There's a Kind of Magic in Masks / В масках есть свое волшебство

Драко целеустремленно шагал по оживленной комнате, изо всех сил стараясь выглядеть высокомерным и слегка скучающим, каким был раньше. Это была его вечеринка, его друзья, это был дом его предков, и у него были все основания чувствовать себя уверенным, даже если правда заключалась в том, что он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя таким потерянным и сбитым с толку. Обычно он имел хотя бы подобие плана, но, помимо попыток выжить сегодня вечером и как-то вернуть Грейнджер ожерелье, он действительно совершенно не представлял, что собирается делать дальше. Драко подошел к своей матери, которая все подзывала его ближе и оживленно болтала с высокой женщиной в очень облегающем зеленом платье. Здесь, должно быть, действовала магия, потому что он не понимал, как иначе та могла дышать, он буквально видел очертания ее ребер, обтянутых тканью. — А, Драко, — сказала Нарцисса с такой широкой улыбкой, которую он видел только в случаях, когда она бывала в очень специфической компании, — это Петра Мартелл. Петра, дорогая, это мой сын. — Я очарована, — сказала Петра, протягивая костлявую руку. — Взаимно, — сказал Драко, легко пожимая ей руку в недежде, что она не ожидает от него поцелуя. — Как… Погодите, Мартелл? Из… — Да, из "Пророка", — сказала она с пошлым смешком, который, как он понял, должен был звучать очаровательно и чуть самокритично. Но у нее не вышло. Он вздохнул. Журналистка. Дерьмо. Зная свою мать, он должен был предвидеть нечто подобное. Все, что он мог сейчас сделать, - это действовать очень, очень осторожно и надеяться, что мама не собирается публично объявлять о его помолвке с какой-нибудь женщиной. — Петра была близкой подругой Риты Скитер до… — Да, до несчастного случая, — сказала Петра с нарочитой серьезностью. — Ужасная потеря. Так жаль, что она не успела превратиться обратно в саму себя до того, как ее прибило мухобойкой. — Знаешь, Драко невероятно любил Риту, — сказала его мать, похлопав Драко по плечу. — О, и это чувство было взаимным, — сказала Петра, грустно улыбаясь и прижимая руку к сердцу. Драко ничего не сказал. Да, в какой-то момент он увидел в Рите Скитер полезный инструмент для унижения Поттера и его окружения и, в целом поднятия собственного эго маленького вредного засранца, каким он был когда-то, но те дни давно прошли, и даже в разгар своей “злобности” он, конечно же, никогда не испытывал к Скитер ‘любви’. Что касается взаимности чувств, он не был уверен, что эта женщина вообще была способна на какую-либо привязанность, единственное, к чему она испытывала что-то похожее на нежность, было ее чертово перо. Салазар, он надеялся, что Петра это не унаследовала. Теперь ему придется следить за каждым своим словом, хотя не то чтобы осторожность когда-либо надежно защищала от подобных репортеров. Драко мысленно застонал и подавил желание в отчаянии ущипнуть себя за переносицу, он слишком устал для этого. — Нарцисса только что рассказала мне о помолвке твоего друга Мистера Нотта. — О, да, — сказал Драко, радуясь, что разговор зашел о чем-то другом. — Я очень рад за них. — Мы все рады, — многозначительно сказала его мать. — О, смотри, приехали Розеллины! Пожалуйста, прошу меня простить, Петра, дорогая. — Конечно. — Подожди, мама… Но было слишком поздно, она уже исчезла, направившись к входной двери и оставив Драко наедине с Петрой. Он стиснул зубы и заставил себя успокоиться, сделав глоток виски. — Нарцисса всегда была примерной хозяйкой, — сказала Петра, наклоняя бокал с шампанским в сторону его матери. — Так и есть, — пробормотал он. — Итак, скажи мне, Драко, зазвенят ли вскоре и у тебя свадебные колокола? Он чуть не поперхнулся. — Мерлин, да не ходи вокруг да около, — выпалил он, прежде чем смог себя остановить. — Я никогда не отличалась тактом, это только мешает, тебе не кажется? — сказала она с улыбкой, слишком зубастой, чтобы быть приятной. — Знаешь, теперь ты становишься вполне завидным холостяком, — Я… — Итак? Есть ли у тебя кто-то особенный? Может, планы на будущее? — Если бы и были, ты стала бы последним человеком, которому я бы рассказал. — резко сказал Драко, обрывая ее и прекращая притворяться тактичным, — Я не заинтересован в том, чтобы попасть на первую полосу, извини. — Ну-ну, не слишком ли ты высокого мнения о себе, — сказала она с очередным слащавым смешком. — Прошу прощения, мне нужно идти. — Но… Он не дал ей договорить, просто допил остатки виски и отправился на поиски Нарциссы. Он заплатит за свою выходку, но сейчас ему все равно. Ему хотелось закатить скандал и было плевать на последствия, он устал. Устал от светских игры, устал от бесконечных манипуляций матери, устал от… — Драко, привет. Он остановился как вкопанный, словно налетел прямо на стену. — О, привет, — сказал он, быстро моргая и приходя в себя, — Привет, Тео. — он действительно собирался пойти и устроить грандиозную кровавую сцену на собственном дне рождения? — С тобой все в порядке? — нахмурившись, спросил Тео. — Ты выглядишь как… — Мне кажется, я действительно на секунду потерял рассудок, Тео, — слабым голосом произнес он. — Ничего нового… — Я думаю, ты только что спас мне жизнь, вытащив из этого состояния… — Что за… — Мама натравила на меня Риту Скитер-младшую, и я был очень зол. Я собирался… собирался закатить скандал… Тео тихо присвистнул. — Весельем бы это не кончилось. — сказал он. — Нет, не кончилось.… — Еще и в присутствии этой чертовой репортерши? Не лучшая твоя идея, Драко, а за эти годы ты совершил несколько поистине умопомрачительно идиотских поступков. — Знаю... — сказал он, желая уточнить, о каких поступках шла речь, но передумал, — Привет, Стелла. Стелла появилась рядом с Тео с двумя бокалами вина. — Что я пропустила? — спросила она. — Ничего, — слишком быстро ответил Драко. — О, просто говорю своему дорогому старому другу, чтобы он держался подальше от неприятностей, — усмехнулся Тео, на что Драко ответил своим лучшим убийственным взглядом. К сожалению, у Тео давно выработался иммунитет к таким взглядам Драко, и он просто закатил глаза, ухмыляясь. — Может, тебе стоит пойти поболтать с кем-нибудь? — Наверное, — пробормотала она, не сдвинувшись ни на дюйм и хмуро глядя в свой стакан. — Стелла, ты не могла бы оставить нас на минутку? — медленно произнес Тео. Стелла перевела взгляд с Драко на Тео и обратно, затем кивнула, поцеловала Тео в щеку и направилась к Пэнси. — Будь осторожен, Тео, спутник Пэнси… — Кто, Стефан? Не беспокойся, он гей. Пэнс дружит с ним, потому что у него есть все самые интересные сплетни. Насколько я слышал, он перевстречался с половиной аристократии Европы. — По-видимому, с мужской ее частью. — Предположительно. — Хм, в таком случае Стелле стоит быть поосторожнее. — Ой, я тебя умоляю, если он и запал на кого-то, то только на тебя. — сказал Тео, бесстыдно подмигнув. — Судя по тому, что рассказала мне Пэнси, у Стефана есть типаж. — О, заткнись. — Послушай, Драко, если серьезно, с тобой все в порядке? Ты кажешься… Растерянным. — Ну, это чертовски мягко сказано… Я не знаю, что со мной не так, Тео, а сейчас я приезжаю сюда, и мама, черт возьми, пытается женить меня… — Ну, у твоей мамы работы по горло, да? — фыркнул он. — Тео, — вздохнул он, почти проведя рукой по волосам, прежде чем вспомнил, что его мать настаивала, чтобы он пригладил их назад, и если он растреплет их, то только навлечет на себя ее гнев. Потом он вспомнил, что ему двадцать восемь, а не одиннадцать, и мама на самом деле не имела никакого отношения к его прическе, и теперь он вдруг понял, насколько все абсурдно. Он был взрослым мужчиной, одетым в костюм, который выбрала для него мать, на вечеринку, которую она для него устроила, и боялся растрепать прическу, чтобы не навлечь на себя ее гнев. Он беспокоился, что случай с Грейнджер обернется очередным скандалом, еще одной опрометчивой выходкой, за которую родители его отругают, но теперь пелена спала с его глаз, и он увидел очертания реальности. На маскараде он невольно потянул за ниточку, и теперь тюрьма, в которую он сам себя заключил, стремительно разваливалась. — Это ведь не из-за сегодняшнего утра, м? — спросил Тео. — Нет, конечно, нет. — он солгал. — Мне просто не особенно нравится мысль о том, что я не имею права голоса в собственной жизни. — Справедливо. — сказал он, и Драко лишь уклончиво хмыкнул в ответ. Тео был его самым близким другом, но это ни о чем не говорило; у них была долгая история и много общих травм, но ни один из них не был особенно открытым человеком, и их безжалостное издевательство друг над другом было сродни разговорам по душам у нормальных людей. Честно говоря, он не был до конца уверен, как отреагировал бы Тео, узнай он о Грейнджер, тем более что Стелла, очевидно, с ней подружилась, но он знал, что, если расскажет все Тео сейчас, разговор займет больше времени, чем все этот праздничный цирк. — Я в порядке, — рассеянно ответил Драко. — Я в порядке, правда, просто плохо спал прошлой ночью… — Могу себе представить… — Завали. В любом случае, я устал, уже завтра буду в порядке. — Как знаешь, — пожал плечами Тео. — Я лучше вернусь к Стелле, а тебе стоит вернуться к обожаемым гостям. — Какое счастье. — Мерлин, кто бы это ни был сегодня утром, у нее терпение святой… — Тео, не надо... — Кстати, отлично сработал с маскирующими чарами, даже и не скажешь что… — Заткнись на хрен, ладно? — прошипел Драко. Он хотел выпить и, к своему разочарованию, обнаружил, что стакан пуст. — Я возьму еще, и больше ни слова о прошлой ночи, ладно? Во всяком случае, не здесь… — Как скажешь, — Хмм. — Тогда увидимся позже, — Да… Тео бросил на него последний взгляд, словно хотел сказать гораздо, гораздо больше, но, к счастью, просто вздохнул, сдержанно кивнул и направился обратно к Стелле. Драко наблюдал за ним полсекунды, прежде чем заставил себя отвернуться. Закатывать скандал – не выход, каким бы приятным ни казался, но если он хотел все изменить, не разрушив сложившиеся отношения с родителями, ему нужно быть очень осторожным и гораздо более дипломатичным, чем ему хотелось в данный момент. Возможно, он просто трус, в глубине души он знал, что именно так и подумала бы Грейнджер, но он также знал, что сейчас не время разрушать свою жизнь. Он сможет притворяться еще несколько часов, а потом… он не был уверен, но, черт возьми, он больше не собирался мириться с тем, что мать выбирает ему одежду. Прошел час, затем другой, и Драко готов был упасть на колени от благодарности, когда увидел, что первые гости начали расходиться. Он был бы еще счастливее, если бы Петра была среди них, но сейчас ему было достаточно просто знать, что каждая секунда, которую он здесь терпит, приближает его к аппарации домой, где он сможет упасть в постель и погрузиться в блаженную тьму. Он улыбался и машинально кивал, слушая, как Берти Розеллин бубнит о недавнем ремонте сада: очевидно, после маскарада живая изгородь-лабиринт устроила небольшую драку, и весь участок нужно было озеленить заново. Драко изобразил на лице, как он надеялся, что-то похожее на сочувствие, но его мысли уже неумолимо возвращались к тому короткому времени, которое он провел в том лабиринте с Грейнджер. Сумерки придавали ее чертам резкость, элегантная маска подчеркивала темные глаза. Прошлой ночью был момент, когда она подняла на него взгляд в клубе, яркие мигающие огни придавали ей почти неземной вид, и он увидел ту же женщину, с которой встречался взглядом на танцполе маскарада, ту умную, энергичную женщину с лукавой улыбкой и острым языком. Потом он пригласил ее к себе домой, и все остальное стало будто сном. — ...Тебе не кажется, Драко? — Прости, Берти, можешь повторить? — Тебе не кажется, что все эти золотые листья были немного вульгарны? — О, безусловно, — рассеянно ответил он. — Извини, Берти, я... я только что вспомнил кое-что, что должен сказать своей матери. — О, о, да, конечно... — сказал Берти, но Драко уже развернулся и пошел прочь. Нарцисса разговаривала с домашним эльфом, но при приближении Драко надменно отмахнулась от него. — А, Драко, я как раз тебя искала… — Я пойду, мама, — твердо сказал он, прежде чем смог отговорить себя от этого. — Что? — спросила она ледяным тоном. — Я устал, да и люди все равно начинают расходиться. — Драко, ты же не серьезно. — Я со всеми попрощаюсь, я же не грубиян, — сказал он, и мать бросила на него взгляд, недвусмысленно говоривший о том, что она не согласна с его оценкой. — Послушай, мама, я пришел, поболтал ни о чем, посмеялся над Мерлин знает сколькими ужасными шутками, а теперь умоляю тебя позволить мне лечь спать пораньше без споров. Какое-то время она ничего не говорила, просто смотрела на него прищуренными глазами, но потом вздохнула, и Драко понял, что победил. — Я не чудовище, Драко, — сказала она, — ты сегодня отлично справился, и все знают, что вчера вечером была вечеринка по случаю помолвки мистера Нотта. Я думаю, гости извинят тебя за ранний уход. — Спасибо тебе. — Сказал он натянуто, прекрасно понимая, что ему не нужно одобрение гостей. Он повернулся, чтобы уйти и приступить к долгой процедуре прощания с оставшимися гостями. — Подожди, Драко, — Да? — Я знаю, что ты был внимателен ко всем гостям сегодня, но мне интересно, была ли у тебя возможность подробно поговорить с Петрой? — Ты имеешь в виду момент, когда ты бросила меня с ней один на один? — сухо спросил он. — О, не надо драматизировать, — сказала Нарцисса, закатив глаза и ласково похлопав его по плечу. — Я только хотела, чтобы у вас была возможность познакомиться. — Мама, если она хоть в чем-то похожа на свою предшественницу, тебе следовало бы знать, что лучше не рассчитывать на нее в поисках рекламы нашей славной фамилии. Она нахмурилась; это выражение появилось на ее лице всего на долю секунды, но Драко этого хватило, чтобы заметить редкое выражение промелькнувшего неподдельного удивления. Затем все встало на свои места, и правда обрушилась на него, как ведро ледяной воды. Она была здесь не в качестве репортера. — Ты же не серьезно, — прошипел он, быстро оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. — Мама, пожалуйста, не говори мне, что ты пытаешься свести меня с этой женщиной. — А почему бы и нет? — надменно спросила она, — Разве это такая уж абсурдная идея? — Я... потому что… Потому что я не хочу. Потому что в Петре теплоты и харизмы, как в ноже для колки льда. Потому что я бы побоялся с ней порвать, чтобы мои слова не оказались искаженными на первой странице завтрашнего "Пророка". Потому что я не могу удержаться, чтобы не сравнить ее фальшивую улыбку и резкий, ломкий смех с тем, как выглядела Грейнджер этим утром - взъерошенной и сонной, с выражением ее лица, мягким, каким я никогда раньше не видел. Его разум приводил одну причину за другой, но он знал, что не сможет озвучить ни одну из них, поэтому просто закрыл рот и скрестил руки на груди. — Все, о чем я прошу тебя, Драко, – это быть открытым к новому. — Но не настолько открытым, чтобы “пачкаться в грязи”, верно? — с горечью сказал он, понизив голос, — Знаешь, ты, кажется, хочешь, чтобы я соответствовал своему возрасту, но в то же время ты хочешь, чтобы я носил одежду, которую выбираешь для меня ты, и я не уверен, что эти вещи совместимы. Она пристально посмотрела на него, и на мгновение он подумал, не преступил ли черту, но так же стоял на своем, стиснув зубы и глядя прямо ей в глаза. После нескольких крайне неловких мгновений она, наконец, поджала губы и отвела взгляд с таким выражением лица, как будто ожидала, что выпьет шампанское, но вместо этого сделала глоток грязной прудовой воды. — Не делай это своей привычкой. — холодно сказала она, — Я могу извинить тебя за сегодняшний вечер, но в дальнейшем я ожидаю, что ты будешь в полной мере исполнять свои обязательства. Это означает, что вы останетесь до тех пор, пока гости не уйдут. Он не мог заставить себя что-либо сказать, поэтому просто кивнул и снова отвернулся. Осознание того, что в его жизни что-то должно измениться, раньше было похоже на погружение в Северный Ледовитый океан, но теперь это чувство смягчилось, обрушившись на него холодным, меланхоличным дождем. Может, сейчас он и промок насквозь, но, по крайней мере, больше не тонул. Драко попрощался с гостями, откланялся, и с огромным облегчением вздохнул, когда, наконец, аппарировал домой. Ему действительно нужно было лечь пораньше, но сначала ему нужно было кое-что сделать. Он сел за стол, достал перо и лист пергамента. Его мать была права, когда сказала, что это поворотный момент, она просто ошиблась в направлении.