одинокое солнце горит

      Легкий, нежный — Ёжик машинально поморщился, — перелив небесной мелодии достал даже через наушники. Пустое мгновение назад кресло напротив него оказалось занято.       — Привет, — радостно ухмыльнулся ему ангел. От этого наушники так же не помогли, голос раздался прямо в голове, тонкие иглы зашевелились у Ёжика в волосах.       С тяжелым вздохом Ёжик отложил книгу на столик, подхватил кружку с кофе, поднес к губам. Отвечать на приветствие он не спешил, манила слабая надежда, что грубость оттолкнет.       Официантка подошла к столу с легкой растерянностью, — она была уверена, что парень в темных очках сидел в одиночестве, — которая, впрочем, быстро затиралась обычным деловым настроем. Перекинув с груди на спину тяжелую рыжую косу, она протянула гостю Ёжика меню и уставилась на него с ожиданием. Ангел неловко взъерошил и без того лохматые волосы и неуверенно залистал меню, с внезапной кроткой мольбой поглядывая на Ёжика.       Ёжик усмехнулся в кружку. Ангелы не портят свои тела и сущности. И пусть с рассудком у этого белокрылого было как-то не очень всё хорошо, основных правил он похоже придерживался. Но помогать ему Ёжик не собирался.       — Вам придется сделать заказ или покинуть помещение, — нажала на ангела официантка, чувствуя его неуверенность, нетерпеливо завертела в руках блокнот для заказов.       — Мне, — ангел откашлялся, стрельнув обиженным взглядом на Ёжика, — мне пожалуйста, то же, что и у него.       Ёжик фыркнул и неожиданно даже для себя вмешался.       — Не надо, принесите ему ваш авторский горячий шоколад. С зефиром и добавьте мятного сиропа.       Девушка вздернула рыжую бровь, но заказ записала, покачивая головой. Весь ее вид так и говорил, что они какие-то чудики. В лучшем случае.       Ангел, стоило девушке удалиться, просиял и налег на стол, протягивая руки в сторону Ёжика.       — Как мило с твоей стороны!       — Заткнись. Ты бы умер, если бы выпил то, что пью я.       — Я не буду пить, — ангел яростно замотал головой, стараясь отрицать любую свою причастность к материальной пище.       — А придется.       Ангел хотел возразить, но не успел и насупился, потому что Ёжик отвлекся на свой телефон.       Ёжик заглушал свой разговор, так что ангел ничего не слышал, но очень пристально смотрел на него через стол, наклонив голову к плечу.       — Ты даже пользуешься этим… — начал ангел, но Ёжик его перебил.       — Телефоном, да. Полезно, попробуй как-нибудь. И не только им. Вот, заплатишь, — Ёжик встал, поправляя теплый свитер, и выложил несколько банкнот на стол, положил книгу в сумку, собираясь уходить, — я ушел.       — Но мне нужно!..       — Выпей. Чертов. Шоколад.       Уже находясь вне кофейни, Ёжик задержался у окна, через которое отлично просматривался стол с ангелом. Снова ероша свои волосы, тот несколько раз ткнул пальцем в чашку с горячим шоколадом. Огляделся вокруг, — Ёжик быстро позаботился о своей невидимости, — и, нерешительно приблизившись к кружке, вдохнул аромат.       Увидев голубые, микроскопические искры у ангела в волосах Ёжик немного зло улыбнулся. Именно так. После глотка, такого же нерешительного и осторожного, будто чашка могла взорваться ему в лицо, силуэт ангела пошел короткой резкой рябью. На картинку обычного мира негативом наложилась другая — частокол острых перьев, мертвенно-голубое сияние, головы уродливых животных и глаза, легион дрожащих стекленеющих глаз без век.       Кружка звякнула о блюдце, чужая картинка стерлась, покрывшись повседневностью, а ангел — такой, каким его видели остальные, без остановки тер лицо.       Ёжик знал, каково это. И это определенно не кончится хорошо.       Он пожал плечами, отвечая сам себе, что и не ждал чего-то хорошего, давно разучился, сделал шаг и пропал.