Солнце вышло из-за туч

Почему-то существует такое мнение, чем лучше начало дня, тем хуже пройдет вся остальная часть. Возможно именно поэтому сегодня солнце светило ярче обычного. А в небе наблюдалось столько облаков, что их можно было бы пересчитать пальцами одной руки. Ведь все в этом мире не случайно? Или наоборот. Якса встал с рассветом и выходя на свое излюбленное место в «Ваншу», осмотрелся. Обычно демоны являлись в темное время суток, но это не означало, что в округе могло быть так же спокойно, как и в небе. Может где-то бродит банда похитителей сокровищ или хиличурлы разбили свой лагерь и сейчас греются на солнышке. Он часто устраивал утренние обходы, за что иногда слышал от Веер Голдет недо-поучения, что он слишком много сил и времени отдает этому занятию. Но ему не было дела до чужих слов, он лишь отмахивал их от себя. У него есть долг перед Ли Юэ. Который скорее всего он никогда не сможет искупить. И конечно же «контракт». Он никогда его не нарушал и нарушать уж точно не собирается. Жаль конечно, что никто не знал его истинных условий. И скорее всего никогда и не узнает. В воздухе мелькали анемо частицы, что тут же растворялись. Сяо ловко прыгал по вершинам деревьев и всматривался вниз, пытаясь поймать цепким взглядом хоть какое-то движение или тень. Но почему-то все было слишком спокойно. Даже как-то умиротворенно. Он оттолкнулся от толстой ветки и спрыгнул вниз, выставив перед собой копье и следом убрав его за спину. Пройтись ему тоже не помешает. За все время его обхода солнце уже успело значительно подняться. Но что удивляло… не было слышно даже порхания кристальных бабочек. Словно все живое притаилось. Возможно неспроста. Он шел по невысокому склону, а внизу проходила узкая тропинка. И оказавшись на этом месте тишина разбилась, как стекло. По самой тропе пробежали двое мужчин, они были взволнованные. Адепт не был любителем погреть уши. Он в принципе никогда таким не занимался. Но слова, что вырвались из чужого рта заставили его замереть. «Властелин камня мертв.» Что? Ему же послышалось? Может это были невежественные туристы? Но даже за пределами Ли Юэ Моракса чтят как самого сильного и древнего архонта. Шутить про его смерть, было глупо и низко. Но одежды были родных мест. Ноги тут же подкосились. Даже мысли о малой ране на теле его Бога, уже доставляли неимоверную боль. Но смерть? В воздухе вновь возникли анемо частицы. ----------------------------------------------------------------------- Он оказался на крыше какого-то здания. Кажется в нем находился ювелирный магазин. в котором сам Моракс когда-то купил нефритовую подвеску для Сяо. Тогда он долго благодарил архонта и твердил, что орудие, коим он «являлся», не достойно столь щедрого дара. Но на свои слова юноша получил лишь легкую улыбку и взмах рукой, который был вместо слов «не стоит». После этого долгое время подвеска хранилась в его покоях и надевалась лишь на особые случаи, когда Архонт созывал якс на пиры, что им устраивались. Но после нескольких таких случаев, Сяо услышал вопрос «Почему ты так редко ее носишь? Она тебе не по душе?». Якса был готов упасть на колени и молится перед Богом, что любая вещь, которая будет передан от его Господина, станет его любимой. Он пытался объяснить, что боится сломать ее или потерять, ведь такой ценный подарок был очень важен ему. В то время юноша часто терял контроль над собой, когда находился рядом с Властелином Камня и мог долго пытаться сформулировать свои мысли, чтобы дать точный ответ. Но его просто погладили по волосам. Столь теплый и как тогда ему казалось, интимный жест, заставил вздрогнуть и замолчать. Тепло после рук архонта еще долго хранилось в собственных волосах. Им можно было бы согреть весь мир. Но оно грело только Сяо. Это воспоминание было до сих пор ярким, будто случилось недавно. Но прошла уже не одна сотня лет. Ни что не вечно. Поэтому когда взгляд янтарных глаз упал на тело. Тело его Архонта. Его смысла жизни. Рука сама невольно сжала эту подвеску. Кажется раздался хруст. Это была она? Или черепица под коленями, когда он опустился на них. Хотя как опустился? Безвольно упал. Все тело пробирала дрожь, а глаза затуманивались. Это не был приступ кармы. Это были эмоции. Самые настоящие эмоции, что бывают у людей. Но он же был Яксой? Что почти никогда не давал им права управлять собой. Но не сейчас. Он не мог смотреть туда. Какие-то люди? Кажется кто-то кричал? Где-то слышался плачь? Или это были перешептывания людей в толпе? Он уже не видел. Глаза сильно жмурились до кругов в них, а руки со всей силы ударили по той же несчастной черепице. Зубы впивались в губы. Кажется он ощутил металлический привкус. Тяжело дышать. Адепт быстро и стремительно терял связь с миром. Он уже не слышал ни единого звук с площади. Только звук своего бившегося сердца и как пальцы впивались в ладони, но только смогли надорвать ткань перчаток. И он позорно сбежал. Он оказался слаб. Бесполезен. Ведь ничего не смог сейчас сделать. Хотя почему только сейчас? Получается и все, что делал до этого, было бесполезно. Ведь он допустил смерти своего Бога. Наверняка, хотя даже без наверное, а точно, им были допущены ошибки. Из-за которых покой Ли Юэ был подвержен опасности. Но даже если это отставить на задний план (твои обязанности говоришь отставить? ты жалок.). Он трус. Вот так убежать и даже не бросить последний взгляд.на него. Сяо любил, нет обожал, даже не так, боготворил Архонта в истинном обличии дракона (хотя и в образе более человеческом тоже, не мог по другому). Он вызывал трепет и страх, что был приятен всему его физическому и душевному. А рев, что раскатывался словно гром, на поле боя, когда борьба была в самом разгаре, сотрясал небо и землю. А так же одно маленькое сердце. Юноша помнил моменты, когда ему, лишь ему, позволялось дотронуться до чешуи на теле рептилии, погладить густую гриву, что на свете Солнца выглядела ярче, чем самая искусная монета и даже коснуться подушечками пальцами массивных рогов. Последнее было лишь пару раз. Но адепт не мог забыть и малейшей близости со своим господином. Но толку теперь было от этих воспоминаний. Ведь если Моракс был ему так дорог, то почему же тело тут же перенеслось в другое место. Он просто не мог принять того факта, что мимолетное ощущение того, что он не был одинок, теперь ушло на всегда. Это был конец, последняя искра его надежды на жизнь без тьмы погасла. Хотя можно было бы даже сказать, что ее потушили прямо перед собственными глазами. Тело коснулось чего-то холодного, а со рта наконец-то сорвался крик. Сначала он был не громкий, скорее это было похоже на приглушенные вскрики (будто зов раненного зверя), когда только только начинаешь давать волю эмоциям. Или только учишься это делать. Но следом уже идет вопль. В котором ощущаются даже самые затаенные нотки отчаяния. Горло начинает болеть, а по лицу пробегаются капли. Это его слезы? Или дождь? Но думать об этом желания нет. Яксу накрывает истерика, словно цунами обрушивается на маленькую прибрежную деревушку. Мир вокруг меркнет, а в глазах мелькают воспоминания из прошлого. Они размыты, но каждое из них словно осколок врезается в сердце и с каждым разом все сильнее. Хочется протянуть руку, докоснуться до тех светлых времен. Но это лишь его больное воображение, что дает жалкую надежду, что еще не все потеряно. Силы быстро покидают тело. Возможно это старые раны открылись? Но какие? Разбитое сердце не убьет человека, а Сяо даже им не являлся (как он считал). Глаза сами закрываются и все окончательно меркнет. Возможно с уходом Моракса и его дни сочтены? Контракт разорван, а значит и ему больше нет места в этом мире. Хочется исчезнуть навсегда. Жаль что адепт больше никогда не увидит глаза, которые нельзя сравнить даже с самым драгоценным куском Кор-Ляписа. И пусть, это было его наказание. Карма взяла свое. ----------------------------------------------------------------------- Но смерть, это слишком роскошный конец для него. Поэтому с первыми лучами Солнца юноша открывает глаза. Оказывается после нескольких часов непрерывных слез открывать их почти так же больно, как после удара, что приходится прямо в лицо. Вот только неудавшийся уход из жизни его удивляет не так сильно, как-то, что якса проснулся не на земле, а на, черт его подери, статуи архонта. Его Бога. Тело тут же дергается и если бы не реакция, что была выработана за несколько тысяч лет, он бы уже кубарем летел вниз, но успел схватиться за руку из камня. Но следом тут же отпустил. Глаза очерчивали размытый профиль лица, что был высечен на постаменте. Но он никогда бы не сравнится с реальностью. Осмотревшись по сторонам стало ясно, что всю ночь шел дождь. Даже небо оплакивало Архонта. Юноша все же не выдерживает и садится. Кажется он сидит на каменном бедре господина и если бы не его состояние, то лицо тут же бы окрасилось в цвет спелого яблока, которыми часто торговали продавцы в Ли Юэ. Глаза устремляются вверх и пытаются что-то рассмотреть в небе. -Что же мне делать? — губы сами раскрываются и слова вылетают из них, словно щебет воробья. такой же тихий. и никто не ответит на него внимания, считая подобное, обыденностью. но ответа нет. Голова поворачивается к каменному лицу и в голове проскальзывает мысль. «Почему ты оставил меня? Почему именно сейчас?» Раздается тихий всхлип и слезы, что не давали знать о себе несколько сотен лет снова просятся наружу. Но он присекает их. Раз так случилось, то он обеспечит спокойствие региона в такой час. Ему никто не нужен. Он был один и так будет дальше. Еще тогда Сяо должен был это понять. На лице появляется демоническая маска и на миг в глазах темнеет. Но это лишь мелочи. Ведь в следующую секунду все клеточки на его теле заполняются неконтролируемой злостью. И вокруг вновь мерцают частицы его стихии. ----------------------------------------------------------------------- Последующие часы пролетают как один миг. адепт замечает лишь брызги крови, что иногда мелькают перед глазами. Его, не его, как никогда не волнует. И сквозь помутневшее сознание иногда слышались крики его врагов. Ни что не посмеет нарушит покой того, что создал когда-то его Бог. Даже мысль о том, чтобы это сделать, будет стерта руками яксы. Жестоко и стремительно. Тьма накрывает вновь. Но это не Карма, как недавно думал юноша, а всего лишь сумерки, которые наступают изо дня в день. Он не ощущает даже и намека на демоническую энергию в радиусе нескольких километров. кажется то, на что у него могла уйти неделя, удалось выполнить за несколько часов. Маска растворяется на лице и сил даже не хватает на то, чтобы использовать стихию для перемещения. Нужно идти вперед. Ведь он все еще хранил воспоминания, как в один из вечеров после очередного сражения, Властелин камня помогал дойти до лагеря, ибо тело буквально перестало слушаться хозяина из-за переизбытка темной энергии. «Даже если сражение закончено, нельзя падать без сил. Нужно вернуться туда, откуда ты пришел. Лишь тогда бой будет окончен. А иначе ты так же потерпешь поражение, как и твои враги.» Эти слова были произнесены почти ему на ухо, из-за чего особо отложились где-то на подкорках сознания. И он их соблюдал. Как бы трудно не было, он всегда возвращался в Ван Шэн. В место… что ему подарил Властелин камня. Все на этой земле да напоминало о нем. Бог был везде. Но только фантомно. Ноги еле поддерживают своего хозяина. Он с трудом опирается на свое копье и когда на небе уже мерцают звезды, он «доходит» до Тростниковых островов. Но что удивительно, когда постоялый двор уже виднелся в паре десятков метров, Зоркий глаз зацепился за мужчину, что стоял на берегу одного из островков. Странные же люди пошли. Время позднее, а монстры никогда не дремлют. Вот только Сяо не нашел в себе желания обойти его стороной, наоборот…почему-то захотелось пройти даже не далеко, разрешить кому-то увидеть себя. Он давно такого не ощущал. Наверное с тех самых пор, как ему даровали эту жизнь. Тело совершенно отказывало двигаться. Под подошву ботинка угодила какая-то ветка и хруст раздался непроизвольно громко, из-за окружающей тишины. Тот незнакомец обернулся. А Сяо упал на колени. Копье предательски выпало из рук. Мужчина двинулся прямо к нему и вместо того, чтобы скрыться от него, Якса замер на месте. Он ощутил слишком знакомую энергию. Гео элемент. Глаза не хотели верить в действительность, но он знал… блеск этих глаз он бы никогда и ни за что не перепутал. Глаза его Бога даже в ночи сверкали ярче всего. -Моракс. — как грубо. Вот так сразу и обращаться по имени. А если ему показалось? Но ведь…господин сам говорил, если разум затуманен, то сердце всегда скажет правду. Голос звучал слишком надрывно. Кажется что-то начало жечь глаза. Рука незнакомца протянулась к нему и мягко положила ладонь ему на щеку. Кажется это была не человеческая кожа, что-то холодное… но даже через это, он ощутил невероятное тепло. К которому всегда так тянуло. -Моя птичка… что же с тобой стало. Голос мужской и низкий. Он был так похож. Но разум все еще не собирался верить в это. Слишком самонадеянно. Неужели ему не надоело себя обманывать? Вот только корить себя дальше не удалось. В глазах резко все стало размытым и в ушах послышался приглушенный стук и шорох одежд. Вновь тишина и тьма. ----------------------------------------------------------------------- Сяо открывает глаза. Сначала понять где он, становится сложно, зрение не сразу фокусируется, но кажется место знакомое…он в своем номере. Но как он туда добрался, совершенно не помнит. Мозг активно пытается крутить свои шестерёнки, а память подбрасывает обрывки вчерашнего дня. Статуя, монстры, кровь, вечер. черт. Руки сами хлопают по лицу и медленно сползают вниз. И такое самобичевание могло бы длиться дольше, если бы не раздался тихий стук двери, что заставил вздрогнуть. -О, я разбудил тебя? Прости. Пришлось с утра сходить в хижину Бубу и взять один отвар, выпей его. Твои раны очень серьезные, одной регенерацией ты быстро не вылечишься. Юноша внимательно смотрит на мужчину, что перед ним. Теперь он точно знает. Это Моракс. Губы сами поджимаются, а взгляд становится острее. Времени думать тратить ему совершено не хочется, поэтому слова слетают сами собой. -Вы же умерли. — фраза режет остро и больно, но он продолжает. — Тогда почему сейчас вы стоите передо мной и говорите как ни в чем не бывало? Якса резко встает с кровати, не обращая внимания на режущую боль, что тут же разливается по всему телу. Ни один мускул на лице даже не дрогнул. -Почему? — шаг вперед. Кулаки сами сжимаются. — Я слышал разговоры людей. И был на этой площади. — Тихий всхлип. — Я видел ваше мертвое тело. Так почему, Господин, почему? — под конец он почти вскрикивает и вновь падает на колени. Глаза смотрят в пол а руки предательски трясутся. Он даже представить не мог, что когда-нибудь окажется в такой ситуации. Он не имел права гневаться на своего Бога. Но обида и злость словно Карма, поглощали его тело. -Прости меня. — Тихий голос расплывается по комнате, словно туман и оседает где-то у пола. — Я инсценировал свою смерть и никого не предупреждал. — кажется Архонт тяжело вздыхает. — Но я даже не думал, насколько сильно тебя это сломает. Сяо медленно, хоть и нехотя поднимает глаза. Эмоции все еще его не отпустили. Оказывается это довольно сильная вещь. Но он понимает, что это не все слова и он продолжает молча слушать, невольно буравя взглядом этот «камень» -Оказывается даже Боги могут совершать столь глупые ошибки. Я столько тебя знаю, но даже на секунду не задумался, как бы ты мог отреагировать. — мужчина опускается на пол, рядом с яксой и осторожно, словно приручая дикого зверя кладет руку тому на плечо, не сильно его сжимая. А затем издается тихий смешок. — Я ведь хотел сделать тебе сюрприз. Люди любят такое. Исчезать на долгое время, а потом вновь неожиданно появляться в чьей-то жизни. Но видимо нам действительно еще далеко до них. -Сюрприз? — адепт шепчет эти слова и смотрит, покрасневшими от накатывающих слез, глазами. — Я думал, что вы умерли… насовсем. Что я больше никогда вас не увижу. Что я. Последние слова ему не дают договорить. Крепкая рука ложится на спутанную макушку и притягивает к широкой груди, что мерно вздымается. Это сердце? Он слышит приглушенный стук. Но почему он кажется таким быстрым? -Мой милый якса. ты не один. Я бы ни за что не посмел оставить тебя. Зная какое бремя ты несешь и вспоминая, что ты пережил, было бы унизительно вот так оставить тебя, даже не попрощавшись. — Моракс крепко прижимает юношу к себе и успокаивающе гладит того по голове. Как же давно этого не было. Подобные действия были сильнее любого целебного отрава и не важно, какие раны были до этого. — Я больше не архонт, но это не значит, что наша связь разорвана. Сяо отрывает голову от грудной клетки и смотрит на своего Господина. Оказывается кошмар был лишь обманом. А явь оказалась тем самым призрачным миражом фантазий. И когда в голове возникает мысль, может ли стать еще лучше, ему тут же это доказывают. Зрачки расширились и собственные губы ощутили прикосновение чужих. Хотя в этой ситуации было бы правильнее сказать «родных» или «долгожданных». Сухие губы нежно обхватывают и мягко целую. Пол будто уходит из-под ног и юноша крепко хватается за плечи Властелина камня, словно утопаюший пытается ухватиться за соломинку. Но сейчас он был готов утонуть в ту же секунду. Контраст чувств накрывал с головой, а касания, коих он давно не ощущал, дурманили сознание лучше всяких запретных веществ. -Я буду рядом. — мужчина шепчет это прямо в губы и расплывается в теплой улыбке. — Зови меня Чжун Ли. В мире смертных я зову себя так. Сяо тихо проговаривает имя, словно пробуя его на вкус. Еще раз и еще, будто пытается распробовать вкус, что скрыть внутри. Хотя это сделать он еще успеет. -Мой Бог…я так рад, что это все оказалось лишь вашим планом. Этот якса не смеет судить его, но. — он сжимает в руках ткань штанов и на выдохе произносит. — Я правда боялся вас потерять… давайте больше без сюрпризов. Над головой слышится хриплый смешок и крепкие руки вновь притягивают к себе. Теплое дыхание колышет волоски на голове и греет, словно лучи Солнца. -Больше никаких сюрпризов. Ты и так многое пережил, моя птичка. Нам всем нужен отдых. Если даже мне он понадобился, то такой маленькой пташке как тебе, тем более. На чужие слова эта самая «пташка» недовольно посмотрел, но следом вновь прикрыл глаза, давая себе право, наверное за многие годы, полностью расслабиться. Даже если бы сейчас Чжун ли собирался его убить, он бы даже не шелохнулся. Бог знает, как лучше. -Поэтому сегодня начинается твой отдых. Не могу сказать, надолго ли, но пока я рядом, твой покой не будет нарушен. — Губы целуют метку на лбу. — Сяо, ты слишком долго оберегал меня и покой Ли Юэ, пришло время, чтобы оберегать тебя. Он снова его целует, так, целомудренно, но в ответ мужчине уже ничего не сказали. В его руках якса попросту заснул. Столько перемен даже для старого дракона, было достаточно насыщенно, что же говорить о маленькой птичке, что так долго пыталась быть бесстрашным орлом. Ведь всем, и смертным и нет, нужно родное плечо, на котором можно будет увидеть самые сладкие сны.