У нас на районе

Чонгук глушит себя в алкоголе, давая нелепо болящему телу замену моральной боли. Пусть лучше его ломает физически, чем эти глупые мысли, так и норовящие сломать изнутри. Он готов улыбаться с насильно сделанной улыбкой, разрезав уголки рта только чтобы доказать, тому человеку, что его не доломало до конца, что он сука целый, а не раздробленный в порошок. Чон смотрит в блестящую поверхность стола, гася желание разбить собственное лицо об манящую гладкость. Он бы дорого отдал за то чтобы просто развеяться пеплом по ветру, избавив от своего присутствия в жизни многих людей, в особенности того в ком утонул как неопытный пловец, попавший в сильное течение. Ким Тэхён выпотрошил его с искусством мясника. Оставив после гнить изнутри, как будто знал, что оставленные руины никто даже не захочет восстановить. Он выкинул его как использованный материал, не озаботившись донести до мусорки. Чонгук тянется к сигаретной пачке, останавливаясь на пол пути, он ведь даже бросил из-за него. Становится смешно от того как прочно Ким забрался под кожу. - Я вытравлю тебя, обещаю. Говорит вслух, а сам не верит ничерта. Потому что снова тянется к телефону, чтобы позвонить и рассказать, что внутри пусто, да и вообще без него никак. Чонгук закрывает глаза и нажимает на вызов, ему не жаль. Он просто хочет спасти хотя бы что-то, пока может, и никто не сможет его остановить. - Чонгук? - слышится усталое в трубке, и Чон умирает второй раз, сгорая заживо.