Эйлора: Вестница Бурь.

Эйлора наблюдает, как перешептывающиеся лорды покидают зал Расписного стола, когда ловит взгляд Рейниры, что коротко ей кивает.  Оглянувшись на закрывающиеся двери девушка шагнула ближе к королеве. Высокие факелы отбрасывают мерцающий свет на древние каменные стены. В воздухе стоит запах соли и гари. Королева Рейнира Таргариен восседает на своём месте в центре стола, кивком указывая на соседнее место. Веларион присаживается, не осознавая, что же еще хочет ей сказать женщина. — Север — суровый край, но лорд Криган Старк — человек чести. Его поддержка необходима нам в этой войне. Ты отправишься к нему и убедишь принять нашу сторону. — Эйлора кивает.    — Разумеется, я сделаю все возможное, ваша милость. Но если он мудр, то и без моего визита поймёт, где правда. — отвечает Эйлора.  — Правда — не всегда достаточный аргумент, особенно в политике. Иногда требуются... другие убеждения. —Тон королевы  становится мягче, но взгляд — пронзительнее. Губы девушки дергаются в нервной улыбке. На задворках сознание трепещет мысль, которую Эйлора спешит отодвинуть подальше. — Ты молода, красива, из древнего рода. Лорд Криган — человек в расцвете сил, потерявший жену. Брак между вами скрепил бы наш союз крепче любого клятвенного слова. — Рейнира доверительно накрывает своей рукой ладонь девушки, наклоняясь ближе.  — Я дочь моря и пламени, а не разменная монета. К тому же, только мой отец и принцесса Рейнис могут решать мою судьбу. — отрезает девушка, осторожно высвобождая в руку.  Эйлора замечает, как между бровей королевы залегает складка и прикусывает язык. Рейнира поднимается на ноги, ее пальцы тут же принимаются вертеть перстни.  — Лорд Корлис уже знает. И он не против. Веларион едва заметно вздрагивает, медленно поднимает голову, чтобы взглянуть королеве в глаза, найти намек на блеф, неуверенность, хоть что-то. Что угодно, лишь бы избавиться от липкого чувства предательства и осознания собственной ничтожности. Как же она быстро забыла, что то, что у нее между ног ценится гораздо больше ее ума и дракона.  — Отец… знал? — Спрашивает еле слышно. — Он верит в этот союз. Как и я. — начинает Рейнира.  Лицо Эйлоры - каменное изваяние. Ни один мускул не двигается. Во взгляде - лед. Рейнира тяжело вздыхает, наклоняясь к сидящей девушке. Так ей хорошо видно тени залегшие на лице королевы и красноту глаз. — И не забывай, Эйлора. Власть в моих руках и право принимать решения тоже.    Эйлора выдерживает ее взгляд, сдерживая поднимающуюся внутри бурю. Гнев сметает непонимание и пустоту. Так хочется крикнуть, что ее дракон и есть залогом власти Рейниры, точно также как дракон ее матери. Сказать, что она никак не может сейчас выйти замуж. Зато она может сжигать армии на спине Меракес. Сказать, что в ее мыслях белокурый юноша с лучезарной улыбкой, а не северный дикарь.  Она даже открывает рот, но в последний момент Эйлора резко поднимается, стул надает с громким звуком. Она разворачивается на каблуках и выходит, её шаги гулко раздаются в зале.  Рейнира остаётся на месте, её губы сжаты, пальцы снова вертят кольца.  *** Быстрым шагом Эйлора преодолевает нескончаемые темные коридоры Драконьего Камня, отмахиваясь по пути от Бейлы и Джейхейриса.  Холодный морской ветер бьет в лицо, высушивая так и не пролившиеся слезы обиды. Порывы путают волосы, но не могут остудить бушующий в груди огонь. Королева за её спиной решила её судьбу, а отец даже не удостоил её слова. Гнев, разочарование, обида – всё смешалось в одно, неприятно оседая где-то внутри. Она не останавливается и идет дальше, сапоги неприятно вязнут в песке. На пляже в далеке она замечает темную фигуру.  Деймон.  Принц консорт стоит по колени в воде, оперевшись на свою Темную сестру. В небе в молчаливом танце кружат Караксес и Сиракс. Страшно прекрасные существа.  Замерев на миг от изумления, Веларион не сбавляя шага направляется к двоюродному дяде. Хотя дядей его язык назвать не поворачивается. Ее присутствие быстро замечают.  Деймон слегка оборачивается, окидывая хмурое лицо Эйлоры взглядом и усмехается, снова устремляя взгляд на море. —Значит, Рейнира уже поделилась с тобой своими мыслями?  Эйлора останавливается рядом, скрещивает руки. — Мыслями? Я бы сказала — приказами. —Деймон качает головой, усмешка ширится. — Союзы редко скрепляют по доброй воле сторон. Особенно, если от этого зависит корона.  Веларион смотрит на него исподлобья. — Забавно слышать это от человека, который не слишком почитал брачные клятвы, дядюшка. — Деймон наконец поворачивается к ней, взгляд ленивый, но в нём читается предупреждение. — Рея была упрямой некрасивой женщиной. И глупой. Жаль, что она не научилась смотреть под ноги. — с губ принца срывается короткий смешок.  Эйлора напрягается. — Предлагаете мне быть умной и покладистой?   — Я предлагаю тебе понять, что брак — это лишь печать на пергаменте. Ты можешь быть кем угодно, если сумеешь заглушить голоса болванов в Красном Замке, что твердят о долге и чести. — Вы — мужчина. — отрезает леди. —Тебе не приходилось задумываться о том, чего от тебя ждут после брака. Я же… —Она замолкает, но Деймон уже понял. Лёгкая тень пробегает по его лицу, прежде чем он снова отводит взгляд к горизонту. Эйлора думает о покрытой чешуей девочке, что родила Рейнира.  На миг воцаряется молчание. Волны грохочут о скалы. Веларион замечает, как напряглась его рука, сжалась в кулак. Собственные чувства забываются. Интересно, Порочный принц плакал, когда узнал, что его ребенок родился мертвым?  Деймон дергает головой, выходя из мыслей, снова становится прежним — беспечным, спокойным, опасным. — Одно я знаю точно: война — это стратегия. А у тебя есть оружие, которого нет у других. Он делает шаг назад, поворачивается, бросая последнее напутствие через плечо. — Если ты действительно хочешь защитить свою семью — убедись, что лорд Старк выберет правильную сторону. Потом будешь геройствовать верхом на драконе.  Эйлора не отвечает. Она остаётся стоять, глядя, как он уходит, а над морем все так же кружат драконы. *** Эйлора простояла у воды почти до сумерек. Ноги ужатсно промокли, пальцы задубели из-за отсутствия перчаток. Зато, кажется, холод снаружи заглушал холод в сердце. Эйлора закрывает глаза. Она всё ещё чувствует гнев, обиду, но вместе с ними пришло понимание. Деймон прав. Она давно выросла. Она — наездница дракона, дочь Почти Королевы и Морского змея, Веларион. И она не собиралсь стоять в стороне, пока зеленые узурпировали трон. Война так война. Но война бывает разной. Она готова сражаться с мечом в руке, в небе на спине своего дракона. Но если придётся… она будет сражаться и по-другому.  Вечером грозил обрушиться шторм, но в покоях принцессы Рейнис Таргариен царило тепло. Свет камина отбрасывал дрожащие тени на резную мебель, отражался в её черных с сединой волосах. Она стояла у окна, сжимая край стола так, что костяшки пальцев побелели. Эйлора вошла тихо, но мать услышала её шаги. Полумрак в комнате успокаивал. Рейнис стремительно повернулась к дочери.  — Только через мой труп они заставят тебя выйти за кого-то, кого ты не желаешь и кто не желает тебя. — Эйлора остановилась, сердце болезненно сжалось. Гнев в голосе матери был похож на гром, но за ним она слышала и другое — страх. Старшие дети Почти Королевы жили в браках без любви и чем это закончилось? Лейна безответно была влюблена в Деймона, а Лейнор вовсе предпочитал мужчин.  — Мама… Эйлора быстро пересекает комнату и крепко обнимает её, зарываясь лицом в плечо. Рейнис сначала остаётся напряжённой, но через миг её руки с силой обхватывают дочь, как будто не желая отпускать ее от себя ни на шаг.  В маминых объятиях она чувствует себя дома, чувствует себя любимой. И в этом момент Лори убеждается, что не ошиблась. —Я выйду за него, - шепчет девчушка и поднимает глаза на мать. Рейнис отстраняется, смотрит на неё в упор. В глазах женщины загорается огонь, тот самый, что до сих пор внушает страх лордам Семи Королевств и тот самый что делает ее незаменимой для Рейниры всадницей. — Деймон тебе убедил? Я говорила с ним сегодня. — Эйлора быстро качает головой, хотя доля правды в словах матери есть. — Почему тогда? — Потому что я сделаю всё, чтобы защитить нашу семью. — Рейнис стискивает зубы, но Эйлора продолжает, не отводя взгляда. —— Лорд Криган молод и говорят весьма не дурн собой. Он человек чести. И у него уже есть наследник. Никто не будет ждать от меня ребёнка сразу же после свадьбы. Рейнис смотрит на неё долгим, пристальным взглядом. В этом взгляде одновременно — гордость и печаль. — Ты слишком мудра  для своих лет. — Ты сама меня такой воспитала. — Рейнис глубоко вздыхает. Она поднимает руку и проводит пальцами по щеке дочери. — Ты — самое дорогое, что у меня есть. — шепчет принцесса и крепче сжимает лицо Эйлоры. — Я не уберегла Лейну. Не уберегла Лейнора… — Веларион молчит, но её сердце сжимается от боли в голосе матери. — Но я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. И в безопасности, Эйлора. — Одна единственная слеза скатывается по щеке Рейнис.  — Я не позволю зелёным уничтожить нас. Раз мне не суждено было быть королевой — значит, Рейнира станет ей, а тебя наконец признают наследницей Дрифтмарка. — Девушка сдерживает вздох при упоминании Дрифтмарка, но ничего не говорит. Она знает, что мать всегда верила, что Дрифтмарк должен перейти именно Эйлоре, вопреки тому, что она женщина.