Правильно: «Кто там?»

      Короткий и глухой щелчок переключателя разом осветил всю комнатку теплым искусственным светом. Хозяйка, передвигаясь еле слышно, на носочках, проскользнула внутрь. Так как руки были заняты кучей техники, еще и чашкой с горячим содержимым, то поворачиваться было весьма проблематично. Девушка лишь толкнула дверь ногой, морщась от тихо лязгнувшего засова. Еще один щелчок и комната погрузилась обратно в полумрак.       Уотсон не была идеальной, как и ни один подросток не мог. Такой уж возраст: нестабильный, яркий, переменчивый. Такой возраст: свободолюбивый и самовольный.       Не смотря на то, что Дивина была прилежной ученицей, да и ребенком вполне образцовым, это совершенно не делало ее идеальной. Вряд-ли идеальная дочь зависала бы ночи напролет в сети, а остаток дня жила на кофе, который хоть как-то спасал жалкие три часа сна. Вряд-ли бы идеальная дочь говорила о «ночевке у подруги», а сама убегала бы тусоваться с огромной компанией, таких же, как и она, юных беспризорников.       Дивина сделала глоток крепкого напитка, прежде чем вместе с чашкой залезть с ногами на постель, облокачиваясь на подушки.       Тусклый экран телефона загорелся, подчеркивая острые черты лица обладательницы своим светом.       Она цепляется глазами за пластиковые окна, что защищали ее от внешнего мира. Налитое золотом небесное светило очаровывало, уносило мыслями далеко за тонкую грань реальности.       Она уже и не помнила, что только что должна была послать куда подальше одного самонадеянного ухажера. Пыл остыл, а пальцы так и зависли над клавиатурой, не написав ни единого символа.       «Пользователь заблокирован» – услужливо заметил алгоритм социальной сети. Все же юность слишком коротка, чтобы убиваться по придуркам.

«I'm in love with the shape of you»

      Включает на минимальной громкости, не желая разбудить родителей.

«We push and pull like a magnate do»

      Прикрывает веки и слышит как мажорные ноты охватывают ее своим беспрекословным влиянием.

«Althouh my heart is falling too»

      И искусанные губы тихо нашептывают избитые в памяти строки...

«I'm in love with your body.»

      Когда-то и она узнает что такое любовь, страсть и головокружение от переизбытка чувств, так сладостно опетые в ее любимых куплетах.       Помещение окрашено холодными сказочными тонами: резкие ночные тени смягчал загадочный лунный свет, который рассеивался по комнате через окно, а несколько особо ярких луча полосами укладывались на кровать и стену над ней.       В который раз Дивина устало улыбается от такой приятной, расслабляющей мысли о том, как все же бесподобно выглядела ее просторная комната под таким освещением.       Девушка расслабленно приподнялась на кровати, устало потянувшись руками к потолку. Хотя обычно она не отправлялась отдыхать ранее, чем хотя бы четыре часа утра, сегодняшний день был исключением. Все-таки несколько бессонных ночей до этого ее сильно утомили, поэтому еще только полночь, а она уже убирает свою комнату, готовясь ко сну.

«And last night, you were in my room

And now my bed sheets smell like you

Every day, discoverin' somethin' brand new

Well, I'm in love with your body.»

      Дивина тихо, изо всех сил стараясь не скрипеть дверцей, отворила шкаф. Не долго мешкая, тонкие кисти нашли на близ лежащей полке короткие спортивные шорты и растянутую домашнюю футболку «i'm in love with vampire».       Нет, она не была типичной глупой девочкой – пустышкой, что есть в каждом классе и увлекается всем, что любит каждый второй. Но да, мимо всех заезженных и популярных тем тоже не пройдешь. Поэтому, наслушавшись от одноклассниц восторженных возгласов о «Сумерках», она и сама не удержалась, чтобы не посмотреть. Ну и Паддингтон был слишком горяч, чтобы не купить в будущем эту футболку.       Дивина кинула сменные вещи на кровать и плавным движением закрыла гардероб. Тонкие пальцы подцепили контрастно белые пуговицы черной облегающей рубашки. И одна за одной руки принялись расстёгивать, докучавший последние несколько часов, элемент одежды. Уже бы скорее снять с себя все лишнее и со спокойной душой лечь спать.       Блуза легким броском улетела на аккуратно заправленную постель.       По телу пробежал приятный холодок. Она широко расправила плечи, на мгновение задержавшись в таком состоянии, а потом расслабилась, резко отпуская всю свою усталость. Мышцы заныли после насыщенного не легкого дня, но утомление это было даже приятным. Значит день она провела не просто так. Резвый ночной ветерок блуждал по обнаженному телу, ледяным следом отпечатываясь на голой спине. Это освежало и дарило свою трезвость мыслям.       Внезапно Дивине показалось, что за ее окном мелькнула какая-то странная искаженная тень.       Она слегка напряглась, внимательнее следя за происходящим по ту сторону стекла. Но сад, украшенный лунным свечением, оставался почти статичной картинкой, более не создавая пугающих образов.       Сирена скинула с себя брюки, закрывая бедра домашними шортами, но такая приятная была эта ночная прохлада, что футболку, в свою очередь, она надевать не спешила.       – Да чтоб тебя, – нервно фыркнула Уотсон, когда на улице опять мелькнул какой-то темный неразборчивый силуэт. Но на этот раз сопроводился тихим неуверенным шорохом.       «Опять соседские дети хулиганят,» – первая догадка не заставила себя долго ждать, поэтому она попыталась хоть как-то унять нарастающее в душе волнение. Рука невольно потянулась к увесистой подушке, лежавшей на кровати.       Возможно странный выбор оружия, но ничего более подходящего под руку не подвернулось. Тем более, если это и правда всего-то дети, то не хотелось их ударить чем-то тяжелым. Ладно, вранье, может и хотелось, но дяденька-судья тяжелые телесные точно не простит.       Дивина сделала один осторожный шаг вперед, чуть более тщательно прислушиваясь к окружению. Сложилось такое маниакальное впечатление, словно за ней следят, ведь стоило ей стать тише и насторожиться – и шум за окном стал на порядок меньше, а потом и вовсе стих.       Этот таинственный сталкер мог ее видеть...       ДА ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ПОНЯТНО, ЧТО МОГ, она живет на первом этаже!       Уотсон зажмурилась, всеми силами держа себя в руках. Даже сетки никакой или решеток нет... Надо хотя бы успеть закрыть окно.       Шаг, еще шаг. До окна осталось всего метра полтора, когда под ним опять зашумели, из-за чего девушка подпрыгнула на месте, замахнувшись подушкой.       На этот раз вся эта волокита не утихала, очевидно у «бандита» появились какие-то проблемы. Самое время посмотреть кто же...       – Тук-тук, – вполголоса проговорил уверенный голос и сопроводил это резким стуком по окну со внешней стороны.       Дивину тут же передернуло и она что есть духу запустила подушку в открытое окно.       Глухой звук в паре с возмущенным «ауч, нос!» дали ей понять, что она попала прямо в яблочко.       – Это приятно, что ты так с ходу обо мне заботишься, но подушка мне не нужна, да и спать я пока не хочу, – протянул насмешливый женский голос. Что удивительно, спокойный и совсем не злой.       Это и вынудило Уотсон подойти к подоконнику и с интересом выглянуть на улицу.       Снаружи рядом стояла длинноволосая брюнетка, грустно мыча, растирающая больную переносицу. Что было странно видеть, когда она терла ее, не снимая круглых солнечных очков.       Да кто вообще носит очки ночью? Она чокнутая? Дивине лучше держать «911» на быстром наборе или сразу психиатрическую лечебницу? Ходит ночью в окна стучит...       Когда странная девушка опомнилась, то вызывающе глянула вверх и обратно протянула хозяйке подушку:       – Твой мягкий воин. Между прочим, это было больно!       Дивина подозрительно покосилась сначала на протянутый ей предмет, а после перевела взгляд на незнакомую девушку. Та чуть обиженно поморщилась, недовольно смотря на подушку. И слегка потрясла ее рукой, ненавязчиво призывая сирену скорее забрать свое.       Уотсон недоверчиво переняла подушку, кинув ту куда-то на пол, не особо заостряя на этом внимания. Она сложила руки на груди и требовательно посмотрела на неизвестную, ожидая от той хоть какого-то объяснения своего причудливого поведения.       Брюнетка в свою очередь слегка опустила голову, дернув подбородком. Глаза под темными очками, очевидно, тоже спустились ниже лица Уотсон.       – Профессионально занимаешься какими-то спортом? – внезапно задала первый вопрос темноволосая девушка.       Незнакомка вернула на лицо обаятельную улыбку, облокотившись руками на подоконник со внешней его стороны. При слабом сиянии луны опасно блеснули острые клыки. Это вызвало у сирены ответную ехидную улыбку.       «Агх, вампир, ну конечно.»       Уотсон не любила становиться заложницей стереотипов, но уж очень часто особи этого вида в ее окружении оказывались харизматичными, но, до коликов в животе, невыносимыми ребятами. Был конечно и второй тип стереотипов: запетые дед-инсайды, выражаясь молодежным сленгом, но как правило, все вампиры имели «гениальное», но наглухо отбитое чувство юмора.       Сирена с несколько секунд молчала, пытаясь переварить неожиданный вопрос, но тем не менее ответила, хоть и не совсем понимала к чему это было:       – Нет, почему ты так решила?       – У тебя классная фигура, – игриво протянула девушка, кивком головы указывая на изящные изгибы неприкрытого тела.       И тут до Дивины дошло, что футболку-то она так и не удосужилась надеть... На щеках пробежал обжигающий румянец и она немного смущенно отвернулась в сторону.       – Мать моя китайская провинция, – то ли раздраженно, то ли удивленно выругалась шатенка, отскакивая на пару шагов от открытого окна.       – Ме, больше предпочитаю японскую.       Дивина нахмурилась, пытаясь понять к чему в этот момент было сказано замечание про Японию, но быстро приняла решение не забивать себе голову. Она подхватила с кровати заранее подготовленную футболку и быстро натянула ее поверх спортивного топа. Эта чудна́я девушка увидела ее полуголой в первые же секунды знакомства, просто блеск.       Хотя какой адекватный человек в такое время будет вообще ходить и заглядывать в чужие дома? Зачем Дивина вообще ответила ей на тот вопрос, нужно было сразу послать куда подальше?       – Эй, ты что, ушла? – по-детски расстроенно прозвучал голос за ее спиной. Через несколько мгновений брюнетка осторожно постучала костяшками по окну вновь, внимательно вглядываясь вглубь помещения. – Тук-тук?       – Кто ты? – подозрительно прошипела Дивина. Она вернулась в поле зрения своего ночного гостя, когда та как раз сняла свои круглые солнечные очки.       – Ты даже почти правильно ответила, рыбка! – вампир вновь прямо-таки засияла. – Только надо было сказать на «тук-тук» – «кто там?»       Отбитое чувство юмора? Галочка. Все-таки не всегда стереотипы – полный промах.       – Зачётная футболка, – вновь оскалилась гостью, прикусив после губу. Очевидно сдерживала в себе очередную флиртовую шуточку, относительно фразы на ней «влюблена в вампира».       Чужие карие глаза, освобожденные от затемненных стекол, странно загорелись. И будто в прямом смысле этого слова, под радужкой заиграли бардовые и даже более яркие язычки пламени. Было удивительно смотреть на такой живой оттенок, превращающий их из светло-коричневых в почти красный.       Одернуть себя от затянувшегося зрительного контакта сирена смогла не скоро. Она снова смущенно отвела взгляд, поймав на себе довольную усмешку собеседницы.       – Ты назвала меня «рыбкой»? – Дивина слабо сморщила нос. Ей безумно хотелось закрыть окно перед этой странной девушкой, но что-то до сих пор сдерживало ее от этого действия. Очевидно, любопытство оказалось и в этот раз сильнее здравого рассудка.       – Я эти глаза узнаю из тысячи. Даже в полумраке. Ты сирена, я не могла ошибиться.       Уотсон пару раз озадаченно клипнула теми самыми «глазами из тысячи», а потом понимающе кивнула. Действительно, светлые-светлые, словно прозрачные, глаза были присущи только ее виду. Такой интересный оттенок, схожий разве что на дневное небо, затянутое бледно-серыми облаками, через которые едва пробиваются назойливые солнечные лучи. Поэтому спутать их было достаточно сложно.       – Но «рыбка»? – еще раз скептично изогнула бровь студентка, более внимательно разглядывая свою новую знакомую.       – А тебя так до сих пор никто не называл?       – Нет, – недоверчиво поморщилась девушка.       Да чтоб его, Дивина была готова поклясться, что дивные глаза напротив прямо сейчас засыпали искрами. Незнакомка сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними и, привстав на носочках, легла на подоконник, сложивши под головой руки.       Светловолосая подавила в себе невежливое, хоть достаточно понятное в этой ситуации, желание отшатнуться назад.       – Тогда я буду первой, – мило улыбнулась вампир, полуприкрыв веки.       Сейчас она заметно расслабилась и... Дивина ранее даже не задумывалась как сильно настроение может менять человека. До такой степени и так резко переменилась в лице брюнетка, будто страдала биполярным расстройством личности. На устах перестала играть глуповатая комичная улыбка, они едва шевелились, не находя что сказать следующим. Хотя, судя по вампирше, сказать было что, но та решила воздержаться. Огонек карих успокоился, мерно тлея. Перестал обжигать, а совсем наоборот... Грел изнутри.       Так неожиданно успокоилась. Уотсон поймала себя на случайной мысли о том, что незнакомка очень даже милая. Дав себе мысленный нагоняй за такую слабость, Див всё-таки заставила себя принять этот факт.       – Тебе больше идет спокойствие, нежели неприкрытый клоунизм, – она пыталась прозвучать бесстрастно, но искренность и довольство в голосе ей скрыть не удалось.       – Грубо, – без тени обиды улыбнулась темноволосая.       – Правдиво, – благодушно возразила Уотсон.       – Во мне есть обе эти стороны, поэтому одно твое слово, малышка, и я стану хоть Анджелиной Джоли, – неконтролируемая флиртующая ухмылка исказила тонкие губы, а глаза ехидно сузились, не предвещая ничего хорошего.       – Боже, спаси и сохрани, я прикрываю лавочку, – Див утомленно закатила глаза, мученически простонав.       – Нет, стой!! Без тупых подкатов, урок усвоен! – быстро спохватилась вампир, хватая за руку девушку, уже собравшуюся закрыть окно.       – А уже все, раньше надо было думать.       – Да ладно, миледи, я буду хорошей девочкой, – машинально уверила брюнетка, оттягивая окно в свою сторону.       Не обратив внимания, та ненароком повысила голос, за что получила нескромный подзатыльник и осуждающий панический взгляд полупрозрачных очей.       – Нормальные люди спят в это время уже, имей хоть каплю уважения, – недовольно шикнула сирена.       – К нормальным людям не имею никакого отношения.       – Ага, да. Заметила уже. Очевидно, три секунды спокойствия были только одноразовой акцией.       Уголок губ стремительно взлетел вверх, открывая фирменные клыки. – Одним только спокойствием было бы слишком скучно жить.       Под ребрами приятно укололо и Дивина не воздержалась от мягкого замечания:       – А так не скучно?       – Сама как думаешь? – та шаловливо поиграла бровями, довольно расплывшись от легкого смеха напротив.       – Часто от тумаков убегаешь за глупые шутки?       – Это очень даже хорошая физическая подготовка!       – Ясно, – тихо хихикнула шатенка.       Они и до этого мало разрывали зрительный контакт, но когда обе обоюдно поймали эту минуту тишины, то он стал еще глубже. В каком-то смысле она стала громче всего их разговора. Будто уже сталкивались не взгляды, а, как бы ванильно ни звучало... души? Не просто глаза, какой-то особый невербальный контакт, что подготавливает их ко всему, что может развернуться, знакомит друг с другом, естеством человека напротив в считанные секунды.       – Почему не спишь так поздно? – вполголоса поинтересовалась темноволосая, не отрывая взгляда.       – А ты?       – Сон для слабаков, – криво улыбнулась клыкастая сорвиголова.       Уотсон снисходительно качнула головой, щелкнув средним и большим пальцами.       – В точку. Ответный вопрос: так что ты здесь делаешь?       Вампир легко повела плечом, одаряя спутницу многозначительной улыбкой. Она почти хищно оскалилась, всем своим видом намекая на что-то необычное и в каком-то плане может даже и не самое приличное. Такой вот действительно, намекающий, говорящий взгляд.       – Ничего определенного, я просто вышла погулять ночью.       – И часто ты выходишь и стучишь в случайные дома?       – Вообще гуляю ночью часто, а в дома стучу впервые. Это была очень спонтанная идея.       – И как ты выбрала именно мой дом? – устало спросила Дивина, облокачиваясь на подоконник, подперев голову ладонью.       – У меня внутренний радар на привлекательных девушек.       – Окно, – коротко напомнила сирена, постучав по нему костяшками пальцев.       – Да брось, ты этого не сделаешь.       После этих смущеных улыбок и уютной атмосферы вампир потеряла последние крупицы своей осторожности. Хоть шатенка упрекала ее за глупые подкаты, но по тону, по глазам и тонкой мимике было видно, что на деле она была не сильно и против.       И последнюю реплику новой знакомой Уотсон тоже не прокомментировала.       Брюнетка чуть прикусила губу, выждав еще с несколько секунд, а после продолжила:       – Да никак не выбирала, пошла по очереди. Этим утром, например, одна из твоих соседок возможно будет жаловаться на то, что к ней в дом пытались вломиться воры... После нее я уже думала отбросить эту идею, когда мне в спину полетели угрозы поцеловаться с ее утюгом, но что-то потянуло постучать еще тебе, когда я увидела как ненадолго зажёгся свет.       Уотсон презентабельно закатила глаза, хотя уголок губ все же дернулся в улыбке.       – Ну и как? Получила что хотела? – скучающе спросила Див, садясь на край подоконника.       – Почти.       – Почти?       – Осталось вбить в свой телефон номерок одной прекрасной особы и я стану самым счастливым человеком этого мира, – мило подмигнула вампирша, опять ложась на окно, заглядывая в светлые глаза снизу вверх.       – Какая банальщина, – насмешливо, но не зло, фыркнула сирена.       – Пока что да. Без банальных вопросов знакомства не построишь, к моему большому сожалению, – заметила брюнетка, сделав после своих слов небольшую паузу. – Например без вопроса: как тебя зовут?       А ведь и правда, они разболтались, но даже забыли уточнить такую простую формальность. Как-то совсем вылетело из головы.       – Дивина Уотсон, – она протянула вперед ладонь для рукопожатия.       – Красивое имя, принцесса, – та с удовольствием сжала чужую кисть в ответ. – Йоко Танака.       – Необычно. Приятно познакомиться.       – Полностью взаимно. Так... – Йоко немного замялась, обходительно продолжая, – я могу получить твой номер? Доверься мне и потом точно будет не скучно.       – Довериться человеку, которого я знаю меньше часа – отвратительная идея, – немного высокомерно высказалась Уотсон.       – Даже не попробуешь?       Танака в последний раз обаятельно подмигнула и протянула сирене свой телефон с открытой телефонной книгой.       Та в первую секунду посмотрела на него чуть боязливо и сомнительно, будто на бомбу замедленного действия, но каково же было внутреннее ликование кареглазой, когда Дивина все-таки переняла его, быстро набирая на клавиатуре свой номер.