Логово Чернокнижника
11 августа 2023 г., 20:28
Глава 19
30 Пустых Полей. Эфинские топи.
Лошадей оставили в заброшеной деревеньке. Шестнадцать дворов, сгнивший причал. Далее шли цепочкой по мелководью в топком иле. Обрыв подымался все выше и выше, плащи стали тяжелыми, ибо промокли до пол-спины. Ледяной холод продирал сквозь толстую кожу высоких кавалеристских сапог.
По серой тусклой воде плыли коричневые листья и полупрозрачные льдинки. Солёная река не замерзала, но шуга иной раз образовывала на ней самые настоящие перекаты. Впрочем, до того ещё нескоро. Небо стало высоким и унылым, как обыкновенно по осени.
Первым шагал Ридж, вторым - Тэм, бранившийся сквозь зубы каждый раз, когда поднятая ветром волна плескала брызгами в покрасневшее от холода лицо. Третьей жалась к откосу Лия. Она закусила губу и шатало лёгкую девицу больше всех, ибо течение ощутимо толкало бредущих, пытаясь опрокинуть нахалов в густые свинцовые объятия, уволочь на дно и оставить вечно смотреть пустыми глазницами черепов на днища проходящих кораблей.
Замыкал колонну Вейс. Юноша лучше всех подготовился к экспедиции - толстый шерстяной колет, шерстяные же, грубой вязки, набедренники и перчатки на волчьем меху.
Наконец за излучиной открылась узкая полоса камней под обрывом и устье, из коего коричневым пенным горбом вырывался сильный поток. Пахнуло гнилью.
Веркер обернулся. Лицо его было бесстрастным:
— Тэм, давай огонь и вставай арьегардом. Вейс, за мной. Оружие к бою!
Лия попыталась было возразить, но зелёные глаза пронзили её, словно игла - подушечку, и девушка осеклась. Во главе отряда шагал не прежний слабонравный Ридж де Исс, но грозный и яростный веркер де Каро. Он же первым и шагнул через бурун в узкую каменную щель, и на острие палаша его горел ведьмин огонь, направляемый пассами Тэма Нира, что замкнул шествие.
Ему приходилось хуже всех, поскольку пробираться аредер мог исключительно боком - широкая до груди высокого человека промоина выше сужалась, не позволяя мужчинам в кирасах идти грудью вперёд. Тэм же и был самым широким в плечах. Наплечники, украшеные по имперскому маниру малопристойной чеканкой, то и дело скрежетали по камню.
Ход повернул, стал чуть шире, затем снова сузился, но уже на уровне ушей. Плеск потока сжимающего ноги, слабый свет ведьминки, нервное дыхание Вейса, отблеск холодного железа трёх палашей и эспады. Давно не стало видно отсвета серых небес - они шли по подземной реке. Ридж прикинул направление - получалось, что они идут чуть наискось навстречу течения Хруса, удаляясь от него в сторону болот.
«Что ж, догадка была верна. Поток проходит под грядой, а начало берёт в трясинах, кои тянутся на добрые пятнадцать лиг в любую сторону от сердца своего. Коль замок там, то кто мог оный найти? Разве что клюквенники да резчики горюч-земи… А оную выбрали ещё при озёрцах. Стало быть, годов семьдесят вглубь болот лазали разве что охотники да беглые. И ежели замок разрушен, а на неверной земле болотного острова сие запросто…»
Ход оборвался - перед ними раскинулся обширный грот, каменное дно полого пошло вверх и, преодолев низвергающийся поток, четвёрка побрела по мелкой быстрой воде. Они осторожно щупали носком сапога вперёди, прежде чем сделать следующий шаг - дно стало неровным. То тут, то там бурлили мелкие перекатики и водовороты. Слева билась о свод привязаная за вделаное в камень массивное кольцо плоскодонка.
Заглянув в неё, Лия обнаружила целую связку длинных кривых шестов, почерневшую жаровню и два ведра, вымазаные красной и синей глиной.
— Берега ковырять. - хмыкнул Тэм и резко дёрнул одну слегу. Хилая верёвочка лопнула, шесты с дробным стуком раскатились по лодчонке. - Берите, берите, в болоте без посоха разве что к болотницам на пироги.
Если бы не безымянный ручей, они бы точно заблудились. Гнилое редколесье на пружинящих покрытых заиндевевшим мхом кочках всюду, куда ни взгляни, было совершенно одинаковым. Продвижение стало совсем медленным. Тычок шестом - провал, тычок - провал, тычок - шаг. И снова провал - провал - провал - шаг. Ридж уже жалел, что потащился в кирасе. «Там же не аред гернольских егерей, а всего только трясущийся от холода и страха колдун.»
Разумеется, маг в качестве противника - штука жуткая, но… примерно такая же, как тагг или нафтовая труба. Удар страшный, удар, бьющий по обширному кругу, удар, коий не отбить клинком, удар, от коего не спасет и лэнгский «троичный» панцирь. Если бы не существенное в сражении но: пока маг - средний, конечно - произнесёт заклинание, подтянет Силу, соберёт её и обрушит на врага, пехотинец пройдет от пятидесяти до восьмидесяти трех шагов в зависимости от вида пехоты. Кавалерист - от ста семидесяти двух до двухсот сорока шагов. Тагг перезаряжается вдвое быстрей мага. Огненосец - поначалу идёт вровень с таггом, а когда напор маллы падает - ещё медленней волшебника. Вот и выходит, что в сражении всё решают не эти монструозные порой машины и опытнейшие батальные чародеи, а всё те же клинки, пики, лезвия. Тигги закованых в нагрудные панцири и поножи стрелков. И луки. Ростовые - скрипящих кожаной броней королевских линейных лучников. Короткие - егерей.
Главное - бросок, рывок, наскок! Сбить колдуна, не дать ему сосредоточиться, выдержать тональность, особый душевный настрой. Надо думать, близ замка земля твёрдая, а смотреть во все стороны сразу даже легендарный Энгр не мог, потому и лишился верхней половины головы в пустяковой пограничной стычке.
Было уже далеко за полдень, когда кривые деревца уступили место низким колючим кустам, а впереди показался горб каменистой гряды. Ручей журчал под её левым боком. Окрест горба тянулись мшистые топи.
Измученые люди побросали шесты и повалились на склизкие камни. Предстоял подъём арнов на пять, но силы покинули отряд. Было жутко холодно и сыро. Несло гнилью и особым запахом осоки. То тут, то там в болоте вздувались и лопались с треском рваной бумаги жирные чёрные пузыри. Когда такой пузырь лопнул неподалеку от бивуака, Лию вырвало от тяжёлого смрада.
— Боги, ну и гадость! - простонала магичка.
— Нафт. - Ридж лежал навзничь. - Болван маркиз и не ведает на каком богатстве сидит.
— Фу, пропасть. Как же живут-то на Шебере? - Тэм харкнул в маслянистое пятно.
— Свыкаются. И пьют. - Ридж вывернул шею, прикидывая высоту хребта.
Небесный свет поблек и надо было идти. Ночевать посреди болот без дров и с малым сухарным запасом веркер не желал. К тому же в таких глухих местах наверняка сохранилась кой-какая нелюдь.
Не то чтобы болотные жители сильно опасны, но коварны, вот в чем штука. Огоньки-блудильщики, болотницы - подобие морских русалок. А то и сама Мать Топей явится. Ну и что, что Матушек никто не видал уже пару столетий? Умные люди говорят, что в любом болоте есть своя Матушка. А как, мол, иначе? Без неё порядку не станет. Она покойников прибирает, к делу пристраивает. Девок в болотницы, мужиков - на горюч-земь переводит. Путников в бочаг заманивает. Следит за родниками - дабы болото не высохло, но и не разливалось до того, чтобы его начали его окапывать, осушать. А про болотниц Вол сказывал. Коли водят они свои срамные хороводы, то их тут хватает. А раз их изрядно числом, то и Матушка их где-то тут, у Ключ-Камня живёт, ткёт узор мшистый.
Понятное дело, никто ещё из болота в мир поднебесный не возвращался, мемориев не писывал, сказок не говорил, но старинные хроники описывали казусы. Когда, к примеру, осушали обширные нижнемарские болота, находили в самых глубоких ямах дохлых чудищ вроде баб с жабьим телом. Вот вроде бы они и есть. Но доподлинно не ведомо никому.
— Подъём. - прохрипел Ридж и первым поднялся на ноги.
По гряде идти не легче оказалось. Покатые камни так и норовили поймать ногу в капкан. Потом Вейс наткнулся на подобие тропки - камни мельче и площе выстроили что-то вроде мелкого жёлоба. Каменный язык все поднимался и поднимался, от болот наплывал туман, на горизонте тоненькой чертой обозначались прибрежные скалы, под коими прошел отряд. Когда сумерки окутали топи, а наши друзья выдохлись так, что готовы были упасть, гряда круто загнулась к небу и оборвалась.
— О, Белор! - выдохнул Тэм.
Узкий язык расплющился в круглую вытянутую скалу арна на полтора ниже их ног. И вот на этой-то каменной лепешке и стоял замок. Приземистый, с низкими полуобрушеными стенами и толстыми квадратными башнями.
Всего башен было пять, включая и центральную, таур по-азарски или донжу по-озёрски.
— Какой маленький. - разочаровано протянула Лия.
— Маленький - легче обыскать. - прохрипел Тэм.
— И легче оборонять. - возразила магисса. - Тем более, друг мой, мы тут торчим, как соломенные чучела.
— Канат! - бросил Ридж.
Вейс присел на колено, извлек из котомки, висящей на плече, молоток, железный клин и моток смолёного каната. В несколько звонких ударов юноша вогнал клин в щель меж камнями, затянул на нем узел-висельник и добил клин до низу, так, чтобы верхняя часть, загнутая вниз, образовала ухо. Дважды протянув конец в это ушко, аредер получил крепко закрепленный канат. Бухта полетела вниз и первым по ней соскользнул Тэм, как самый тяжелый. Следующим пошёл Ридж, затем осторожно, упираясь каблуками в обрыв, спустилась Лия, а последним - Вейс.
Снизу замок казался ещё более несчастным. Давно покинули его и хозяева, и слуги, и воины, что некогда прохаживались по стенам, вглядываясь в болота и гать, что вела, верно, вдоль ручья. Ведь ближе всего тут именно берег Хруса. Брать такой замок на меч - хлопот не оберёшься. Конечно, можно загнать лучников на гряду, но ведь и им там негде спрятаться. А бегать туда-сюда после каждого выстрела - мучение. Да и обстрел получится «на кого рок пошлёт». Осадные башни - утонут, тяжёлая пехота - не пройдет. Узкая полоска камня - и сразу стена. Правда, всего в арн, но поди и на арн-то влезь! Да ещё когда сверху тычут острыми железками, грозят шипастыми шарами на цепи и скидывают всякое - от сора до камней, приправленых либо варом, либо кипятком! Вердани и тот-то попроще, пожалуй, тем более, что его точно брали. Правда, поначалу истомив защитников плотной осадой. У Морна же осаждающие будут пребывать в положении хуже осажденных. Бивуак на болоте - расскажите-ка ещё сказочку на ночь, тогда дитё безо всякого сомнению под себя надует.
Ночь с 30 Пустых Полей на 1 Инея.
Южный Исс, Эфино, замок Морн .
Не теряя времени, Ридж велел отряду разделиться. Вейс с Лией, Тэм с ним. Не то, чтобы веркер сомневался в магических талантах молодой женщины, но Тэм привычнее и надежнее. Лия явно обиделась, но смолчала.
Пары обогнули руины справа и слева. Ридж ступал настолько осторожно, насколько позволяли ботфорты. Тэм крался позади, оглядывая ломаную линию стен, едва видневшуюся на фоне стремительно темнеющего неба. Путь преградила осыпь каменных блоков, по которым они и забрались наверх.
Стоя на остатках стены и какой-то пристройки, чьи стропила ещё не провалились вглубь каменного сундука у его ног, Ридж заметил Лию с Вейсом под аркой ворот наискось и слева от них. Юноша, осторожно огляделся из-за углов, заметил командира и помахал рукой, показывая, что всё спокойно. Тэм ответил тем же и обвел перчаткой круг над головой - «Вокруг без изменений.» Ридж вытянул палаш, показывая невидимую черту раздела и острием указал Вейсу на левую сторону пятиугольного двора, изобразив левой рукой «нырок рыбки» и «змея плывет.» Вейс отмахнул палашом, показывая, что понял приказ - обследовать левую (ближе к болотам) сторону, выискивая проходы вниз. При том действовать осторожно, как змея, что пробирается незаметною, но в готовности ужалить. Сам веркер присел и начал спускаться вниз по неверным осыпям и обломкам, пробуя вначале их прочность каблуком.
Внизу Тэм шёпотом осведомился:
— Полагаешь он в подземельях?
— Я не чую никого поверх. - так же тихо отвечал Ридж, скользя взглядом по узким окнам второго яруса остатков таура. Выше торчали только тонкие скрученые неведомою силой балки и неровная кладка.
— И я… - прошелестел Тэм.
Было ли то чутьё, опыт или провидение, но руины представлялись Риджу пустыми. Пустыми, выхолощеными ветрами и… жуткими. Что-то страшное произошло здесь в далекие времена. Застывший крик ужаса на грани слышимости пронизал их. Точнее Ри не сказал бы. Вместе с тем откуда-то попахивало густым дымком от горюч-земи, хотя гореть могло и на болотах. Офицеры медленно двинулись вперёд, огибая длинную каменную конюшню. Сквозь арку ворот неясно виднелись остатки денников.
Первый скелет нашёлся в груде трухи через пятнадцать шагов. Полузаваленый рухнувшим навесом костяк, чей череп скалился в небеса верхними щербатыми зубами. Никакой одежды или доспехов на нём не сохранилось, а растаскивать осклизлые брёвна сомечники, ясное дело, не собирались. Они обогнули постройку, что стала для бедолаги могилой, и остановились.
Вся часть двора, выходившая к скале, была, верно, отведена для воинских забав. Крестообразные шесты для чучел наклонились, щит под стеной ещё хранит в себе несколько наконечников стрел, в куче ржавых обручей и трухи Ридж, поразмыслив, опознал «ноголомку» - дорожку собраную из лежащих вплотную бочек. Оная служила для обучения рекрутов чувству «земли под ногами» в сабельной сшибке. Поломают или вывихнут ступню? Не беда, коль то случится в учении. Зато на бранном поле любую кротовую нору или предательский бугорок почуют заранее.
И на всей площади сего старинного «плаца» лежали останки. Целые скелеты и отдельные кости, черепа, ребёрные клетки. Ржавые алебарды и копья, части неуклюжих бочкообразных панцирей, истлевшие сапоги.
— Что же тут было, а? - прошептал Тэм. - Они, словно, умерли все сразу или пришли сюда умирать?
Ридж указал другу в дальний угол двора. Под столбом, на куче оплывшей глины, лежал почерневший скелет. Человек умер отдельно от остальных. Офицеры пробрались к странным останкам:
— Его сожгли. - Тэм ткнул носком сапога почти размытый дождями холмик обнажая тонкие щепочки уцелевших в земле углей. - Это была казнь.
— Сожгли. - машинально повторил Ридж. - Но отчего они умерли?
Тэм развёл руками:
— Столь далеко мои фантазии не простираются. Может - яд?
Веркер молчал. Объяснение Тэмми, кажется, единственное из возможных. Лиса-убийцу схватили и спалили уже обречённые люди. Успел ли он узреть плоды своих страшных трудов? Сие ведомо лишь Решающей.
Они вернулись в лабиринт развалин, заглянули в таур, но внутри не оказалось ни единого свободного прохода, да и вообще свободного местечка. Господский дом рухнул внутрь, завалив и подвалы, и первый ярус до половины высоких бойниц. Ридж уже проклинал себя за нерасчётливость - следовало бы придти сюда днём! - когда из-за угла вынырнула Лия и жестом позвала их за собой.
Вейс, тревожно поглядывающий в зев пролома угловой, дальней от ворот, башни, показал пальцами левой руки вниз.
— Там кто-то есть. - возбужденным шёпотом сообщил юноша, дрожа в предвкушении стычки. - Я совершенно ясно слыхал всхрап.
— Храаап? - Брови Тэма взлетели вверх. И правда, экая наглость. Тут, понимаете ли, господа офицеры азарского кошмара лазят по топям, да по сору всякому, желая приятственной беседы с учёным магом, а сей невежа изволит витать в царстве Лойи!
— Аредер Нир, за мной. - сухо распорядился Ридж. — Аредер Ирет, прикрывайте метрессу. С нами король и Азар. Вперёд. - и веркер де Каро первым ступил на лестницу в квадратный провал, откуда тянуло дымом, кислятиной и теплом.
Выщербленые ступени привели в длинный сводчатый подпол. В нескольких шагах от входа вяло горела в лунке кучка горюч-земли. Вдоль правой стены вытянулись грубо сколоченые столы, заваленые алхимическим припасом. У костерка, завернувшись в одеяла, спал на боку крупный рыжеволосый мужчина. В ногах спящего развалила голенища пара сапог. Рука лежит на посохе при виде коего Лия восхищенно ахнула, а Тэм охнул. Ибо посох драгоценного эбенового дерева с серебряной инкрустацией и крупным изумрудом в навершии мог принадлежать лишь магистру, а то и архимагу.
Но Ридж де Каро не питал ни почтения к обладателю посоха, ни страха. Он был предельно собран и полон решимости хорошенько намять бока сучьему отродью, пред тем, как отправить оного на давно заслуженый костер. Тяжёлый сапог с размаху опустился на кулак и посох.
— С приятственной зарёю, тварь поганая! - рявкнул веркер. - Представление окончено! Подъём! - Амулет жег ему грудь.
Рыжий даже не вскрикнул. Глаза открылись, рука рванулась на свободу и веркер почуял, как пол уходит из-под ног. Офицер полетел навзничь, снося спиной реторты, чаши, бутыли, колбы и прочую посуду с ближайшего стола. Здоровенный парень с одутловатой рожей и приплюснутым носом посреди россыпи веснушек сел в постели. Кисть обвисла, сломаная, но рыжего, казалось, ничуть не тревожила боль.
— Гррхы! - сказал он.
Из глубины подземелья послышался издевательский смешок:
— Надеюсь, вы не очень ушиблись, Ваше Законоблюстительство? Доброго заката, барышня, доброго заката, гос-с-с-спода. Представление… - назидательно добавил голос - только начинается. Занавес!
Посох встал вертикально, крутнулся и умчался в полумрак, где ярко вспыхнул изумрудом в руке высокого франтоватого господина с тонкими усиками по столичной моде. Он тоже был рыжеволос, но изящен. Шёлковая тёмно-синяя мантия сидела на нём великолепно. Густые кудри охватил медный полуобруч с крупным сапфиром чистой воды.
— Гаркал, враг! - крикнул маг, правой рукой указывая на троицу у лестницы. Рыжий увалень сбросил одеяла и встал в полный рост. Глаза его были пусты. Под кожей же бугрились такие мышцы, что сделали бы честь волу.
— Манкурт! - воскликнул Тэм. - Вейс, руби дуболома! Смерть и Пламя! - заорал старший аредер, бросаясь в атаку. - Лия, Слово Янха! Живо!
Маг рассмеялся, правой ладонью выписывая в воздухе пассы. Рыжий манкурт отбивал руками удары палашей, совершенно не обращая внимания на глубокие порезы. Кровь не текла, ибо уже давно ушла из его сильного тела. Перед ним враг. Защитить хозяина. Сломать железки. Раздавить. Удушить. Сожрать.
Лия поспешно колдовала Слово Янха - сложное заклинание в шесть наговоров. На площади в двадцать три арна отменялось любое чародейство. Развеивались заклинания. Слово Янха вписано, между прочим, в список смертно опасных, ибо отменяет действительно Всё. В том числе, и лекарные заклятья, и скреповые, какие нередко накладывали на постройки.
Вейс и Тэм пытались прорваться к колдуну, но манкурт с тяжеловесной ловкостью неизменно преграждал путь офицерам и отбрасывал ударами могучего тела. Уже отлетели в угол два его пальца, по-прежнему висела тряпкой сломаная кисть, но ходячий труп стоял насмерть. Этой самой ломаной рукой он умудрился одарить Тэма первостатейным фингалом, так что аредер видел только левым оком.
Девушка, торопилась, но по легкому покалыванию понимала, что не успевает… не успевает… Заклятье царапало горло, выворачивало её наизнанку, продираясь через душу и тело. Болели связки, натянулись нервы… но мгновенья уносились, как зайцы, коих преследует свора гончих. Она прыгнула в сторону, уклоняясь от ледяного копья, что с взвизгом промелькнуло в воздухе, пробив манкурта насквозь и срубив весь левый бок кирасы ее брата.
Вейс на секунду растерялся, а вот мертвец даже не дрогнул, несмотря на сквозную дыру в животе. Толстая рука в обрывках одежды опустилась на рокантон офицера, превращая шлем в «железную шляпу» пехотинца, а кирасира - в бесчувственное тело. Пинок ноги отшвырнул Вейса к лестнице. Маг откровенно хохотал, подключив к пассам ещё и посох.
Тэм взревел вепрем, сделал выпад, целя в глазницу, но манкурт схватился за лезвие и переломил клинок. Обезоруженый офицер кинулся назад, лязгающим перекатом по полу, надеясь подхватить палаш Вейса. Теперь ничто не стояло меж манкуртом и ошарашеной Лией.
Никто не заметил в какой момент Ридж очнулся, пошарил рукой по столу и швырнул в мага тяжёлой бутылью. Эффект превзошёл все ожидания - бутыль попала прямо в синий камень, сбила чародея с ног, пробка вылетела - маслянистая жидкость, отвратительно воняющая тухлятиной, облила посох и подошвы потёртых сапог.
Манкурт застыл, словно из него выдернули стержень. Тэм снова оказался при оружии, а через каких-нибудь шесть ударов сердца двадцать арнов вокруг Лии накрыло Словом богопринятого Янха.
Тэм сидел на столе, болтая босыми ногами. Неупокоеный, а точнее поднятый, а ещё точнее - непогребенный, стоял столбом, не получая приказов от хозяина. От него уже начало дурно попахивать, началось разложение. У ног Тэма сидел Вейс, а Ридж мучительно выхаркивал кровь в углу. Связаный колдун валялся на одеяле. Он был бос, как и Тэм, но его сапоги съело не отсутствие скрепляющего заклятья, а поганый состав, уничтоживший заодно и посох. Маг злобно таращил глаза - рот его был заткнут добрым комком тряпья, коий прежде служил частью одеяния манкурта. Мстительный Нир вырезал этот лоскут с задницы штанов урода.
Судя по запаху, потроха у полутрупа работали. Таким образом маг находился не в том состоянии, чтобы сосредоточиться. К тому же посох, а точнее его конструкция и серебрёная вязь литер на уцелевшем огрызке навела магиссу на некую мысль, каковую она высказала Тэму на ухо и оба с большим интересом посмотрели на арестанта.
Лия перевязала брату голову, а вот сил сотворить лекарный наговор для Риджа у неё не было. Лихорадка трясла веркера.
Амулет по-прежнему отмечал магию в уголках подземелья, куда - вот странно - не достало янхово слово, что немало удивило Лию. Но многомудрый в запретных сведениях Тэм лишь покачал головою:
— Богопринятый Янх жил уже в Новое Время, сударыня. Полагаю, магия сей подвески куда как древнее корнями.
Риджа же беспокоило иное. Сам он слабее котенка. Вейс ранен. Лия - без сил. Тэм без сапог. На них - пленник. Тоже босой. И как прикажете выбираться? До грота с лодкой лиги две по ледяным болотам.
Старший аредер слез со стола, прошлёпал босыми пятками по полу, кряхтя, словно столетний дед, подобрал эфес с обломком палаша и хмыкнул:
— Хороший был ножик, года полтора прожил. Ну, ты! - обернулся он к магу. - Мне надо доминат-слово и ты его скажешь! А не то жопой в огонь суну! - и с этими словами Тэм выдрал вонючее тряпье, открыв заслон самой низкой ругани.
— Та-а-ак… — зловеще протянул блондин. - Кто-то тупой? Ладно… - ввергнув кляп в глотку безканонного чернокнижника, чернокнижник на службе короля положил полуйирновый обломок оружия на тлеющие останки горюч-земли и принялся сооружать поверх «колодец» из досок разломаного Риджем в падении стола. От сухого дерева потянулся тонкий дымок.
— Вот вскорости разгориться - и поджарим хлеба с колбасой. - Тэм отряхнул перчатки, несколько раз сжал и разжал кулаки. - А заради надёжи я тебе вертел в дырку вставлю. Калёный!
Огонь весело пляшет в очаге. В крестьянском домике прохладно, поскольку дверь до конца не закрывется, но уютно. Ридж полулежит на тюфяке, следя за тем, как Нир обматывает ноги тряпицами - сапоги манкурта немыслимой величины стёрли все ноги аредера. Почти до самой кромки воды доставил их могучий мертвец, прежде чем упасть и рассыпаться.
Но к тому времени немного отошёл от встряски Ри и очнулся Вейс. Юноша был плох - кружилась голова, рвало, лихорадило. Лия сидела на сене рядом с братом. К столбу посреди хижины прикрутили пленника. Маг, получив от Риджа пару раз по морде и раз в живот, затих.
Они дошли до деревушки. Их лошади на месте, вода в корыте ещё осталась, травы довольно. Ещё бы жители тут были. Окошки бы светились. Но не все домики развалились. Нашлось где скоротать ночь.
Ридж лениво помешал палкой в котелке - жиденькая каша надула пузырь посреди и забулькала.
Лия покачала головой:
— Вейсу надобен лекарь. Я бессильна.
— Все без сил. - Тэм притопнул каблуком великанского сапога. - Утром соорудим волокушу и помаленьку поедем.
— Волокушу?! Вы собираетесь тащить брата по всем кочкам?!
— Да нет. - Ридж скривился. - Не ту волокушу. Увидите. - Он приподнялся, спустил ноги на пол и снял котелок с огня. - Берите ложки, готово.
Ели через силу. Лишенный кляпа чародей тоже получил три ложки и от четвёртой отказался. Его связали и засунули в клеть. Караулить вызвался Тэм. Ридж сменил его в промозглый час утренней зари.
Окрест всё покрылось инеем, на лужах стоял ледок. Вода в колодце потемнела. Маг храпел, свернувшись клубком в сене.
Сонный Тэм потёр шею, умылся из ведра и исчез. Ри присел на изрубленую колоду посреди двора, закутался в плащ.
Тишина стояла такая, словно пальцем ткни - хрусталём посыпется. Ни радости, ни облегчения от ареста злодея веркер не испытывал - лишь озноб, усталость и желание поскорей оказаться в купальне с горячей водой, маслами, травяными настоями. При пытке присутствовать и после можно.
Пробудившись поутру, Лия обнаружила отсутствие брата. Во дворе фыркали лошади, доносился сиплый голос Риджа. Выйдя на крылечко, магисса узрела любопытную конструкцию.
Вейс лежал на носилках с длиннющими рукоятями из жердей. Оные рукояти были вставлены в стремена стоящих цугом коней Нира и де Каро. Офицеры обвязывали жердины полосками кожи так, чтобы привязать их к дугам стремян. К седлу лииной Звездочки подцепили поводья вейсовой лошадки. На ней сгорбился зло вращающий глазами чародей. Его лишили мантии, каковая пошла на носилки, а взамен напялили рваный плащ юного аредера и шляпу с ближайшего пугала. Сам Вейс был облачен в тёплый, с меховой опушкой капюшона, плащ де Каро.
Веркер вязал жердины резкими рваными движениями:
— Идём берегом. К полудню будем в таверне. Там разделимся. Ты поскачешь к Мершелю, за лодкой. Я беру колдуна - и в крепость.
Девчонку оставим с Вейсом. Она, кстати, ещё не изволила отверзнуть очи?
— Она изволила! - голос Лии дрожал от обиды. - Почему это я должна сидеть в грязной та…
— Потому что я сказал!!! - рявкнул веркер таким голосом, что с деревенских крыш взметнулась туча перепуганых ворон. - Маг-солдат Ирет! В седло! Выпол… НЯТЬ!
Тэм обернулся к Лие и приложил палец к губам. Офицеры синхронно двинули коней шагом. Лие осталось только подпереть дверь домика палочкой и последовать в арьегарде, если не считать пленника.
