. Ему самому нравится дарить эти ощущения, но когда это делает Сону всё совсем по другому. Особенно сейчас, когда он возбужден и младший доставляет ему такое удовольствие, которое никто другой не смог бы. Его возлюбленный стонет, и Рики заставляет себя открыть глаза, чтобы посмотреть на него. Вид заставляет его простонать: Сону склонился над ним, приоткрыв рот и нахмурив брови, начиная понемногу двигаться.       Рики прикусывает губу, потому что Сону быстро находит то место, которое заставляет его снова видеть звезды. Проходит совсем немного времени, и он, выгибается дугой, сильно кончая себе на живот. Он сжимается вокруг Сону и тот громко стонет в ответ. Он падает на спину и затихает, отходя от оргазма, наполовину пребывая в эйфории. Но не полностью, потому что Сону всё ещё двигается внутри него, гонясь за собственной разрядкой и Рики начинает ощущать чрезмерную чувствительность после оргазма. Младший входит в него с последним толчком, заставляя открыть рот в немом стоне и вздрогнуть.       Сону удается удержать себя на месте, пока они оба тяжело дышат от нахлынувших чувств. Рики позволяет эйфории полностью захватить себя, наслаждаясь тем, что его мозг, кажется, совершенно не способен думать ни о чем, кроме удовольствия, которое доставил ему Сону. Когда младший, наконец, наклоняется для поцелуя, оба они уже уставшие, поэтому поцелуй получается влажным и нежным. Это всё что на данный момент имеет значение для Рики. Как только они отстраняются друг от друга, Сону с глубоким вздохом собирается с силами и садится, отчего старший испуганно хнычет. Он быстро понимает, что это паническая атака и нежно гладит его.       — Эй, Рики? С тобой всё в порядке? Я пока никуда не собираюсь уходить. Ты можешь вернуться ко мне? Пожалуйста?       Рики несколько раз быстро моргает, затем делает глубокий вдох, на мгновение опираясь на руку.       — Черт… — бормочет он.       — Черт самое приличное слово, — Сону соглашается с ним и снова целует. — Как ты себя чувствуешь?       — Хорошо, очень хорошо, немного болит, но всё ещё… в эйфории, хочу, чтобы ты остался здесь, — признается он, пытаясь вернуть себе нормальную, более внятную речь.       — Я не собираюсь уходить, но твои руки нужно освободить от наручников, и мне стоит привести тебя в порядок. Ты же знаешь, что потом будет хуже, если мы этого не сделаем. Потом ты сможешь обнимать меня, сколько захочешь. Я быстро, обещаю, — уговаривает Сону, всё ещё внимательно наблюдая за ним, убеждаясь, что не слишком торопится.       Рики дуется, но кивает, хныча от неприятного ощущения пустоты, когда Сону выходит из него. Младший аккуратно ползет вверх по кровати к его рукам, освобождая их от наручников и отбрасывая их в сторону. Рики вздрагивает, так как его плечи против изменения положения. Он опускает руки и крутит ими, чтобы немного размять мышцы. Его возлюбленный массирует конечности от плеч вниз к запястьям, осматривая легкие красные следы от наручников, убеждаясь, что они не слишком серьезные. Он достает с прикроватного столика мазь от синяков, медленно втирая её в кожу. Рики только тихонько вздыхает от такого внимания.       Тщательно всё намазав, он откладывает мазь в сторону и поднимает руку, чтобы снова погладить Рики по волосам.       — Ты можешь посидеть и я дам тебе выпить немного воды? Хочешь что-нибудь поесть?       Рики кивает, и через минуту он уже сидит, прислонившись к изголовью и подушкам. Сону быстро вытирает его влажным полотенцем и в какой-то момент, пока Рики устраивается на кровати, он приносит из гостиной сухое полотенце и стакан воды. Старший медленно пьет воду, пока Сону приводит себя в порядок. На секунду его парень немного покачнулся, отчего Рики забеспокоился, но тот лишь улыбается и уходит на кухню. Он приносит небольшую миску с фруктами и стакан воды для себя, а затем снова забирается на кровать.       Вскоре они уже лежат в объятиях друг друга: Рики на горе подушек, а Сону прижимается к его плечу, наслаждаясь фруктами.       — Итак, «согревание» члена — однозначное «да», я так понимаю? — спрашивает Сону.       Это был не совсем вопрос, но Рики всё равно отвечает.       — Я ожидаю, что теперь ты будешь ставить меня на колени перед своим членом гораздо чаще. Возможно, я даже возьму на себя обязанность делать это, пока ты работаешь над школьными заданиями.       — Знаешь, я ведь должен выполнять задания. Не думаю, что я запомнил хоть что-то из шоу. Я был слишком сосредоточен на том, что ты стоял на коленях между моих ног, счастливо находясь в сабспейсе и наслаждаясь моим членом у себя во рту. Это так чертовски сексуально, — отвечает Сону.       — Значит, я хорошо постарался, — Рики радуется, притягивая младшего ближе.       — Да, — Сону поворачивается к нему, в его взгляде прослеживается собственничество. — И я единственный, кто может это видеть.       — Я такой только для тебя, эги, — у Рики перехватывает дыхание, и он кивает в ответ.       Взгляд Сону снова становится любящим, как только он целует старшего, но в нем всё ещё присутствует та собственническая нотка, которую он так редко позволяет себе. А что Рики? Он просто наслаждается каждым кусочком внимания, которое младший дарит ему в любой форме.