Неразрывная связь

— Аска... Я тебя люблю.. — совершенно спокойным тоном произнесла Аяко, подождав, пока на неё перестанет обрушиваться словесный поток от Аски, словно от маленького любопытного ребёнка. Хотя эта привычка досталась ей от мамы. Правда в её голове крутилось множество мыслей, по поводу того, что правильно, а что нет, но она точно знала: Акира была права, когда говорила, что с этими чувствами нужно разобраться. Прямо сейчас, и не днём позже. Потому что ожидание, могло только принести боль её дочери. Ведь Аска, тоже не в восторге от того, насколько иногда импульсивны её действия. Ей жаль, что желание берёт вверх над здравым смыслом. Такому родному человеку, так легко отдаться без остатка, и так же легко навредить неверным шагом. — ..Чего? — всё ещё стоящая перед ней Аска в руках с половником, не понимала, как их разговор пришёл к внезапному признанию. Ей понадобилось пару секунд, чтобы полностью осознать: она не шутит. Но надо ж было это так сделать. Будто не призналась в любви, а выдала формулу аспирина. Так значит всё это время, Аяко не просто давала волю действиям своей дочери, от снисходительного отношения и материнской заботы. Она, что ни на есть, испытала ту же самую запретную тягу, не просто к девушке, а к собственному дитя. И к удивлению обеих, у каждой это была первая любовь... Аяко с подросткового возраста была окружена поклонниками, и ей не раз признавались в симпатии. Да что уж там говорить, она вышла замуж, по прежнему не чувствуя то, о чём люди пишут книги и песни - любви. И на свет появился человек, который стоит прямо перед ней и недоумевает от всего происходящего. Старая психологическая травма давала о себе знать. Но теперь это взрослый сознательный человек, наконец преодолевший всю боль и трудности. Конечно не без помощи добрых людей, которые стали окружать её после обучения в университете. Один вклад семьи Мори чего стоит. Даже Аска, будучи маленьким кульком нежности, лечила душевные раны матери, одним своим присутствием. Теперь для её сердца открылась такая сладкая и прекрасная возможность любить, и чувствовать гораздо больше, ярче, чем удавалось всё это время. Всё те семнадцать лет проведённые с этим человеком - были чистейшим счастьем, самое мирное время. Между ними закрепилась сильнейшая связь. Отпускать это всё совершенно не хотелось. Зрачки Аски сузились, на коже выступил пот, она так и не сдвинулась с места, продолжая молчать. Кожа девушки порозовела и она немного пришла в себя: — С чего ты говоришь, такие смущающие вещи. — Нам нужно поговорить — ... — Давай сделаем это за ужином, ты наверное голодная.

***

Разогретая ароматная пища стояла на столе, куда усаживались наши героини. Аска слишком сильно волновалась, и даже не смогла нормально помочь маме с тем, чтобы накрыть на стол. — Мама, так ты... — Да... Я не могу сказать, насколько это правильно. Но похоже, что мы с тобой испытываем одно и то же. — Аяко увела взгляд куда-то в пол и немного покраснела. Называется, роди себе любовь сама. — Знаешь. Я хочу извиниться за то, что сделала вчера. Мне правда жаль, что я была так... настойчива. В груди разрасталось чувство недавней ревности, больно давившее на сердце. Но Аяко быстро его подавила и продолжила диалог. — Аска, я хочу, чтобы ты знала: я никогда не хотела тебе вреда, но в том, что случилось безусловно есть моя вина. Широко распахнутые глаза дочери, медленно наполнялись слезами. — Т-ты чего?! — Мааам, ты не должна себя винить. Я .. я ведь тоже так поступала ~хнык Я тоже тебя люблююю Аяко поднялась из-за стола и крепко обняла свою дочурку. — Тише тише, я никуда не уйду теперь. Всё будет хорошо. Мы справимся вместе. Мать оставила нежный поцелуй на лбу девушки. — А может... Аяко моментально поняла о чём речь, ничего другого кроме поцелуя её ребёнок сейчас, просто не мог предложить. Какая же она всё таки предсказуемая. — Нет, не порти момент. Лучше сядь и нормально поешь. Конечно, Аске хотелось возразить, значит маме можно на неё набрасываться, но при этом она не хочет одарить её хотя бы одним поцелуем. Она состроила серьёзную гримасу, с нотками осуждения. — Быстро ты, однако, в себя пришла, Аска. Я подумаю над этим после ужина. Аска одарила маму радостной улыбкой, почти с детской задорностью, и принялась за еду. "Какая легкомысленная" - подумала про себя Аяко. И тоже принялась за еду.

***

Перед членами этой небольшой, но очень дружной, семьи, стояли пустые тарелки. При этой весьма спокойной атмосфере, они допивали чай. К их неожиданности в дверь раздался звонок...