Неразрывная связь

Прошагивая в комнату, уже одетая в пижаму Аяко, улыбнулась увидев миловидное, но при этом серьёзное лицо, девушки, читавшей что-то из учебной литературы. При этом у неё возникло весьма логичное для матери желание - помять младшую за щёчки. Блондинка аккуратно залезла под одеяло, смотря с каким интересом зелёные глазки бегают по строчкам книги. На корочке виднелась надпись "Квантовая Физика: сокращённая теория". Аяко уже давно не удивляло то, какую сложную литературу осваивал её маленький гений, просто сама в детстве была такой же заучкой. Дочитав главу Аска со вздохом закрыла и отложила книгу на тумбочку. — Что ты хотела у меня спросить, мама? Аяко подумала ещё пару секунд — Сейчас хорошее положение духа для этого разговора. — и мысленно выдохнула — Меня немного удивляет, насколько смело ты проявляешь свою любовь. И знаешь, меня мучает вопрос... как бы это сказать — Аска напряглась. — Был ли человек, который обучил тебя такому? — Ну как бы да, но это не совсем то, о чём ты думаешь — слегка нервно затараторила мелкая — знаешь, этот человек помог мне понять некоторые чувства. Не беспокойся, мы хорошо знакомы, она не причинила бы мне вреда... ой. — Это Миюки, да? — для Аски это был удар по самое сердце, аж душа в пятки ушла. — Ну я... эээ... прости. Между прочим это неловко с тобой обсуждать. И как ты вообще догадалась? — Ну, судя по её темпераменту (и недавней выходке), тому, что ты не много с кем общалась, этот вариант был самым ожидаемым. — Мы не заходили далеко, и к тому же, я бы никогда... она ведь мне не нравилась. Мне кроме тебя, никто и не нравился. У Аяко будто от души отлегло — Я ведь переживала за неё, слава богу всё хорошо — Аска, всё хорошо, у меня нет причин на тебя злиться, рада, что с тобой всё в порядке. Я просто беспокоилась, вот и спросила. Иди сюда. — светловолосая протянула руки для объятий. Аска с радостью приняла приглашение, подползая поближе. Нежно заведя руки за спину и по крепче сжимая их, девушка получала тепло, принадлежащее ей одной. — Это самая приятная любовь на свете — Аска пыталась до конца понять, что именно она ощущает. Сладкая мешанина из чувств быстро разлилась по всему телу и Аска обмякла, ощущая ласковые движения рук по своей спине. Она любила эти нежные руки. Кожа Аяко была покрыта лёгкой испариной, которая кумарила ещё больше. Приятная чистота окутывала тело со всех сторон. Девушка сложила голову на грудь любимой и закатила глаза, находясь в сладкой истоме. Весь день Аска была на нервах, а Аяко как никто другой может успокоить её. Это родное тепло было, как нельзя кстати. Поглаживания гуляли по спине и мягко переходили на талию. Грудь, с покоящейся на ней головой, медленно поднималась, будто волны в дни штиля, а сердце билось спокойно и глухо. Кажется, восприятие начинало меняться, теперь от каждого движения девушка комкала в кулак ткань пижамы мамы. Ничего не подозревающая женщина, с закрытыми глазами, проявляла, как ей казалось, обычную заботу и привязанность. Ещё одно развязное движение и Аяко пришлось открыть глаза из-за звука, последовавшего от младшей. Это было тихое мычание, немного похожее на мяуканье котёнка. Хотя чёлка и закрывала значительную часть лица девушки, матери всё же удалось разглядеть на щеках яркий румянец, слегка сдвинутые брови и сжатые кулачки. Рассматривая представшую перед ней картину, она невольно остановила какое-либо движение рук, что не было упущено от внимания Аски. Немного пожмурясь девушка всё же открыла глаза, а затем и подняла тяжелеющую голову, дабы взглянуть в зелёные глаза матери. Когда их взгляды встретились, что-то внутри Аяко ёкнуло, щёки порозовели. Аска уже переставила руки на плечи, и медленным, почти сонным движением, сокращала расстояние между их лицами. Вид, небрежно раскиданных по подушке светлых волос, завораживал и возбуждал девушку ещё больше. Аска снова хотела ощутить мягкость, таких желанных, губ, быстрое сердцебиение и тяжёлое дыхание любимой, поэтому просто не могла больше ждать. Девушка заметила в эмоциях Аяко долю сомнения, или даже беспокойства, что сделало её движения более робкими. Она изучающе посмотрела перед собой, а после почувствовала как тёплые руки подтягивают её ближе за талию, сокращая расстояние между телами, до невообразимо малого. Секунда замешательства, затем оценивание ситуации: глаза блестели уже не материнской добротой, а самой что ни на есть похотью, почти такой же, какая была вчера. — Мама... — с губ Аски сорвался тяжёлый, но сдержанный полу-стон — я тебя люблю... — И я люблю тебя, милая. Каждый горячий вздох, сводил сума. Они держались и терпели, чтобы в конце концов сорваться. Чтобы отбросить все предрассудки, как ненужные оковы. Чтобы чувствовать то, чего так давно хотелось. Первое касание слегка сухих, а через секунду уже влажных губ, и пальцы непроизвольно сжались на чужом теле, будто боясь выпустить из зоны досягаемости любимую. Желания нашли свой выход, и отражались отголосками в каждой клеточке тела. Кровь и плоть старшей уж точно реагировали на эту девчонку, и хотели только большего. — Аска ... я могу — немного отстранившись, тихо умоляла Аяко. Даже не дослушав до конца, девушка прижала губы обратно, видимо, она уже ничего и не слышала, прибывав в сладком забвении. В то время, как Аяко пыталась сохранить в себе хоть каплю сдержанности. Но так и не получив ответа, от увлечённой процессом дочери, перешла в наступление, не видя смысла ограничивать себя. Аяко хватило секунды, чтобы оказаться сверху, и вжимать в подушку уже Аску. Под натиском старшей девушка плавилась, как мороженое на солнце. Мягкие поцелуи сменялись более влажными и напористыми. Пальцы блондинки слегка дотронулись подбородка, прося приоткрыть рот. Не разрывая контакта, Аска тяжело сглотнула. Ей казалось, что сердце вот-вот вырвется из груди. Она цеплялась дрожащими руками за талию блондинки. Сквозь шум от своего сбитого дыхания, Аска уловила себя на мысли: сегодня она гораздо чувствительнее...