Song of the Dragon Queen / Песнь драконьей королевы

«Гребаная правильная девчонка». Деймон не мог поверить своей неудаче. Он долгое время наблюдал за своими племянницами, подмечал малейшие изменения, внимательно выслушивал их, старался уловить каждую эмоцию во взгляде; да, он признавал, что испытывал к Нире и Лейе далеко не родственные чувства, что, впрочем, не было ничем удивительным в семье драконов, но что это было — любовь или одержимость? Ох, как же он был рад услышать новость о расцвете, тогда он посчитал, что вот он, прекрасный шанс получить своё. Но стоило ли идти к Визерису, просить руки его младшей дочери? Конечно же, нет! Брат никогда не отдаст за него ни одну из дочерей и не разорвёт его брак с Бронзовой сукой, но если он предъявил бы на них законные права первенства, тогда бы никто на смел сказать и слова. Всё было как нельзя проще: соблазнить сестёр, стать первым и последним, кого они познали и вот — Визерис согласен на брак, чтобы спасти честь своих милых дочерей. Но нет, Лейя воспротивилась, помешала всему. Он заметил, как она смотрит на него, пытается привлечь внимание самыми простыми способами, хотя иногда, стоит отметить, ей было неловко, но у него не было сомнений — она любит его, Деймона Таргариена, своего дядюшку. Что же помешало? Ебучее воспитание кузины Эйммы! Поначалу он ликовал: когда она, не споря, присела рядом с ним, прижалась ближе, находясь в его крепких объятиях, ответила на поцелуй, но резко всё переменилось, теперь, вместо той, кто любила его, сгорала от желания получить взаимность, перед ним была раздражительно правильная септа! Несносная Лейя всё испортила! Она отвергла его, угрожала убить себя, если не оставит её в покое. И что же он сделал, увидев в подтверждение её слов тонкую струйку крови, стекаюшую по её шее? Ушёл, бросил её в лесу одну, как она того хотела. И стоило ли ему переживать о том, что она кому-то посмеет рассказать о произошедшем? Нет, Деймон понял это после её слов о тётке Сейре. Валейна сделает всё, но не прослывет на все Семь Королевств принцессой-шлюхой. Когда он въехал на территорию Красного замка, Деймон перекинул ногу, спрыгнул на землю с коня и, потрепав скакуна по тёмной гриве, отдал поводья конюху, хотя было бы справедливо назвать его учеником конюха в силу его возраста и неуверенности в действиях. Право слово, он запутался куда идти! Он желал вернуться в свои покои и смыть сию секунду с себя этот цветочный запах. Её запах. — Принц, подождите! — мужчина раздраженно втянул воздух через нос. Деймон резко обернулся, ему хватило сделать несколько шагов, чтобы подойти к хранителю принцессы, и теперь они стояли, прожигая друг друга глазами, — Ваша светлость, почему принцесса не прибыла с вами? «Окхарт!». Что ж, вполне ожидаемо. Трев с должным беспокойством оглядел брата государя с ног до головы, после чего хрипло произнес: «Пекло!», заметив помятый плащ принца и отсутствие кинжала в ножнах. Он ещё несколько секунд выжидающе смотрел на Деймона, но тот лишь усмехнулся, наблюдая за обеспокоенным Окхартом и уже понимал, какие мысли крутились в его голове. Наверняка о том, что не стоило оставлять Лейю наедине с Порочным принцем, зная его нрав, о том, что нужно было остаться, притаиться в густых зарослях, чтобы прийти на помощь в нужный момент или о том, что напрасно он послушал свою госпожу, оставив её наедине с этим монстром. — Наверняка, решила прогуляться, — безразлично произнес Деймон, пожав плечами, — Вы же должны были охранять её, а не я. Трев поменялся в лице, теперь он пребывал в гневе. — Вы остались с ней... — Обычная беседа, — непринуждённо бросил Таргариен. — Наедине, — закончил рыцарь, — Если с принцессой что-то произойдёт, вы ответите перед королем. Всадник Караксеса рассмеялся. — Перед королем? — он изогнул бровь, — За обычную прогулку двух родственников? — один уголок его губ приподнялся вверх, — Просто принцесса решила продолжить прогулку одна. А вот и она. Высокие ворота вновь расплылись, привлекая к себе внимание слуг, на некоторое время застывших на месте и пораженно смотрящих вперёд себя. Возвращение Лейи с охоты не было ничем удивительным, но всех озадачил её внешний вид: вместо тугой прически, к которой приложили немало труда служанки, серебряные волосы небрежно спадающие на одно плечо, полностью прикрывая шею, кожаная туника выглядит немного, незначительно помятой в полах, начищенные до блеска носки сапогов - в пыли. Сир Окхарт быстрым шагом подходит к Лейе, собираясь позвать одного из слуг со монтуаром, но девушка успевает спрыгнуть быстрее и спешит удалиться в свои покои, не проронив ни слова, тогда как хранитель отдаёт краткие поручения и следует за ней. Сребровласая чувствует на себя заинтересованные взгляды крестьянских выходцев и один прожигающий её насквозь; одна половина её хочет остановиться, но другая кричит продолжать путь, не оглядываться. И Лейя не оборачивается, прекрасно зная, что каждым шагом растаптывает все мечты, связанные с Деймоном. — Ваша светлость, — хрипло произносит хранитель, но сребровласая игнорирует, подавляя в себе всхлип и мысленно в очередной раз проклиная себя за наивность. Она медленно идёт по коридорам, стараясь не обращать внимание на склоняющихся перед ней лордов и леди, думая про себя лишь о том, что хотела бы сейчас оказаться где-нибудь далеко отсюда. Подальше от Деймона. — Ваша светлость! — воскликнул Окхарт, входя в королевские покои следом за принцессой. Трев закрыл дверь и подошёл к Лейе, опустившейся на кушетку и крепко сжавшей её края. — Все в порядке, сир Окхарт, вы можете идти, — опустив голову, стараясь не смотреть на стражника. — Вы уверены? — мужчина опустился перед ней на колени, из-за чего Валейне стало неловко: она поджала губы и вскинула взгляд вверх, надеясь на этот раз не пересечься с ним взглядом, — Вы взволнованны. — Вовсе нет, — покачала головой сребровласая. — Ваша Величество, я приставлен к вам с того момента, как ваш отец был назван наследником, и моя обязанность — охранять и следить за вами, — серьёзным тоном заявил Трев, — Я долгие годы выполнял её, и я могу сказать, что вы сейчас чувствуете, — мужчина внимательно посмотрел на неё, — И сейчас я с уверенностью могу заявить, что вы расстроены и в тоже время взволнованы, принцесса. Лейя обречено кивнула, поняв, что отрицать сей факт бесполезно. — Хорошо, тогда ответьте на ещё один вопрос, — Трев коснулся её трясущихся рук и накрыл их своими, — Принц Деймон что-то вам сделал? В следующие мгновения в покоях раздался всхлип, затем ещё один, и Лейя закрыла рот рукой, стараясь быть как можно тише. Трев, стоящий перед ней на коленях, поднялся и кивнул, принимая молчаливый ответ за «да», и вновь внимательно осмотрел принцессу. — Разрешите? Окхарт перекинул серебряную копну волос ей за спину и увидел маленькую ранку, покрытую засохшей кровью. Он взял шкатулку с духами, стоящую на столике, выбрал одну из бутылочек, открыл и вдохнул запах, а после протянул Таргариен, которая непонимающе посмотрела на него. — Простая царапина, вероятнее всего, шрама не будет, — пояснил Трев, — Смойте кровь как можно быстрее и нанесите несколько капель этих духов: аромата у них практически нет, но обработать рану получится. Валейна покрутила бутылочку в своих руках и тихо прошептала: — Спасибо, сир Окхарт, — едва уловив его слабую улыбку, она также улыбнулась. В пекло Деймона.

***

Вечно молчиливые стражники распахнули высокие двери тронного зала, впуская слегка покачивающегося на ногах всадника Караксеса, решившего перед походом к брату пригубить арборского золотого; они с полным безразличием смотрели на него, принимая к сведению тот факт, что принц крепче сжал рукоять меча, а значит нужно быть наготове. Мужчина устремил свой взгляд на брата: Визерис гордо воседал на Железном троне, крепко держал в руках Тёмное пламя и с особым презрением взирал на Деймона, которому, к слову, насмешливо усмехнулся. — Ты просто вылитый Завоеватель, братец! — не смог удержать от насмешки Таргариен, подходя ближе к трону. Но Визерису было не до глупых шуток, он смотрел на него сверху вниз, прожигая взглядом. — Ты сказал это? — Я не понимаю, что ты имеешь ввиду, — стараясь сделать более непроницаемое лицо, ответил Деймон. Нет, его скромная племянница не могла рассказать отцу о случившемся, как и не могла сказать про все те слова, прозвучавшие в лесу, когда она, как птица в клетке, пыталась вырваться из его объятий. — Обращайся ко мне «ваша милость» или я велю гвардейцам отрезать тебе язык, — твердо заявил сын Бейлона, — «Принц на день», так ты сказал? — уточнил король. «Не сказала. Как умная девочка!» — про себя он вновь ухмыльнулся, но на деле оставался непоколебим. — Все мы скорбим по-своему, ваша милость, — о, нет, он не скорбил по дохлому мальчишке, единственной, кто заслуживает скорби, была его прекрасная кузина Эймма, умершая от ножа мейстера по приказу своего мужа; нет, смерть маленького принца была ему на руку, теперь у него были все шансы стать королем. Визерис сильнее сжал рукоять меча, прежде чем заговорить. — Моя семья была разрушена, но вместо того, чтобы быть со мной и девочками... — «Точно не сказала», — Ты праздновал свое возвышение! — голос государя сорвался на крик, — Смеялся со своими шлюхами и лизоблюдами! Я твой единственный союзник при дворе! И я всегда защищал тебя! Но всё, что я тебе давал, ты швырял мне в лицо! — Ты вечно пытался отослать меня: в Долину, в городскую стражу, куда угодно, лишь бы не приближать к себе! — возразил Таргариен, — Десять лет ты сидишь на троне и ни разу не предложил мне пост десницы! — Зачем мне это?! — недоверчиво переспросил король. — Затем, что я твой брат, — гневно выпалил Деймон, — А кровь дракона не водица. — Зачем же ты так ранишь меня? — наклонившись вперёд поинтересовался мужчина. — Затем, что я всегда говорил правду. Я вижу, кто такой Отто Хайтауэр... — Мой верный десница... — Мразь! — прошипел, сжимая челюсти всадник дракона, — Второй сын, имеющий лишь то, что сам прихватит. Визерис отрицательно покачал головой. — Отто благороднее, чем ты, мой брат, мог бы быть. — Он не защитит тебя, как могу я... — От чего? — первал его Таргариен. «Глупец». — От тебя, — король вопросительно посмотрел на него, но не перебивал, жаждая услышать продолжение, — Ты слаб, Визерис. И твой совет пиявок это знает, все они используют тебя. Правитель разочарованно вздохнул и откинулся на спинку трона, все также прожигая непутевого братца глазами: — Я назначу наследника. — И это я, — самонадеянно заявил Деймон. — Уже нет, — внук Джейхейрис с нескрываемым наслаждением наблюдал за тем, как улыбка медленно исчезает с лица брата, — Ты немедленно отправишься в Рунный камень, к жене. Без каких-либо возражений! По приказу твоего короля. Обозленно посмотрев на брата, мужчина шагнул вперёд, намереваясь подойти, но стражники, стоящие по бокам, перегородили ему путь. «Вот значит как...» — Ваша милость, — развернувшись, Деймон, не теряя ни секунды, направился к выходу. Король раздраженно ударил по подлокотнику трона левой рукой и поднес её ко лбу, стирая выступивший пот, но тут же резко убрал, внимательно рассматривая свои пальцы, в которых ощушалось легкое покалывание. — Пекло, — еле слышно прошептал Визерис, оглядывая травмированый палец, по которому уже струилась драконья кровь.

***

Тихий, но искренний смех разнесся по просторным покоям мастера над кораблями, в которые вновь вернулась хозяйка — Алисанна, добрая королева выделила данные покои чете Веларион сразу после свадьбы на постоянное пользование — и дети, пусть уже взрослые, переглянулись и слегка улыбнулись, чувствуя некоторую неловкость, ощущая недостаток опыта в беседах о политике, тогда как отец, удоволетворенный реакцией жены, кивнул и пригубил вина. Рейнис забрала из рук молоденькой служанки кубок и прошла к свободному креслу, присаживаясь напротив супруга, и внимательно посмотрела на детей, а после ожидающе - на Корлиса. Тот оглянулся назад. — Оставьте нас, —коротко бросил лорд Приливов слугам. Те быстро поспешили удалиться, прихватив с собой свои атрибуты. Последним собирался уходить виночерпий, но внучка Джейхейриса воскликнула: — Мальчик! — юноша оглянулся, — Оставь вино, — тот кивнул, поставил кувшин на столик и последовал за остальными, — Боги, как юн! И никто не объяснил ему прелести вечернего вина... Лейна тихо хихикнула, переводя взгляд на мать. — О чём вы хотели поговорить, отец? Матушка? — более серьёзно спросила девушка. Корлис улыбнулся, смотря на жену, а та в ответ положительно кивнула, позволяя всё рассказать. — В связи с последними событиями, нашей семье следовало бы укрепить наши позиции, — начал издалека Веларион, — Как вы знаете, у Его Величества есть только две дочери и брат, именно они наследники в первой очереди на Железный трон, но если положение Деймона шаткое, то у ваших кузин многообещающие... Лейнор, нахмурившись, наклонил голову в сторону. События в семье короля и разговоры об укреплении позиций семьи можно было связать только... — Брак, — прервал его сын, — Ты говоришь о том, что я должен жениться на одной из кузин? Рейнис гордо улыбнулась. Да, её мальчик был умен! Лейнор же сохранял спокойствие, не испытывая особого энтузиазма, но и не возражал против затеи родителей. — Это... Рейнира? — предположил всадник Морского змея; данный вариант ему казался логичным. Корлис усмехнулся и отрицательно покачал головой: — Валейна, — и поспешила объяснить их выбор, — Она созрела, значит с позволения верховного септона вас смогут быстро поженить, и уже примерно через... Год-два, максимум три? — Я думаю маленькие морские дракончики нас не заставят долго ждать, — улыбнулась Рейнис, отпив вина, — Ах, Дрифтмарк снова наполнится детским смехом и топотом маленьких ножек, за которыми будет бежать целая вереница уставших и падающих с ног нянек! — мать и дочь рассмеялись. По воспоминаниям внучки Джейхейриса именно так и проходили первые несколько лет жизни её славных детей. Лейна посмотрела на брата. Он наследник, и вполне ожидаемо, что родители решат женить его в скором времени для продолжения рода: для отца важно, чтобы ни один из его племянников-мерзавцев не получил его владения. — Лейя... согласна? — запнувшись спросил Лейнор. — Завтра у тебя будет шанс спросить у неё лично, — ответил отец, — Пригласи её на утреннюю прогулку. Лейнор согласно кивнул. «Мне стоит поговорить с Лейей».

***

— Впусти. Со скрипом двери Визерис убрал инструменты в сторону, закончив с работой с каменным макетом, и, поднявшись со своего места, устремил взгляд на дверь, открывшуюся не без помощи стражников. В дверях, быстро разглаживая темно-фиолетовую ткань своего простого платья с прибавляющими ещё больше легкости и простоты полупрозрачными белыми рукавами камизы, показалась младшая принцесса, несмело перешагнувшая через порог и прошедшая внутрь. Она неловко мельком посмотрела на отца, прежде чем опустить голову, и, быстро скрепив руки в замок, присела в легком поклоне, в ответ пришёлся практически незаметный кивок. — Присаживайся, — его голос звучал хрипло, как никогда. Сребровласая поджала губы. За прошедшие дни после смерти матери он ни разу не заговорил с ней и Нирой, закрывшись в своих покоях, предаваясь трауру, поэтому даже за такую сухую беседу она была готова благодарить Богов. «Лучше, чем ничего». Принцесса опустилась по левую сторону от отца, и они начали трапезу. Король молчал упорно, старался не смотреть в сторону младшего ребёнка, как и сама Валейна, чувствуя некомфортность в полной тишине, давящей на разум. Лишь иногда они поглядывали друг на друга, а если сталкивались взглядами, то тут же отводили в сторону или на тарелки с едой. У обоих были причины. Визерис не мог себе позволить смотреть на дочь, видя в ней почившую Эймму, ту, которую он убил зря — ради сына, пережившего её всего на несколько секунд: каждый во дворце знает, что королева умерла от разреза живота, повлекшего за собой большую кровопотерю. И каждый знает, что это он дал мейстерам разрешение на убийство, по другому он не мог назвать это. Тогда как Лейя чувствовала перед отцом стыд и молилась, чтобы он не прознал о грязной затее Деймона, ведь если узнает... «Нет-нет, никто не узнает об этом», — пыталась убедить саму себя сребровласая, откусывая немного горячей пшеничной лепёшки. «Невозможно», — подумалось ей. — Олень, — задумчиво произнес король, глотая кусок сочного мяса. Лейя поднимает на него глаза и кивает. — Ты была на охоте? — их сапфировые взгляды встречаются. «И хочу это забыть», — хочется ответить Валейне, но она только соглашается: — Да, мне нужно было отвлечься от... — и снова тишина. Сребровласая, прикусив нижнюю губу, перевела взгляд на макет Старой Валирии, и слегка улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям, наклонив голову на бок: — Когда я была маленькой, я любила прибегать к тебе и прятаться... — она встала из-за стола и сделала шаг вперёд, прежде чем указать на небольшое свободное местечко за проектом, —... Вон там. За её спиной раздался тихий скрип и Визерис вышел из-за стола, и подошёл к дочери, оставаясь за её спиной, сложив руки за спину. Конечно, он помнил, как часто к нему прибегала младшая дочь, прося не выдавать её септе Марлоу, и пряталась так, что за каменным макетом не найти, и всё же очень скоро она возвращалась на занятия — он или Эймма вытаскивали маленькую Лейю и отправляли на учёбу. И все же с годами принцесса перестала сбегать с уроков, начав прилежно учиться, но увлеклась воинским искусством и охотой. — Ты либо сворачивалась калачиком, либо пыталась залезть под стол, но боялась зацепить макет, и делала все медленно и аккуратно. Один раз ты попросила меня помочь тебе, — она услышала, как мужчина улыбнулся, — В тот день на тебе было желтое платье, оно путалось в ногах, ты спотыкалась и злобно пыхтела не сумев управиться с юбкой. Лейя рассмеялась, прикрыв рот рукой, представив маленькую девчушку пяти лет, обиженно фыркающую на свой милый наряд. — У меня ещё были... косы? — неуверенно спросила девушка. — Если так можно назвать растрепанные серебряные волосы, качающиеся из сторону в сторону, вызывая у служанок ужасающие мысли о предстоящей работе, — ответил Визерис, — Продолжим? — Валейна оборачивается и, смотря на протянутую руку, утвердительно кивает, принимая ту, и они возвращаются к столу. Теперь беседа идёт более оживленно, и король, и принцесса стараются больше не заводить разговоров о недавно упокоившейся Эймме. Лейя снова улыбается, когда от двери разносится стук, прежде чем их покой нарушает слуга, держащий в руках приглашение. Она непонимающе смотрит на него, когда тот подходит к ней и передаёт записку сребровласой, что тут же распечатывает конверт и пытается внимательно вникнуть в написанное. — Что-то не так? — вытягивается вперёд Визерис, видя задумчивый вид дочки. Лейя поднимает глаза и отрицательно качает головой. — Нет, — и спешит уточнить, — Лейнор приглашает меня на прогулку. Мужчина тянется к вину, стараясь скрыть свое недовольство: ему не нравилось, что к его маленькой дочери уже поступают письма от воздыхателей, которые, без всякого сомнения, не прочь породниться с домом дракона. — Он приглашает меня завтра на прогулку в саду, — добавляет принцесса, а после откладывает записку в сторону, вновь возвращаясь к еде. Она лениво перебивает овощи в тарелке, не поднимая глаз на отца, — Я все понимаю, папа, — Лейя чувствует на себе его взгляд, — Лейнор — хороший вариант для меня, а дом Веларион — один из самых сильных и приближенных к трону домов, и я пойму если... — Лейя, — прерывает дочь Визерис, заставив ту посмотреть на него, — Я не планирую так скоро выдавать тебя замуж. «Не планирует?» — удивилась драконья всадница. Ей казалось, что отец рассмотрит все выгодные предложения от лордов Семи Королевств, и выдаст её за самого подходящего, коим она считала Лейнора, но... «Может это из-за матушки?» — Эймму обручили с Визерисом, когда той было всего одиннадцать, а по достижению брачного возраста и первой беременности, не очень крепкая, как и мать, Дейлла Таргариен, постепенно лишилась здоровья, и, скорее всего, отец просто не хочет ей такую же судьбу. — Вам стоит... присмотреться друг к другу, найти общий язык, — старался подобрать правильные слова король. Лейя согласно кивнула. — Я понимаю, но я знаю, что произойдёт, когда замок сбросит траур, и хочу иметь и выбор в вопросе замужества, и твоё благословение, — ответила принцесса, — Я исполню свой долг. Таргариен кивнул. — Вот бы все понимали свой долг, — и разочарованно вздохнул, — Деймон удалится от двора и отправится в Рунный камень, — решил сообщить мужчина, однако вместо разочарование на юном лице он увидел равнодушие. Ей все равно. «Так будет лучше...» Их тайна не должна выйти наружу.