Любовь на пилоне

             Казалось бы, пятница — конец рабочей недели. Впереди выходные, предвещающие прекрасное настроение и отдых. Однако, когда тебе настроение пускают по одному месту, желание к какому-либо веселью пропадает. Шеф излил на персонал весь гнев, имеющийся при нём, хотя особой причины-то и не было. Каждый получил свою долю упрёков и выговоров, из-за чего многообещающий день превратился в то ещё дерьмо. Его коллеги уже в сотый раз зарекались, что больше не станут терпеть подобные психи начальства и найдут другую работу с более достойной зарплатой. Ведь мало того, что этот хмырь их за пустое место держал, так ещё и выручка — курам на смех.       Все работники вкалывали как проклятые, днями напролёт пропадали в бумагах и бесчисленных количествах текстов. И когда наступали выходные, желали просто спокойно пойти домой на эти два несчастных дня и забыться. Представить, что не существует их шефа, работы и бесконечной ругани за «просто так». Они мечтали о хорошей жизни с возлюбленным рядышком. С тем, кто бы поддержал и утешил. С тем, кто бы просто любил и отдавал этому чувству всего себя без причины, просто так. За успехи, за провалы — за всё.

***

      Чонгук вернулся домой весь на нервах. Тёплая вода душа успокаивала. Он, прикрыв глаза, наслаждался тем, как маленькие капельки скользили по телу. Они ласкали, окутывали теплотой и нежностью.       Чонгук вышел из душа с новым приливом сил. Он был зол на шефа, однако, с другой стороны, плевать хотел на него. Не срываться же теперь на всех и не портить себе настроение! Чонгук долго смотрел в зеркало на своё отражение, подмечая, как хаотично мокрые чёрные волосы были разбросаны на голове. Нельзя было отрицать того, что он был прекрасен, умён и способен на многое. Чонгук восхищался своим телом, ведь много сил и стараний ушло на то, чтобы привести его к желаемому результату. Сейчас оно было безупречным и достойным внимания.       Его самолюбование прервал телефонный звонок. В одном полотенце на бёдрах Чонгук направился в спальню к прикроватной тумбочке и, взяв в руки телефон, ответил другу:       — Что такое, Чимин?       — Ты сегодня с нами? Юнги уже забронировал столик в клубе.       — Ой, даже не знаю… Я весь на нервах, боюсь вспылить и испортить всем веселье, — ответил Чонгук, грузно вздыхая, вновь вспоминая недавние события.       — Да брось ты! Давай к нам, мы быстро поднимем тебе настроение, — утешая, весело отозвался Чимин. — Найдём тебе омегу, развлечёшься и забудешь о плохом.       — Я подумаю, — буркнул он и сбросил вызов.       Чонгук долго стоял посреди комнаты и размышлял обо всём. Стоит ли идти и сеять негатив своей кислой миной? Или, может, лучше остаться дома и не искать приключений на задницу?       — Будь что будет. Пойду я, — произнёс он вслух, обращаясь к своему отражению в зеркале.       Жизнь одна, и он не станет тратить её на всяких хмырей. Лучше проживёт её, кайфуя от всего хорошего. Родные его любят, друзья ждут, не хватает только возлюбленного рядом.       Чонгук часто наблюдал за тем, как Чимин и Юнги дорожили друг другом, и хотел, чтобы у него было также. Он хотел познать ту сладость прекрасных чувств, подарить всего себя тому, кто где-то в этом большом мире мечтал именно о нём, — о сильном альфе, который станет для омеги опорой. Будет защитой, самым дорогим и самым ценным человеком.       Чонгук зашёл в гардеробную. Почему-то именно сегодня ему хотелось выбрать самый прекрасный наряд и выглядеть сногсшибательно. Поэтому он надел чёрно-красную рубашку и чёрные брюки, после этого обул чёрные ботинки и нацепил несколько колец на пальцы. На шею повесил небольшую цепочку, а на уши — длинные серёжки.       — Я готов. — Чонгук закрутил пирсинг на нижнюю губу и направился к выходу.       Машину он брать не стал. В его планах было хорошенько напиться и вышвырнуть из головы всё плохое. Чонгук не знал, куда ноги заведут его сегодня, но был готов ко всему, поэтому глубоко вздохнул и направился вперёд. Медленным шагом он огибал один проспект за другим, наблюдая за ночным движением на дорогах. По пути слушал музыку и пытался унять плохие эмоции, которые читались на его хмуром лице.       — Король вечеринки приходит после двенадцати! — воскликнул вдруг Юнги, обращая внимание всех собравшихся в помещении на приближающегося альфу.       Чонгук размашистой походкой шёл в их сторону, но перед тем, как присоединиться к ним, остановился у барной стойки.       — Мне двойную порцию виски со льдом, — обратился он к бармену и после кивка того стал ожидать свой заказ.       Забрав готовую выпивку, Чонгук продолжил свой путь и вскоре уже присел за стол в самом центре — это его коронное место, которое ожидало своего хозяина.       Днём Чонгук был обыкновенным офисным работником в небольшой редакторской компании. Получал нагоняи наравне со всеми, «проваливал» задания и «выбешивал» шефа. Но с наступлением темноты он, словно Золушка, превращался в очень состоятельного человека — владельца сетей ресторанов и нескольких ночных клубов. А также в уважаемого человека в высшем обществе и завидного жениха для многих омег.       — Рассказывай, что стряслось? — тут же спросил у него Чимин.       — Да этот упырь вновь психанул, — фыркнул Чонгук в ответ. — Относись я так же к своим подчинённым, давно остался бы один, наверное.       — Так уволься и не мотай себе нервишки. Зачем возиться с ним вообще? — в который раз говорил ему друг уходить оттуда, но Чонгук каждый раз отказывался это делать. Его держало что-то там, но что именно, никто не знал.       — Не могу. Хочу почувствовать себя обыкновенным человеком. Хочу узнать, каково это, — мечтательно ответил он.       — Так успел уже прочувствовать? И как тебе, понравилось? — Чимин наблюдал за Чонгуком и начинал понимать, что у того была совершенно иная причина такого поведения.       — Мало. Обыкновенная жизнь… другая. Она куда интереснее и насыщеннее, нежели наша. Сколько всего нового в жизни не хватает нам всем познать.       Чонгук улыбался, всё думал о чём-то своём, двузначно отвечая на вопросы.       — Кто он? — полюбопытствовал в итоге Чимин.       — А? — опешил Чонгук от вопроса. Он не знал, как на него реагировать и что отвечать.       Чимин негромко рассмеялся, после чего продолжил донимать его:       — Ну тебе там омега понравился, так ведь?       Чонгука раскусили, всё поняли и поймали с поличным. Уже довольно долгое время он бережно хранил в сердце чувства к одному омеге: трепетные, нежные и одновременно горячие. Влюбился, как неопытный школьник, и теперь мечтал о взаимности, надеялся добиться чужого расположения. Чонгук верил, что однажды этот омега впустит его в свой мир и разрешит прикоснуться к своей душе.       Украдкой наблюдая за объектом своих воздыханий, Чонгук всё больше начинал понимать, что любовь деньгами не купить, даже имея такое состояние, как у него. Как ни старайся, сколько ни плати — это ценное чувство никогда не продастся. Только взаимными чувствами, заботой и любовью можно его заполучить.       Любой человек получал ровно столько же, сколько готов был отдать взамен.

***

      Чонгук опрокидывал в себя один бокал за другим и вскоре напился уже почти до предела, но и при этом он всё ещё держался на ногах. Он частенько выходил на улицу освежить свой разум, а после того, как становилось лучше, возвращался. При одном таком возвращении взгляд Чонгука упал на танцующего омегу. Его загадочная личность вызвала у него небывалый интерес. Омега изысканно двигался на пилоне, изгибаясь всем телом, и вытворял невиданные чудеса акробатики. Личико его было прикрыто маской с витиеватыми узорами, лишь соблазнительные губы отчётливо виднелись.       Многие считали пол-дэнс развратным и постыдным занятием. Однако только истинные ценители прекрасного распознавали в нём искусство. Чонгук наблюдал за омегой с восхищением. Тот, словно бабочка, порхал по небольшому пространству, приковывал к себе внимание — ловил на себе взгляды многих, даря взамен прекрасное представление. Нежный и до жути соблазнительный. А его тонкая талия, казалось, в один миг переломится от нагрузки.       Сердце Чонгука билось в сумасшедшем ритме. Оно будто говорило о том, что знает танцора. Он тот, кого альфа мечтал всю жизнь держать за руку и никогда не отпускать. Пробираясь через толпу, он замер у ног омеги, а затем поднялся к нему. Почти прижимаясь вплотную и вдыхая такой знакомый аромат, Чонгук посмотрел в его тёмные глаза и сразу узнал в них близкого сердцу человека. Узнал того, к кому испытывал самые искренние чувства.       Омега предстал перед Чонгуком совершенно другим, нежели некогда был знаком ему. Сейчас он был более открытым, разрешал себе быть тем, кем являлся на самом деле. Без масок и созданных ими ролей, самый настоящий, а главное — счастливый.       — Тэхён, — нежно произнёс его имя Чонгук, восхищаясь красотой возлюбленного. Руками окольцевал тонкую обнажённую талию и с теплом посмотрел в его глаза.       — Чонгук?       Тэхён нервно заводил глазами по чужому лицу. Его поймали в столь откровенном виде, при таком занятии, да и не кто-нибудь, а тот, к кому сердце было неравнодушно. Он пытался вырваться из крепких оков сильных рук, но не мог. Чем сильнее барахтался, тем крепче его обнимали в ответ.       «Господи, что он обо мне подумает?» — мысленно корил себя Тэхён.       Он боялся показаться перед обожаемым альфой в таком облике. Ему хотелось быть примерным омегой, чтобы им восхищались и гордились, а не стыдились показывать на людях. Тэхён не хотел, чтобы его возлюбленного упрекали за то, что его пара занимается подобным родом деятельности.       Однако как ни пытайся — всё тайное всегда становится явным.       — Ты прекрасен, — прошептал приятные слова Чонгук, окинув Тэхёна ласковым взглядом.       — Но я… — Он бегло окинул взглядом свой внешний вид, смущённо переминаясь ножками перед альфой.       — Ты обалденный… Как же мне нравится!       Алкоголь добавил Чонгуку горстку смелости, и он жадно впился в обожаемые губы. Терзал их в мокром поцелуе, наплевав на всех.       Тэхён удивился такому порыву, но отталкивать не стал. Он так мечтал ощутить вкус его губ, но всё никак не решался. Мялся при каждом диалоге с ним и боялся ляпнуть лишнего.       Теперь же его «малиновые» фантазии воплощались в реальность. Кусочек за кусочком превращались во что-то долгожданное и прекрасное. Он готов был уплыть с ним в страстную ночь, даже если, возможно, утром придётся нещадно краснеть, лишь бы не упустить возможность, которую ему подарили небеса.

***

      — Ты посмотри-ка, что эти двое устроили! — с улыбкой на губах воскликнул Юнги, повернувшись к Чимину.       — Вот это да, кажется, нервный Чон пристроился сегодня, а как же мы? — заигрывающим тоном спросил тот, утаскивая возлюбленного за собой.       Юнги покорно ступал за своим похотливым омегой и уже предполагал, что тот задумал. Он хотел наслаждаться своим возлюбленным, другие же пусть разбираются сами.       Чимин прислонил альфу к стене и поцеловал, опускаясь рукой к застёжке чужих брюк.       — Ты что, спятил? Здесь же людей полно!       Юнги осмотрел танцпол, который просто кишел людьми. Он каждый раз удивлялся своему омеге. Сколько козырей у него ещё было в руках — неизвестно, однако Юнги с любопытством познавал их всех.       — Неужели испугался? — Чимин прикусывал нижнюю губу, соблазняя своего альфу на действия. — Хочу тебя прямо здесь и прямо сейчас, — прошептал он, прикусив мочку уха, и лизнул, оставляя мокрую дорожку.       Одно слово, один сигнал — и омегу быстро развернули, прислонив к стене вплотную. Небольшая темнота стала для них укрытием.       Юнги целовал шею Чимина и в то же время одной рукой суетливо снимал с него брюки, а другой разгуливал под рубашкой: ласкал пальцами соски, опускаясь всё ниже, к возбуждению. Провёл большим пальцем по влажной от вожделения головке. Он стал нежно надрачивать член омеги под ритм музыки, заставляя того шипеть от удовольствия. А пальцами уже свободной руки вошёл в мокрую тесноту мышц, проталкивался всё глубже и глубже, растягивая упругие стенки. Всё делал торопливо, но аккуратно.       Комфорт партнёра всегда был на первом месте!       Юнги приспустил свои брюки и подставил член к узкой дырочке Чимина. Он аккуратно и медленно проник в него до самого основания. Рукой опёрся о стену, а носом зарылся в макушку, вдыхая нежный аромат розы. Нашёптывал на ушко приятные, дразнящие слова, постепенно ускоряясь.       Чимин прогибался в пояснице навстречу толчкам, издавал украдкой стоны. И было плевать, слышал ли их кто-то или нет. Он был счастлив и кайфовал от возлюбленного.       Сделав ещё несколько быстрых толчков, Юнги вышел из омеги. Он достал из кармана несколько салфеток и излил своё семя на них, после выкинув в рядом стоящее мусорное ведро. А затем крепко обнял Чимина со спины, и они ещё некоторое время так простояли, вслушиваясь в бешеные стуки сердец друг друга. Пока там, внутри, царил движ, они в уголке клуба создали для себя сумасшедшие, но приятные воспоминания.

***

      Чонгук танцевал вместе с Тэхёном, они поймали ритм друг друга, сливаясь в одно целое. Витали в своих мечтах, надеялись, что всё наяву, а не во сне, который сразу же забудется. Чонгук жадным взглядом гулял по телу омеги, желая расцеловать и окутать волной страсти.       Тэхён, будто лисёнок, вилял воображаемым хвостиком перед желанным альфой. Он заигрывал, дразнил и соблазнял. Звал за собой и глазами обещал что-то прекрасное и незабываемое. Тащил в счастливое совместное будущее, туда, где реализуются все их фантазии, в сумасшедший дикий танец.       Неважно куда, Чонгук слепо следовал за ним в предвкушении чего-то прекрасного. Он любил Тэхёна и ради него готов был сделать что угодно, даже последовать за ним в любой уголочек мира.       Гримёрка в полной тишине ожидала двух возлюбленных, окутывала их защитой и дарила счастье. Чонгук прижимал омегу к стене и страстно целовал. Дерзко впускал свой язык в его рот, искал встречу с его собственным. Встретившись, те долгое время ласкали друг друга, кружились в танце и утопали в страсти.       Тэхён потягивал его губы, наслаждался ими сполна, заполняя все пробелы прошлого. Он корил себя за трусость, ведь будь смелее, давно уже был бы счастлив. Жил бы не мечтами и иллюзиями, а реальностью вместе с ним. Сколько пропустил и сколько придётся возвращать друг другу, заполнять их существование прекрасными моментами.       — Чонгук, — сквозь поцелуй прошипел Тэхён.       — М-м? — прикрывая от удовольствия глаза, протянул альфа.       Он вдыхал такой драгоценный аромат с каждым разом всё глубже. Желал пропитаться им полностью и только его ощущать. Аромат зелёного чая — его самый любимый в мире с первой встречи и на века.       — Я тебе правда нравлюсь, или ты такой из-за спиртного? — спросил Тэхён у альфы, который прижимался к нему и бесконечно целовал его.       — Дурачок, я с ума схожу от тебя! Тобой дышу, тобой живу и тебя люблю! — Чонгук крепко обнимал хрупкое тело омеги, окутывая его теплотой.       От подобных слов мир Тэхёна пошатнулся. Он почувствовал, как бабочки запорхали внутри, как сердце затрепетало, а на глазах выступили слёзы счастья и радости. Так долго он надеялся на подобное и представить себе не мог, что однажды что-то такое свершится.       — И я тебя уже долгое-долгое время люблю. Вижу перед собой тебя одного. — Прозрачными бусинками, одна за другой, слёзы поскользили вниз по щекам. Они оставляли влажные дорожки на прекрасном личике омеги.       — Ну ты чего, Тэхён, не надо. Нет, только не плачь, это разрывает мне сердце. — Чонгук смотрел на него таким искренним взглядом, пальцами нежно смахивал непослушные слёзы, оставлял нежные поцелуи на глазах, крепко обнимал и прижимал к своему сердцу.       — Я не хотел, оно само.       Тэхён, будто котёнок, смотрел на альфу перед собой, требуя ласки и заботы.       Чонгук улыбнулся и вновь утащил омегу в поцелуй. Они — не два незнакомца. Они просто поздно осознали истинность своих чувств и не признали их раньше.       — Ты прекрасен в этом наряде. — Чонгук опустился к шее Тэхёна и стал оставлять на ней мокрые горячие следы. Ласкал тёплым дыханием и нежными прикосновениями.       — Не вульгарен? — смущённо спросил Тэхён.       — Кто такое сказал? Конечно же нет. Ты самый красивый в мире! — Чонгук зацеловывал ключицу, оставляя лёгкие пометки на нежной коже.       — Ну, таких, как я, считают развратниками. Люди не принимают нас всерьёз и презирают. — Тэхён чувствовал себя скованным и стеснялся своего внешнего вида.       — Они идиоты, с этого дня слушай только мои слова. Ты — искусство, которое далёким людям не суждено познать.       Чонгук поднял хрупкого омегу и усадил на гримёрный столик. Он целовал обожаемые губы как в последний раз. Терзал их, наслаждался ими.       Тэхён расплывался в крепких руках Чонгука. Он был счастлив, словно витал в небесах. Запускал пятерню в тёмные волосы, перебирал их пальцами и пропитывался ароматом своего альфы. Бергамот просачивался в каждую его клеточку, пленил и дарил приятные ощущения.       Чонгук блуждал пальцами по гладкой и нежной коже омеги, желая прикоснуться везде и почувствовать его целиком. Хотелось ощущать, как бурлят его внутренние желания и как они вместе кайфуют друг от друга.       Тэхён медленно и нежно расстёгивал пуговицы на рубашке альфы, а затем спустил её по плечам, пока та не упала, открывая обнажённый торс. Тэхён долго и с любопытством рассматривал его. В его глазах читалось восхищение, а руки сами тянулись прикоснуться к нему и почувствовать жар возбуждённого тела.       — Прикоснись, — будто бы читая мысли своего омеги, прошептал Чонгук. Он взял ладошку Тэхёна и приложил её к своему сердцу. — Чувствуешь, как оно бешено стучит?       — Да, — ответил Тэхён, глядя прямо в глаза альфы.       Чонгук расстегнул портупею на омеге, постепенно освобождая его тело от оков. Отбросил её куда-то в сторону и крепко прижался телом к Тэхёну. Он зацеловывал каждый след, оставшийся от украшения, будто щенок зализывал раны и нежно прикасался.       Тэхён дрожал от удовольствия. Он скользил тоненькими пальчиками по спине альфы, оставляя ноготками небольшие следы. Прикрывал тёмные глаза и мычал от удовольствия.       — Ты до ужаса сексуален. — Чонгук зацеловывал его тело сверху вниз и остановился где-то ниже пупка.       Тэхён улыбнулся, податливо разводя худенькие длинные ножки.       Чонгук охотно прислонился вплотную к омеге, потираясь своим налившимся возбуждением между его ног, заводя окончательно. Положив ладонь к сокровенному, нежно и ласково, он почувствовал, что тонкая атласная ткань стрингов уже пропиталась влагой от вожделения. Чонгук запустил пальцы под ткань и их кончиками дотронулся до члена своего возлюбленного. Он блуждал ими внутри белья, с каждым касанием посылая по телу новую приятную дрожь. Губами ласкал соблазнительные соски: целовал их, всасывал, прикусывал, языком выписывая круги по ореолам.       Тэхён сопел от удовольствия, откидывал голову назад, на зеркало. Рукой опускался ниже, расстёгивая ремень, а затем и молнию на брюках альфы.       Чонгук страстно посмотрел в глаза омеги, облизывая колечко на нижней губе. Он наблюдал за тем, как Тэхён слезал со стола и опускался перед ним на колени, после чего поцеловал его возбужденный член сквозь боксеры и спустил их, оголяя пах.       — Он прекрасен, — довольно пророкотал Тэхён, целуя мокрую от вожделения головку.       Чонгук ярко ощутил, как по всей длине омега ловко прошёлся языком, оставляя прохладную мокрую дорожку вперемешку с горячим дыханием.       Тэхён наслаждался сокровищем, которое наконец-то попало в его руки. Настало то время, когда именно он мог смотреть на него, прикасаться к нему и вот так ласкать. Только он и никто иной. Это радовало. Тэхён будет лучшим из лучших для своего альфы, всего себя подарит ему и будет счастлив.       Чонгук кайфовал от того, как уверенно и прекрасно омега делал ему минет. Довольно наблюдал за тем, как возлюбленный старался для него, и сам сгорал от желания. Он будет делать то же самое: из шкуры вылезет, только бы Тэхён был счастлив вместе с ним. Только с ним и ни с кем другим. Подарит всего себя, станет для омеги самым лучшим и желанным альфой.       Вновь усадив возлюбленного на стол, Чонгук снял стринги с его ножек. Перед ним открылся прекрасный вид. Он прикоснулся рукой, своим членом и губами к Тэхёну. Расцеловывал каждый сантиметр его тела, наслаждался и восхищался им. Развернув омегу к себе спиной, Чонгук заставил его опереться руками о столик.       — Я люблю тебя, — промолвил Чонгук, целуя влажную дырочку омеги. Он рукой ласкал яички: нежно поглаживал и перебирал их пальцами.       — И я тебя! — Тэхён подавался навстречу, желая всё больше и больше.       — Я хочу тебя, — пророкотал хриплым голосом ему на ухо Чонгук.       — Смазка в кармане, — кивнул тот на небольшую сумочку, прикрывая глаза в ожидании чего-то прекрасного.       Чонгук удивился тому, что омега носит подобное с собой. Он метнулся к его вещам и стал копаться в них в поисках нужного. Недолго провозившись, он всё-таки достал небольшой тюбик смазки. Чонгук выдавил порцию лубриканта на оба пальца и растёр немного, разогревая вещество. Вошёл ими в анус омеги и начал растягивать упругие стенки, распределяя смазку.       Тэхён издал громкий стон от манипуляций альфы. Он почувствовал, как слегка потянуло внутри, а по телу прошёлся разряд тока.       Выдавив ещё одну порцию лубриканта, Чонгук распределил её по своему члену. Он притянул Тэхёна за бёдра поближе к себе, прижался к нему и приставил головку ко входу. Вновь впился в губы омеги страстным поцелуем и начал медленно входить в него. Чонгук проталкивался всё глубже и глубже, заполняя собой.       Тэхён почувствовал, как недостающая частичка, наконец, дополнила картину, превратив её в настоящий шедевр. Он ощутил то, о чём так давно мечтал.       Поначалу Чонгук медленно проталкивался внутрь, заставляя омегу чуть ли не скулить под собой. Тот кайфовал и расплывался от его ласк.       — Быстрее, — сквозь громкие стоны и учащенное дыхание выдавил Тэхён.       Чонгук начал двигаться быстрее, выполняя требования омеги. Постепенно то ускорялся, то, когда чувствовал, что вот-вот настигнет предел, сбавлял обороты. Играл в страстные игры, наслаждаясь нежным, но в то же время сумасшедшим сексом, который навсегда останется в их памяти. Они сегодня подарили друг другу себя, отдали самое ценное и сокровенное.       Чонгук был счастлив наконец добиться расположения омеги, за которым даже в «обыкновенный» мир пошёл. Он оставил роскошь и комфорт, всё, ради покорения его сердца, но был рад и никогда не пожалеет о том, что сделал. Чонгук принялся максимально ускоряться, а Тэхён всё громче начал стонать под ним. Они кайфовали от наступающего оргазма, который ещё пару секунд и настигнет их обоих. Чувствуя, что момент истины наступил, Чонгук вышел из омеги и, развернув его лицом к себе, в унисон с ним кончил. Они излились друг другу на животы. Чонгук, лишённый сил, завалился сильным рельефным телом на Тэхёна.       — Кто-то нас видел, — нервно протараторил Тэхён, услышав, как скрипнула дверь.       — Да и пусть. Уволю, если проболтаются! — Он оставил нежный поцелуй на истерзанных страстью губах омеги.       — Уволишь? — любопытно произнёс Тэхен.       — Да, любимый. Я нанимал, я же могу и уволить.       — Но когда я нанимался, тебя не было. — Тэхён задумчиво стал вспоминать альфу, который принимал его тогда на работу. — Если ты владелец, то почему работаешь с нами в компании? Зачем тебе эти пиявки, которые все соки с мозгов вытаскивают?       Чонгук рассмеялся.       — Они мне ни к чему. Я хотел попробовать, какова она — обыкновенная жизнь, но повстречал тебя и влюбился. С тех пор хожу туда только ради одного человека: ради Ким Тэхёна.       Тэхён залился краской в лёгком смущении. Он и представить себе не мог, что уже такое долгое время альфа хранил к нему трепетные чувства. Да, он проявлял внимание, но чтобы прям в нём таилась любовь — у Тэхёна и мысли не возникало. Он думал, что только его сердце безответно колотилось, но недосказанные слова отдаляли их возможность быть счастливыми. Но сейчас они вместе и сделают всё для этого.       — Станцуешь однажды для меня снова? — целуя омегу в шею, произнёс Чонгук.       — Я лучше станцую на тебе, — заигрывающим и одновременно смущённым тоном ответил Тэхён.       — Хм, секс на пилоне... звучит интересно, я согласен. — В его глазах заискрилось предвкушение и любопытство.       Возлюбленные, наконец, счастливы, оба, вот так нужно вместе мечтать и воплощать всё в реальность. Они полюбили тайно, потратили столько времени впустую, однако нацелились наверстать упущенное и прожить счастливую жизнь вместе.       — Я люблю тебя, Тэхён.       — И я тебя люблю, Чонгук-а.