Can you kill me?

⁠♡ Вновь. Удущающая вонь приближалась. Обвалакивала, давая понять, что Чудовище не отстает, все еще идет по пятам. Парень спотыкается об парковую скамейку. Видимо пару часов назад до наступления темноты, какие-то мальчишки, случайно сдвинули ее, скорее всего спеша домой, чтобы не нарушать комендантский час и не обратили на это никакого внимания. Скамейка сдвинулась лишь на пару сантиметров, но это хватило для того, чтобы она повалилась на спинку и теперь само сиденье лишь на пару сантиметров возвышалось над травой, будучи в приподнятом состояние, зеленая скамейка в лунной свете становилась практически невидимой. Край сиденья ударил по голени, вызывая за собой волну боли в ноге, земля ушла из-под ног юноши и он повалился на траву. Оглянувшись, он увидел, что Тварь бежит к нему, белые словно яичные белки глаза, сверкают во тьме не добрым огоньком, с открытой пасти Чудовища капает слюна, а из приоткрытой пасти виднеются белые зубы, даже отсюда кажущиеся острыми как бритва. Парень издает звук, похожий на крик, но сдавленный и слабый, и видимо никакого другого звука он издать не мог. Теперь он полз. Пальцы вдавливались в землю. Страх близийщайся смерти сдавливао грудь. За секунду до того, как провонявшие гнилой плотью грубые руки монстра сомунуться на его шее, юноше в голову пришла успокаивающая мысль. « — Это сон, всего лишь страшный сон. На самом деле нет никакой твари. Нет никакого обортня, которого я так боялся в детстве, а даже если и есть, то разве что в том фильме. Это всего лишь сон. Я проснусь у себя в кровати и все.» А потом руки твари сомкнулись на его шее и его хриплые крики затихли. Когда Чудовище поднимало его, когти которыми заканчивались пальцы, впились в кожу, оставляя на на шее кровавые следы. Испуганный взгляд мальчишки, сейчас особенно оботсренный страхом замечает абсолютно все, словно специально еще сильнее пугая парня острыми зубыми, пастью, телом покрытое жесткой черной шерстью сейчас стоящей дыбом, мохнатыми рукими, что с силой сжимали его шею. Тварь схавитвшая его была похожа на человека, в ней было что-то родное, такое знакомое, но что в нем могло быть знакомо? Мозг наотрез отказывался работать, его заполонил животный страх, когти сильнее впиваются в шею, тварь наклоняет и его вновь охватывает удущающая вонь смерти. Вдруг, в последнюю секунду, до него доходит осознание того, кто же стоит перед ним. — Ты. нет, это не можешь быть ты. — прохрипел бноша, но облака сизого забытия окутовало его со всех сторон. Оно его убивало. Оно был не тем каким знал его парень. Оно вонзало когти в мягкую плоть его шеи, когда из сонной артерии брызнула горячая кровь, руки парнишки тянулись к морде твари, некогда имевшее другое обличие. И упали, лишь тогда, когда монстр с животным удовлетворением, с типичным звуком «хрясь» и «швяк» оторвало мальчику голову. И едва образ Оно в глазах мальчишки начал таять, каким оо был для него, тварь начала меняться. Пак Чимин умер поздним вечером, двадцать первого мая за две недели до финальной битвы, так и не вернувшись домой к младшему брату оставшись для него лишь старшим вредным братом, который так и не выполнил своего обещания науить его кататься на велосипеде.