Надежда тоже умирает

Аня проснулась от сильного голода, когда за окном стояла глубокая ночь. Волк, спавший возле ее кровати, поднял морду, услышав ее шевеления. И почувствовав, что ее состояние приходит в норму, завилял хвостом, будто верный пес радовался выздоровлению своего хозяина. «Ты больше суток проспала», — оповестил он ее. «Не удивлена», — Аня улыбнулась ему, видя, что он рад. — «Про Тони нет вестей?», — сразу спросила она то, что сильно волновало. «Я к нему ходил. Пока все также, лежит под трубками и проводами. Слышал разговор врачей, говорят, что шансы на жизнь высокие», — прорычал он, широко зевнув. Аня улыбнулась такой новости, а на душе уже более ощутимо царапали кошки, оживая. Но все равно как-то вяло. А когда девушка села на кровати, то приятно удивилась, что голова больше так не кружилась, да и силы присутствовали. Правда, только ощущался зверский голод и очень сильное желание направиться в уборную… И хорошо, что она оказалась прямо за дверью, потому что, встав, Аня все-таки почувствовала вялость в ногах. А выйдя из туалета, она сразу направилась на небольшую, но светлую кухню, надеясь найти что-нибудь пожевать. Добравшись до холодильника, Аня расстроилась, потому что там были только кастрюля с макаронами, палка колбасы и несколько бутылок пива. И в надежде, что Баки ей не скажет ничего против, она достала колбасу и принялась искать на кухне хлеб и кофе. Но, когда она открыла дверцу шкафчика, то подпрыгнула из-за раздавшегося сдавленного крика, вроде как Баки. Девушка, оставив поиски еды, быстро направилась к двери. И, зайдя в комнату, увидела, что Барнс спал на полу, но при этом сильно морщился и ерзал, сминая руками одеяло. — Джеймс? — тихо позвала она, присев рядом с ним и положив руку на его плечо. Как-то совершенно не задумываясь о последствиях своего поступка. А они наступили буквально сразу: мужчина резко сел и железной рукой сжал девичью шею, смотря на нее безумными глазами. И Ане очень сильно повезло, что Баки понял, что делает прежде, чем сломал бы ей кости… Да и благодаря огромному везению, сжал он ее не сильно. Пока девушка успела только лишь округлить глаза, он уже резко убрал руку, сменив гнев в глазах на сильный испуг. — Боже, прости… — поникшим голосом начал он извиняться и сразу осматривать шею девушки. — Что ты тут делаешь? — поняв, что на ее шее несколько синяков точно останется, он отстранился от нее подальше. — Услышала твои крики, — спокойно ответила Аня, только вот отведя в сторону глаза, так как мужчина был в одних трусах. А это сильно смущало… — Так ты лежать должна, — Баки встал на ноги и сразу начал одеваться, поняв, что смущает девушку. — Я проснулась от безумного голода, — поднимаясь, сказала она. — Да, пойдем, найду тебе что-нибудь, — он пошел на кухню, потирая глаза. — Ну ты можешь дальше спать, — Аня вышла следом. — Я в принципе бы справилась. — Не сомневаюсь, — Джеймс внимательно посмотрел на колбасу, одиноко лежавшую на столешнице. — Сядь, пожалуйста, за стол, — указал он девушке на стул, а сам пошел сооружать перекус. Аня послушно выполнила просьбу, наблюдая за мельтешащим мужчиной, который быстро сделал пару бутербродов, кофе, чем удивил девушку, ведь она никогда не говорила ему, что не пьет чай, и, достав бутылку пива, сел напротив нее. — Извини за такую реакцию, — сказал он, открывая пиво. — Все нормально, — выдавив улыбку, ответила Аня. — Спасибо, что согласился потерпеть мое общество. Баки удивленно поднял брови, но ничего не ответил. Они сидели в полной тишине, которая вызывала долю неловкости. Джеймс пил пиво, смотря отстраненным взглядом в стену напротив. И Аня отметила, что в Ваканде он был куда более жизнерадостный, нежели сейчас. А это добавляло еще порцию волнений, которых и так было уже перебор. — Можно воспользоваться твоей ванной? — поинтересовалась Аня, допив кофе. — Да, конечно, — согласился Барнс. Он проводил девушку и, выдав чистые полотенца, собирался уже выйти, но Аня, остановила, взявшись за бионику, чем смутила его. Но она даже не обратила внимания, потому что как-то не разделяла его конечности, ведь повидала за свою прошлую жизнь людей с протезами. Поэтому к такому относилась совершенно спокойно. — А мне вещи никакие не передавали? — спросила она, понимая, что не плохо было бы и переодеться. Баки, не ответив, а просто выставив указательный палец, ушел, вернувшись со своей футболкой и штанами. — Не против? — протягивая ей вещи, спросил он. — Еще не приезжал ни Роуди, ни Тор. Кто-то из них должен привезти. Аня, поблагодарив, забрала его вещи и закрылась в ванной. Чувствуя тепло в душе, что Барнс не давил на нее, как это любили делать ее близкие, не укладывал в постель, не смущал лишними вопросами, а просто помогал. Возможно, потому что ему было все равно на нее. А приютил из-за чувства долга. Но даже за это Аня уже была благодарна. Остальное не важно. Только, когда она разделась и посмотрела на себя в зеркало, то только ужаснулась: мертвенно-бледная кожа буквально обтягивала девичий скелет. Синяки под глазами были уже черного цвета. И это все настолько жутко и непривычно выглядело, что Аня буквально зависла, не в силах от этого ужаса оторвать взгляда. Но, наполнив ванну, она залезла в теплую воду, дав организму расслабиться. На полочке стояли два тюбика с шампунем и гелем для душа. Ну для холостяка, в принципе, нормальное содержание, а для Ани казалось маловато. Только вот своих у нее не было, поэтому мылась она тем, что оказалось в доступе. Только вот гель для душа Барнса слишком приятно пах, что понравилось ей. А с вещами, которые ей выделил Баки, возникли проблемы: штаны ей были слишком велики, как, впрочем, и футболка, которая заканчивалась почти у колен. Решив не мучаться с нижней частью одежды, она вышла в одной футболке, направившись прямиком в комнату. Только она думала, что Барнс уже ушел спать, а он стоял возле ее кровати, вешая смесь для капельницы на специальную подставку. — Это для меня?.. — очень хрипло спросила Аня, начав всем телом содрогаться. — Мне дали четкие ука… — он повернулся к ней и запнулся, увидев девушку в одной футболке. И наконец-то смог разглядеть ее слишком исхудавшее состояние, которое теперь хорошо бросалось в глаза, нежели когда она была в штанах, которые это скрывали. А это его пугало… — Твои вещи слишком велики, — смущенно произнесла Аня, немного краснея. — Можешь так не смотреть на меня? — попросила она, обняв себя за плечи. Потому что мужчина слишком пристально смотрел на нее, отчего становилось не по себе, и появлялось желание сбежать подальше. Тем более от ненавистной капельницы. — Извини, — Баки отвернулся от нее. — Давай я тебе просто поставлю ее и уйду? Только прошу, без споров. — Я не дам, мне и так уже нормально, — отказалась девушка, сделав шаг назад. — Кнопка, не заставляй меня тебя заламывать, — пригрозил мужчина. Аня не нашла, что ответить на данное и, резко развернувшись, вышла из комнаты, направляясь снова на кухню. Она открыла холодильник, взяла бутылку пива и села за стол, сверля ее глазами. Барнс вышел следом но, подойдя к ней, он забрал пиво и, открыв, отпил сам, устало сев на стул напротив. — Это еще почему? — возмутилась Аня. — С твоей дозой лекарств — это тебя убьет, — спокойно ответил он, непринужденно пожав плечами. Его спокойствие поражало, будто так и надо. Джеймс просто сидел и неспешно пил пиво, смотря перед собой, буквально в никуда. — Расскажи, что было, после того, как я попыталась передать отцу свою жизнь? — попросила Аня, нарушив тишину. — Что ты попыталась? — это очень сильно удивило Баки, что он посмотрел на нее недовольно-убийственным взглядом. — Я вроде ясно сказала, — Аня скрестила руки, сверля таким же взглядом в ответ. — Мы думали, просто пыталась не дать умереть, — уточнил он, немного поубавив суровость и расслабив свое лицо. — Именно так, — согласилась девушка. — Отдав свою жизнь? — поднял он брови, неприятно удивившись. — Искать другие варианты не было времени, — пожала плечами Аня. — А ты подумала, как он после этого жил бы? — спокойно спросил он, надавив больше морально. — Если бы ты умерла, спасая его? — Меня это не волновало, — честно призналась Аня, тяжело выдохнув и сжавшись как внутренне, так и внешне. — Во-первых, мне времени подумать не дали. А, во-вторых, он единственный человек, ради которого еще хочется жить, — пыталась хоть как-то оправдаться она. Барнс покачал головой и, допив бутылку залпом, отправил ее в мусорное ведро. Ему была очень неприятна данная тема, хотя, отчасти, понимал девушку. Но развивать дальше не хотел, как и не знал, на что можно было бы переключить разговор. Были бы у них с ней более дружеские отношения… — Кнопка, я спать хочу, — жалобно сказал Баки. — Так пойдем, — согласилась Аня. — Тебе нужны лекарства, я так не могу, — отказался Джеймс. — Давай ты побудешь хорошей девочкой и не будешь издеваться над черствым Джеймсом Барнсом? — Ну извини, я правда тогда была сильно разбита, — Аня потупила глаза в пол, а от нахлынувших воспоминаний стало снова не по себе. — Как и сейчас… Баки подошел к девушке сзади, положив руку на плечо, несильно сжав его. — Пойдем, пожалуйста, — тихо попросил он. — Я понял, что ты боишься уколов. Но я не причиню тебе боли, — обещал он, уговаривая. — Я в ответе за тебя. Аня, решив не спорить, хоть и хотелось, встала и, нехотя, поплелась за ним в комнату. И Баки, практически не смотря на нее, поставил капельницу, как и обещал, что девушка ничего не почувствовала. — Если что, зови, не стесняйся, пожалуйста, — попросил он, выключив свет. — Тем более, я сам вызвался тебе помочь. И не жалею, — тепло улыбнулся он и закрыл к ней двери. Аня тяжело вздохнула, уставившись в темный потолок. Как же хотелось, чтобы последние события отменились, и она просто бы поехала в дом к отцу. Надеть бы костюм, полетать над Нью-Йорком, сходить в ресторан. В душе неприятно заскреблись кошки. Но капельница вызывала сильную сонливость и успокоение. Только девушка все ждала, когда она закончится, чтобы не засыпать с иглой в локтевом сгибе. Но, не выдержав, Аня просто выключилась, попадая снова в черный сон.

***

Аня стояла на кухне, пританцовывая под музыку из телевизора, и делала себе кофе. Все каналы пестрили новостями о вернувшихся людях, а музыка немного добавляла ритма жизни, отвлекая от реальности. Странное чувство усталости не покидало. Но с учетом того, сколько энергии она отдала, пытаясь спасти отца, ее это сильно не удивляло. Хотя сегодня чувства обострились, даже по сравнению со вчерашним днем. Проснулась она уже ближе к обеду, Барнс не выходил из комнаты, а она и не огорчалась. Тем более, ее очень смущала его одежда на ней. И то, что они не пересеклись, ее более чем устраивало. Аня жила у Барнса почти неделю, за это время ей так и не привезли ни вещи, ни документы, что сильно раздражало. Даже выйти прогуляться было не в чем, потому что одного комплекта было мало, а еще и на улице было холодно. Кое-как она уговорила Баки, чтобы он дал ей ноутбук, и она заказала с его денег себе немного нижнего белья. Ее единственная одежда прекрасно стиралась в машинке, а Джеймс выделил Ане несколько своих футболок, которые на ней смотрелись больше как платья. Правда широкие и безразмерные. И это несмотря на то, что за неделю она умудрилась немного прийти в норму: ее кожа была уже не такой бледной, да и килограмма два девушка набрала, чему была очень рада. Сварив кофе, она уселась за стол, подпевая очередную песню. Но громкий стук в дверь заставил ее сильно дернуться — после встречи с Таносом остались свои последствия… И после того, как Аня медленно выдохнула, она встала и пошла к комнате Баки, так как он все не выходил. — Джеймс, там к тебе кто-то пришел, — девушка постучалась, но ответа не последовало. Поэтому она приоткрыла двери и осторожно заглянула, надеясь, что сейчас на нее никто не выскочит, а то мало ли. Ведь быстрый Джемс уже пару раз ее уже чуть не снес, точнее она в него врезалась. Но сути не меняло — это было очень неприятно. Только комната оказалась пустой. Аню это смутило, так как она вчера тоже не дождалась Барнса, уснув раньше, чем он вернулся. А он точно заглядывал к ней, она просыпалась. Хотя обычно, после ухода из больницы, она спала крепко, практически не слыша ничего. «Это к тебе, может, откроешь?», — поинтересовался Фенрир, выйдя на кухню и широко раскрыв пасть, зевая. Аня пожала плечами, как в дверь, даже громче прежнего, снова постучали, и, подойдя, девушка посмотрела в глазок. Но, кроме вроде как мужской груди, ничего видно не было. — Тор, неужели ты решил меня навестить? — обрадовалась она, открыв дверь. — Привет, Анют, — бог, как обычно, сгреб ее в объятия, чуть ли не раздавив. И девушка даже не успела удивиться тому, насколько он растолстел и оброс. — Прости, что не вышло раньше прийти. Я уехал за несколько часов до того, как ты очнулась. В Асгарде очень много дел, — слишком раздосадовано прозвучал он. — Проходи, — Аня отстранилась от него и указала рукой на кухню. И хоть она и улыбалась, и безумно рада была увидеть Тора, но ее душа резко заныла. Потому что он чертовски сильно напоминал ей о Локи, о котором она старалась не думать. А сейчас… Будто бы все перевернулось. Тор зашел в квартиру, осматриваясь и совершенно не замечая, как тускнеют глаза его племянницы из-за боли. — Да, держи, — он, остановившись, дал ей небольшую сумку. — Там одежда, документы, карты и телефон, — перечислял он, надеясь ничего не упустить. — Спасибо, — поблагодарила девушка. — Ты присядь, я переоденусь и вернусь! Аня моментально удалилась к себе в комнату. И стоило только зайти туда, как она с энтузиазмом раскрыла сумку: её телефон, правда, полностью разряженный, пара джинс и футболок, банковская карточка. Не густо, но с деньгами будет проще, хоть сможет купить себе все, что требуется. Она быстро переоделась и заглянула в кармашек с документами. Душа моментально неприятно сжалась. Помимо документов, там лежал кулончик-змейка на золотой цепочке. Девушка немного удивилась своим чувствам. Они были несколько скупыми, по крайней мере, для нее. Потому что Аня не заплакала, хотя в обычном состоянии бы точно билась в истерике — никогда не могла смотреть на смерть. Тем более дорогих для нее людей. Но Аня, застегнув цепочку на шее, просто вернулась на кухню. Пока Тор скучал за столом, наблюдая, как в телевизоре на пляже играли дети, пока девушка-блондинка пела мелодичную и веселую песню. — Тебя не обижает он? — серьезно спросил бог, увидев Аню. — Ты про Джеймса? — уточнила она, и бог тут же кивнул. А что удивляло, то это его серьезное выражение лица, ведь Аня привыкла к веселому Тору. — Нет, мы даже особо не общаемся, — ответила она, присаживаясь рядом. — Да и покупка квартиры с переездом в моих ближайших планах. — Может, лучше в Асгард? — предложил бог. — Тор, я не хочу туда… — девушка тяжело вздохнула. — И с вашим всеобщим молчанием мне легче не становится. Ты тоже не расскажешь, что случилось? — настоятельно попросила она, пристально посмотрев богу в глаза. Ведь Баки только лишь отмахивался от нее, что ее раздражало. Да даже Фенрир умалчивал, хоть и умело, но это чувствовалось. Тор потупил взгляд в пол, но покачал головой и обратно поднял уже более грустный взгляд на девушку. — Да ничего, тебя Сэм сразу отнес в больницу, — ответил он. — А я забрал Старка. Тебя еще не пускали к нему? — так удачно перевел он тему. — Нет, он все так же в коме, и все посещения запрещены, — Аня прикрыла глаза, тяжело выдохнув. — Анют, все с ним будет хорошо, — Тор положил свою руку на ее и улыбнулся. — Если что, возвращайся к нам. Я всегда буду тебе рад! И не только я! — А тебе надо заняться собой, — усмехнулась она, осматривая сильно поправившегося бога. Тор посмеялся, но уже более легко отошел от темы. Они еще минут десять посидели, приятно пообщавшись. И он ушел, сказав, что его ждет енот Ракета где-то на окраине Нью-Йорка.

***

Аня пыталась найти провод от зарядки для телефона, который ей благополучно не положили. Обыскав всю кухню, она решила порыться в комнате у Баки, ведь, возможно, его бы подошел. Самое обидное, она не помнила марку телефона мужчины, но, вроде, тоже яблоко надгрызанное. И хоть это было, конечно, некрасиво, но очень хотелось включить телефон. Но, когда Аня открыла шкаф, на нее выпало одно из лекарств, которые ей ставил в капельницах Баки. И подняв его, тихо причитая, девушка застыла, прочитав название. Вот сейчас злость ее раздирала на части, будто чувства, хотя теперь стало понятно почему, возвращались. — Фенрир! — крикнула она во все горло, выходя из комнаты, и волк тут же появился, очень обеспокоено смотря на нее, уже зная, что сейчас будет. — Объясниться не хочешь? — сунув ему под самый нос пакет с лекарством, прорычала она. — И не говори мне, что ты не в курсе! «Я не могу, ты не готова к этому», — поджав уши, проскулил он. — К чему — этому? — снова прорычала девушка. — Объясни мне, почему мне ставят лошадиную дозу транквилизаторов постоянно?! Но волк не ответил, а лишь отвернул морду. Аня прожгла его взглядом и вернулась к себе в комнату. Бросив лекарство на кровать, она достала документы, карту. Засунув все в задний карман джинс, девушка направилась к выходу из квартиры. «Ань, пожалуйста, не уходи», — попросил Фенрир, стоя позади нее. — Иди в задницу, Феня! — прорычала она, хлопнув дверью перед его носом. Аня несколько часов гуляла по улицам Бруклина, уходя все дальше, практически не замечая расстояния. И таким она не занималась уже очень и очень давно… Ни в этой жизни. Все ее потухшие эмоциональные переживания прекрасно объяснились лекарствами. Как и вечно сонное состояние. А возвращались они похоже потому, что Баки ей не ставил капельницы последние два дня, потому что возвращался домой, когда она уже спала. От этих тайн, уже порядком надоевших девушке, становилось куда хуже. И Аня, летая в своих мыслях и все быстрее приходя в себя, не заметила, как вышла к небольшому парку Куинса. Она устало села на лавку и задрала голову к хмурому небу. И на каком-то автомате Аня сжала кулон, который до боли врезался в руку. Транквилизаторы понемногу отпускали — не так-то и плох ускоренный метаболизм. Но все равно… От чего-то Ане даже вспомнился Джокер, который в свое время ей очень нравился: «Сейчас ты им нужен. А надоешь, они тебя выкинут. Как прокаженного. Их принципы, их кодекс — всего лишь слова, забываемые при первой опасности». А опасность ли Аня? Или чего они все так хором умалчивали, подавив ее лекарствами… И вообще, кому она нужна, когда нет Локи и Тони, которые ее постоянно оберегали… — Тебя тяжело найти, — неожиданно появившийся Питер, еще и в костюме паука, сел рядом с ней. — Только не говори, что ты уже сообщил всем, где я? — поинтересовалась Аня, ничуть не удивившись его появлению и даже не обратив на него особого внимания, все смотря на небо. — Еще не успел, — ответил он. — Что у тебя случилось? — встревоженно прозвучал он. — Пит, только давай честно, ты же знаешь, что произошло? — она серьезно посмотрела на паренька. — Только без всяких «все нормально», «ничего страшного». Он замялся, сидя рядом с девушкой, и отвернулся. Только вот смысл? Ведь под маской не увидеть его лица. — Питер, пожалуйста, — попросила еще раз Аня, попробовав надавить на жалость. — Я все равно узнаю… — Тебя с мистером Старком отнесли в разные больницы, — немного помявшись, ответил он. — Люди возвращались и там творился полный хаос, а вам срочно нужна была помощь, — очень тихо говорил он, облокотившись руками на колени. — Насколько я знаю, ты слишком сильно напиталась от Ванды… Паркер замялся и встал с лавки, отойдя от девушки. — И что я сделала? — тихо спросила она, начиная пуще нервничать. Потому что уже боялась услышать горькую правду. Помнила предупреждения Локи насчет ее магии… — Да ничего такого, успокойся, — махнул он в подтверждении своих слов рукой. — Слушай, давай возьмем перекусить, я тут знаю отличное место, там такие виды! —попытался парень сменить тему. — Питер, я задала тебе вопрос, — настояла Аня, нахмурив брови. — Я не знаю подробностей, — Паркер подошел к девушке. — Там мистер Барнс с ума сходит, надо ему сообщить, что ты в порядке… — махнул он рукой в сторону, будто там стоял Баки. — Питер Паркер! Я все равно узнаю! И поверь мне, лучше не будет! — прорычала Аня, уже начиная действительно злиться. Паркер тяжело вздохнул, подняв голову к небу, на котором собирались черные тучи. — Тебе, вроде, хотели поставить капельницу, — он снова немного замялся. — Меня же там не было, — тяжело выдохнув, продолжал он. — Но я слышал, что рассказывали остальные… — Питер снова умолк, но Аня так злобно смотрела, что он продолжил: — из тебя вышел сильный поток магии… Питер резко замолчал и, присев на корточки возле девушки, положил руки ей на колени. — Сколько погибло? — закрыв глаза, спросила она. — Ань, ты не виновата. Ты… — Питер, сколько? — перебила она уже дрожавшим голосом. — Около ста человек… — тихо ответил парень. Аня сжала кулаки, пытаясь удержать поток эмоций, бушующий у нее в голове. Ну хоть все встало на свои места, почему ее так боялся медперсонал. И объясняло такое скорое появление Уилсона, почему ее отправили к Баки, а не дали снять квартиру. Да и вообще забрали сразу, как очнулась. В прошлый раз она ушла из больницы, когда врачи разрешили. А тут сразу. — Питер, прости, — Аня поставила барьер возле парнишки и встала, быстро удаляясь из парка. Потому что не хотела показывать ему свои слезы… — Ань, стой! Пожалуйста! — крикнул Паркер. Но она не слушала, а села в ближайшее такси, которое так удачно стояло возле выхода из парка, и уехала. «Я не чудовище, я вижу их насквозь… Но я знаю правду — ситуация необратима». Джокер.