Икона на прикроватной тумбочке.

Семьдесят третий год. Нью-Джерси. Неумолимо быстро проносились приятные летние деньки, утопая в неистовом жаре Июльского солнца. Они - наполненные духотой, на пару с запахами: старых книг и ванильного мороженого, точно как и прежде вселяли в сердце наивную надежду на предстоящие приключения. (А уж была ли та надежда плодом воспалённого от переизбытка сахара и ярких комиксов ума, узнаем мы навряд ли, конечно исключая вашу наследственную склонность к телепатии, дорогой читатель.) Ах, бедный Фрэнки, такой смышлёный, но до чего же инфантильный мальчишка! В свои солидные семнадцать лет, пока ровесники во всю совершали свои первые ошибки юности, которая почему то была обязана им всё простить, он до ужаса любил рисовать чудаковатых монстров на полях тетрадок, читать короткие рассказы, придумывать свою собственную философию жизни, (заключающуюся в непрекращающемся веселье) и воображать себя грозным повелителем мёртвых, нацепив на себя папину карикатурно огромную шляпу, а на спине кривовато повязав мамин траурный платок, нелепо имитирующий плащ мрачного господина. "Я пришёл, чтобы забрать вашу душу, мессир!" Сейчас же он сидел на богом забытом деревянном пирсе, надёжно скрытый под тяжёлыми, ярко-зелёными кронами деревьев, мальчишка опустил обе ноги в воду, весело качая ими вперёд-назад, задорно разбрызгивая капельки тёплой воды во все стороны. Это местечко было чем-то вроде тайного пристанища Айеро, здесь не водилось людей, никогда. Все обходили его стороной, а ведь на то определённо были свои причины. "Проклятое место.." - таинственно крутилось в мыслях парня, каждый раз, когда он возвращался сюда. Оно пленило, с какой-то необъяснимой силой манило его к себе, заставляло вновь и вновь пробираться по поросшим высокой травой тропинкам. Всего пару дней назад ему наконец удалось заполучить новую книжку, чему он к слову был несказанно счастлив, не смотря на то, что её наличие приходилось тщательно скрывать, да, именно так, ведь книжка та была вовсе не обычной, вернее...Необычными были его родители, ведь в руки Фрэнка редко попадало что-то кроме тщательно отобранной ими литературы, а тут..Ужасы! Если бы маменька, или папенька лишь прознали о такой невообразимой шалости, они бы тотчас книгу отобрали, да и рассердились бы не на шутку...А доводить до такого было нельзя, но об этом чуть позже. Во всю увлечённый жутким рассказом он вовсе не заметил опасности, бесстыдно нарушившей покой его обители. И в момент всё было безвозвратно уничтожено, сожжено до тла. Или нет? —Привет?..- тихонько произнёс Фрэнки, ощущая как необъяснимой силы страх, что при том усиливался с каждой секундой, теплится в глубинах души и плавно скатывается по самому кончику языка, скользит по нёбу и наконец, комом встаёт поперёк горла. Его взгляд цеплялся за каждую черту таинственного мальчишки, что будто притворялся его давним знакомым, присев рядом с ним и подобно ему, окунув кончики пальцев в воду. Но незнакомый мальчик ничего не ответил, он продолжал смотреть в одну точку, таким измученным, обречённым и всепоглощающе тоскливым взглядом, каким смотрят самоубийцы, делая свой последний шаг, нажимая на спусковой крючок, момент. И он отправит их в забвение, в такие желанные далёкие странствия по бесконечности вселенной, в царствии вечного спокойного сна. "Приятных сновидений, друг!" —Привет- чуть громче и уже куда увереннее повторил Фрэнк, чувствуя как мерзкая, мелкая, совершенно неконтролируемая дрожь начинает одолевать всё его тело. Обворожительно-ужасающий, принёсший с собой запах сырости, стирального порошка и чего-то приторного, с тёмными синяками под глазами, чёрными, сильно спутавшимися волосами и явно болезненно-бледной кожей, с каким-то синеватым оттенком, тонкой, будто сияющей изнутри, что само по себе было невообразимо странно, а уж в случае с Джерси - и вовсе казалось настоящим нонсенсом, беря в расчёт здешнее солнце, попадая под лучи которого обгораешь в считанные секунды. Или же этот парень не выходил на улицу вовсе, или имел при себе склонность к телепортации, судя по такому бесшумному появлению. Он наконец обратил своё внимание на тщетные попытки Фрэнка заговорить с ним, после чего тут же нервно встрепенулся, вздрогнул, издал истеричный писк, кивнул и протянул ему свою руку, с поразительно длинными, острыми ногтями. —Джерард Уэй,- и его рот растянулся в дружелюбной улыбке,—извини что напугал тебя, я правда не думал, что кто-то кроме меня всё ещё приходит на это место..- здесь он звонко хихикнул, пожимая руку совершенно растерянного парня. —Фрэнк Айеро, всё в поря..-он не успел договорить, ведь тут же был прерван неожиданным вопросом,—Кстати! У тебя есть еда? Какие-нибудь леденцы, жвачки, мармеладки, или...и-и-иириски?- ох, хотя и было это вовсе не кстати, но он озвучил свой вопрос настолько быстро, что половина слов, которую мало того, что с трудом удавалось различить, так ко всему прочему, ещё и была съедена его собственными воссторженными придыханиями, однако последнее было произнесено с особым акцентом. —Ириски?..- неуверенно произнёс Айеро. —И-и-иириски!- весело повторил Уэй, начиная улыбаться ещё шире, то-ли от огромной любви к иииирискам, то-ли попросту от того, что ему так сильно нравилось это слово и его своеобразная метаморфоза. Он был странным.

А у Фрэнка были ириски.

Набив карманы любимыми сладостями в приятно шелестящих обёртках, он вновь улыбнулся, а потом они долго-долго вели дискуссии о пришельцах, летающих машинах, сухих завтраках, вилко-ложках (существование которых искренне поразило, но всё-таки позабавило Джерарда), мультфильмах, монстрах, музыке и всякого рода чепухе, но начинало вечереть. Солнце, по всей видимости сильно утомлённое своей изнурительной работой, начинало активно сдавать позиции, утомительно плавно опускаясь за горизонт, но земля всё ещё отдавала тепло и жар вовсе не думал спадать, как минимум до середины ночи. —мы ещё увидимся, Фрэнки, обязательно приходи вновь.- слова эти раздались будто в его собственных мыслях. Произнесённые голосом Джерарда, они звучали совершенно нереально с толикой эфемерности, напоминая лишь выдуманный диалог из снов. Оглянувшись по сторонам, Фрэнк застал абсолютное ничего, вернее...никого, лишь таинственную пропажу своего нового знакомого. Нет, в реальности такого быть не может, это точно. он просто перегрелся на солнце, сошёл с ума на крайний случай, но его догадки тотчас с крахом обрушились, стоило глазам зацепиться за крохотный обрывок бумаги с схематически нарисованным приведением и короткой подписью —"G".