От заката до рассвета

Сашенька первый красавчик на районе, преуспевает в любом спорте и, поступая разумно, не пользуется спросом среди местных див, которые за грамм и мать продадут с радостью. Он после тренировки обильно пшикается любимым парфюмом и бежит на турники к старым пятиэтажкам, умело отказываясь от очередной пьянки, затеянной для него же. Его мефедроновые няшки давно не влекут, если не отталкивают. В голове уже месяц крутится новый интерес и Сашенька уж точно не тот, кто такое упустит. Лешка толпы подростков старательно обходит, в кабинет вваливаясь последним, каждую пятницу готовит блины на всю семью голодных ртов и  изредка заходит в нелюбимую церковь, потому что мама уж слишком сильно печалится в последние время из-за сына, что веру теряет. Он опять пропускает репетитора, потому что заебало. Мама просит о малом - поступи да бога не забывай, а Лешеньке хочется на учебу хоть на миг забить и погулять - звал бы кто. И потому Леня на прогулку идёт в одиночку, о светлом будущем мечтая. Он опять бредет к себе во двор и опять замечает белую макушку. Саша не дурак, хоть дури вокруг навалом. Леша не странный, хотя общество настраивает на обратном. *** Саша походку "в развалку" еще издали замечает. Леша. Потому что изучил досконально, потому что хочется: он уж с месяц приходит в старенький дворик, чтобы понаблюдать за неловким где-то одноклассником. Сашеньку что-то свыше тянет-тянет-тянет к невзрачному Лёне и чувство на душе не отпускает, что подружиться ну очень хочется. И когда ботан подходит ближе - на скамейке усаживается, спортсмен самому себе несвойственно напрягается и спину по наитию выпрямляет, грудь колесом выдвигая. "Опять выебывается" - думается скромному Лёшке. "Хоть бы не облажаться" - переживает Саша. - Саня, - блондин спускается с турника, и всю волю в кулак собирая, тянет руку. - Леша, - у бедного Лени дыхание спирает: с ним говорит звезда всей, кажется, школы. Спроста ли? Думается, что нет, но руку всё же тянет, неумело пожимая. - Ты чего пугливый такой? - Саша простой, какие бы слухи вокруг него не ходили. Он кормит уличных котят, подкидывает пару рублей бабулям на булку хлеба и в драках участвует только как разнимающий. И потому сейчас он Лешеньку ободрить пытается, обстановку максимально разряжая, - Вижу тебя постоянно, а познакомиться не получалось, вот, исправляюсь. - Вовремя ты, - темноволосый усмехается, коротким ответом ограничиваясь. Голову опускает, задумываясь над тем, что заводить знакомства за пару месяцев до выпуска - идея не лучшая. Но что-то в этом Саше есть, что заставляет разговор продолжить, - Я тебя тут только последний месяц вижу постоянно, переехали что-ли? Сашенька мнется, ответ придумывая, ведь не хочется говорить о том, что бегает он через несколько дворов, дабы посидеть здесь только ради кудрявой головы, находящейся напротив, на которой, как он заметил, волосы вьются необычайно красиво. - Тут людей меньше, спокойнее, - Всё же намекает на то, что персона он не простая, а толпы за ним бегают постоянно. - По тебе не скажешь, что шумиха - не твоё, - бегает глазами по лицу Саши. Леша, все-таки, остроумен, и колкость не сказать не может. Блондин не обижается вовсе, долю правды в этих словах находя, ухмыляясь и рассматривая Лешеньку с головы до ног и обратно. Лёня лезет в портфель за сигаретой, достает две, тактично протягивая одну из них собеседнику. Саша берет, благодарно кивает и подкуривает от шатена. Леша ненавидит новые знакомства, но сидит, совсем не напрягаясь почему-то. Саша не переносит табак, но всё же затягивается, желая как можно больше времени месте провести. *** В тот вечер неделю назад, Лёнечка, кажется, обрел друга: теперь в школьных коридорах Саша с ним здоровается и спрашивает как дела. А ещё почему-то на Лешку перестали косо смотреть, чему он радуется несказанно. И Санечка, конечно, никогда не расскажет ему, как пообещал запинать за школой досмерти каждого, кто что-то плохое про Лёню вякнет. Леша на химию совсем не спешит - в году выходит твердая "4", и потому он уверенно выходит за ворота школы, держа курс на лавку в ближайшем дворе. Саша по обычаю на уроке ничего не делает, хуи не только пиная, но и рисуя их в тетрадке у Серёжи. Серуня - настоящее, искреннее, и, по-сути единственное чудо в этом гнилом классе. Он подводит глаза черным, смешно накручивает свои мелкие кудри, любит хеллоу китти, а еще Сашу понимает с полуслова: они пережили, вроде бы, всё - от разбитых напару коленок в раннем детстве, до выслушивания нытья по поводу любви неразделенной. Сережа внимательно рассматривает вид за окном: первоклашки на футбольном поле, мрачное небо, смешная лужа, напоминающая по форме член, Сашкин ботан, зеленеющие деревья... "Сашкин Ботан?" - Кудрявый еще раз обращает на него внимание, вглядываясь усерднее, - "Да точно он!" - Слышишь, твой? - Серёжа пихает блондина в плечо, тыкая пальцем в окно. Саша отлипает от телефона, чуть ли не перелезает через друга и выглядывает: точно, Леня. Саше думается, что вот он - его шанс. - Да, Леша. Я догоню, прикроешь если че, - Он кидает это впроброс. Собирает с парты карандаш и листочек, на котором записана только дата. Крепко обнимает Серуню, потому что тот так любит, и сбегает с урока, ссылаясь на температуру. *** Спустя пару минут "погони", Санечка находит свою потеряшку, курящим в соседнем дворике. - Может погуляем? - Без лишних пустословий и пауз. Блондин подходит со спины, но говорит максимально аккуратно, дабы не испугать. - Пошли, - Леша всё-таки шугается, но виду не подает. Он по голосу распознает, кто сзади стоит. И без раздумий, самому себе противореча, соглашается. Делает последнюю затяжку, бычок кидает под ноги, тактично затаптывая. Они идут куда глаза глядят, изредка новые темы для мимолетного разговора находя. Из этих диалогов Саша запоминает, что Лёня, оказывается, неплохо рисует, любит животных и прогулки в дождливые дни. Лешке же удается узнать, что Саша совсем не ахуевший смазливый падонок, ему нравится готовка, цветы и тишина. Парни доходят до магазина с невероятно изысканным названием "ЛюдМила". Они еще пару минут смеются над такой оригинальностью, и Саша просит подождать его у дверей. Выходя, он берёт Лёню за руку, откинув страх перед таким серьезным действием, и уверенно ведет к какому-то подъезду. - Присядь, - Сашенька точно, знает, что делает. Леша его слушается, опускаясь на корточки и наблюдая милейшую картину: из-под каменной лестницы один за одним вылазят котята, попутно играя с  пушистыми хвостиками друг друга. Переводит взгляд на спутника: Сашенька достает недавно купленный корм, гладит маленьких зверьков, смеется, улыбаясь так тепло, что на душе становится действительно легче, теплее даже. И толстое худи Лешки кажется вовсе лишним. - Смотри, это - Петрович, а этот - Баря! Ну пиздец хорошие же, - Сашка без ума от котят, а еще от Леши. Такого тихого и невероятно милого. Но он никому не скажет, что с недавних пор химия для него - не просто урок, а что-то другое: что-то настолько сокровенное; что-то, что между ним и Лёшкой закручивается. Потому что нельзя, потому что рано. Это страшно, необычно, но, очевидно, бесповортно. Сашенька всё понял, и он принимает такие правила игры.