комнатный цветок

у меня кроме книг — ничего. в них я личность и смесь эмоций. я с безумством глотаю её. о великое множество порций! я плыву, лодка ломится в корешках. я таскаю их в золотых мешках. я храню героев в своих кишках, душу их сажаю — цветы в горшках. горы гордые вьются ввысь к небесам. книга — гнев, свобода и путь к слезам. с нею я бегу по холмам, лесам, с нею верю я сомнительным чудесам. книги, с вами я в очарованной той паре. я даю соседу, себе, сестре, тётке, бабке, что тихо сидит на лавке, книгу пробовать, как обёртку от шоколадки. я всё тру и тру их слова до дыр, они важно шлют в привете мне своё "фыр", словно я беспамятный майдодыр, иль том сойер, а может бродяга финн. сколько вас ещё ждёт меня в тишине? воздух библиотеки уснул в ноздре. эпос трётся ежом в каменной коре, лирикая соловьём на своём одре, драма красит полосы на губе, по-вампирски скалиться в худобе. ей эпитет не нравится, грозы, оксюморон, хочет больше пространства для угнетений — ром. на страницу по чашке кофе с тобой прольём, нам с тобой читается под дождём, ну чего стоим? ну чего мы ждём? так пойдём закладочек наберём, на сознанье высшего упадём. просветлимся и полные доверху здесь помрём, средь друзей обложек и тех картин, от которых вякает керосин, мы в обиду с тобою их не дадим, для потомков полочки сохраним, будут все спасены. от древности до сейчас, говорят, от мифов мудреет глаз, хоть не нами сказано но про нас. реальность больше ни о чём. я открываю дверь ключом. лиса алиса, полено с пёсом я буду гномом, миледи, носом. шенелью, списком, медведем, ленским, я стану садом, для взрослых детским, в сметане лапки — лучше той притчи, нет, не найти мне уж песни нынче.