Холодный Ветер
7 августа 2023 г., 00:39
Вечер был грозен. С моря налетел урос - сильный закатный ветер. «Эве» укрылся за молом, но и тут его раскачивало изрядно. В тёмном небе показались тонкие белые чёрточки далёких молний.
Рыбаки спешили в залив, под защиту островов. Мимо буревестника то и дело проскакивали парусные баркасы.
— Задул урос - холода принёс. - Мершель опёрся на фальшборт рядом с Риджем. - Удачно съездили?
— Не совсем. Маркизов колдун оказался самозванцем. Клад пиратский искал. Но де Тосси завтра начнёт обыск сараев на болотах.
— Дело. - кивнул навигатор. - А что до кладу, то может быть. Берег меж Тоссом и Веро глухой. В девяносто восьмом, я ещё штурвалером на «Громовержце» служил, мы лигах в пятидесяти отсюда цельный пиратский порт разгромили.
— Сундук золота.
— Ну сундук - то вранье! - Отрезал Мершель. - Столько золота в жизнь не скопить. Шкатулку малую - ещё возможно. Пираты, сударь, не банкиры. Всё богатство вмиг уходит кабатчикам да девкам непотребным. На островах самые богатые не те, что в моря ходят, а те, что на берегу удовольствию пиратам наводят.
— А как же пиратские навигаторы?
— Это смотря какие. Навигатор баклана не богаче своего кока, разве что корабль его. А вот ежели буревестник у него, а тем паче фрегат…
— Фре-гат? - Ридж посмотрел на Мершеля, как на чудо небесное.
— А что же такого, господин граф? В восемьдесят первом гернольцы послали к островам эскадру в двадцать семь фрегатов и два гросса. Уж на кой там гроссы сдались - верно от глупости. На Лайхате вон до сей поры «гернольский скадерон» означает дурень. Причем дурень ну просто несусветный! Уж такой дурак, что дурнее не сыскать!
Братство Архипелага спокойно пропустило их к Зелёному Камню и захлопнуло мышеловку. - Мершель извлёк кисет и принялся набивать трубку, уминая табак большим пальцем. - Камни, сударь, это пять островов на восходном краю архипелага. Жёлтый, Чёрный, Зелёный, Белый и Кривой. У пиратов там скальные форты с весьма недурно оснащенными батареями. После двухдневной перестрелки один гросс и шесть фрегатов сумели вырваться в море. Тринадцать фрегатов спустили флаги. Второй гросс сел на мель и пираты захватили его. Остальные лежат на дне Коралловой бухты.
— И что сталось с командами?
— Матросы почти поголовно согласились встать под чёрные тряпки. Часть офицеров — тоже. Некоторых выкупили родичи.
— Тридцать лет ведь прошло, господин навигатор. Не живут столько корабли.
— Корабли-то не живут, только лихие ребятки посредством тех фрегатов нахватали всякого разного. И пинассов, и флейтов. И ещё фрегатов. Навигатора такого слышали - Уста?
— Наслышан.
— Так вот. - Мершель воткнул трубку в зубы и полез за кресалом. - У него фрегат «Месть Вольных» и две пинассы. Знаменитый Мальх поскромнее, на флейте ходит, да какая-то мелочь у него в лазутчиках. Вот то господа состоятельные. А прочие - до первого болта живут. Или абордажа. Ну и живут вовсю. Пить так бочками, драть - так весь бордель.
Молния пронзила небеса рядом с маяком, залив всё окрест мёртво-белым светом. Буревестник тяжело ухнул носом в волну. Из глубин корабля донёсся нехороший скрежет. Мершель оглянулся и крикнул в сумрак:
— Вахтенный!
— Есть вахтенный! - отозвались сумерки голосом Будро.
— К шторму крепить!
— Есть к шторму!
Засвистала дудка, на палубу полезли матросы. Они разбежались по кораблю и проворно, словно мыши, принялись набрасывать и завязывать дополнительные канаты на шлюпках и таггах. Где-то захлопывались ставни. Топот ног не прекращался до тех пор, пока все люки не обернули парусиной и накрепко не обвязали канатами.
— Господин навигатор! Пятой шлюпки на месте нет! - вырос рядом с Мершелем матросик.
— Пятая с командой на деле. Вывесить шлюп-рей! Шлюп-швартовой команде на палубе быть до возвращения!
Матросик убежал.
Навигатор покосился на мачты и удовлетворенно кивнул.
— Нехорош, конечно, нынешний урос. На скалы гонит. Да на ту сторону не отойти. - Лой ткнул черенком трубки в скопление рыбацких лодок на другом краю бухты. - Ну да ничего, переживём. Урос редко большие шторма нагоняет. Вот теплу конец, это да. Поутру одевайтесь основательнее.
Заскрипел шлюпочный рей и замер над водой. Крюк на цепи раскачивался где-то у таггерных портов.
— Выбрать цепь! - рявкнул Мершель. - Борт разобьёт, каракатицы безмозглые!
— Есть выбрать цепь! - крикнули из-за шканцев и тут же залязгал ворот. Крюк пополз вверх.
— Пятую послали ловить господина с лупой? - догадался Ридж.
— По вашему приказанию. - утвердительно ответил навигатор. - Поймают, не имейте сомнений. У них и парус, и восемь пар вёсел, и семнадцать пар рук навычных.
— Он мне живой надобен.
— Ну я же не гернольский скадерон! - обиделся моряк. - Ясное дело, к чему вашей светлости покойник? Его-то на спрос не потянешь.
— Прошу извинить.
— Да ладно уж! - Мершель махнул рукой в сторону моря. - Ливень идёт, видите какое марево?
С океана и правда надвигалась мутная стена. Пахнуло сырой свежестью, сгоняя вездесущую рыбно-гнилостную вонь.
— Что-то давненько мы с вами чарочкой не стучали. - прищурился моряк.
— Надобно исправить сие неблаголепие. - согласился Ридж, которому совсем не хотелось выслушивать истории из собственной жизни в интерпретации Тэма. А судя по звенящему смеху Лии, негодяй потчевал её очередной байкой.
— После вас! - осклабился морской волк, указывая на дверь ведущую под ют.
Перевязи покачивались на гвозде, кувшин кнорта и корзина с жареными змеями - на ремнях, свисающих с потолка. «Эве» качался на волнах с носа на борт, так что чарки приходилось держать.
— Я, граф, лишь только что догадку обрёл откуда в балладе волки взялись. - Мершель утёр усы, переходящие в растрёпаные баки. -По-озёрному волк он и есть волк. Ну, shemonn, а лиса - rush shemonn, красный волк. Вот и переложили бездумно.
— Озёрный ведаете?
— Куда мне до вас! Имеется словарик старый, в первые годы владычества печатались таковые для чиновных особ. Нынче-то по-азарски все Озёра толкуют, не то что прежде. Ты ему говоришь, а он глазами хлопает. «Не понише» да «Не рэзуме.» И ведь вправду не разуме, что ты ни делай. Бывалоча при каждом экипаже избирали кого посметливей и грамоте знающем - учить озёрный. Нынче осталось таких на полпальца.
— М-да, мне-то в голову не пришло резону искать. Не идут мне из головы, аредер, эти сараи. Ну с чего управителю гонять от них углежогов?
Мершель осушил чарку и потянулся за кувшином.
— Верг вообще господин с большими странностями. Одинок, как куст в степи. Дом купил аж в четыре яруса, а живёт один. Глухонемой лакей, да приходящие метельщица и кухарка. Я-то с ним знакомств не веду, а вот Берманер частенько в прошлые годы захаживал. Рассорились они из-за некоего пустячка.
— Велик пустяк-то? - Ридж тоже потянулся — к жареной змее.
— Как-то раз взяли мы пиратский баклан. Добыча дрянь - ножи, канаты, немного тяжей, пригоршня серебра. Но квартамастер прихватил там медную чашу. Красивая такая, здоровая. Со значками из мелких агатов непонятными. Семлер-Итер, упокоения ему в садах Матиссы, ту вещицу обсмотрел и заявил, что некогда применялась она для жертвенных обрядов, но последний раз кровь в неё лили лет сто тому назад. Встали на рейде Тосса, Берманер в свой срок съехал на берег и помчался к Вергу хвастать. А господин управитель сходу предложил ему двадцать ниобов. Берманеру бы уступить знакомцу, но скуповат наш храбрый квартамастер, почуял куда большие денежки. Торговались они, сказывают, так, что стёкла вылетали. До полутора сотен дошёл Верг и упёрся - нет более. А Берманеру вынь да положь - триста! - Мершель грохнул кулаком по столу. - Ну и разругались вусмерть. Пошёл Берманер к ювелиру, тот ему объявил - три с половиной, беру на поделки. Квартамастер припрятал и в Надаре сунулся к торговцу редкостями да старьём. Тот покрутил, похмыкал и предложил шесть, что ли. Тогда Тин стал ждать оказии в Тосс. Но до того случилась буря и после неё чаша начала мерцать синим в темноте. Берманер перепугался до мокроты в штанах и сбыл чашу какому-то негоцианту за сущие гроши.
— Любопытно. - Ридж поднял чарку в приветствии, чокнулся с навигатором и опрокинул огненный кнорт в глотку. - Живёт один, готов переплачивать за вещицы, оставшиеся от старых верований. Лю-бо-пыт-ный су-да-рик.
— Есть слушок, что Верг в юности то ли разбойничал, то ли полиции наушничал. У маркиза-то он лет десять, может чуть поболее. Где до того толстячка носило - и Лойя, полагаю, не ведает.
— Старый он?
— Неее, средних годов. Не столь уж давно тридцать пять разменял.
Под бортом глухо стукнуло, зазвенело, заскрипело. Мершель поднял палец:
— Ага! Вот и поимщики.
Ждать пришлось недолго. Через каких-нибудь десять минут в каюту ввалился насквозь мокрый эн-квартер, которому было поручено командовать шлюпкой. По его лицу Ридж понял сразу - неудача. Понял и навигатор:
— Что??? Упустили?! Да три каракатицы в твою задницу и осьминога в глотку! - взревел Лой, вскочив из-за стола. - Как?! Стыдобища! На водах! Под парусом! При нагонном с устья! Под пайлотами сгною, кальмар криворукий!
— Господин аредер. - оправдывался эн-офицер. - Не наша в том вина! Пока из-под берегу выгребали, пока парус ставили, нырнул, подлец, в приток узкий. Мы было за ним, да уж больно тесно там шлюпке. Еле выбрались - шивера, как есть шивера.
— Что за приток?!
— Тоньшо, так и зовётся.
Мершель махнул рукой и харкнул в угол каюты.
— Ступайте. Шлюпку по-штормовому.
Эн-квартер исчез. Лой отпил прямо из кувшина, полез за трубкой:
— Весь настрой опоганил, скотина. Позорище.
— Что за Тоньшо?
— Да есть такой ручей, не доезжая башни, где сударыня магисса искусство явила. От реки и вправду шиверой идет, после в пещёры ныряет. А уж где ему начало - льды ведают!
— Пещеры высокие?
— В смысле - пройдет ли лодчонка? А кто его знает! В жизни туда не лазил, сверху видал и с реки видал.
В дверь сунулся вестовой матрос:
— Ваше… - начал он.
— Ну! - рявкнул Мершель.
— Так что господин штурвалер велели докласть, на крепости приспущен флаг, а от берега идет баркас.
— Трап за борт!
— Есть трап за борт!
Матрос умчался.
— Идёмте, сударь. - сказал Мершель и снял с крюка перевязь. - Чую, напасть случилась.
На палубе кипели пузыри, ливень и волны непрерывно встречались на гладких досках и скатывались в шпигаты урчащими потоками. Офицеры взошли на шканцы и остановились, вцепившись в леера. Буревестник то и дело нырял носом в воду, с трудом удерживаясь на четырёх якорях. Ветер свистел в рангоуте. Город проглядывал сквозь пелену слабыми расплывчатыми огнями. Ридж застегнул верхние крючки - было и впрямь промозгло-холодно.
Прибывший с берега сыщик Шеймис с трудом взобрался по веревочной лесенке, вполз на шканцы и прокричал Мершелю:
— Господин аредер! Пакет! Из Веро! Срочно! Высшей безотлагательности! - ветер сносил его слова.
Навигатор принял послание, жестом пригласил сыщика следовать за ними и все трое спустились в каюту. Мершель вскрыл письмо ножом, пробежал глазами по строчкам и подал Риджу:
— Читайте.
«Верена. Синий Замок. 1 Пустых Полей 810г.
Всем начальствующим над отделениями градскими и провинциальными Белого Департамента. Всем начальствующим над аредами и веркадами Белого Штандарта.
30 Сбора Урожая 810г в 11 часов 40 минут вечерней зари Его Величество Варт Пятый, наш возлюбленый король, изволил оставить подданых своих, отойдя на суд Решающей. До восшествия на престол Его Высочества принца крови Гарта, все дела решает канцлер, маркиз де Онк.
Не для оглашения. Смерть Его Величества наступила от яда, путь коего изъясняется. Ото всех к Белым не принадлежным сие в тайне хранить, слухи и разговоры пресекать, подмётные писания изничтожать вкупе с писавшими и носившими.
Штандарт-командор Польф Румберт барон де Нейгар.»
— Ну что, спускайте вымпелы, Лой. - хмыкнул Ридж, возвращая письмо. - Волколаки из-за сих неблагостей всё одно не передохнут.
