Storie del cuore.

The time is right your perfume fills my head

The stars get red and oh, the night's so blue

And then I go and spoil it all

By saying something stupid like «I love you»..

Странности начались с самого утра. Сперва на столе Цудзимуры появилась записка с прикреплённым к ней сухоцветом. Там, на, казалось, вымоченном в чае листе был напечатан текст приглашения. Именно напечатан, не написан от руки. Жду тебя в семь вечера у здания театра. Если боишься – поговори с Танедой. Он в курсе, успокоит. Рядом лежал билет на спектакль, который она так давно хотела посетить, но никак не решалась из-за занятости. Пальцы сжали лист, пока взгляд пробегал по строчкам, пытаясь вспомнить, с кем она говорила на подобные темы. На ум не приходил никто. Сейчас, подходя к назначенному месту, Мизуки старательно выискивает глазами что-то знакомое, что-то, за что можно зацепиться. И пока она всматривается в спину прошедшего мимо человека, на ее оголенное плечо ложится чья-то ладонь, слуха достигает тихий смешок. Обернувшись, она видит стоящего напротив Кёгоку. Впервые она видит его не в привычном кимоно, а в костюме. На лице знакомая игривая улыбка, пальцы сжимают букет роз, который он протягивает Цудзимуре. –Ты прекрасно выглядишь. Я бы хотел чаще видеть тебя в платьях, – подмигнув женщине, что все еще была в недоумении, он осторожно взял ее под локоть и повел внутрь. –Кёгоку, что происхо.. – ее прерывает лёгкий щипок за руку и смех. –Просто наслаждайся вечером. Спустя пару часов, наполненных тихим шёпотом вопросов, еле слышимого смеха и замечаний других зрителей, они, удовлетворённые зрелищем, снова оказываются на крыльце театра. Нацухико кому-то звонит, они дожидаются машину, и уже через пару десятков минут они оказываются дома у мужчины. Небольшая квартирка на одного была погружена во мрак. Как только они пришли на кухню, Кёгоку поджёг стоящие на столе свечи, и взору Цудзимуры предстал скромный, но до ужаса красиво оформленный ужин. Кажется, не обошлось без посторонней помощи, поскольку всё выглядело свежим, будто только приготовленным. В центре стояла бутылка вина и пара бокалов.

The time is right your perfume fills my head

The stars get red and oh, the night's so blue..

Спустя пару закусок и глотков вина, тишину наполнила тихая музыка. Свет свечей разбавляла луна, освещая неторопливо покачивающихся людей. Глядя друг другу в глаза, они улыбались. Мизуки улыбаясь неловко, несколько смущённо, все еще удивленная таким поворотом, в то время как Нацухико снял привычную маску игривости, смягчив черты лица. Музыка замедлялась. Он наклонился ближе, так, что их лбы соприкоснулись; так, что они чувствовали дыхание друг друга на своих губах. Ладони на тонкой талии Цудзимуры дрогнули, после чего осторожно сжали ее сильнее. Кёгоку медлил, наслаждался трепетом в синеве глаз напротив, хотел запомнить этот взгляд не уставшим и измученным, а расслабленным и мягким. Нос дразнит аромат цветочных духов, и боже, он отдал бы все, чтобы этот момент не заканчивался. –Я надеюсь, тебе понравился этот вечер, – шепот тихо спадает с губ, и Кёгоку, чувствуя себя смелым, кратко касается поцелуем уголка чужих губ. – С днем рождения, Цудзимура. Ладонь с талии перемещается на покрасневшую щеку, и он нежно поглаживает кожу. Большой палец прижимается к алым губам, когда Мизуки пытается что-то ответить, и он, тихо вздохнув, сменяет подушечку своими губами, затягивая ее в медленный поцелуй. Цудзимура тихо ахает, скользит пальцами от чужих плеч к волосам, зарываясь в пепельные пряди, и почти разочарованно хмыкает, когда поцелуй внезапно заканчивается.

..And then I go and spoil it all

By saying something stupid like «I love you».

Нацухико наклоняется вновь, между ними пара миллиметров. Шепот касается кожи. –..Я люблю тебя.