Выжженные земли

      Ян начинал потихоньку приходить в сознание. Горький вкус с оттенком металла во рту дал знать о его состоянии и напомнил о том, как он оказался в таком положении. Конечности ныли, а поднять их парень был не в силах. Что-то ему мешало, что-то, что сейчас придавливало его к земле, не позволяя пошевелиться. Резкий раскат грома резанул по ушам, не позволяя разуму поддаться сладкому искушению дремоты, парень напрягся и попытался резко подняться, но в ответ почувствовал только ноющую боль в ноге и полное бессилие. Внезапный приступ кашля заставил состроить на лице страдающую гримасу и на минуту остановить свои попытки.        Если Ян не оглох, что, скорее всего, так, то снаружи, вопреки ожиданиям, царила полная тишина. Могли ли его ждать в засаде? Вряд ли. Куда проще было бы его убить, пока он валялся в отключке, хотя, чего таить, и сейчас Ян не являлся серьёзным противником. Прислушавшись к ощущениям и ощупав преграду, стало ясно, что сверху явно лежала небольшая деревянная балка. По крайней мере, вокруг было достаточно хлама, благодаря которому счастливчика и не раздавило в лепёшку.        Переведя дыхание, с серьёзным усилием Яну удалось за несколько попыток достаточно отодвинуть от себя балку. Он отполз в сторону, насколько позволяло его положение, и начал раскидывать от себя ящики и гнилые доски, которые являлись остатками от площадки сбыта товара какого-то невезучего торговца. Нос вдохнул свежий воздух, солдат сел, отряхнулся и начал осматриваться. Не обнаружив для своей скромной персоны никакого приёма, он расслабился и уставился на безобразную конечность, торчащую из-под этого же завала совсем неподалеку.        — По крайней мере, не моя. — парень с досадой осмотрел свои руки. Они были в ссадинах и занозах, но всё же были на месте.        Голова раскалывалась, мысли в ней начинали проясняться, собираясь в цепочку событий, предшествующих его потере сознания.        Ещё недавно Ян патрулировал улицы неподалёку, как мог отлынивал от этого неблагодарного занятия и просто пытался скоротать бесконечную ночь. Запас его микстур подошёл к концу, так что он потерял своё право мирно отсиживаться под уютным навесом, чем Юна мгновенно воспользовалась и выгнала юного предпринимателя прямо под дождь. Ну и ночка. Ян пересёк несколько улиц и не заметил ничего необычного, не считая пары кошек, которым явно никто не объяснял о том, что этой ночью стоит сидеть дома.        Несколько минут он стоял на месте, пока не услышал вдалеке шум. Это были не просто звуки, а крики. Ян выхватил кинжал и побежал туда, где, как ему казалось, кричали люди. Он быстро пересёк небольшую улицу и свернул в ближайший переулок, решив, что так он точно выйдет к источнику шума.       Вскоре он увидел несколько солдат, которые стояли на мостовой и громко спорили, размахивая оружием. Первая мысль, которая пришла ему в голову, была о пьяных хулиганах, которые устроили драку прямо посреди улицы. Хотя Ян был уверен, что кто-то из солдат просто выпил лишнего и теперь хулиганит, ему было интересно, почему они так шумят.       Однако, присмотревшись внимательнее, он понял, что дело не в безответственности людей на службе. В темноте виднелись неподвижные тела, лежащие почти под ногами у своих товарищей. Даже с расстояния были заметны тёмные пятна на мокром от дождя камне. Это была кровь.        Чем ближе он подбирался к месту битвы, тем больше деталей мог различать в сумраке ночного города. Пятеро солдат, крепких мужчин, вступили в бой с необычными существами, которые были значительно ниже их. Существа злобно рычали и бросались на солдат, не давая им опомниться, крайняя из тварей жадно вцепилась в горло одному из людей. Улицу снова наполнил крик. Судя по количеству трупов, победу одерживали далеко не бойцы.       Несмотря на размеры и факт безоружности противника, было заметно, как удары небольших конечностей проминали металлические пластины доспехов, вышибая воздух из лёгких бывалых солдат и сбивая их с толку. Яна и сражающихся разделяло всего-то несколько домов и небольшая на вид хлипкая пристройка, видимо, являющаяся своеобразным местом для торговли. Он приготовил кинжал, сливающийся с окружающей его темнотой, и поспешил на помощь к солдатам, явно осознавая, что помощь им сейчас сильно необходима. Не из-за этих ли существ была тревога? Однако в эту ночь судьба была неблагосклонна ни к Яну, ни к другим людям на этой площади. Ужасающий рёв сотряс дома, рёв явно человеческий, после чего впереди началось какое-то копошение.       Последнее, что отпечаталось в памяти Яна, — то, как он преодолел пристройку и увидел удивлённое лицо летящей твари, как оказалось, брошенной неким силачом прямо в то же место, откуда и бежал сейчас парень. Тёмная фигура, с ужасной силой отброшенная в ветхую лавочку неизвестного торговца, попала прямо в Яна, увлекая его за собой и нанося критический ущерб пристройке, разваливая её, как карточный домик, прямо на дорогу. Разумеется, благодаря невероятному стечению обстоятельств и хлипкости небольшого строения куча досок, коробок и чёрт знает чего ещё свалилась на влетевшую в них парочку. Далее — яркая вспышка боли, резко навалившаяся темнота, и вот парень просыпается под завалом, у него жутко болит голова и нога, а сам он не понимает, как вообще можно попасть в такую до нелепости глупую ситуацию.        — Да уж. — Ян освободил из-под завала ужасно болевшую ногу — Герой-спасатель. Криз узнает, неделю покоя от него не будет, если не месяц. — нехороший ком подошёл к горлу, заставив сделать глубокий вдох и не шевелиться несколько секунд. Подавив желание собственного ужина вырваться на свободу, парень поморщился от резкого раската грома, всё никак не желавшего униматься. Ян поймал себя на мысли, что не видит молний, поэтому решил, что гроза обойдёт город стороной.        К слову, за то время, что он провалялся под обломками, дождь уже успел закончиться. Мостовая и дома всё ещё выглядели сырыми, но было заметно, что тучи освободили большую часть неба, открывая вид на тускнеющие звёзды. Взгляд упал на красное зарево над городом. Приятно, что эта ночь наконец подходит к концу. Она была худшей за эти полгода, определённо. Голова моментально подхватила эту тему и стала рисовать картины заслуженного отдыха, большую кровать и любимые книги с письменным столом. Но что-то было не так. Рассвет? Очередной взгляд на небо и довольно яркая луна над головой возымели отрезвляющий эффект, заставив мысли лихорадочно бегать по голове.        Нет. Не такой цвет у рассвета. Ян принюхался к ночному городу и уловил едва заметные нотки дыма в свежести, оставленной после себя дождём. Где-то разгорался пожар, и, судя по слабому запаху дыма, он был не сказать, что и близко. Что же, чёрт возьми, тут происходит? Переключив своё внимание на недавнее место битвы, Ян недовольно цокнул языком. Кто бы ни сражался на этой улочке, отряды путей или королевские отряды, у них не удалось выстоять в этой битве. Мостовую устилали трупы людей, причем большая часть из них имела боевое снаряжение. Помимо трупов была заметна пара-тройка обезображенных созданий, которые тоже не проявляли никаких признаков жизни. Одолеваемый любопытством, парень поднялся и, прихрамывая на одну ногу, пошёл к мёртвым телам.        При более детальном осмотре места битвы стало ясно, что всё же победа была скорее за солдатами. Трупов было намного больше, чем было живых бойцов до момента отключки Яна, но, скорее всего, это было вызвано тем, что не он один слышал крики. Пара групп или с пятёрку одиночек тоже прибыли на подмогу обороняющимся.       Единственным, что вызывало смятение, были нетронутые тела, всё так же лежащие на мокрой мостовой. Стали бы их бросать товарищи без особой причины? Даже если Ян был неправ и выживших не было, почему те существа не тронули их, ведь, как было заметно до этого, одна из тварей весьма охотно вгрызалась в плоть одного из бедолаг, как будто одолеваемая нескончаемым голодом.        Парень начал неспеша подходить к трупам, намереваясь проверить пульс каждого, чтобы удостовериться, что точно никого не удастся спасти. Среди них оказались представители обоих отрядов, видимо, кто-то из них действительно пришёл на выручку позже, уже во время боя, хоть это и слабо помогло. Труп. Труп. Ещё труп. Очередной боец, лежащий на земле в изломанном состоянии, даже не нуждался в проверке пульса. Это был тот самый мужчина, которому тварь вцепилась в горло. Яну стало не по себе. Рана не выглядела как простой укус, бойцу буквально оторвало треть его шеи, заставив истекать кровью и не оставив шансов на выживание. Какой силой должны обладать челюсти, чтобы получилось нанести такую рану?       Парень невольно огляделся по сторонам — не прячется ли в тени то существо, что сделало такое? Но ночь была всё так же безмолвна, разбавляя тишину лишь раскатами грома, который всё не унимался. Оценив повреждения остальных бойцов, а также дорожку из капель крови и кровавые следы от сапог, уходящих прочь отсюда, Ян облегчённо выдохнул. Победа, если так можно выразиться, была на стороне бойцов отрядов. Кроме этого, было понятно, что трупы уже осматривали, и, судя по всему, тех, кого могли спасти, выжившие унесли с собой. Быть может, они просто спешили куда-то ещё, поэтому и оставили тела товарищей лежать посреди улицы. Тогда самое интересное.        Среди солдат в полном обмундировании неподвижно лежало обезглавленное тело. Было довольно неприятно смотреть на него, ведь оно всё было усыпано ранами, несопоставимыми с жизнью. Тварь, по всей видимости, была довольно упёртой, раз только отделение головы от тела смогло её остановить. Или страх выживших бойцов мог толкнуть на обезглавливание уже после смерти существа, что было весьма вероятно. Обезображенная голова существа лежала поодаль от тела, злобный оскал застыл на мёртвом лице. Глаза существа сильно впали в череп и почернели, отчего на расстоянии возникало ощущение, что их нет совсем. Кожа потемнела и потрескалась, из ран вытекала тёмного цвета жидкость, видимо, являвшаяся кровью твари. Ян пошарил глазами по округе и нашёл ещё несколько похожих трупов.        Второе такое существо находилось в стороне, либо откинутое прочь, либо пытавшееся сбежать от битвы. Так или иначе, далеко уползти оно не смогло. Переведя взгляд на нижнюю часть тела, Ян моментально осознал причину смерти. Неприятный комок встал в горле. Точный разрез вдоль всего живота разделил существо на две части, и, исходя из отсутствия ног поблизости, тварь ещё какое-то время двигалась без них, не желая умирать. Её собрат находился поблизости, но умер менее эффектно. Рукоять клинка торчала из его головы, пропущенный удар оказался фатальным, а так как клинок остался в голове, боец, что поверг существо, скорее всего, не дожил до финала этой битвы, раз не стал забирать своё оружие.        Немного подумав, Ян вернулся к обваленной лавке и, разумеется, обнаружил четвёртого противника. Хотя проще сказать, обнаружил его часть. Уродливая рука всё так же торчала из-под завала, тело же было прикрыто парой листов дряхлого дерева. Подначиваемый страхом и любопытством, Ян хотя бы ради того, чтобы удостовериться в смерти товарища по несчастью, начал раскидывать мусор и листы в попытках добраться до тела. Нога к этому моменту начала страшно болеть, каждый шаг давался всё с большим трудом. Наконец, последний лист был отброшен, неприятный запах ударил в нос. Вот оно, тело, что влетело в Яна на огромной скорости.        Осмотрев его, парень поблагодарил богов за своё везение. Несколько крупных досок пробили существо насквозь, а его конечности были вывернуты под неестественным углом. Даже если бы тварь выжила, она не могла бы подняться с земли с такими повреждениями. В любом случае, признаков жизни она не подавала, так что, прикрыв тело досками, Ян обессиленно упал на землю. Руки механически полезли в наплечную сумку и начали оценивать степень повреждения драгоценных флаконов. Пару ценных бутыльков были разбиты, ещё около семи колб постигла та же участь. Нашарив среди осколков заветный бутылёк, парень, не раздумывая, вылил его содержимое себе в рот и недовольно скривился. И почему все его творения имеют такой отвратительный вкус? Взгляд понемногу начал фокусироваться, а усталость ушла на второй план, уступая место боли. Следом из сумки появилась миниатюрная походная лампа, которая осветила парня, вырвав из него страдальческий стон.        Причиной стона, как и боли в ноге, являлось что-то, что вошло ему прямо в голень, пробив и её, и одежду. Кинжалом Ян вспорол пропитавшуюся кровью ткань багрового цвета, открыв себе неприятного вида зрелище. Сравнительно небольшого размера обломанная щепа, зацепив с собой кусок ткани, торчала из ноги, причиняя парню неистовую боль.        — И с этим я разгуливал по улице? — немой вопрос в никуда и сухой смешок попытались отвлечь от боли, а разум уже прикидывал варианты. К счастью, несмотря на пропитанную кровью одежду, в данный момент кровотечения почти не было. Решив, что оставлять щепу так нельзя, а тем более что помимо большого фрагмента в ногу наверняка вошли и малые, он достал из сумки ещё пару флаконов, моментально опрокинув один в себя, а второй открыв и поставив на землю. Несколько бинтов были распечатаны и легли на колени. Сосредоточившись на тёмном лезвии клинка, Ян слегка поддел щепу и сосредоточился. Несколько секунд ничего не происходило. Но наконец он смог увидеть небольшие, невидимые глазу фрагменты, проникшие в мягкие ткани ноги. Мысленно напевая себе одну недавно прицепившуюся к нему песенку, парень начал приманивать к себе мелкие щепки, невзирая на адскую боль. «Даже если я лишусь руки… Чёрт… Защитить любимую смогу. Даже если буду без ноги…». Рана снова начала кровоточить, а из неё начали выходить еле заметные фрагменты. «Даже если потеряю кров, не смогу… Ааа…». Самый крупный фрагмент аккуратно вышел из раны, давая волю крови, и был откинут прочь. Содержимое последнего флакона было выплеснуто на рану и угрожающе зашипело. У Яна потемнело в глазах, но руки уже нащупали открытый бинт и сейчас перевязывали рану.        Наконец, парень просто лёг на мостовую и позволил себе прикрыть глаза. Рана была надёжно перевязана, а болеутоляющее вернуло трезвость ума. К счастью, всё это время он единственный находился на этой улочке и был в относительной безопасности. Вставать совсем не хотелось, да и не сказать, что нужно было. На сознание навалилась дрёма, и оно было готово поддаться столь сладкому искушению.        В голове начали проноситься мысли, идеи о доработке снадобий, планы на отдых. Этой ночью ему явно не повезло, так стоило ли строить из себя работягу и тащиться куда-то ещё по тёмному городу? Ещё несколько минут Ян пролежал на мостовой, избежав сна только благодаря слабому тонизирующему. Это был отвратительный напиток, который не давал отключиться, но и не избавлял от сонливости. Чувства от смеси бесконечного желания сна и невозможности заснуть были очень отвратительны. При должном желании этим можно пытать людей, но наверняка у отряда разведки есть и более действенные методы выбивать информацию.        Чей-то далёкий крик вернул Яна в реальность, и он озадаченно начал озираться. Раскат грома резанул по ушам, после чего со стороны зарева донёсся протяжный вой. Парень начал прислушиваться, и в тишине города он еле-еле услышал чей-то рёв и совсем далёкие крики. Судя по количеству голосов, возникло ощущение, что весь город вышел из домов покричать в небо. Проклиная эту ночь, Ян с трудом поднялся на ноги, подобрал пустые флаконы и заковылял в сторону криков, по совместительству являвшейся стороной, в которую, судя по следам и крови, направились выжившие бойцы.        По мере приближения к источнику криков, Ян понимал, что это настоящая паника. Неужели гражданские вышли из домов, чтобы спастись от огня? Что же там происходит?       Перед ним были горящие дома, но странно, что их никто не пытался потушить. Ни зевак, ни хозяев, оплакивающих своё имущество. Некоторые двери соседних домов были выбиты, а людей внутри, судя по всему, уже не было.       Ян подошёл к первому из домов. Жар неприятно прошёлся по его лицу, обжигая кожу. Возле входа он обнаружил первый труп. Молодой парень его возраста лежал растерзанный, видимо, он пытался выбежать из горящего дома. Огонь уже добрался до него, медленно поглощая тело и источая неприятный запах. С такими ранами не живут, парень был явно мёртв.       Подавив в себе желание броситься за телом в огонь, Ян двинулся дальше вслед за криками и телами. Трупов становилось всё больше, пока они не стали устилать собой мостовую. Яну приходилось практически переступать через них, чтобы пробираться дальше. Тошнота подступила к его горлу, и на этот раз он не смог с ней справиться. Скромный ужин оставил его желудок, а от количества крови зарябило в глазах.       Вытирая подступившие слёзы, Ян продолжил идти вперёд, и его взгляд упал на большое здание посреди улицы. Его ворота были выбиты, окна разбиты, а внутри виднелись следы крови, которые окрасили стены в тёмные тона.       Табличка рядом со входом гласила, что это детский приют, основанный в 879 году неким Енарием Грансцевым. Приступ паники поразил Яна. Не обращая внимания на боль в ноге, он побежал в выбитые ворота, намереваясь спасти хоть кого-то, молясь пятерым о спасении детей.        Проникнув в здание, парень с ужасом обнаружил под ногами несколько трупов. Пусть это были и не дети, несколько женщин бездыханно лежали у входа. Не желая медлить, Ян начал двигаться вперёд по коридору, заглядывая в каждую дверь, но никого там не находил. Тем временем такой крови, как на входе, в остальном приюте не было, по пути ему встретились ещё несколько трупов женщин и одного мужчины. Внутри был жуткий беспорядок, как будто кто-то запустил в здание маленький ураган, но ни одного ребёнка парень так и не встретил. Отчаявшись, он наплевал на осторожность и начал громко звать выживших, предположив, что кто-то мог спрятаться от страха. Спустя несколько минут тщетные попытки не дали никаких плодов, так что Ян с небольшим облегчением предположил, что либо детей тут и не было, либо их уже успели вывести и спрятать.        Решив не терять больше времени, парень наконец решил двигаться дальше, то и дело натыкаясь на разруху и следы когтей на стенах, которые его сильно нервировали. Нехорошее предчувствие поселилось внутри, соседствуя со страхом и усталостью. Трупы на входе всё так же безмолвно приветствовали его, но он, не обращая внимания на изуродованные тела монахинь, поспешил выйти наружу.        Ян зашагал вверх по улице, следуя за криками людей. Всё больше окружение походило на место бойни, и всё меньше становилось его желание выяснять, куда ведёт эта цепочка трупов. Большинство дверей домов были распахнуты, наверняка люди покинули свои жилища, несмотря на приказ сидеть дома. Несколько солдат в доспехах лежали у стены одного из зданий. К сожалению, помочь им Ян был уже не в силах. Двоим из них просто свернули шею, третий, судя по снаряжению, глава отряда, лежал на земле чуть дальше. На первый взгляд, на нём даже не было ран, но стоило его перевернуть, как глазам предстало что-то новое. Доспех был явно не из дешёвых, когти оставили на уцелевших частях несколько царапин, но не смогли его пробить. Грудная часть доспеха же как будто была оплавлена, покрыта чёрной копотью и жутко воняла — бедолагу просто сварили в его же доспехе.        Очередные крики донеслись до ушей, судя по их силе, совсем близко. Тяжело вздохнув, Ян подумал, что, если он переживёт эту ночь, то неделю не вылезет из бара, а кошмары по мотивам этой ночи будут преследовать его долгое время. К счастью, его родители жили далеко на западе, в прибрежном городе Гова, а его товарищи могли за себя постоять в эту ночь, так что парень собрался с духом, преодолел ещё несколько домов и свернул в очередной поворот, оказавшись на обширной территории.        Он не сразу узнал это место. Это была восточная площадь, которая находилась ближе всего к стенам, примерно в километре отсюда уже был выход за их пределы. Это был самый оживлённый путь, по которому люди попадали в город, обширная площадь с большим фонтаном посредине имела несколько исходящих из неё широких дорог, ведущих в самые важные части столицы. Самой широкой из них, разумеется, была восточная. Она являлась главной дорогой, встречающей торговцев, путников и послов, и была шире других раза в два. Сейчас же это место было усеяно бегущими людьми, большим количеством тех самых существ и обороняющимися солдатами. Большинство беглецов бежало к широкой дороге, ведущей к выходу из города.        К нему-то, видимо, и двигалась толпа. Огромное количество людей, крича и плача, бежали прочь, нагоняемые тёмными силуэтами. Существа врывались в дома, ломали двери, потрошили гражданских, нагоняли беглецов и повторяли эти действия по кругу... В некоторых местах шли стычки с бойцами отрядов, но преимущество было далеко не на их стороне. Один за другим они падали, растерзываемые тварями, крича, умоляя о спасении, вспоминая о матерях и богах перед своей кончиной. Кучи трупов лежали на площади, мостовая окрасилась в красный оттенок. Если и существует ад, разве должен он выглядеть иначе? Руки задрожали, кинжал заходил ходуном. Захотелось бросить всё, спрятаться, забиться в ближайший угол и не выходить из него ближайшие несколько дней.        — Не отступать! Держать строй! — в какофонии звуков были слышны приказы, которые тонули на фоне отчаянных криков. Вот один из бойцов отпустил меч и побежал прочь, открываясь для удара. Вот его товарищ прикрывает его своим телом, лишаясь жизни вместо него, тем не менее не спасая друга, ведь того уже терзают с другой стороны. Вот израненный мужчина преклоняет колени и лишается головы под утробный вой существ, окруживших его.        Всё больше солдат выбегает на площадь, бой разгорается с новой силой, чтобы лишить жизни ещё больше людей. Отчаянные попытки остановить это безумие, город, утопающий в жестокости, смерть за каждым углом... Был ли это конец империи Сарез? Если столица падёт, что ждёт окрестные земли? Пощадят ли эти существа хоть кого-то?        Краем глаза Ян заметил резкое движение сбоку от себя. Быстро приближающийся тёмный силуэт вывел парня из транса, тело инстинктивно приняло боевую стойку. Решив действовать на опережение, боец сделал рывок вперёд, резко сократив дистанцию с противником. Лезвие кинжала вошло в тело существа, оно, как будто удивляясь, выпучило свои впалые глаза, лицо парня приняло победоносное выражение, но в следующую же секунду тварь ответила ударом лапой в живот, от чего в глазах Яна потемнело. Он хотел было вытащить кинжал из тела, но существо вцепилось в его руку, не давая этого сделать. Решив тогда, по крайней мере, всадить его ещё глубже, парень собрался перебороть противника, но внезапно лапы ослабили хватку. Резкий толчок выбил бойца из равновесия. Клинок с неприятным звуком вышел из тела, но сам парень сейчас бесконтрольно падал на землю, преследуемый ревущей тварью. Когтистая рука приближалась к его шее. Он был слишком неосторожен. Это конец. Конец всему. Весь мир остановился. Остались лишь существо и Ян. Глаза инстинктивно закрылись. Мгновения до смерти. Меньше секунды до вечной темноты…        Звук рассекаемой плоти был оглушающим. Кровь окропила лицо парня, он вздрогнул, но через несколько секунд понял, что ничего более не произошло, а ожидаемой боли так и не последовало. Открыв глаза, он увидел перед собой обезглавленное существо, медленно заваливающееся на бок. Его голова лежала неподалеку, на морде застыла гримаса непонимания, что очень странно смотрелось на ней.        — Ганс, отправляй своих людей на северную часть площади, людям Ромиля там приходится несладко. Сапи, иди на помощь к королевским отрядам, постарайтесь минимизировать потери.        Деловито синий костюм, скрывающий доспех, уверенная походка, капитанская нашивка на груди. Ян знал этого человека и был чертовски рад, что он появился тут в такое время. Среди творящегося хаоса он выглядел как настоящий воин, а его лицо не выдавало страха, лишь скорбь по погибшим и тревогу за ещё живых людей. Вокруг уже возникло довольно много бойцов, видимо, высланных на подмогу. Часть из них уже вступила в бой, пробиваясь к группам окружённых бойцов в попытке оказать им помощь. Парень опомнился и поспешил подняться, после чего поклонился мужчине.        — Капитан Рауд. Вы как нельзя вовремя. Благодарю за помощь.        Мужчина задумчиво кивнул, не переставая осматривать площадь. Внушительных размеров меч покачивался у него в руках, кровь, оставшаяся на оружии после удара по твари, почти сливалась с его лезвием. Такой же тёмный, неправильный цвет.        — Рина, бери всех, кто есть из второго отряда, и отправляйтесь искать раненых. Наверняка остались выжившие. — молодая девушка кротко кивнула, и около трети из оставшихся людей направились за ней. — Леон, свяжись с разведкой. Пусть отлавливают сбежавших порченных. Нам ни к чему рассредоточивать своё внимание на беглецов, а они всё равно без дела сидят. — Леон тут же молча удалился, по всей видимости отлавливать разведку для передачи послания. — Тяжёлая ночь. Давно я не видел столько крови.        Одна из тварей, видимо намереваясь отомстить за сородича, бесшумно появилась рядом с капитаном и набросилась на него. Мощный удар в челюсть остановил её, а свистящий взмах мечом располосовал существо от головы до паха, разделив его на две части.        — Тьфу. Ну и уроды. — Рауд презрительно обтёр внушительных размеров меч об плащ и выдвинулся в центр площади на выручку подчинённым.        — Отправим их туда, откуда эти твари выбрались! — громоподобный клич сотряс площадь, заставляя существ недоумённо осматриваться в поисках шума и бросать погоню за беззащитными людьми. Волна воодушевления прошла по рядам воинов. У, казалось бы, поверженных бойцов на площади как будто открылось второе дыхание, тут и там были слышны выкрики, приветствующие капитана и проклинающие противника. Рауд двигался быстро, как в танце, сопровождаемый тонким свистом, разрубая тварей одну за другой, в то время как подкрепления начинали вылавливать противников по одному и давить их количеством. Яростные возгласы слышались отовсюду, твари выли и начинали отступать. Со стороны выхода из города начали подтягиваться существа, что преследовали людей. Обладали ли они разумом, раз решили, что приоритетнее принять бой всем вместе, чем рассредоточиваться по городу? Цепочка тел следовала за капитаном, который не оставляя шансов, одним ударом рассекал проклятую плоть, с каждым ударом обеспечивая перевес в этом сражении.        Тем временем несколько групп смогли пробиться к раненым бойцам, так что Ян, будучи полезнее как медик, чем как боец, уже обрабатывал раны нескольких бедолаг, активно сотрудничая с остальными. Появление второго и пятого отрядов путей, казалось бы, в корне изменило исход сражения.        Поведение существ же с каждой минутой становилось всё страннее. Твари окончательно перестали преследовать убегающих людей и начали возвращаться, начиная вновь давить солдат числом. Неужели существа ведомы не только инстинктами? Они разумно прикрывали друг друга, приходили на помощь, у них были свои приоритеты. При должном усердии в их беспорядочном нападении даже проглядывалось некое построение. Яну стало не по себе.        Протяжный вой одной из тварей сотряс площадь. На несколько секунд настала необычная тишина, несколько бойцов моментально оказались возле неё, буквально спалив существо за несколько мгновений. Казалось бы, ничего необычного, Ян не совсем понимал, отчего они так отреагировали на это? Но несколько похожих воев в разных сторонах от площади дали знать, что это был не просто отчаянный выкрик существа. Оно звало своих сородичей.        Уже примерно через полминуты со стороны центра города на площадь выбежала одна из тварей. Следом за ней появились ещё трое. Ещё через десять секунд с разных сторон повалили небольшие группы противников, оттесняя бойцов к центру площади. Отряды понемногу начинали терять людей, неосознанно стягиваясь к фонтану, волоча за собой раненых товарищей и одновременно отбиваясь от атак всё увеличивавшегося числа тварей. Капитан Рауд уже не пробивался вперёд. Как бы он ни был быстр, сражение одновременно с четырьмя существами явно не давалось ему легко, а несколько ударов, судя по порванному костюму, он уже пропустил. Цепочка трупов всё так же следовала за ним, но на месте одной убитой твари моментально появлялась другая, как будто понимая, что нельзя давать этому человеку взять ситуацию под свой контроль.        Под натиском врага бой со всей площади практически переместился к центру. Бойцы пытались сгруппироваться, те, у кого был щит, выстраивались в линию, препятствуя продвижению врага. Несмотря на то что их теснили, потери в основном несли именно существа, что пытались прорваться через строй и вызвать панику. Пока им это не удавалось, но количество врагов, всё также прибывающих на подмогу, не уменьшалось. Если это игра на истощение, то отряды далеко не в выигрышном положении.        Единственный, благодаря кому бойцы ещё могли оказывать сопротивление, был Рауд, который всё с тем же неистовством рубил своих врагов. И в один момент, когда он был слишком сосредоточен на противнике, чтобы заметить что-то ещё вокруг себя, пространство вокруг Рауда внезапно стало темнее. Как будто облако в летний день заслонило собой солнце, тёмное пятно проявилось вокруг сражающихся. Прежде чем хоть кто-нибудь смог что-то понять, предупредить об опасности, даже банально заслонить собой сражающегося капитана, луч тьмы вырвался с одной из крыш, с огромной скоростью направляясь прямо в его спину.       В последний миг, не иначе как инстинктивно, Рауд повернул голову и сделал рывок в сторону. Но этого было уже недостаточно. Луч прошёл сквозь него и ближайших к нему тварей, наверняка убивая всех, кто оказался под его ударом. Болезненный стон вырвался из груди капитана, но, к всеобщему удивлению, он смог каким-то образом отклонить прямой удар с помощью своего меча. Громкий свист прошёлся по площади, а он сам вырвался из-под зоны удара, избежав, казалось бы, неминуемой смерти. Тем не менее, только что уверенно рубивший врагов направо и налево, капитан несколько секунд просто неподвижно стоял, после чего с тяжёлым вздохом рухнул наземь, по всей видимости, получив серьезное ранение. В ту же секунду его тело было окружено бойцами, держащими оборону, и тварями, отчаянно пытающимися прорваться к лакомой жертве. Казалось, твари готовы жертвовать собой, лишь бы лишить жизни такого серьёзного противника.        — Капитан ранен! — по всей площади начали раздаваться крики, бойцы, которые, казалось бы, должны упасть духом, подняли оружие и стали рьяно пытаться дать отпор окружившим существам, намереваясь отдать жизнь, но не дать врагу убить лидера. Даже немногочисленные выжившие бойцы королевских отрядов понимали, что потеря капитана станет тяжёлым ударом для всех них, поэтому сражались наравне, а может даже усерднее, чем отряды путей.        Ян тоже сражался. Хоть с кинжалом мало чего можно было сделать, он, как мог, старался зацепить хоть нескольких противников, лишь бы не подпускать их внутрь обороны. Но шансов на победу было всё меньше. Несмотря на огромные потери со стороны врага, количество тварей, казалось бы, не уменьшилось. Бойцы падали один за другим, а они продолжали свой натиск, не останавливаясь даже на то, чтобы отведать свежей крови. Взгляд парня упал на крышу здания, с которой был нанесён решающий для этой битвы удар. На ней, как будто не желая участвовать в этом безумии, сидело нечто и с интересом смотрело на протекающую битву. Поза у существа была совершенно расслабленная, остатки волос развевались по ветру. Всё тело было покрыто костяными наростами, напоминающими рога, а кожа имела оттенок, схожий с цветом покойника. Их взгляды встретились, и можно было поклясться, что тварь на крыше улыбнулась. Именно так. Не оскалилась, а совершенно осознанно улыбнулась. Чья-то рука с медвежьей силой хлопнула Яна по спине и увлекла за собой в кучу защищающихся людей.        Почему он не нападал? Это он ранил капитана? Каковы его цели? Ян не заметил, как ворвался в строй бойцов, а окровавленные руки потянули его к раненому в надежде, что он сможет хоть чем-то помочь. Всё это время Ян чувствовал, как его затылок сверлит пристальный взгляд. Существо всё также следило за ним.        Рауд лежал на земле в окружении медиков, которые боролись за его жизнь. Зрелище было не из приятных, левая рука и часть груди почернели, дорогой доспех оплавился и причинял владельцу неистовую боль. Вокруг руки сидело несколько человек, пара из которых пыталась вытянуть раскалённый металл своей силой, другая сразу же обрабатывала открывшиеся участки кожи. Капитан корчился от агонии, но не смел произносить ни звука, молча пережидая эту пытку. Руки Яна сами полезли в сумку, отыскивая самые драгоценные из флаконов, и начал откупоривать их, один за другим, вливая в открытый рот капитана только ему одному известные микстуры. Следующие флаконы полетели в медиков с кратким объяснением, что делать. «Пусть сегодня мы и погибнем, но с капитаном, направляющим нас прямо в ад». Внезапно звуки битвы стали стихать.        — Сомкнуть ряды! — люди вокруг зашевелились, прижимаясь ближе друг к другу. Запах горелого мяса и крови неприятно защекотал нос. Кто-то рванул прочь от группы солдат в попытке спастись. — Не отходить от капитана! — солдат неподалеку упал на колени, слёзы потекли по его лицу. — Держать строй! — заместитель капитана выкрикивал один и тот же приказ раз за разом, но у него самого сейчас дрожал голос.        Любопытство перебороло страх, и Ян попытался выглянуть из-за голов и разглядеть, что происходит снаружи. Взгляд снова скользнул по крышам. Тварь всё ещё сидела на месте с довольной улыбкой и смотрела прямо ему в глаза. Парень моментально отвёл взгляд, дрожь начала пробивать всё тело. Маячившие перед лицом головы солдат не давали возможности нормально разглядеть, что происходит на площади. Наконец, найдя брешь в ряду, Яну удалось выглянуть наружу. Твари перестали нападать, остановившись в десятке шагов от жертв, и чего-то выжидали. На их мордах читалось недовольство, они нервно рычали и протяжно выли. Весь мир как будто остановился, давая небольшую передышку, так необходимую защитникам. Гражданских давно уже не было ни видно, ни слышно. Либо удалось дать им шанс на побег, либо… Не стоило об этом думать.        В центре площади стояла тварь, размерами превышающая даже ту, что сейчас смотрела за событиями с крыши. Из неё также росли наросты, а кожа побелела, выделяя это существо на фоне остальных. Тварь развела руки в стороны, как будто в молитве, и неприятно задвигала своей пастью. Лицо её было ужасно обезображено, но Ян готов был поклясться, что оно более всех походило на человеческое, чем у всех остальных атакующих. Внезапно кончики пальцев твари начали темнеть, и эта тьма стала быстро распространяться и по остальному телу. Инстинкты Яна кричали, молили о том, чтобы он бежал, бросал всех и спасался, но даже если бы он и хотел, то у него, скорее всего, не хватило времени.        Существо протяжно взвыло и резко свело руки.        Резкий грохочущий звук больно резанул по ушам, отчего Ян непроизвольно зажмурился. Некоторые не смогли устоять на ногах. Тело неприятно зудело, а волосы буквально встали дыбом... От страха? Нет. Было ощущение, что сама стихия снизошла до них и молния ударила прямо по площади. Резко запахло озоном.        Ян открыл глаза. Всё происходило слишком быстро. На месте крупной твари теперь лежало несколько обгоревших частей тела. А рядом стоял мужчина в плаще, закрывающем часть его лица.        Тварь с крыши резко сорвалась с места и с немыслимой скоростью направилась в сторону непрошенного гостя. Взмах рукой. Ещё один раскат грома, и тварь с непонимающим выражением на лице обнаружила, что половину тела просто уничтожило ударившей в него молнией. Глаза больно резануло. Часть солдат начала вставать на колени, доставать свои священные предметы и с глупой улыбкой на лицах молиться на незнакомца.        Остальные твари, потеряв интерес к остаткам защищающихся, уже бежали в сторону мужчины, намереваясь поквитаться с ним за расправу. Но тот отмахнулся от нескольких из них, как от надоедливых мух, и, вытянув вперёд руки, сделал громкий вдох и хлопнул в ладоши.        В этот момент бой был окончен. Несколько десятков электрических разрядов вышло из незнакомца, поразив одного за другим тварей, атакующих его. С немыслимой скоростью незнакомец перемещался между противниками, жестоко убивая их. Существа начали паниковать, некоторые просто пустились наутёк. Электрические разряды с ужасным звуком легко догоняли беглецов, не оставляя им шансов. Бой длился несколько минут. Ни одна из тварей не смогла уйти от кары. Ещё пару секунд на площади стояла жуткая тишина, лишь несколько тёмных сущностей бесцельно плавало по округе, останавливаясь и гудя то тут, то там. Вереница обугленных трупов лежала на земле, больше не подавая признаков жизни.        Гул молитвы начал нарастать. Люди тянулись руками к спасителю, шептали о том, что пятеро с ними, что они пришли спасти их. На это незнакомец просто отвернулся и зашагал прочь по площади, через несколько секунд просто растворившись в воздухе.        Ноги Яна подкосились, и он бессильно упал на мостовую. Тело пробивала дрожь, пришло осознание, что ещё несколько минут назад он смирился со своей смертью и не рассчитывал на то, что выживет. Взгляд упал в сторону стен. Первые лучи лениво освещали верхушки башен, объявляя о начале нового дня.        Медики осматривали раненых, капитана Рауда уже успели освободить от его доспеха и, как могли, обрабатывали его рану. Бойцы поделились на группы и ходили по площади, ища выживших или тяжело раненных. Несколько из них призывали свет, который уничтожал тёмные сущности, гуляющие по площади. Наконец, большая часть выживших взяла раненых и выдвинулась с площади, намереваясь прорваться к казармам, где бойцам могли бы оказать более качественную помощь.        Робкий луч упал с востока, медленно, но уверенно заливая окрестности светом, испаряя тёмные сущности. Они рассыпались пеплом, как сгоревшая бумага, с характерным то ли хрустом, то ли шелестом. Победа. Они пережили эту ночь. Солнечный свет распространялся по всему городу.        Наступило утро.