Cutting Tears

«Нет, я так больше не могу!» - срывается Серёжа, с силой бросив об стену банку от допитого энергетика. На нём была одна белая большая футболка, которая ни разу не грела его холодное от зимнего воздуха тело... Но Акума говорил не о том, что замерзает. «Он меня не любит...» - одинокая слеза скатывается по бледной щеке, но в ту же секунду грусть сменяется возбуждением - Акума представляет, как его ебëт Кир... Эти ощущения нельзя сравнить ни с чем - ни одна его бывшая не могла сделать то, что делает сплитовый парень... Окно захлопывается - никто не должен слышать эти стоны, а Серёжа падает спиной на кровать и аккуратно вставляет в себя один палец. *** Курсед возвращался с ночной прогулки. Он был не в клубе, нет, с этим он завязал с появлением любимого парня в его жизни. В последнее время Кир даже курит и пьёт мало - Акума доставляет ему вдоволь удовольствия. Зачем же ещё? Настроение у парня было приподнятым до тех пор, пока он не зашёл в квартиру. Тихо, дабы не разбудить брюнета. «А ты, шлюха ебаная, не спишь!» - сквозь зубы процедил сплит, услышав громкие стоны Серёжи, раздававшиеся по всей квартире. Измена. Да, давненько Курсед не плакал. Утерев быстро навернувшиеся слëзы кулаком, Кир быстрым шагом пошёл к спальне. - И с кем ты тут ебëшься? - громко, уже почти рыдая, произнёс сплит, и в тот же момент замолчал, - Какого ху... - Кир? - одновременно с этой фразой Акума громко простонал. - Почему... ты не дождался меня? - А ты бы разве сделал это? - вздохнув и вытащив из себя пальцы, брюнет резко встал с кровати и подошёл к Курседу, - В последнее время мне кажется, что я тебя вообще не возбуждаю... - Да в смысле? Я люблю тебя, Серëж... - Не любишь! И не хочешь! - Акума уже срывался на крик, параллельно подставляя палец к аналу, ведь возбуждение потеряно не было, - Помнишь, мы недавно ходили гулять? Когда мы только собирались, я перед тобой наклонился. У тебя просто не мог не встать, если бы ты меня любил! - в уголках его глаз появились слëзы. Так обидно... Неужели он настолько противен? - Так ты же сам сказал, что две недели без ебли, потому что ты устал и хочешь взять небольшой перерыв от всего... Я сдерживался как мог. Пауза. «Каким надо быть долбоебом, чтобы забыть такое... Какой же я даун, просто выблядок конченный... Сука. Сука. Сука!» - поток мыслей смывал весь гнев брюнета. В это же время он чувствовал возбуждение, поэтому соображать было сложно, но зачем? Зачем думать, если он знает одно, чего он безусловно хочет в этот момент. - А... Точно... - произносит Серёжа со смущëнной улыбкой и после этого замолкает на секунду, - тогда к хуям это всё, трахни меня, прошу... Большая белая футболка, открытые ключицы, стояк, виднеющийся из-под ткани, слëзы, стекающие по лицу и эти слова. Сплит глубоко вздохнул, чувствуя, как внизу живота приятно тянет... Валить и трахать, трахать, трахать, трахать... Но Кир лишь улыбнулся и положил руки на щеки Акумы, вытирая капельки солёной жидкости. Ведь пассив любил длинные прелюдии. Хотя можно ли назвать это прелюдией? Секунда, и их губы соприкоснулись, а Курседа опустился ниже, крепко схватив руками ягодицы брюнета, а указательным пальцем обводя границы его анала. Пассив лишь простонал в поцелуй. Так давно он этого не чувствовал... Сплит закинут ножки Серёжи себе на бёдра и положил его на кровать. - Считаем, что ты уже растянут? - небольшая ухмылка, и Кир засовывает руки под футболку парня, поглаживая его тело. - Я вставлял три... - И как ощущения? - Твой член лучше, - Акума смущённо улыбнулся, отведя взгляд в сторону. И снова Курсед целует брюнета, проводит языком по зубам и нëбу. Казалось, уже от этого Серёжа готов кончить... Всë, чего хотелось парню сейчас - почувствовать возлюбленного внутри себя и стонать. Стонать его имя так, чтобы было слышно на улице. Каждому прохожему, каждому человеку в наушниках и каждой полуглухой бабке на скамейке. И вот сейчас Акума снова издаёт до безумия громкий стон, когда Кир припадает губами к его груди. - Твой голос... Не парень, а мечта, - выдыхает сплит. В его голосе появилась хрипотца, что ещё больше возбуждало брюнета, - Ну что, готов? - Уже давно... Давай, давай, давай! И Курсед не заставляет себя ждать. Ему безумно жарко, и он стягивает с себя худак, а затем и штаны с боксёрами. - Хотя знаешь... Встань на секундочку. Серёжа встаёт, пошатываясь, и недовольно мычит, пока Кир ложится на кровать, подкладывая под голову подушку. - Садись. Молчаливое согласие - с Киром брюнету будет приятна любая поза. Рывок вперёд, и вот уже Акума сидит сверху, начиная довольно быстро двигать бёдрами, после чего сплит кладёт руки ему на ягодицы и сжимает их, выбивая очередной стон... Они снова целуются. Буря эмоций - возбуждение, страсть, любовь и ещё что-то, что просто не описать словами... Всë это Серёжа показывает ртом, с помощью громких криков наслаждения. Такое он ощущал где-то полторы недели назад, поэтому это чувство будто новое, более яркое и глубокое. Удар по ягодицам, темп увеличивается, и вот уже брюнет слышит тихие стоны от Кира. Ему нравится... Первый продолжает насаживаться на его член, почти по самые яйца. Это, естественно, приносило некий дискомфорт, но любую боль сейчас заглушали до одури приятные ощущения. Смотря на Акуму, который снова закатывает глаза от удовольствия, Курсед лишь мило улыбается, притягивая его к себе за талию. Поняв то, что Серëже неудобно и темп снизился, он снова хватает его ягодицы, помогая им насаживаться на свой член, а первый же прижимается к Киру и обвивает руками его шею. - Я так тебя люблю... - мечтательно произносит сплит, зарываясь носом в волосы брюнета, - ты просто лучший, слышишь? На эти слова Акума довольно улыбается, уткнувшись в плечо Курседа: «Я тебя тоже»... Вместе с этой фразой он кончает, издавая самый громкий свой стон. Казалось, что ещё чуть-чуть, и он бы сорвал голос... Кир же делает ещё несколько толчков и тоже изливается, но внутрь брюнета. - Блять... Почему внутрь? - Серëжа встаёт и подбирает пальцем сперму, стекающую по бедру, - мне теперь себя чистить... - он облизывает палец, чувствуя на языке солоноватый привкус. От этой картины сплит снова ощутил свой стояк, и поэтому решился на такие слова... - Хочешь, я тебя почищу? - Акума недоумëнно смотрит на сплита, пытаясь понять, шутит он или нет. Затем он переводит взгляд на свой член - он всё ещё стоит, ведь ему мало... По-видимому, несмотря на всю пошлость этих слов, Курсед был настроен серьёзно, а Серëжа... А Серëжа не собирался обламывать себе весь кайф. - Ну если уж такие предложения... Давай, - пальцем он проводит линию от бедра сплита до шеи, от чего тот приподнимает голову и закрывает глаза. - Тогда разворачивайся, - Кир снимает с руки резинку и завязывает волосы, пока брюнет выполняет то, что сказал первый, - чуть-чуть поближе... Наконец, поза стала удобной для обоих. Акума кладёт голову в паховую область сплита и прижимается щекой к его члену. От этого по телу Курседа проходит возбуждённая дрожь, и он решает не медлить. Язык Кира проникает в анал возлюбленного, заставляя последнего громко простонать и раздвинуть ножки пошире. Сплит всё же не забывает изначальную цель сего действа, и поэтому усердно вылизывает дырочку парня, изредка глотая свою же сперму. В это время Серёжа приподнимает голову и вбирает в рот головку члена Курседа, дрожа и пытаясь не упасть от возбуждения. Руки Кира хватают половинки брюнета, раздвигая их максимально широко, и вот его язык почти полностью внутри, а губы касаются плоти Акумы... Собрав всю свою силу и всё желание сделать возлюбленному приятно, дабы не рухнуть на тело сплита, Серëжа стонет с членом во рту и начинает двигать головой, полностью отдаваясь эмоциям. Курсед лишь впивается в дырочку брюнета, выбивая из того всё больше и больше таких громких стонов... Вскоре Акума кончает, крича так же громко, как и при первом оргазме, и от этого звука в голову Кира приливают все возможные положительные эмоции. Он тоже изливается, и Серëжа послушно глотает всю его сперму. - Ну что, ты удовлетворëн? - спрашивает Курсед, когда они лежат в кровати уже одетые. - Более чем. В следующий раз не сдерживай себя, просто... Спрашивай, - слегка задумчиво произносит брюнет. - Хорошо, - смеётся Кир и резко целует Акуму в губы, обхватывая руками его спину.