Падпараджа

Прежде чем покинуть Айсис, пришлось сделать несколько вещей. Во-первых, создать четыре артефакта, изменяющих внешность: мне, Гелии и двум доверенным лицам. Идея была банальна: мы с Гелией принимаем личины обычных людей, доверенные лица — наши. Если уж честно, я собиралась поехать в одиночку. Гелия бы остался в Айсисе вместе с моей копией — мне же спокойнее и проще. Но он неожиданно запротестовал. Еще больше удивила причина — не моя безопасность, а исследовательский интерес. Согласно официальным данным, Аврам не восстанавливали из-за экономических причин: разрушенный город нужно было сносить и отстраивать заново. Возможно, будь он расположен вблизи основных торговых путей или имей какие-либо производства или ресурсы, то за него бы взялись. А так… Зачем бередить давнюю рану, верно? На самом же деле еще до нападения Трёх Древних Ведьм город был закрыт для простых эраклионцев. В Аврам попадали в качестве научного работника, военного, изобретателя или в качестве члена семьи нужного человека. Из-за этого город не слишком разросся — к роковому нападению Трех Древних ведьм численность жителей едва ли достигла пятнадцати тысяч. Однако нельзя отрицать, что ведьмы знали как напугать Эраклион — Аврам до сих пор оставался проклятым местом. Поговаривали, что по его улицам блуждали неупокоенные души, а небо над городом было столь темным, что солнечный свет не проникал сквозь плотные тучи. Возможно, если бы туда отправилась группа ученых магов, то Аврам удалось бы исцелить. Но как рассказал Гелия, Эраклион ни раз отказывался принимать ученых с Линфеи. О помощи от других миров мы знать не могли, но предположить, что Эрендор отказался и от нее — вполне. Я никогда не интересовалась темой призраков или Аврамом. Последний находился слишком далеко — нам с Гелией пришлось провести в дороге пять дней. А призраки… Что ж, теоретически их существование не удивляло. Практически о них писали больше как о вероятном, но не доказанном явлении. — На самом деле их существование давно доказали, но пугать людей никто не стал, — сказал мне Гелия. — Самые последние теории говорят о том, что эти души по какой-то причине застряли в нашей реальности, а не перешли в следующую. Причины могут быть разными: от сильной привязанности до насильственной смерти. Четкого ответа на сегодняшний день нет. Я протянула недолгое «хм» и уточнила: — Ты говоришь о том, что всех нас ждет жизнь в другом мире после смерти? — Да, и заметь подобные постулаты есть во многих религиях. Задумалась. Игра по сценарию, написанному якобы по нашим с Мартой желаниям. На основе мультфильма и фантазии сестры Джона. Приправленная неким ИИ. Звучит как дикая гремучая смесь — можно ли здесь говорить о науке? И насколько вообще реальны все те знания, что получаю я как игрок? — Я, надеюсь, ты не будешь против, если я отберу образцы и отправлю в Линфею? Я тихонько фыркнула. — Бери все, что мне не понадобится.

***

Мы приехали к стенам Аврама ближе к обеду. Как выяснилось, слухи врали: небо над городом было обычным, голубым. Но вместе с уведомлением Системы я почувствовала уныние. Вы получили дебафф! Дыхание смерти Воздух на этой территории пропитан смертью и болью. Живым здесь не место. Ловкость и выносливость снижены на 35% Вы получили дебафф! Проклятое место Концентрация темных сил зашкаливает. Однако благодаря тому, что ваша специализация требует как темной магии, так и светлой, сила дебаффа снижена. -2100 ед. маны, заклинания потребляют на 15% больше ед.маны. Значит, фея с прокаченной светлой магией вообще бы не смогла колдовать? Удобно. Никто из светлых по собственной воле сюда не придет, а темным будет все равно. А если и не будет, кто их в наше время с модой на добро воспринимает за людей? У самых ворот лошади забеспокоились и отказались идти дальше. Пришлось оставить их прямо там и пойти пешком. Честно говоря, я ждала всякого: подземелья с запредельным уровнем сложности, непроходимую стену из черной магии, опаснейших монстров или хотя бы солдат Эрендора, что скрывали бы город от чужих глаз. Но нас встретила тишина. Вязкая, оглушающая… Страшная. Казалось, я вмиг оглохла — в ушах раздавался лишь высокий писк. Ни шума ветра, ни моего дыхания, ни даже стука испуганного сердца — просто ничего. Я прочертила ботинком по сухой земле. Раздавшийся скрежет камней успокоил. Судя по всему нас обоих — Гелия, как и я, был напряжен. Я открыла карту и не увидела поблизости ни испытаний, ни подземелий. Пришлось идти по наитию. На удивление ведьмы не так уж и сильно разрушили город. Здания стояли относительно целыми: кое-где выбиты окна, где-то уже от старости потрескались стены или обвалилась крыша. Облупившаяся краска кусками рассыпалась по траве вокруг домов. Где-то из земли торчали колеса телег и рабочие инструменты, где-то валялись веревки с когда-то чистой одеждой. «Тут нет животных, — поняла я. — А ведь собаки, кошки или на худой конец крысы должны были выжить». — Ты это видела? — вдруг спросил Гелия. — Видела что? Он махнул в сторону одного из зданий. Волосы у меня на затылке встали дыбом. Меня охватила непонятно откуда взявшаяся тревога: я отчётливо могла разглядеть силуэты мебели, и так же отчётливо понимала, что дом давно пуст и безлюден, но на подсознательном уровне чувствовала: здесь что-то не так. Глухо вскрикнула. За разбитым окном — всего на ничтожное мгновение — появился силуэт девушки. Ее неестественная бледность выжглась в моей памяти вместе с измученным лицом и темными глазами. Посмотрела на Гелию — тот застыл в ступоре, словно не знал бояться ему, удивляться или пойти навстречу не изученному явлению. — Давай дальше, — прошептала я, не желая видеть ее снова. — А если нам нужно именно туда? Я заскрипела зубами и вынуждено признала: Гелия прав. Закутавшись посильнее в куртку, сделала первый шаг и мысленно смахнула набежавшую слезу — Джэмисон бы меня утешил. Теперь придется идти без него, несмотря на то, что когда-то он говорил совсем другое. «— Я слишком зависима от тебя. Это плохо. — Ничуть. Я всегда буду рядом. Обещаю. — Из-под земли достану, если нарушишь обещание.» «А ведь он нарушил. Или не уточнил, что «всегда» ограничивалось его недолгой жизнью», — подумала я, и уже привычная горечь разлилась по сердцу. Мы зашли в дом через сорванную с петель дверь. Под ногами хрустнули осколки стекла. С мебели облачком поднялась пыль. Девушки не было. Система молчала — и это беспокоило. На кухне Гелия быстро просмотрел шкафчики и выдал мне баночку с солью, а потом полез между столов и достал железную кочергу. — Говорят, помогает от призраков, — пояснил он. — Правда, она должна быть из чистого железа, иначе ничего не выйдет. — Сейчас и узнаем, — хмуро отозвалась я. По моим плечам забегали мурашки. Температура вокруг как будто опустилась на несколько градусов. «Нервы. Это нервы — успокоила себя я. — Температура так быстро не падает». Мы вернулись в предыдущую комнату и наскоро осмотрели дом. Истлевшие страницы книг, разбитые магические кристаллы, треснувшая пополам свирель, пыльный диван и посеревшие стены — дом умирал. Медленно, но безвозвратно. — Ты тоже не нашла ничего необычного? Я покачала головой. Не нашла. Но расстраиваться не было сил — я чувствовала странную обреченность, словно у ворот в город мне на шею повесели камень. И этот камень становился тяжелее с каждой секундой. Но на меня же нельзя воздействовать ментально. Что это тогда? Попытки разобраться с собственными ощущениями ни к чему не привели. Единственное предположение было связано с высокой концентрацией темной магии, но я даже не знала, оказывала бы она такое сильное влияние. Когда воздух передо мной помутнел и по нему расплылась молочная дымка, я лишь сделала пару шагов назад. В горле встал ком, и вскрикнуть снова я не смогла. Перед нами - призрак девушки. Она была худой, с темными вьющимися волосами, которые едва касались костлявых плеч. Черты лица не выразительные, но глаза… Дракон, какие у нее красивые глаза! Большие, с длинными ресницами, которым позавидовала бы любая придворная дама, и оленьим взглядом, который многие из нас оттачивали перед зеркалом, чтобы потом использовать на мужчинах. Я открыла ее характеристику. Раса «человек», но класс призрака. Уровень двадцатый. Если не нападать, не тронет. Из достижений банальные «мертвая», «потерянная» и уже куда более интересное «жертва». Хотя в каком-то смысле достижение «жертва» тоже банально — если девушка умерла в результате нападения Трех Древних ведьм, Система могла посчитать ее именно жертвой. Но что если… — Как тебя зовут? Ты понимаешь нас? — спросил Гелия, осторожно подходя ближе. Но девице ожидаемо все равно. — Ее зовут Морион, в честь темной, практически чёрной разновидности кварца. Гелия глянул на меня насторожено. Я пояснять не стала и обратилась к девушке: — Ты умерла из-за нападения Трех Древних ведьм? Вот так, в лоб, с надеждой, что воспоминания о смерти заставят ее дрогнуть. Но Морион никак не отреагировала. Я осторожно протянула в ее сторону баночку с солью — незнакомка проследила взглядом от банки до моего лица и молча растворилась в воздухе. — Хм, — протянул Гелия. — Видимо, соль им все же не по душе. — Или она решила, что на нас бессмысленно тратить время, — бросила я. Не верилось, что какая-то соль спугнет призрака. На улице легче не стало. Мы прошли несколько кварталов, заглянули наскоро во все дома — везде одна разруха. Изредка в полумраке мелькали тени, а немногочисленные, еще не сорванные с петель двери издавали протяжные скрипы. Внутри копилась грусть. Что, если Джэмисон вот так застрял между мирами? Что, если он прямо сейчас блуждал по горам в попытке найти меня? Я уверена, что если это так, то он ищет именно меня. Это же Джэмисон. Вспомнился храм — если бы я не знала, что это иллюзия… Нет, если бы знала, но не была связана долгом и мечтой, то осталась бы. Осталась бы с ним. Впрочем, какая-то часть меня и правда навсегда застряла в стенах того злополучного храма. Еще одно привидение встретилось ближе к окраине Аврама. Им снова была девушка. Такая же худая, но не высокая. С более светлыми волосами — то ли шатенка, то ли рыжая. Однако волосы жидкие, ломаные, будто их обладательница систематически недоедала. Но что хуже всего — она плакала. Ее плач разносился эхом по улицам, а полупрозрачные слезы блестели на щеках, словно россыпь мелких кристаллов. — Мэри, — прочитала вслух имя незнакомки. И сердце дрогнуло. В достижениях помимо «мертвой», «потерянной» и «жертвы» значилось «чужая». На мгновение в памяти всплыла та самая Чужая, но очевидно это была не она. Значит, чужая для кого? Для моего народа или для эраклионцев? — Эраклионское имя? — тут же заметил Гелия. — Скорее всего. А про себя подумала: «А не земное ли?» — Как ты умерла? Мэри заметалась. Сквозь мелькающие образы я с трудом разглядела грязное изношенное платье и худые, практически костлявые плечи и синяки. Много-много синяков и кровоподтеков на тонкой, практически полупрозрачной коже. — Мэри, помоги нам, — мягко произнес Гелия. — Возможно, мы отомстим твоим обидчикам. Она вскрикнула и с хлопком исчезла. Мы с Гелией переглянулись — оба были в растерянности. У первой девушки айсисовское имя, у второй — то ли эраклионское, то ли земное. Обе измучены. Первая — спокойная, как будто смирившаяся. Вторая — отчего-то напугана. Ответ крутился на языке. Он так назойливо гудел где-то на окраине подсознания, что хотелось взвыть. Ответы, ответы, ответы, да где же вы?! От рассуждений отвлек вопль. Он пронесся как ветряной вихрь по улице и вызвал волну мурашек от лопаток до щек. Мы с Гелией тут же спрятались в ближайшем доме — припали к грязному полу неподалёку от окна и вслушались. Повисшую гробовую тишину снова растерзал полный боли крик. И на этот раз он прозвучал громче. От страха я схватила Гелию за руку — не спасло. Ожидание было мучительным — я не выдержала и осторожно выглянула из разрушенного окна. Выглянула и обомлела от ужаса. Снова девушка. Снова измученная. Настолько, что кровь стыла в жилах. Лицо чистое, как издевка целое — не будь она до ужаса худой, я бы сказала, что девица красавица. Но ее волосы выдраны клочьями — остатки когда-то густых прядей космами прикрывали торчащие ключицы. А тело… Дракон, кто способен на такие жестокости?! Кто?! Гелия выглянул за мной, и тоже застыл в ступоре. Ее живот — сплошное кровавое месиво. Неясный, дрожащий силуэт не мешал разглядеть кишки, мясо и рваные лоскуты кожи. И синяки. Много синяков. Все как один — печать-подтверждение того, что в Авраме произошло нечто страшное. В характеристиках выжжено имя — Беломорит. По нему поняла — перед нами простолюдинка Айсиса, обладающая магией. С опозданием провела параллель с Морион — тоже простолюдинка, тоже обладающая магией. А Мэри?.. Явно нет… «Дракон, дракон, дракон, — лихорадочно подумала я, — ответ лежит вот здесь, на поверхности, вот же он…» Вот же он… Я повернулась к Гелии, потеряв от ужаса дар речи. Очевидно, это отразилось на моем лице — он нахмурил тонкие брови с явным беспокойством потянулся ко мне, как вдруг… Дом содрогнулся от вопля Беломорит. Меня оглушило. Я зажмурилась и что есть силы зажала уши — от боли на глазах выступили слезы. На макушку посыпалась грязь и пыль — стена начала трескаться. А оставшиеся стеклянные вставки разом треснули и разлетелись на сотни осколков. Мы с Гелией кое-как, практически вслепую, поползли к другой стороне дома. Зря. Я почувствовала себя дичью. На спине будто нарисовали ярко-алую точку-мишень. Беломорит нас заметила. Я потащила Гелию в сторону в попытке спрятаться на кухне. Он перехватил меня за руку, выдрал банку с солью и наскоро, с грохотом высыпал из шкафчика с метлами все содержимое и затолкал меня внутрь. Пара коротких движений — перед шкафчиком рассыпалась ровная дорожка соли, а дверца захлопнулась. И повисла тишина. Я медленно провела по вспотевшим вискам, достала самый маленький кристалл и зажгла, снизив яркость до минимума. Казалось, я дышала так громко, что меня слышала все призраки в округе. Гелия смотрел ошарашенно. По его глазам, как по открытой книге, несложно было прочитать — он растерян, напуган и совершенно не знает, что делать дальше. Не знала и я — отступать поздно, да и сможем ли? Кочерга и та осталась на полу. Его дыхание обжигало мое лицо. Шкафчик катастрофически мал для нас двоих, и в особенности мал для Гелии — ему пришлось склониться и практически навалиться руками на стенку позади меня. И вот мы застыли в едва ли устойчивом положении в жалкой попытке не сдвинуться. Ни разу не романтично, но отчего-то в голове также пьяно от накатившей вязкой тишины и спертого дыхания. Еще немного и я не справлюсь с головокружением и свалюсь вниз… Неужели она нас потеряла? Внезапный грохот слился с криком Гелии. Воздух разом посвежел, темноту разрезал холодный солнечный свет. Секунда помешательства, и пришло осознание — Гелию утащил призрак. Не раздумывая, бросилась в коридор, подхватив на ходу кочергу, и по дорожкам стертой пыли понеслась на улицу. Беглый взгляд на нетронутую годами почву — вереница наших следов и борозды от тонких пальцев. Несколько поворотов — на каждый ушло по удару сердца — и я остановилась, увидев Гелию. Первым порывом было исцелить — его рубашка разорвана в клочья, и комья грязи смешались с потеками крови на животе и груди. Но стоило ему поднять голову, как я поняла — передо мной не Гелия. Имя: Гелия Лонго (Беломорит) [раскрыть] В голове пронеслись все разговоры с Гелией об Авраме. Естественно, он ни словом не обмолвился о способности призраков вселяться в живых. Я подняла кочергу, точно она была мечом. Но Беломорит в ответ молча наклонила голову в сторону. Даже если железо ей навредит, я в первую очередь пораню Гелию. Исцелить его мне под силу, но что помешает Беломорит вселиться в меня? Кто тогда спасет нас? Истекающий кровью Гелия? — Оставь его в покое! — прохрипела я, отбрасывая кочергу. Гелия причудливо ломано согнул пальцы и попытался схватить ими что-то в воздухе. Что-то, чего я не видела. — Я приказываю тебе оставить его в покое! — воскликнула громче. — Я Диаспро Падпараджа, и я здесь, чтобы расследовать весь тот ужас, что случился с моими подданными много лет назад. И Гелия замер. Дикий взгляд яростных глаз пробрал насквозь, но я лишь выпрямилась и подняла выше подбородок. — Ч… Че… Чем… Эт-то… — на выдохе произнесла она устами Гелии. Я прищурилась в попытке понять. — …по… мо… жет… А чем поможет захват тела Гелии? Почему не моего? Почему бы не отомстить моим предкам за то, что не уберегли? Потому что мужчина?.. Потому что без магии? — Ты права, я не верну тебя к жизни, но я спасу тех, кто страдает сегодня и отомщу потомках тех, кто тебя терзал. Увы, большее мне не под силу. Гелия потянулся к своей шее, и было в этом что-то отвратительно-прекрасное. Тонкие изящные пальцы сжали лебединую шею, чёрные, небрежно разбросанные по плечам пряди оплели Гелию точно нити. Изогнувшиеся в безумном оскале губы — не движимы, не в состоянии вымолвить слово целиком, но я и так поняла беззвучный язык призрака. Он читался в том, с какой силой пальцы Гелии царапали его собственную шею. В том, как натягивалась до красных пятен кожа. В том, как Беломорит кусала мужские губы до кровавых разводов на зубах и подбородке. — Ты моя подданная, и я приказываю тебе: оставь Гелию. На руке непроизвольно загорелся шарик светлой магии. Я была уверена, что он не принесет ей вреда, но утопать в своем бессилие не собиралась. Беломорит неожиданно дрогнула и уставилась на мою руку, как растерянный зверь. Я нахмурилась и медленно провела рукой в сторону — она проследила взглядом за сферой. Да неужели? А если?.. Я соединила руки и вложила в сферу больше маны — шарик увеличился и засверкал как маленькое ослепляющее солнышко. Ну-ка покажи себя, Беломорит! Желательно прежде, чем у меня иссякнет мана. Она сделала несколько кривых шагов. Последний вышел неудачным — ботинок соскользнул по камешку и Гелия упал передо мной на колени. Я снова открыла характеристику — она еще здесь. Медленно присев перед Гелией, подцепила ноготком его подбородок и заставила посмотреть на меня. Его глаза стеклянные, мутные. — Либо помоги нам, либо уходи — прошипела я. — Это приказ. - … Пад… па…рад… И ни искры осознанности. Нет, с ней договориться не получится. Не выдержала и подалась вперед, чтобы впиться в ледяные губы Гелии. Поцелуй вышел скомканным, но я почти насильно заставила его приоткрыть губы и сделала то, что не делала никогда — я представила как вливаю через поцелуй магию в захваченное призраком тело. Слабое дыхание смешалось со стоном, и я не знала принадлежал ли он Гелии или Беломорит. Но Гелия обмяк — я едва успела упасть на колени и поддержать — и губы его потеплели. Раздался второй стон — хриплый, полный усталости и чего-то… знакомого по той самой ночи — и Гелия сдавил меня в горячие объятия. Поцелуй из нужды-спасения перерос во что-то горячее и столь приятное, что я позабыла обо всем на пару бесконечно долгих мгновений. С трудом разорвав поцелуй вгляделась в его глаза. Снова яркие, голубые. И эмоций в них столько, что не передать словами. — Это ты? — осторожно уточнила я. — Я, — прошептал он мне в губы. И вдруг прижал к своей груди и, зарывшись руками в волосы, добавил: — Ты невероятная, я говорил?

***

Беломорит так и не вернулась, но Гелия смог описать свое недолгое помутнение. Ничего четкого в мыслях девушки не было — лишь ярость, злость и желание найти что-то. Или кого-то. Но к нашему общему удивлению Беломорит практически не видела. — Когда ты начала колдовать, она почувствовала себя странно. Мне сложно описать это ощущение, но я бы сравнил это с тем, как мотыльки летят к огню. — Ко мне как к принцессе или к светлой магии? — уточнила я и поняла без слов: — К сердцу. Вернее к его нынешней хозяйке. Мы остановились, чтобы Гелия подробно записал все ощущения и собрал пробы земли и костей, и после продолжили путь. За несколько часов мы наткнулись еще на множество призраков. Какие-то выглядели как совершенно здоровые люди — мы предположили, что эти несчастные скончались в момент нападения ведьм. Они играли на площадках, сидели за покосившимися столами и, что особенно важно, не обращали на нас никого внимания. Другие же заметно от них отличались. Они либо смотрели в одну точку, не замечая никого и ничего вокруг, либо выли в попытках то ли позвать на помощь, то ли напугать. Мы предусмотрительно наблюдали за каждой издалека и по итогу пришли к некоторым выводам. Первое — все девушки. Второе — они умерли в одном месте. Конечно, не все случаи были однозначные, но их одежда явно отличалась от одежды обычных жителей. Безликие светлые балахоны в пол напоминали скорее одежду из лазарета, чем обычное женское платье. Третье — все молодые, не старше двадцати пяти. Четвертое — они голодали долгое время. И над ними явно издевались. Пятое — у большинства традиционные имена Айсиса. — А тебе не кажется, что последние две особенно похожи на горцев? — заметил Гелия, когда мы собрали все наблюдения воедино. Я задумалась. Внешность горцев не так уж отличалась от нашей, но Гелия прав: у девушек чуть изогнутые носы, широкие густые брови и мелкие кудри. Из-за искаженного облика сложно определить цвет волос, но рыжий вариант вполне вероятен. — И что это дает? — Без понятия, — признался Гелия. Зато я, кажется, догадалась. На самом деле догадка пришла еще во время нападения Беломорит, но она была столь невероятной и ужасающей, что я боялась ее озвучить. — Мы знаем, что город построили для пришлых, — начала я. — Но… Я бы могла подумать, что измученные девушки не имеют отношения к англичанам как к таковым. Их относительно немного и вероятность того, что в городе завелся какой-нибудь сумасшедший насильник, была бы… Если бы не слова ведьмы. Как там она сказала? Магия не идет им в руки? — А что если их похищали? — Ради?.. — Ради попытки привить пришлым магию, — нервно пробормотала я и громче продолжила: — Сам посуди: немагический воинственный народ попал в Магическое измерение. Разве они не захотели бы колдовать? А как проще всего этого добиться? Заиметь следующее поколение от местных девушек. В то время браки с чужаками вряд ли были распространены, так? А украсть девушек не так уж и сложно. К тому же учитывая момент перехода, сюда попали мужчины, женщины и дети горского народа, а вот со стороны англичан — только воины. Им нужны были женщины. Гелия задумался. — Это серьезное обвинение. Мне кажется, что и без похищений нашлись бы женщины, которые согласились бы связать себя с ними. К тому же разве так обращаются с девушками, которые должны родить здоровых детей? Я зло рыкнула, на что он успокаивающе погладил меня по ладони. — Я не говорю, что не согласен с тобой. Но нужны доказательства. Нужны. — Если ты права, девушек держали бы в закрытом, неприметном месте. — И вели бы записи. Итак, если бы я была безумным селекционером, где бы я закрыла своих жертв? На ферме вдали от города? На частной территории? На подземных этажах лекарского дома? Последнее отмела сразу — такое нужно каким-то образом скрыть. Да и зачем им горские девушки? Дракон… Я знала, как мастер Цитрин проводил эксперименты: для оценки эффективности нового артефакта необходимо использовать параллельно старый вариант, чтобы было с чем сравнивать. Могло ли здесь быть то же самое? Могли ли они сравнивать детей, рожденных от разных женщин? Во мне закипела злость. Если я права, мало каждого уничтожить! Магия зависела от планеты. Если магическое сердце планеты здорово — у жителей формировалась здоровая магическая система, которая позволяла взаимодействовать с магическими потоками как на своей планете, так и на чужой. А Земля, судя по открытой информации, давно выжила своих магов! Сожгла на кострах, замуровала в стенах, вырезала и замучила, потому что глупых землян всегда пугала магия! Что там с их ядром — ведает лишь Дракон. Они сделали все, чтобы лишиться всех, кто мог бы им помочь. И после всего этого чужеземцы решили отобрать нашу магию и дом? Еще и с помощью насилия наших женщин?! — Диаспро? Я хмуро посмотрела на Гелию. — Предлагаю осмотреть дома знати. Кто, как не они, смогли бы провернуть всё в секрете?

***

У эраклионской знати дурной вкус в крови. В их домах слишком много комнат: широкий холл, две столовых, несколько гостиных и комнат для гостей. Здесь уйма ваз с сухоцветами, исписанные фресками потолки и множество статуэток из фарфора, покрытых поталью. И везде разноцветные камни, вензеля, золото да остатки когда-то дорогих переливающихся на свету тканей. Я проходила вдоль стен, пока Гелия обыскивал комнаты, и ждала, когда на карте приоткроется часть тайного логова. В том, что оно тайное, не сомневалась. Такие вещи в открытую не творят. Наконец, осмотрев пару домов, Гелия пришел к выводу, что в старых письмах часто упоминается некая семья Элэр. Семья влиятельная, обсуждаемая и очень, очень богатая. В их дом и направились, а там, практически сразу — у самых ворот! — карта показала наличие подземного этажа размером с само поместье. Меня сжигала злость, смешанная с предвкушением. Я была уверена, что найденная информация повергнет Магическое изменение в шок — это Айсису на руку. Еще одно оправдание, еще одна маленькая, но колкая защита против Эраклиона. Но когда мы выбили последнюю дверь и спустились вниз, я пожалела о каждой подобной мысли. На этаже воняло так сильно, что нам пришлось открыть дверь настежь и подождать некоторое время, чтобы спуститься с повязками на лице. Запах гнили и сырости пропитал темные коридоры и въелся в каждый сантиметр стен. По ним же стекали влажные подтеки. Здесь должны были быть крысы или насекомые. Но в подвале стояла оглушающая тишина, а вдоль стен лежали скелеты. Мы видели кости и на поверхности. Учитывая произошедшее с Аврамом, это не было удивительным. Но эти кости… Они другие. На них висела странная одежда, напоминающая балахоны призрачных девушек. Вот только у этих были карманы и потускневшие металлические элементы: запонки, значки и тонкие пластины. Смахнув с одной слой пыли, я прочитала: «У. Бол». Не наша фамилия. Мы зашли в первую комнату, и я осветила ее магическим светильником. Итак, потрепанная плитка на полу, пустые стены и занавешенный тонкой шторой угол. Сдернув ткань, едва сдержала рвотный позыв. Передо мной стояла кушетка с крепкими кожаными ремнями на уровне шеи, рук, талии и ног. И эти ремни, как смертельная клетка, обнимали кости. Ломанные во многих местах и обрамленные остатками длинной робы кости. Остатки девушки Когда-то их обладательница погибла страшной смертью. Возможно, ее мстительный дух обитает где-то рядом? Целостность 43/100 Это Беломорит? Другая несчастная? В тишине щелкнула камера телефона — от неожиданности я вздрогнула. — Что ты?.. — Нам нужны доказательства, помнишь? Я кивнула. Обойдя кушетку, я снова пожалела, что не осталась в Айсисе. Возле нее, на небольшой косой табуреточке, лежали заржавевшие инструменты. — Я осмотрю пока другие комнаты, хорошо? Снова кивнула, практически не слушая. На табуретке ножи, иглы, пилы, зажимы и расширители. Всем этим мучали девушек? Чтобы что? Чтобы… Нет, не чтобы получить магически одарённое поколение… Сглотнула. Чтобы понять откуда у нас магия?.. Я сама испугалась своих мыслей. Я знала, как проходят эксперименты: исследователи меняют условия, вводные данные, полученные образцы тщательно изучаются, в том числе и с разрушением. Но одно дело кристаллы и артефакты и совсем другое — живые люди. Однако если мое предположение верно, то где-то должны быть записи. Я обернулась и сердце дрогнуло — у стены прятался небольшой резной шкафчик. И, конечно, там лежали стопки журналов, обернутых кожей. Я открыла первый попавшийся с надеждой на то, что мое предположение неверно, и прочитала: — Сии материалы представляют собой тайные сведения, предназначенные лишь для строго ограниченного круга лиц. Лица, допускаемые к ним, должны быть одобрены капитаном К. Элэром. Перевернула страницу и продолжила: — Задачей проведённых ранее и впоследствии экспериментов является поиск источника некой энергии, обозначенной нами как Х-энергия, с целью заполучить ее, не прибегая к разбавлению английской крови. Да как же вы ее не разбавите? Я допускаю, что солдат было несколько тысяч, пускай больше. Толку, если попали сюда только мужчины? Хорошо, допустим английские женщины каким-то образом перенеслись. Но сколько их там могло быть? Единицы? Десятки? Этого мало, объединяться в семьи с местными или горцами все равно пришлось бы. Я открыла случайную страницу. Эксперимент №88 Предположение, что X кристаллы (здесь их называют магические кристаллы) заряжаются при контакте с отдельными свежевырезанными органами людей, имеющих способность управлять X-энергией, не подтвердилось. Что?.. Я перечитала еще раз. И еще. Но смысл написанного все не доходил. Журнал едва не выпал из дрожащих рук. Я снова посмотрела на кости и медленно осела на пол. Свежевырезанными органами… Какой безумец это придумал?! Зачем?! Но это так не работает! Не работает, дракон подери! Это знает любой ребёнок! Для этого не нужно убивать! Я смахнула наугад страницу. Эксперимент №123 Вывод: люди, имеющие способность управлять X-энергией, переносят холод на двадцать четыре процента лучше, чем горцы. В эксперименте участвовало две группы по двадцать человек. Перевернула страницу, уже не надеясь ни на что. Проверке стойкости по отношению к чему-либо была посвящена целая серия экспериментов: людей морили голодом, не лечили, мучили огнем и причиняли боль. После чего трупы — эксперименты вели до смерти — исследовали. И все это ради того, чтобы выяснять — магически одаренные люди чуточку крепче. Да это знает даже ребенок! Любой ребенок! Перелистнула в самый конец. Эксперимент №404 Дети, пившие кровь людей с X-энергией с трех до восемнадцати лет, не проявили магические способности. Изменение дозировки и частоты употребления к результатам не привели. Концентрирование и употребление кровяной сыворотки так же не дало положительных результатов. Зажмурилась и с трудом нашла силы прочитать дальше. Дети от наших женщин и от женщин гор. Их было всего двадцать и никто из них не выжил. Их вскрытие так же не дало новой информации. Ненормальные! Звери! Изверги! Вместо того, чтобы принять нашу доброту и жить по нашим законам, понемногу сливаться с местным населением и медленно, но верно влить нашу кровь в свою, они захотели все сразу: и чистоту, и магию! Да будьте вы прокляты! Перед глазами уже мутнело от ярости. Едва не разорвав страницы, я открыла самый последний журнал и посмотрела на даты. Эксперименты шли до… Нападения Трех Древних ведьм. Не в силах справиться с накативший яростью, я взвыла, и мой крик эхом разлетелся по комнате, а журналы упали на колени. Горло свело от боли. Я обхватила себя за щеки и покачалась из стороны в сторону. Не может быть. Просто не может быть, чтобы люди были такими тварями! — Диаспро, что случилось? — обеспокоенно спросил вбежавший в комнату Гелия. Я молча протянула ему журнал и подошла к столу. Пока за спиной раздавались быстрые перелистывания, я расстегивала ремни дрожащими руками. Сколько мучений они пережили… Как только выдержали? Как?.. — Это чудовищно, — из-за стука в висках я почти не слышала Гелию. — Мы должны забрать все, что сможем найти, и выставить в свет. Я бесшумно оскалилась, и вдруг поняла, что по щекам текут слезы. Дракон, я же с ними практически ровесница… Я же знаю, какого это бояться, мечтать и думать, что вся жизнь еще впереди. И они знали. Знали, но попали… сюда. Слова, чтобы описать это место не находились. Мне казалось любое слово просто не опишет весь тот ужас, что они пережили. — Сначала похороним, — хрипло произнесла я. — Их нельзя оставлять здесь. Гелия согласился.