Распределение по комнатам...

             — Итак, вот ваш дом, на этот период! — объявил менеджер, открывая дверь и первым входя в помещение. Он тут же отошёл в сторону, впуская двойной квартет внутрь.       Квартирка, как квартирка — пронеслась вялая мысль в голове Сынмина — только серая какая-то вся.       И правда квартира оказалась исполнена в сером и его оттенках, с добавлением редких белого и чёрного.       Следующим зашёл Бан Чан, а там потянулись и остальные. На первом этаже двухэтажной квартиры расположились совмещённая с кухней столовая — с правой стороны от входа, а с левой комната отдыха с барной стойкой и имитацией камина, над которым висел большой телевизор. На той же стороне через стенку джакузи — чему парни порадовались и даже похлопали в ладоши — а напротив зал для тренировок. Второй этаж располагал в себе четыре большие двуместные комнаты, с отдельными ванной и туалетом, а с противоположной стороны что-то типа комнаты отдыха плюс библиотека. И там же можно погонять бильярд. Кто придумал — молодец! Есть чем заняться в свободное время. Если оно будет.       — Проходите, располагайтесь, — менеджер указал на стол. — Итак, — откашлялся он, косясь как люди специальной службы затаскивают вещи парней. — Жилой этаж — второй. Там комнаты на двоих, так что прежде чем хватать своё шмотьё… — тут друзья не сдержались и хихикнули, толкая ближайшего соседа локтями, — не отвлекаемся! — менеджер похлопал по столу. — Короче, давайте я быстрее закончу, и вы пойдёте располагаться. Сегодня-завтра у вас ничего, поэтому отоспитесь и отдохнёте. Комнаты на двоих! — повторил менеджер, уже подмечая, кто на кого и как смотрит: ох уж эти томно-сексуальные взгляды! — Поэтому распределяйтесь по парам и топайте. Да не шумите там. Бан Чан, — он поманил лидера группы за собой, уводя его к выходу. Понизив голос, менеджер прошептал: — я, конечно, всё понимаю, но проследи, чтобы без эксцессов, ладно?       — Без проблем, — Бан Чан выдавил улыбку, показывая два больших пальца: он же знал, что иногда с друзьями бывало сложно.       — Постарайся, — похлопав парня по плечу, менеджер с надеждой во взгляде заглянул в глаза Бан Чана и удалился.       На кухне царила та самая особенная тишина. Парни переглядывались между собой. Понятное дело, что они и без слов менеджера и Бан Чана распределились по парам. Даже если бы их силой расселили, они бы перебрались по комнатам как надо именно им.       — Я устал, — заявил Бан Чан, — поэтому, давайте без приключений, пожалуйста.       — Ясно-понятно! — первыми поднялись Феликс и Хёнджин. Причём так синхронно, что им даже поаплодировали.       — Вещи! — крикнул Бан Чан, когда парочка просочилась мимо к лестнице.       — Да ладно! — захныкал Феликс, однако свою сумку всё-таки прихватил, передав Хёнджину его.       — Без ладно, — скрестил руки на груди Бан Чан, поворачиваясь к остальным. — Особого приглашения ждёте?       — Не сбежишь теперь! — шепнул Хан, хватая Минхо за шиворот.       — Помогите! Насилуют! — театрально истерично завопил тот.       — Когда по обоюдке, это не изнасилование, — подметил Чанбин, покосившись на хихикающего в ладонь Чонина. — Ты чё ржёшь?       — Идите уже, — Бан Чан замахал руками, отходя в сторону, чтобы четверо парней, толкаясь и дурачась, не задели его.       Минхо каким-то странным образом столкнулся с Чонином; они так друг в друга вцепились, пытаясь избежать падения, что влетели в идущего за ними Хана, который чудом, держа в каждой руке по сумке, умудрился устоять, да ещё и друга со своим парнем придержать. Зато Чанбин поторопившись посмотреть комнаты, споткнулся на лестнице. Хорошо, что не упал, иначе придавил бы собой троицу за спиной. Бан Чан только поморщился, как те стадом молодых жеребцов умчали наверх.       — Знаю, я накосячил, — Сынмин опустив виновато-расстроенный взгляд, ещё и отвернулся.       — Ничего ты не косячил, — вздохнул Бан Чан, присаживаясь на стул рядом. — Бывает, — положив руку на его плечо, несильно сжал пальцы, подбадривая. — Я в прошлый раз так вообще движения перепутал, — он пожал плечами. — Ладно тебе, — поднявшись, он бережно сжал кисть Кима, легонько, но настойчиво потянув за собой. — Не будем зацикливаться на такой ерунде.       — Это не ерунда, — прохныкал Сынмин, нехотя вставая. — Если бы не ты я бы запорол выступление!       — Всё, — Бан Чан, сжав лицо парня руками, быстро чмокнув, про себя умиляясь порозовевшим от смущения щёчкам Кима, — никаких переживаний. Хорошо? А то я разозлюсь! — Бан Чан сделал типа грозное лицо, заставив Кима рассмеяться. — Вот такой ты мне нравишься больше. Ненавижу, когда грустишь.       — Извини, — Сынмин виновато потупился, отчего стал казаться ещё более милым.       Вся загвоздка заключалась в том, что на выступлении Сынмин немного сбился с ритма и нечаянно ударил по микрофону, отчего его голос дрогнул и он замешкался. Если бы не подхвативший и не спевший его слова Бан Чан, неизвестно что бы было. Но это дало время на передышку, да и незаметная для чужих глаз поддержка Бан Чана помогла Сынмину взять себя в руки. Плюс после выступления ребята его немного поругали, что он себя за зря накручивает. Дружба она такая: тут и поругают, и поцелуют. А ещё могут по башке дать. Дружба!       Комната и правда оказалась очень просторной. При желании сюда бы ещё двое спокойно вместились. Входная дверь прямо по центру, у противоположной от неё стены в углах две большие кровати, уже заправленные в однотонное постельное бельё чёрного цвета. Возле кроватей немного удлиненные столики. Отсутствие окна немного огорчало, но зато почти во всю стену висело бра в виде ветки дерева — с него ещё красиво свисали нити с камешками, что напоминало паутину с росой. Справа от двери, на той же стороне, рабочий стол, а над ним телевизор. Несколько шкафов по стенам, да своеобразная люстра над головой, на этом убранства комнаты закончились.       Бан Чан только открыл рот, чтобы сказать, что очень даже не плохо, как за спиной раздался громкий хохот. И он и Сынмин обернулись, прислушиваясь к веселящимся Феликсу и Хёнджину — они заняли комнату напротив. Вздохнув, Бан Чан подошёл к кровати справа от входа и плюхнулся на неё лицом вниз, всем своим видом показывая, что он устал, что ничего делать не хочет и не будет, и вообще, чтобы его не трогали. Годков эдак много. Тихо над ним посмеиваясь, Сынмин включил свет и поставил сумку возле оставшейся свободной кровати. Какой толк их вообще делить, если гарантированно Бан Чан к нему подлезет.       — Пойду, схожу в душ, — сказал Сынмин, доставая из сумки разнообразные баночки.       — Тоже надо, — пробормотал Бан Чан: одной ногой он уже находился в спящем режиме.       — Тогда постараюсь побыстрее, — сгребая все свои пожитки в охапку. При выходе он столкнулся в коридоре с Хёджином, который с вселенским подозрением на него уставился. — Ты чего?       — Спинку потереть? — забавно поигрывая бровями, предложил Хёнджин.       — Феликсу потри! — крикнул Бан Чан.       — Капец у тебя слух!       — Чего мне потереть? — в дверном проёме показалась взъерошенная голова Феликса. — О! Щеночек пошёл мыть лапки? Помочь?       — Тебе помереть помочь? — предложил Бан Чан, отрывая своё бренное тело от кровати, вставая рядом с растерявшимся Сынмином. — Вы чё к нему пристали?       — Да ты погляди на него! — просюсюкал Хёнджин, сжимая щёки Сынмина. — Как к нему не пристать?       — Так! — Бан Чан замахал на друга руками, — пошёл вон от него!       — Феликс, он меня обижает! — театрально разрыдался Хёнджин, напрыгивая на своего парня, а тот из-за сонного состояния не успел среагировать и они оба завалились обратно в комнату, тихо матерясь на ушибленные места.       — Я ушёл! — крикнул Сынмин, даже не думая сладкой парочке помочь подняться.       Угукнув, Бан Чан проводил Кима задумчивым взглядом и перевёл его на уже ржущих на полу парней. Недолго они от падения страдали. Махнув на тех рукой, Бан Чан вернулся к себе, нехотя берясь раскладывать вещи.       Тем временем Сынмин компактно расставлял все свои баночки по тумбе в ванной, напевая под нос песенки, специально выдёргивая по фразе то из одной, то из другой, то из третьей, от чего получалось что-то странное, но забавное. Не досчитавшись тюбика с зубной пастой и футляра с щёткой, отказался идти за ними, посчитав что можно и позднее почистить зубы. И с радостной лыбой на милой моське полез в душевую.       А пока Сынмин мылся, Бан Чан успел разложить свои вещи, спрятать сумку в шкаф. Теперь же он нагло вываливал вещи своего парня, скучающе зевая и раскидывая шмотки по кучкам, чтобы половину убрать в шкаф, а другу в комод. Милые трусики Сынмина! Бан Чан даже не стал сдерживать смешка.       — Я, конечно, — раздался от двери ехидный шёпот Феликса и Бан Чан резко прижал трусы к груди, — знал, что ты извращенец, — моська Феликса стала ехиднее — но чтобы нюхать трусы своего парня пока он моется! — многозначительно протянул он и давай ржать.       — Придурок, — вздохнул Бан Чан, сунув трусы в карман: от посторонних глаз!       — Чёчёчё?! — чуя веселье, прибежал Минхо. — Наш лидер извращуга?!       — Он нюхает трусы нашего милого щеночка! — завопил Феликс.       — Я тебя прибью! — рыкнул Бан Чан кидаясь к типа испуганно завопившему Феликсу.       — Капец, — рассмеялся Минхо, покосившись на вставшего за его спиной Хана. — Ты мои трусы тоже нюхаешь?       — Жопу я твою нюхаю, придурок, — отозвался тот, зарядив ему подзатыльник.       — Какие подробности всплывают, — изумился Чанбин.       — Эй, — протянул Чонин, — только не говори, что ты…       — Нет! — с таким возмущение возопил Чанбин, что парням даже смешно стало.       Из-за шума воды Сынмин не мог расслышать, о чём говорят друзья, но ясно слышал их громкие голоса — иногда очень громкие. Недоумевая, что там происходит, он выключил воду, и на ходу запаковываясь в огромное белое полотенце, вышел из душа. А тут как раз Бан Чан влетел, а следом за ним Хёнджин, пытающийся убить лидера за то, что он пытался убить Феликса — который от души ржал где-то в конце коридора. Из-за вида ошарашенного Сынмина Бан Чан замер, но Хёнджин, при поддержке Минхо, толкнул его вперёд. Картина маслом: Бан Чан влетая в пискнувшего от неожиданности Сынмина, роняет его на пол и падает сверху. С одной стороны забавная ситуация, а с другой…       — Вы живы? — шёпотом спросил Хёнджин, прижимая руки ко рту. — Парни, простите!       — Мёртвые не дышат, — вздохнул Хан, хватая Минхо за руку и выдёргивая из ванной от гнева лидера подальше.       — Я вас поубиваю к херам! — прорычал Бан Чан, не спеша вставать, потому что Ким под ним оказался нагишом и если он встанет, то остальные спалят его милого прелестника без всего.       — Мы тут не причём! — в голос заорали Чанбин и Чонин.       — Как ножку то закинул, — подметил Феликс, выглядывая из-за плеча Хёнджина. И то, правда: при падении Сынмин закинул ногу на Бан Чана.       — Ким, ты как? — силясь не обращать внимания на друзей позвал Бан Чан. — Ким?       — Кажется, — тихо-тихо ответил тот, — я головой треснулся.       Бан Чан тут же взялся ощупывать его затылок, молясь чтобы там не было крови или сильных повреждений. Но обошлось. К тому же Сынмин ударился затылком о подставленную ладонь своего парня. Рефлексы! Ну и от волнения Бан Чан не сразу почувствовал боль в руке — больше за Кима перепугался.       — Я за аптечкой, — сказал Хан и, сцапав Минхо за руку, потянул за собой.       — Льда прихвати! — крикнул ему в след Хёнджин.       — Вот ты и прихвати! — прикрикнул Бан Чан.       Сделав виноватый вид, Хёнджин вышел из ванной, прикрыв за собой дверь.       — Привстань, я прикроюсь, — шёпотом попросил Сынмин.       — Чего я у тебя там не видел, — хитро прищурился Бан Чан.       — Бан Чан! — строго произнёс Сынмин, мило сводя брови к переносице.       — Да понял я, понял, — погрустнел тот, нехотя садясь на корточки и помогая Киму.       — Не в ванной же! — щёчки Сынмина покрыл заметный румянец. — Бан Чан?! — пискнул он, когда тот снова упал на него.       — Ты хочешь лишить меня сна?..