Ярость в сердцах несчастного случая

Тренировки особых приёмов и усиления причуды начались. Аямэ уже имела парочку идей и некоторые трюки в своей голове, так что сразу решила воплотить их в жизнь. – У тебя уже есть идеи до поводу приёмов? – спросил у неё один из клонов Эктоплазма. – Достаточно много. Я бы хотела разобрать их сегодня все, по возможности, – Аямэ понимала, что с её достаточно таки абстрактной причудой, если таковой её можно было назвать, она имела самую разнообразную коллекцию комбинаций и приёмов. По сравнению с кем-то вроде Оджиро, у которого вся сила заключена в хвосте – это настоящее благословение. – Давай просмотрим их все, а потом составим порядок, в котором будет их оттачивать, по мере возможной частоты использования. "Думаю, так и правильно будет поступить. Заодно его опытный взгляд подскажет мне, какие приемы будут действительно полезны и эффективны в данный момент". – Хорошо, тогда я начинаю!.. Аямэ отошла от героя на безопасное расстояние и принялась демонстрировать все придуманные ею техники использования обеих причуд. Вместе с этим она сразу же давала им кричащие названия, которые чётко описывали сущность приёмов, например: Ледяная стрела, Град осколков, Крионика, Водный кнут, Гидра, Торнадо, Потоп, Фаер фут и прочие другие приёмы, которые только пришли ей в голову за все свое время обучения и до него. Фантазия, что ранее могла оставаться лишь фантазией, наконец обрела физическую форму. Эктоплазм оценил все, что показала ему девушка, по достоинству и вместо того, чтобы мелочиться тренируя каждый приём по отдельности, предложил ей имитировать некоторого рода ситуации и пытаться самостоятельно подбирать приемы, которые лучше всего к ним подойдут. Аямэ согласилась с такой версией тренировки оттачивания приёмов, чтобы заодно и голова поработала, а не только ее тело. Так что таким вот образом и началась её достаточно суровая тренировка оттачивания суперприёмов. Поэтому её отделили на более обширную территорию в отделении от других, если вдруг она ошибётся с выбором и сделает куда более мощную атаку, чем оно того стоит. У остальных дело тоже шло в своём темпе и лишь одному среди них не было места. Мидория стоял в стороне от остальных, думая над тем, что ему делать, если его руки уже не в том состоянии, чтобы с ними что-либо можно было бы сделать. И пока он брал советы у Эктоплазма их неожиданно посетил незваный гость. Этого гость испытывал удовольствие от взгляда на тренирующихся во всю учеников. Но среди них особенно сильно выделялись лишь несколько из них. Это были те ученики, у который нынешний уровень владения причудами соответствовал необходимым требованиям для возможности без рисков и на полной уверенности использовать новые приёмы. Бакуго был одним из этих учеников, потому он разрывал небеса своими придуманными заранее приёмами. – Эктоплазм, ты тут сдох! Давай ещё клона и поскорее! – орал он же, который не желал медлить ни секунды. – Он что-то с чем-то, – похвалил ученика Всемогущий, видя прикладываемые им усилия. – Да. Он определённо станет лучше, – Айзава даже не сомневался в Бакуго. По его мнению этот парень продумал свой путь далеко наперед, пускай это и касалось исключительно геройской части. – А что там с Тодороки? – Всемогущий посмотрел на ближний участок помещения, где во всю со своей причудой мудрила Аямэ, использующая одну технику за другой, выкрикивая её название. Мощь и давление ощущались даже с расстояния. – Пусть в начале занятия она и была рассеянной, но сейчас уже занимается достаточно усердно. Это даже как-то непривычно, что она так старается отдаться процессу тренировок. Обычно же, балду гоняла, не относясь к другим серьёзно. Эктоплазм в этот момент вспоминал, с каким отношением она сидит на математике. Будто бы зная этот предмет вдоль и поперёк, она никогда не была внимательна к его объяснениям материала, однако в противовес своей невнимательности, она всё равно всё делала абсолютно правильно и безошибочно. – Может дело в том, что она воочию узрела и почувствовала на себе силу врага, как бы прискорбно это не звучало. Она теперь, как никто другой в этом мире, осознаёт их возможности и силу, потому сейчас и старается изо всех сил, – говорить об этом было слишком жестоко, особенно после произошедшего, но от правды не убежишь, как бы сильно ты ни старался. – Учитель Айзава! – неожиданно из своей территории выскакивает Аямэ, что хочет обратиться за советом к учителю. Она вся вспотела, пока работала над своей техникой, от чего неподалёку стоящему Мидории стало не по себе. И тогда он решился на отчаянный поступок. – Аямэ! – обратился он к девушке, что настойчиво двигалвсь в направлении своей цели – учителя Айзавы. Та остановилась сразу же и с не поддельным интересом посмотрела на него. – Что случилось? – она не понимала с чего вдруг он обратился к ней. Тот побежал к девушке сразу, как та остановилась, заставляя учителей заинтересованно наблюдать за образовавшейся парочкой. – Аямэ, пожалуйста, подскажи... Как мне стоит улучшить свою технику и контроль? – прежде, когда они разговаривали друг с другом, Мидория не был столь серьёзен в своих вопросах. Такой напор слегка удивил её, да и тот факт, что он обратился с этим вопросом к ней, а не к Всемогущему или хотя бы любому другому учителю заставлял напрячься. – Почему ты спрашиваешь об этом у меня? – не постеснялась спросить она. – Потому что ты все делаешь идеально. И порой мне кажется, что ты всегда видишь все на лучшие возможности и варианты того, как следует поступить. Вот поэтому, я подумал, что ты и сейчас можешь увидеть то, что не могу заметить я. Тодороки не знала, принимать его слова комплиментом или же это просто человек загнанный в угол своего разума. "Я не должна оказывать влияние на кого-то на столько важного в сюжетной линии. Ведь одного я уже сломала," – она ненароком посмотрела на Бакуго, который без конца что-то взрывал и по нему нельзя было сказать, что в нем хоть что-то изменилось. – "Нельзя повышать свою сюжетную значимость ещё сильнее. Так что просто скажу то, что ему итак должны были сказать". Аямэ скрестила руки на груди и сказала ему: – Мидория, а ты вообще знал, что слишком зациклен на привычном и стандартном? Он задумался и наклонил голову в бок, немного не понимая этого вопроса-претензии. – В каком смысле? – В прямом... – сказала она, распуская руки. – А ещё ты жуткий тугодум, который ищет способ всего добиться побыстрее и сразу.  Хотя это можно отнести и к положительным твоим качествам, – одновременно оскорбила и похвалила парня она так и не доводя дело до сути. – Ну спасибо, – весьма недовольно поблагодарил её одноклассник. – Но, честно говоря, я поражена тому, почему ты не можешь увидеть столь очевидного решения своей проблемы. И точно так же ты меня поразил, когда сразу не понял, что для стабильного использования причуды её нужно пропустить через всё тело, а не сосредотачивать в одной его части, когда ты только и делал, что таким образом ломал себе конечности... Теперь уже пришёл черёд Мидории удивляться. – Что?! Как давно ты поняла, что мне следовало так сделать?! – Изуку не мог поверить в то, что Аямэ понимала причину, но ничего ему не сказала и не помогла. – С того самого дня, когда увидела, как отстойно ты тратишь свою причуду и истязаешь свое тело. Осознав, что это самый первый учебный день, Мидория просто выпал из реальности. В его голове провертелась мысль, что если бы он сразу спросил совета у неё, а не ждал практики у Гран Торино, то его руки сейчас были бы в абсолютном порядке. – Дай угадаю, ты сейчас думаешь о том, что все могло бы быть хорошо и твои руки были бы в порядке? – Как ты поняла?! – парень всё больше поражался женской проницательности. И даже подумал, что у нее есть скрытая причуда телепатии. – У тебя всё на лбу написано. В тот момент Мидория подумал, что Тодороки издевается над ним не хуже Бакуго. От чего нашел первую причину их совместимости. – Короче говоря ты вообще меня не слушаешь. Я не скажу тебе решение проблемы, ведь тогда всё твоё обучение потеряет всякий смысл. Но я дам тебе пару советов... Мидория не думал, что получит отворот поворот, но на советы клал большие надежды. – Во-первых, не подражай Всемогущему, – выставила она указательный палец, будто начиная считать. – Ты не его хвост или тень. Ты должен создать собственный стиль, имидж и приёмы. Потому что если ты оставишь всё, как есть, то в будущем тебя будут величать призраком прошлого Символа мира или, на крайняк, жалким плагиатором. Парень поражался тому, как спокойно и без стеснения, Аямэ могла выражаться таким вот образом. Её ни капли не волновало то, как её слова могут задеть чужие чувства. С другой же стороны это была удивительная искренность, с которой не часто столкнешься в нынешнее время. – И я уверена, что такого счастья ни тебе, ни ему не надо... – закончила первую мысль девушка, пока Изуку думал о том, какая же всё-таки Аямэ нетипичная. – Во-вторых, посмотри на собственную ситуацию под другим углом. Найди другой путь сражения. Твоя причуда же находиться не только в руках, а распространяется по всему телу. "Мне кажется, что последним предложением, я дала слишком очевидную полсказку". – В каком смысле "под другим углом"? "Он серьезно не понял?" – Тодороки немного отошла в шок и только через пару секунд вернулась к норме, начиная ругаться на него. – Ты опять не пытаешься понять сам, а просто спрашиваешь уже готовый ответ лишь бы облегчить себе задачу, – отчитала его Аямэ, тыча пальцем в точку между бровей, что тот чуть ли не отходит назад. – Прости-и-и-и! – Какой же ты всё-таки наивный... Ещё раз повторюсь, попробуй изменить подход к своей технике. Ведь если человек лишается рук – это не значит, что он ничего не способен сделать... Хоть у него и нет рук, он ещё способен видеть, слышать, говорить и ходить. Может он уже и не сможет прикоснуться или взять что-либо в руки, но он ещё способен жить в этом мире и чувствовать его... "Надеюсь, этого будет достаточно..." Мидория ничего другого от Аямэ и не ожидал. Как всегда, говорит лишь по факту и всё верно. Хотя ему ещё предстояло подумать над тем, что ему стоит сделать с его техникой и стилем. – А что касаемо контроля, то тут боюсь я тебе ничем помочь не смогу. Хоть у нас и один тип причуды – накопление, но способ его применения абсолютно разный. Если мне для контроля нужен контроль собственного тела и способность воплощать и направлять, то тебе нужно учиться регулировать выброс энергии. Хотя и тот, и другой требуют долгих лет тренировок и опыта... Здесь уж я бессильна... – Аямэ, а когда ты успела провести мой анализ? – Мидория и не подозревал, что Аямэ тоже увлекается разбором человеческих причуд и их способностей. Потому он начал видеть в ней своего товарища по хобби, но тут он слишком сильно поверил в себя. – Это не имеет значение. И советую тебе уже начать думать над моими словами, – Аямэ на этом решила покинуть парня, на которого и так потратила достаточно долгие пять или больше минут. И вот она уже стоит рядом с Айзавой, спрашивая у того, интересующий её вопрос, пока Всемогущий пожошёл к Мидории. – Прислушайся к словам юной Тодороки, – это был один единственный совет, который ему дал Всемогущий на тот момент, прежде чем уйти к Киришиме и другим студентам, которым решил дать советы и поддержать их. Аямэ же продолжила путь к учителю, который все это время терпеливо ждал её в стороне. Их разговор длился не очень долго, поэтому совсем скоро, получив ответ на свой вопрос, ученица продолжила практическое занятие. Практиковать приёмы было не так сложно, как она думала, в процессе тренировки удалось даже машинально создать новые, так что в ее арсенале было их уже предостаточно, чтобы уверенно пойти на экзамен по получению временной лицензии. – Закругляемся, время тренировки закончилось, – заметить ученики не успели, как зал снова принял изначальную форму, а все клоны Эктоплазма исчезли. Уставшие и измотанные ученики начали собираться в группу делясь, своими успехами или же их отсутствием. Аямэ же безостановочно зевала, пока шла к своим. Тренировка вытянула из неё больше энергии, чем она смогла предположить. Подойдя к общей группе, она по удаче встала рядом с Катсуки, что стоял с краю от всех. Тогда, бросив на него косой взгляд, девушка заметила насколько сильно он пропотел и вымотался. – Что ты спрашивала у учителя? – спросил он, ловя её косой взгляд на себе. Тодороки испугалась от неожиданности, но быстро успокоилась. – По-мелочи... Насчёт техники и заодно про работу приёмов у директора, – она снова устало зевнула, прикрывая рот рукой. – Зачем тебе директору? – Бакуго напрягся, ведь к директору "по-мелочам" не ходят. – Хочу получить разрешение разбить небольшой цветник во дворе общежития. Тут Бакуго замер на месте, а волнение ушло достаточно далеко. – Зачем? – он понятия не имел зачем. – Вау! Вы хочешь посадить у корпуса цветы? Я только за! – протиснулся между ними Эйджиро, которому стало жутко интересно о чем говорит это новоиспечённая парочка, поэтому он их подслушивал. – Ты ж не участвовал в конкурсе комнат, поэтому не знаешь... – Не знаю чего? – Бакуго начинал бесить тот факт, что кто-то знает о ней то, что не знает он. – Аямэ вообще-то любит цветы. У неё в комнате полно всяких разных. Теперь Катсуки понял, как на нём сказался отказ от участия в этой херне. Он вспоминал её комнату в той съемной хате, поэтому думал, что у нее просто кровать всю комнату займет и на этом все закончиться, а оказалось, что нет. И у неё откуда-то появилось разнообразие домашних сорняков. – Не так уж и у меня и много. Обычные комнатные растения. Парень смотрел на девушку и думал, что по ней совершенно не скажешь, что ей нравятся цветы. Он скорое представлял, как она сжигала букеты, которые ей могли дарить какие-нибудь придурки, которые на что-то рассчитывали, давая их ей. – Целый стеллаж – это немного? – в шутку переспросила у неё Эйджиро, понимая, что это действительно серьёзное увлечение. – Я тоже хочу чтобы у нас был красивый сад! Если нужна будем моя помощь, я помогу! – Урарака была готова поучаствовать в наведении марафета на территории их корпуса. Ей очень понравились цветы, что росли в комнате у Аямэ, поэтому она хотела бы любоваться ими и на более доступной для себя территории. – Мы тоже поможем, если что-то нужно будет перенести, – Иида с Мидорией тоже были готовы оказать поддержку, в случае необходимого. Аяме же смеялась с них и остальных, что тоже предлагали ей свою помощь. – Погодите, я даже разрешение ещё не получила, – она широко улыбнулась, чувствуя радость от того, что для кого-то это дело тоже становиться интересным. – Думаю, директор будет совсем не против, особенно если об этом попросишь ты, Аямэ, – сияющая улыбка Урараки была чудесна и вызывала в ней неподдельное счастье. "Почему он согласиться, если об этом попрошу "я"? Разве, я чем-то отличаюсь от остальных в глазах директора?" – этого намёка Тодороки не поняла, но и уточнять это непонимание не стала. Считала, что Урараке просто взбрело что-то в голову, вот она и сказала, что у неё на уме...

***

Переодевшись в школьную форму, Аямэ сперва зашла в мастерскую факультета поддержки, чтобы обсудить некоторые детали её костюма. После того, что случилось с её телом, она считала некоторые детали в этом костюме бессмысленными, потому решила проконсультироваться на его счёт от и до лично с Асахи. – Снова всё сначала?! – с тяжёлым измученным вздохом сказал парень, сгибаясь в три погибели, выслушивая очередные хотелки уже знакомой в лицо девушки. – Прости пожалуйста, что так получается, – искренне извинилась она, глядя на полупарня полуробота. – Как же мне тяжело с таким клиентом... – парень выгнулся назад, забирая железный чемоданчик. Сгребает всё с рабочего стола на пол, с последующим жутким грохотом. Он раскрывает чемодан вытаскивая всё внутри лежащее, чтобы подробней выслушать новые прихоти Аямэ. – Что ты хочешь изменить? Какой цвет предпочитаешь? Какое дополнение требуется? Какой эффект в результате хочешь получить? Что ты любишь?... Уйму вопросов полетели в её сторону без остановки. Их значение в предстоящей работе она понимала не в каждом, но она была уверена, что ответ на каждый требуется, чтобы создать идеал того, что она и он хочет. – Значит ты решил взяться за дело серьезно только сейчас? – девушка не ожидала такой поверхностности в отношении своей основной работы, особенно учитывая тот факт, что он делал её не для себя. Асахи не то, чтобы стало стыдно, он, скорее, просто был сбит с толку, поэтому у объяснил девушке общую картину того, как он все это видел: – Обычно, ученики вначале обучения не требуют от костюма слишком многого, поскольку ещё сами не знаю, что они вообще могут. Являясь третьегодкой, я получил достаточно опыта от подобных заказов. Поэтому наличие изменений в костюмах на протяжении всех трёх лет обучения – неизбежны... "Как-то я об этом не подумала... Никто и сразу не будет воспринимать меня, как готового героя, только если я буду делать такой вид. В глазах абсолютно каждого я остаюсь первогодкой. Талантливой и способной, но первогодкой..." – Ты первая из первогодок, что не только предъявил в заявке столько требований к своему костюму, но и несколько раз требовал переделывать его с самых основ... "Значит он знал? Основой всегда занимается лично Погрузчик и должен дальше заниматься лично он. Но многие ученики сами находят себе людей с поддержки, которым делают запросы на модернизацию костюма. Отсюда и появляются некоторые связи и возможные продвижения, если вдруг герой становиться популярным и топовым. В таком случае и до настоящей сделке партнёрства не далеко..." Аямэ прекрасно понимала причину расхождения прошлого опыта с настоящим. – Сначала ты не интересовала меня, как и все остальные первогодки. Но после того, как ты отдала костюм на вторую реконструкцию, я решил начать присматриваться к тебе. И теперь понимаю, что с тобой будет всё иначе нежели с другими. – А почему получилось так, что мой костюм попал в твои руки? Разве ученики не должны договариваться друг с другом прежде чем Погрузчик откажется от своей работы? – Аямэ казалось такое стечение обстоятельств странным. Она никогда до первого раза не встречала Асахи, чтобы доверить ему свой костюм. – Именно из-за этих странностей ты меня и заинтересовала. Погрузчик мой классный руководитель, поэтому он иногда в деле рассказывает о многом в том числе и об учениках и некоторых их запросах... "Выходит, он просто услышал что-то от погрузчика обо мне и после этого решил взять на себя роль моего модернизатора?" – В общем говоря, я интуитивно почувствовал, что это дело может обернуться для меня чем-то крупным и серьезным, поэтому попросил Погрузчика дать твой костюм мне. По правилам, я должен был обговорить это с тобой, но я не был уверен, что такой требовательный человек, разрешит третьегодке, а не профессионалу взяться за его костюм. К тому же я уже был наслышан о том, что ты дочь Старателя, да и видел, что ты вытворяли на фестивале, поэтому тем более опасался того, что ты взрощенная на всём наилучшем не дашь мне коснуться своего костюма. "Значит вот, как обо мне могли подумать люди только из-за клейма Старателя и того, что я вытворяла на публике?" – Тодороки находила это очень обидным, но сама понимала, что со сложившимися стереотипами из-за генов и воспитания героя номера два о ней могли подумать самого разного. С этим уже ничерта не поделаешь, и многие люди продолжают так думать, не зная её характер в лицо. – Как видишь, я вовсе не такая, какой ты меня считал. И меня все устраивает, пока мои требования не игнорируют и выполняют. – Это да... Честно говоря, я жёстко пересрал, когда мне сообщили, что из-за вмешательства Хатсуме, взорвался ранец. Я думал ты придёшь и от меня мокрого места не оставишь, учитывая, что ответственным был не Погрузчик. – О! Точно! – Аямэ совершенно забыла о том случае. – Как Хатсуме вмешалась в проект моего костюма? – Она прознала, что я не договорился с тобой о том, чтобы заняться твоим костюмом и по сути она меня шантажировала, говоря о том, что расскажет все преподу. А чтобы этот секрет сохранить между нами, она потребовала что-нибудь сделать. И в итоге сама знаешь, чем все обернулось... – тяжело вздохнул он перед мая железными пальцами свою переносицу. "Теперь все ясно..." – Тодороки нашла удивительным то, что этот парень с таким рвением желает делать её костюм. – Больше я таких ошибок допускать не стану. Так что я собираюсь создать для тебя идеальный костюм, который будет соответствовать всем твоим запросам и даже лучше, – говорил парень, что своим уверенным взглядом смотрел прямо на нее. – Моими силами я создам воистину мощный костюм для сильнейшего героя. Так что ты тоже будь добра подсобки мне с этим и скажи, что я должен сделать, чтобы пачкать весь твой потенциал... Асахи знал, что Аямэ уже добилась большего, чем любой другой первогодка в этих стенах. Разорвала своей силой спортивный фестиваль, побывала в крупной рекламной компании топового героя, стала центром "больших" новостей и сделала кучу других значимых мелочей. Так что он собирался ухватиться за неё любым способом. – Значит, придётся здесь задержаться... – посмотрев на часы мастерской, сказала про себя довольная улыбающаяся девушка присаживаясь на свободный стул и уже демонстрируя то, что готова прийти к сотрудничеству. – Я готова к любым интересующим тебя вопросам, Асахи-сан, – улыбнулась сильнее девушка стоящему прямо напротив неё красавчику. Она лишь сейчас присмотрелась к его достаточно привлекательной внешности. Высокий рост, брюнет с прямыми длинными волосами, заплетёнными в неряшливый хвост. Смугловатая кожа. Строгий взгляд глубоких синих, как ночь, глаз. Его руки представляли собой протезы из неизвестного сплава металла, что является частью его тела и причудой одновременно. Такая же фигня была и с его ногами. Правая была железкой вплоть до самого бедра, а вот левая едва дотягивала до колена. В остальном он был чистейшей воды человек, соответствующий её вкусам, так ещё и старше неё. Парень обернулся к ней корпусом, бросая свой невероятно дерзкий взгляд, от которого тащились все встречающиеся ему на пути девушки, но точно не Аямэ, которую он вообще не интересовал. Что его, разумеется, радовало. Ведь он ожидал увидеть, исходя из слухов, избалованную геройскую дочку, что своей красотой могла положить к своим ногам любого парня. Однако встретившись с ней лицом к лицу в первый раз, он поразился тому, что слухи о красоте не были преувеличены, но касаемо поведения – она была очень даже адекватна и сдержана. А с ним разговаривала так, будто её волновал лишь её костюм и желаемый результат, а на его привлекательную внешность она даже не купилась. Что ему уже понравилось. – Тогда за дело... – сказал парень, хватая в руки блокнот с заметками её прошлых версий костюма для отчётности и истории. Он перестал его на новую пустую страницу и приготовился к записи...

***

После нескольких часов переговоров с Асахи, Аяме всё же направилась к директору, что уже ждал её в своём кабинете. На столе уже стояли подготовленные чай и угощения, чтобы разговор вышел более комфортным и свободным. – Здравствуй, Аямэ. Проходи присаживайся, – директор стоял и смотрел в панорамное окно своего кабинета в ожидании, когда к нему нагрянет долгожданный гость. – Здравствуйте, директор, – сказала закрывающая дверь Тодороки. Она спокойно подошла к диванчикам и села на место, на котором сидела в прошлый раз. Незу тоже долго у окна не задержался, понимая, что было бы неприлично разговаривать с учеником на расстоянии. Директор отошёл от окна и занял своё место напротив ученицы, что сидела в ожидании, пока всё не начнётся. – Как тебе твоя первая тренировка с суперприёмами? – решил поинтересоваться забавы ради Незу, заваривающий им чай. Аямэ задумчиво сидела и смотрела, как кипяток льётся в чашку. И пока смотрела, подумала о том, что не следует развязывать эти дорогие разговоры "вокруг да около" и просто спросила у мужчины напрямую: – Директор, а меня вообще допустят к экзамену на получение временной лицензии? У него дрогнула рука в тот момент, когда ученица спросила об этом, отчего немного кипятка пролилось мимо чашки на блюдце под ней. – Как ты узнала?... – мужчина никак не ожидал, что девушка узнает или догадается об этой проблеме. Встревоженный, он поставил чайник на место и положил руки на свои колени, пока сам уделил все своё внимание ей. – В новостях только и крутят вопросы о том, не представляю ли я угрозу нынешнему обществу. Репортёры берут интервью у людей, интересуясь их мнением обо мне, и все они делятся на два типа: те, кто не видит во мне очевидной угрозы и те, кто бояться меня... Аямэ видит эти новости каждый божий день. Каждый день читает осуждения в свой адрес, опасения граждан и некоторых героев, что осмеливаются говорить о том, что в ней может быть заложена "бомба замедленного действия". Но в основном такая критика исходила от героев низшего ранга в геройских чартах. Они просто боялись новоиспечённого таланта, что приковывал к себе внимание, потому и плели подобные слухи. Но и это было ещё не всё: – Да и когда я ещё была в больнице на последней проверке, то краем уха услышала разговор людей из геройской ассоциации. Они обсуждали меня, говоря о том, что сделают всё возможное, чтобы не допустить моё участие в этом экзамене, по получению временной лицензии... Аямэ не забыть,  как на следующий же день после этого, она наткнулась на видео в сети с интервью героя Ястреба, что наговорил о ней достаточно двусмысленно. Конечно, она не была паинькой, но она просто не могла смириться с тем, что они обвиняют её, даже не зная лично, а лишь потому что сами того хотят и им это удобно. Потому желание истребить их всех до единого увеличилось многократно, особенно сильно это желание коснулось Ястреба, которого она проклинала поздно вечером, обещая устроить ему ад на этой земле. – Прости нас, Аямэ. Вина в произошедшем с тобой полностью лежит на академии... На моих плечах... – директору сразу стало стыдно. – Я больше других знаю, что ты никогда такого не желала, потому я сделаю всё, чтобы тебя допустили к этому экзамену. Я не позволю оскорблять своих учеников, за которых я взял ответственность. Поэтому не волнуйся и продолжай усердно работать, чтобы утереть нос всем тем, кто сомневается в тебе, – лапки директора Незу сжались, а блестящий чёрные глаза-бусинки были преисполнены уверенностью. "Спасибо вам, директор, что верите в мою чистоту. Но я совсем не такая, какой вы меня считаете..." Аямэ выдохнула пряча лицо в ладони. Локти больно упирались в колени, а спина согнулась чувствуя всю тяжесть атмосферы. "Как же тяжело обманывать хороших людей. Я просто отвратительна," – слёзы полились из глаз. Плечи тихонько задрожали. Аямэ было тяжело, очень тяжело от того, что всё так происходит. – "Я никогда не смогу отплатить за такое хорошее отношение к себе..." Незу слез с дивана и подошёл к ученице поближе. Его небольшая лапка легла на её макушку, начиная успокаивающе поглаживать. – Не переживай. Всё будет хорошо... Её очередная задача на стимуляцию директора была решена. Теперь она была абсолютно уверена в том, что у него получиться добиться её допуска к этому экзамену на получение временной лицензии героя...

***

Когда её отпустило, она обсудила с ним ещё парочку интересующих её вещей, уже за чашкой чая и печеньем. Также получив разрешение на разбитие цветника на территории общежития, Аямэ сразу же пошла в общежитие, где ее встретили слишком хорошо: – Аямэ, ты только вернулась? – Ага, мне дали разрешение на создание цветника. – По тебе видно, – посмеялись остальные. – Поможете потом выбрать цветы, которые посадим во дворе? Все кто был на первом этаже радостно ответили "да" и на этом вопрос был решен и девушке полностью удалось скрыть любые "что-то не так" от остальных. И дальше уже Аямэ была сама по себе. Поднялась на пятый этаж, а затем вернулась к себе. – Как же это всё выматывает, – только перейдя порог комнаты, девушка стала скидывать с себя одежду на ходу, практически полностью оголяясь. – Осталось пол года до катастрофы. И мне тоже осталось всего пол года... – она упала на свою кровать, опираясь на правый бок. – Совсем уже времени не чувствую... – она смотрела на свою чёрную руку, что крепко впилась в светлую ткань одеяла. Её начало трясти от страха перед уходящим временем. – Не хочу исчезать... – очень тихо прошептала она, пустоте и тишине вокруг. – Пусть ничего не заканчивается... Полежав ещё какое-то время на кровати, девушка начала осознавать, что её потихоньку клонит в сон, что было абсолютно недопустимо прямо сейчас, ведь если такое произойдёт, то она не сможет поспать ночью. Только вот прикованная к кровати она так и не смогла осилить подъём, потому так и уснула на кровати в одном нижнем белье. А проснулась уже посреди ночи в той же самой позе, в какой и засыпала. – Похоже моя жизнь никогда не вернётся к норме...

***

Спустя ещё три дня тренировок, костюмы и сами ребята потерпели серьёзные изменения. Каждый хоть как-то да развился в своих техниках, боевых навыках и приёмах. Правда, Аямэ пришлось столкнуться с трудностями в виде реконструкции костюма. Потому последние дни тренировок, она занималась улучшением самой себя без костюма. Снова на тренировку пришёл Всемогущий, который очень интересовался успехами учеников. Однако в этот раз оказался не в том месте и не в то время. "Может вмешаться?" – на секунду остановившись, она оглянулась в тот самый момент, когда Бакуго использовал свой новый суперприём. А затем кусок камня от пробитой скалы начал падать вниз. – "Если я успею раньше Мидории, то, возможно, он будет прикладывать больше усилий, чтобы нагнать меня?" Решив рискнуть, Аямэ использовала один из своих новых приёмов. – Крионика... – ледяная стрела с невероятной скоростью понеслась в сторону падающего на Всемогущего камня. Бакуго едва успел предупредить о его падении, как стрела, Айзава и Мидория тронулись с места. Учитель совершенно не успевал из-за поздноты реакции, когда Мидория тем временем пронёсся по воздуху достаточно быстро, но не достаточно для того, чтобы успеть за ледяной стрелой. Когда тот уже собирался нанести свой сокрушительный удар, в камень врезается ледяной осколок, что отталкивает его назад к скале и примораживает к ней так. Мидории лишь удаётся слегка разбить лёд, что остался торчать в той самой точке, куда был задуман удар. – Как ты успела заметить? – Эктоплазм, стоящи рядом с девушкой, был поражён. – Должен признать этот приём очень хорош, а благодаря большой скорости и способности манёвренности Ледяного копья, цель неспособна уклониться от атаки. Особенно если человек обладает способностью хорошего контроля. – Спасибо, учитель, – Аямэ не видела во всём этом ничего удивительного. – Спасибо тебе, юная Тодороки! – поблагодарил девушку Всемогущий, вышедший из ситуации без единой царапины. – Не за что, – беспристрастно ответила она герою. – Бакуго, будь, пожалуйста, чуть аккуратнее! – крикнула Аямэ парню, что сейчас стоял на вершине скалы, глядя на всех сверху вниз. Сейчас он был в бешенстве от того, что навыки Мидории улучшились, и он, наконец, смог найти путь к решению своих проблем. – Смотри, где ходишь, Всемогущий! – в ответ на всё сказанное ответил Бакуго, поднимая жуткие взрывы где-то там наверху. И вот сейчас, когда Всемогущий попал под удар, он осознал насколько стал слаб уязвим. Тот, кто раньше защищал, становиться защищённым. И от этого факта ему уже не убежать. – Ваше время вышло А класс! Сегодня в ТЗМ после полудня будет заниматься класс Б! – в зал врывается параллель вместе со своим классным руководителем. – Выматывайтесь отсюда, Сотриголова.  – В нашем распоряжении ещё есть несколько минут, и я выжму из этого всё до последней секунды, – началось дичайшее противостояние классруков, в которое никто из учеников вмешаться не осмелился. Но вместо своего учителя, честь класса стал отстаивать наглец по имени Монома Нейто. Он, как всегда, начинал провоцировать борьбу между двумя классами, что учителя, разумеется, позволить никак не могли. И пока в сторонке шло выяснение отношений, Аямэ неожиданно почувствовала чью-то тяжёлую и твёрдую руку на своём плече. – Извините, что прерываю, но... – обернувшись, Аямэ увидела Асахи, что притянул с собой её костюм. – Зачем ты пришёл сюда? И почему с костюмом так опоздал? – недовольно спросила Тодороки. Парень почесал затылок отводя виноватый взгляд. – Так как костюм в основном настраивается на использование пламени, я совершенно забыл про то, что ты используешь воду, потому создал детали из тугоплавкого ржавеющего металла. После того, как я об этом вспомнил у меня была идея покрыть детали какой-нибудь нержавейкой, но позже понял, что это может повлиять на работу прибора, потому переделал всё заново, используя углеродистый тугоплавкий сплав металлов... – попытался объяснить девушке причину своей фатальной ошибки. – И вообще! Знаешь как тяжело создавать и переплавлять такие детали?!... По его уставшему виду было понятно, что он не спал достаточно времени переделывая ее костюм в столь сжатые сроки. – Я как бы на своём теле чувствую такую же температуру, – попыталась упрекнуть его девушка. – Аямэ, а кто это такой? – к ним двоим подошли девочки из класса А. Они сразу подметили привлекательность говорящего с ней парня. – Это Асахи, он отвечает за мой костюм. Но я не могу понять... – она снова обратилась к парню, забывая о девочках. – Почему ты принёс костюм лично мне, а не принёс его в класс? – Ты, правда, не понимаешь? – его окружила черная гнетущая аура, пытающаяся надавить на девушку, чтобы заставить её проникнуться хоть каким-то сочувствием у его тяжёлому труду. – Я хочу убедиться в работе костюма перед экзаменом. А-то не хватало, чтобы повторилось тоже, что и с тем ранцем. Я хочу полностью убедиться, что всё будет в порядке. Заодно оценить использование костюма с практической точки зрения, – он слишком много и быстро говорил, от чего казалось, что он был заинтересован только своей работе и от этого он накинул на себя ещё больше шарма со взгляда рядом стоящих девушек. – Ты немного опоздал. Наше время использования ТЗМ закончилось, но если ты сможешь договориться с Владом-сенсеем... – Аямэ даже договаривать не пришлось. Парень сразу пошёл к учителям, чтобы договориться об отсрочке времени для Аямэ в использовании зала. – Аямэ, он такой красавчик! Познакомь меня с ним! – Мина была в шоке от того, что в академии учатся подобные красавчик. Да и представление того, что это лицо прячется в темных уголках безумного факультета поддержки, скрывая свои личности за своими технологиями, для нее казалось таким упущением. – Правду говорят, что красавчики тусуются только с себе подобными, – утверждал Каминари, глядя на то, как Минеда прожигает этого сексапильного мускулистого красавчика взглядом, завидуя тому, что всего за одну секунду присутствия ему удалось привлечь внимание всех девушек его класса. – Что это за хмырь? – но даже Минеде было не сравниться с не описуемостью эмоций Бакуго. – Бакуго, спокойно. Это всего лишь её знакомый, – Киришима понимал, что Бакуго ревнив, но не ожидал, что тот так взбеситься лишь от одного вида красавчика рядом со своей девушкой. – Извините, но я сама не настолько с ним знакома, чтобы знакомить его с другими. Лучше сами попробуйте с ним познакомиться, – Аямэ сразу крыла руки, не собираясь навязывать кому-то не желанные знакомства. – Короче, я получил разрешение, так что иди переоденься, – он протянул ей кейс с костюмом. – Не смей мной командовать, я тебе не собачка, – выдернув из его рук костюм, она развернулась и пошла переодеваться. – Эй, ублюдок, ты кто такой, чёрт возьми? – и вот когда в переговоры вступил Бакуго, атмосферное давление в воздухе заметно снизилось, показывая всю враждебность и недовольство младшего ученика. – Сперва, назови своё имя, а затем только спрашивай чужое, – пытался поучать его Асахи, но тот никак не реагировал. – Ах, ты, наверное, Бакуго? Ты очень подходишь под описание Аямэ. Но... – он сделал шаг ему на встречу, глядя на него сверху вниз, таким же надменным взглядом. – Что-то ты совсем не такой крутой, каким тебя описывала эта особа. И что она вообще в тебе нашла? И вот снова Бакуго столкнулся с "этим". С сравнением, которое заметно возвышает Аямэ над ним, делая их статусы абсолютно разными. – В тебе щас язык с мылом начищу. Наши отношения тебя не колышут, – Бакуго не мог и дальше позволить ему говорить такое, о себе или о мнении человека, который имеет для него большое значение. – Если узнаю, что ты к ней лез, я тебя собственноручно взорву к чертям собачьим! – эта угроза была очень серьёзной, но в то же время показывала то, насколько Аямэ на самом деле важна для него. – Эм, с чего это вдруг Бакуго стал таким нервным по отношению к этой сумасшедшей? – Монома, являясь свидетелем столь жёсткого противостояние, на секунду подумал о том, что тут играют важность чувства ревности. Только вот не мог совместить что-то вроде "ревности", "Бакуго" и "Аямэ" не совместимы. Всё-таки, по его мнению, Бакуго не дано понять такое чувство, как любовь. А любовь и ревность – чувства одной стихии. Потому он сейчас пытался найти причину того, почему этот парень так агрессивен по отношению к этому старшекурснику и каким боком сюда переплетена эта ненормальная Аямэ. – Точно Б класс же, наверное, ещё не в курсе? – Мидория понимал, что они не настолько хорошо ладили, чтобы делиться новостями происходящими внутри своих классов. – Не в курсе чего? – Кендо тоже стало интересно, что же такого необычного могло произойти, что настолько влияет на нынешнюю ситуацию. – Аямэ и Бакуго начали встречаться, – ответил Иида, продолжая мысль Мидории. Тут-то Б класс и офигел. – Хотите сказать, что у неё получилось уломать этого упрямца?! Я ни за что в это не поверю! Вы же просто издеваетесь над нами, верно?! – Монома не был готов принять тот факт, что в подобных отношениях всё было взаимно. – Она не собиралась встречаться со мной по-настоящему, поэтому отшивали меня, – вклинился в разговор Катсуки, собираясь разъяснить то, что произошло на самом деле, а не то, что они себе навыдумывали. Вот в это ещё больше никто не поверил. Всё-таки Аямэ с самого начала года носилась за Бакуго и практически везде поддерживала, а тут резко слова об отказе. – Стоп-стоп-стоп! Это она поэтому тебе леща прописала в торговом центре и ушла?! – сказав это Киришима тут же заткнул рукой свой рот, вспоминая о том, как невольно стал свидетелем данной сцены. Но до сих пор его рот был на десяти замках, и вот теперь уже обратного пути не будет. – Киришима, ублюдок! – Бакуго начал беситься от того, что ему припомнили тот случай. – Что?! Серьёзно?! Великого Бакуго отшили, да ещё и прописали пощёчину?! – мальчики вроде Минеды, Каминари и Серо начали угорать над ним, за что ему хотелось расхерячить каждого из них. Остальные же пытались понять, что за пиздец сейчас твориться вокруг них. – Даже не знаю идиот ты или идиот в двойне. Какой смысл встречаться с тем, кто и человеком-то по факту не является? – а у Мономы, как всегда, язык без костей. – Монома! – накричали на того учителя, как услышали. Весь А класс озлобился на него, заставляя атмосферу утяжелиться ещё сильнее. Даже тот тертьегодка словно оскалился, чувствуя всю серьёзность возникшей ситуации. И из всей толпы на своих взрывах вылетел Бакуго, который набросился на парня, приковывая того к земле и затыкая тому рот. – Закрой свою паганую пасть! Ещё хоть слово в этом духе скажешь и взорву твой грязный рот! – Бакуго остановись! – говорил ему Айзава, но он лишь продолжал придавливать его к земле, затыкая тому рот. Ведь человек, что настрадался от произошедшего инцидента не должен слышать этого. Бакуго не мог позволить, чтобы до её ушей дошли эти отвратительные слова. Не мог! – Бакуго, отпусти его... – знакомый спокойный голос, что пару тройку дней назад нашёптывал ему о любви, сейчас был безэмоционален. Бакуго невольно расслабился, а Монома, почувствовав это, вскочил с места, чуть ли не сбивая стоящего на ним парня с ног. Но благодаря хорошей реакции, Катсуки смог ловко вернуть себе уверенную стойку и посмотреть на вернувшуюся двушку, что за время их беседы успела переодеваться. И теперь стояла перед ним в совершенно ином облике, нежели раньше. Всё такая же мощная, что и прежде, но теперь выглядела по-настоящему сильной. Всё та же белая куртка с высоким горлом, но уже без рукавов. Под ней теперь находился чёрный укороченный гольф, что едва перекрывал рёбра, демонстрируя пресс девушки. Его рукава тоже были короткими, что куда больше демонстрировало физическую подготовку тела. На шее всё та же маска, а на спине модефицированный ранец со всеми необходимыми примочками для полёта. На нижней части тела белые, как и куртка, короткие шорты, на тёмно-красном поясе. Дальше стройные крепкие ноги. На руках и ногах, так же появились новые вспомогательные приборы. На руках, что-то вроде железных перчаток, от которых исходил красный блеск. На ногах черные ботинки, на ярко красных шнурках и массивной подошве явно сделанной для особого предназначения, ведь подошва была из такого же металла, что и перчатки. В качестве дополнения на поясе висели всякого рода примочки для тех самых придуманный Аямэ приёмов. А в довершении ко всему, особая роль была отведена причёске, слегка не привычная для Тодороки – высокий хвост с оставленными передними прядками. Стоя сейчас в подобном костюме перед всеми, на возвышающей её подошве, она выглядела в глазах Асахи серьёзно и очень сильно. В ней будто была сосредоточена вся суровость и мощь героя, что вот-вот готов ринуться в бой. Посмотрев на свою работу в сочетании с подбором цвета, дизайном, общей атмосферой и подчеркиванием её атлетических форм и внешности – всё вышло настолько идеально, что ему хотелось кричать от восхищения, но тяжёлая обстановка перебила это желание в считанные секунды. – Аямэ, ты слышала? – Айзава должен был следить за тем, чтобы подобного не произошло, но в этот раз он не доглядел. Аяме легонько кивнула головой. – Чёрт... – Айзава понимал, что этого не должно было произойти. – Всё в порядке, учитель. Если бы я обращала внимание на мнение каждого высказывающегося в новостях или интернете человека, то меня бы давно здесь не было. Так что мне всё равно, на мнение постороннего человека, – честно сказала она без грамма эмоций на лице, глядя прямо учителю в глаза. А затем перекинула взгляд на стоящего рядом с ним Асахи. – Класс Б, так отчаянно отбивал у нас ТЗМ, но уже потерял пять минут тренировки. Если вам так безразлично получение лицензии, то может тогда вообще уступите нам зал? Аямэ ловко провернула все так, что у учителей не осталось иного выбора, как подыграть ей. – Класс Б, немедленно приступайте к тренировкам! А ты Монома сегодня у меня попляшешь! – Влад-сенсей был на том собрании, где обсуждалась позиция Аяме в нынешнем раскладе общественной доски: угнетение, страх, ограничения. Ассоциация была готова сделать и воспользоваться всем, лишь бы вывести из игры ту, которую не в состоянии контролировать. А подобные слова Мономы лишь подавляют её волю, заставляя прогибаться под гнётом этого поддающегося манипуляциям общества. – А класс, исчезните с глаз долой! Вот так первый А и Б разошлись. Но перед тем, как уйти, Айзава попросил Бакуго остаться и присмотреть за Аямэ. Сильно он такой просьбе не возмущался, скорее, был готов выступить в качестве добровольца, чтобы проследить за тем, чтобы больше ничего не произошло. – И что это такое? И как оно работает? – спросила Аямэ, глядя на эти громоздкие, но удивительно лёгкие перчатки и ботинки. – Твоим желанием было улучшение мобильности в воздухе и увеличение манёвренности. – И? – это действительно был пунктик, который она хотела бы исправить. Ведь на одном ранце или турбоботинках не сделаешь идеального контроля над полётом. – Так как водой и льдом ты веришь и крутишь, как хочешь силой мысли, то я вдохновился идеей из фильма про героя, создавшего себя самостоятельно. – Ты про тот фильм, где беспричудный гений создал себе костюм, способный заменить ему причуду? – Именно. Эти перчатки и ботинки работают по такому же принципу, но вместо искусственного сердца источником энергии будет являться твоё пламя. "Так вот зачем нужны эти провода и специальная одежда с функцией поглощения пламени..." – И как мне их использовать? В них тоже есть голосовой приёмник исполняющий приказы? – постаралась пошутить девушка, без намёков на какой-либо смех. – Всё просто... Парень начал объяснять девушке, как всё использовать, а она начала пробовать. Только вот полёты они решили перенести на улицу, поскольку полетать внутри ТЗМ было не совсем безопасно. Потому они быстренько разобрались с остальными мелочами и проверили полет. – Бакуго, тебе не обязательно меня ждать. Бакуго вёл себя удивительно тихо, спокойно наблюдая за тем, как девушка привыкает к костюму и делает вид будто ничего и правда не произошло. – Просто заканчивай быстрее и пошли, – лишь сказал он, продолжая идти рядом с ней. Теперь на своих подошвах она стала ещё выше, чем была до этого, но это совсем не смущало ни девушку, ни парня, что сейчас удивительным образом взялись за руки, даже не заметив этого. И никакая перчатка не способна лишить её того комфорта и спокойствие, которое ей приносило осознание того, что любимый человек совсем рядом с ней. От этого было намного легче и приятнее, особенно, когда Бакуго вступился за неё, затыкая Мономе рот всего лишь из-за пары слов, сказанных в её адрес. "Как же сильно ты мне нравишься, Бакуго... Я так хочу подарить тебе весь мир, но оценишь ли ты такой подарок, если его ценой будет моя жизнь?... Прошу тебя заранее, прости за то, что не смогу быть с тобой долго. Но хотя бы сейчас, я не хочу отпускать твою руку... Ни за что..."