Преемница Толкина

Улица встретила её привычной прохладой, а ленивое солнышко спряталось за серо-голубым щитом облаков, не желая смотреть на девушку-огонёк. Птицы, за исключением кур, молчали, изредка переговариваясь между собой. Ничего не нарушало гармонию летнего утра. Петух, и тот неохотно прокукарекал, всё же соблюдая свои обязанности. На его клич откликнулся ветер, зашуршав листвой. Он ласково поиграл выбившимися рыжими прядками, будто пробуя их затушить. Но вместе с этой лаской он нёс свободу, маня чем-то непостижимо далёким. И на его зов девушка откликалась, подчас бросая рассеянные мечтательные взгляды. А меж тем ноги несли её всё дальше. Неожиданно по носу ей ударил дурманящий запах мяты, слегка отрезвляя её. Взгляд стал осмысленным и сфокусированным на заборе, возле которого росла мята. Толкнув легонько калитку, Оля вышла на дорогу. Мотоцикл, оставленный за забором, будто встрепенулся, наконец дождавшись свою хозяйку. — Ну, дружище, не заржавел тут без меня? — она любовно провела рукой по сиденью, забирая с него спортивную сумку и рюкзак. Одного взгляда на небо хватило, чтобы понять, что дождь не намечается. Однако Оля всё же решила завезти свой мотоцикл под навес мастерской, выстроенной дедом её троюродной сестры. Старик он был неплохой, приветливый, не то что их с Кристей дед. У того мастерской не было, но зато комната напоминала чем-то музей оружия или оружейный склад. Конечно, большинство вещей не годилось в применение, но как наглядный пример очень даже впечатляло. Но он всё равно никого не подпускал к своей коллекции, хотя они-то с Кристиной… Впрочем, неважно. Ухмыльнувшись нахлынувшим воспоминаниям, Оля вернулась в дом. Еë внимание сразу же привлекала волна лёгкого шума слева. Сунув свой любопытный нос в комнату, она увидела следующую картину. Нина копалась в шкафу, отыскивая бельё для постели и попутно вытаскивая подушки, которые оставляла рядом на пуфике. Амрас явно хотел ей помочь, но девушка всячески отпихивала его от вещей, и причиной этому служил грязный вид. Не удивительно, ведь со времени битвы, по всей видимости, они мылись только под дождём, который скорее размазал грязь, нежели сколько-нибудь смыл. В то же время Алёна объясняла принцип механизма разборки дивана и кресла другим двум эльфам, которые, кажется, были слегка удивлены. Чего только стоит их взгляд! Мысленно хихикнув, Ольга поспешила наверх. В конце концов, ей требовалось разложить свои вещи, да и сестру хорошенько пнуть, дабы порядок в их жилище навела. Она порой поражалась её безалаберности, но ни на йоту не забывала о двойственности её характера. Уж слишком хорошо ей известна натура родственницы, чтобы слепо верить её поверхностному поведению. Как и следовало ожидать, Кристина безмятежно развалилась на кровати и лениво глядела в телефон. — Пора за работу, лентяйка! — радостно воскликнула Оля. — Свали с кровати и застели её. — Ой-ой-ой, — проворчала Кристя, — от деда набралась? — Да прям как ты, только дед жёстче говорит. А теперь подними своё мягкое место и вперёд! Девушка в ответ фыркнула и неохотно принялась исполнять просьбу-требование. Ольга удовлетворённо хмыкнула, убирая в шкаф привезённые шмотки. Там специально отводилось место для её вещей, в основном одежды, и полка для личных косметических средств. За спиной слышался шелест одеяла и покрывала, а ещё забавное пыхтение Кристины. Не было сомнений, она так делала специально, выражая тем самым своё недовольство. — Кристь, ты ведь серьёзно не сказала Алёнке, что я приезжаю? — Конечно, Оль, как я могла? Разве что эльфы выбили меня из колеи, и я только сегодня утром вспомнила о твоём приезде. Вот и вырвалось случайно. — За случайно бьют отчаянно, — цокнула языком Оля. — Пх! Ты сама-то попробуй тут не сболтнуть лишнего! — Да ладно тебе. Ты всё равно молодец! Правда, эти нолдор меня тоже шокировали. — Да ты о чём? Я их заметила только когда остановила кровь Фингону! А всё почему так? Да потому что я не выспалась! — Ну не серчай, выспишься ещё, успеешь. На несколько минут воцарилась тишина. Кристина в задумчивости уселась на кровать. Оля захлопнула дверцы шкафа, вытащив чистые вещи, и стянула с себя испачканную в песке одежду. Стесняться ей было некого. Родственница — она на то и родственница, да и выросли они с ней вместе. Мужчина на данный момент лежал в отключке на койке. Лишних глаз не было, и этим надо пользоваться, тем более, что в доме теперь полным полно народу. — О чём думаешь? — спросила Ольга, нависая над Кристиной. — Пытаюсь осмыслить случившееся, — отстранённо откликнулась та. — И как успехи? — Среднячок. Оценка по 10-ти балльной системе: 4. — А по-моему круто. Рассказать — никто не поверит. — Да меня это вообще не беспокоит. У меня только вопрос, что дальше делать? Щас уже 10-й час, а прогресс — на нуле. — Чего? Какой прогресс? Ты о чём? — Ну… — замялась Кристина. — У нас тут как-то всё в беспорядке. Да и в голове у меня полный бардак. — Ага, вот как! Ну тогда встала, и вперёд за уборку! У тебя даже вещи не разобраны, — Оля сильным толчком скинула Кристину на пол, получив от неё обиженный взгляд. — Ладно-ладно, не дуйся! Я-то уже разобралась, помогу. Надо бы твои черепушки по местам расставить, — и она подняла сумку, доставая из неё гипсовый череп. — Спасибо. У меня их штук пять, кажется. Поставь вон на ту полку. — Кристь, а если их увидят эльфы, а они точно увидят. Что будет? Мгновение они в молчании глядели друг другу в глаза, после чего не сговариваясь одновременно расхохотались, представив шокированные мордашки гостей. — Ты права, Оль. Интересно, что они подумают? — на эти слова Оля сдавленно хрюкнула. С вещами разобрались довольно быстро, и теперь на полках, помимо прочей ерунды, красовались искусственные черепа, используемые Кристиной в качестве натуры для рисования. Теперь же на стене висели две сабли (хотя бы не заточенные, но вполне настоящие) крест накрест — любимое украшение Оли. Пустые, или почти пустые сумки свалили в уголок, чтоб не отсвечивали. Окно закрыли на всякий случай, посчитав, что комната больше не нуждается в проветривании. — Ну, ты идёшь? — уже на пороге спросила Ольга, обернувшись. Кристина вплотную подошла к кровати, где лежал эльф. Она заворожённо провела рукой по его лбу, спускаясь к щеке, и нахмурилась. — Да-да, сейчас… — откликнулась девушка не шелохнувшись. — «Как ребёнок, честное слово! Хотя… Я бы тоже, наверное, воспользовалась шансом,» — усмехнулась про себя Оля, подходя к сестре ближе. — Что, нравится? — лукаво прищурившись, спросила она. — А? Ты о чём? — та будто очнулась от транса, но суть вопроса постепенно уловила. — А-а, да нет, ты что! Просто… Его лоб мокрый, но пока не горячий. Если я хоть что-то сейчас понимаю, то физиология и анатомия эльфов сродни человеческой. Но они вроде не болеют. А эта рана может нести более глубокие повреждения, с которыми я не факт что справлюсь. Было бы и смешно, и обидно, если бы великий Фингон вот так погиб. Но… Феанор же, вроде, так и умер. — Ага. Но, во-первых, Феанор не Великий, разве что великий бунтарь. И, во-вторых, тогда у эльфов медицина была ниже плинтуса. А в-третьих… Нечего было в пекло бросаться! Сам виноват! — Ха-ха, ты только его детям об этом не говори. Обидятся ещё! — Я, конечно, знаю, что моё чувство самосохранения обычно спит. Но я же не самоубийца! — Оля добродушно рассмеялась.

***

Алёна — «Ууууу! Как же я устала! А утро даже не кончилось!» — устало выдохнула я, разваливаясь в кресле. Всё. Пусть Нина теперь объясняет принципы механизмов и технологий. Эльфы — это, конечно, хорошо, но мои нервы мне дороже! Я и так сегодня перенервничала. В конце концов, невозможно быть вечно спокойной, а то иначе мне обеспечена хорошенькая истерика. И так не выдержала, истерично рассмеявшись прямо перед гостями. Какой позор! Меж тем в комнату вошли Оля с Кристиной. Теперь на новоприбывшей гостье были надеты синие джинсы и футболка какого-то мятного цвета. Говоря откровенно, она ей совершенно ни шла из-за рыжих волос. Впрочем, нелепо тоже не выглядело. — Итак, надеюсь, вы тут со всем разобрались? — «Можно подумать, без неё не разберёмся,» — но своё мнение я решила оставить при себе. Всё равно Оля сейчас «порядок» будет наводить. Уж кто-кто, а она умеет. Остаётся только завидовать её навыкам… Кто-то ответил что-то утвердительное. Тем временем она придирчиво оглядела эльфов, а затем и меня с Ниной. — Если так и продолжится, мы до следующего утра будем ковыряться на одном месте. Завтрак, я полагаю, не готов? — с каждым словом её голос становился всё больше командным и не допускающим возражений. — «Ну да, такой и не возразишь, насколько бы ты старше не был,» — язвительно заметило моё ехидство. — Нет, естественно. Ты предлагаешь мне этим заняться? — подала голос моя подруга, но что-то в нём не понравилось рыжей. Я некогда слышала от Кристины, что она остро чувствует любое проявление насмешки, и тогда может ответить очень даже нелестно. Несмотря на это, я всё же не ожидала, что она ответит столь грубо. — Тебе? Отнюдь нет. Но если ничего дельного предложить не можешь, закрой свой рот, — как-то резко осадила она её, а я не смогла сдержать улыбки. — Алёна, а ты чего лыбишься? Нет, всё-таки у Оли страшные глаза, когда она сердится! Вернее, страшно попадать под их прицел. Вот теперь я понимаю, что значит выражение «стынет в жилах кровь». — Да я ничего, это… — Ты закончила с делами по хозяйству? — Нет, я ещё… — Неважно, займись этим. Надеюсь, немного отдохнёшь, хотя бы морально. И прихвати Нину! Она то и дело мешается! — Я?! — опешила подруга. — Заткнись. Дело опять запахло ссорой. Я поскорее сграбастала Нину в объятия и вернулась в кресло, всеми силами стараясь унять её возмущение. Ощущаю себя шутом. Наверное, со стороны это выглядит очень забавно… Ну и пусть себе забавляются! Ещё одной бури сегодня я не переживу! — Алёна, пусти! Эта… Я ей… — шипела на меня подруга. — Нина, помолчи! Хоть раз прояви здравый смысл! Я тебя точно съем, если не успокоишься. — Нет, ну ты… Зануда… Не знаю, сколько бы мы шипели друг на друга, если бы неожиданные Олины слова не привлекли наше внимание. — Знаете, вы хоть и принцы нолдор, если мне не изменяет память, но помыться вам не помешает. Сейчас и пугало на вашем месте выглядит лучше. Я обалдела. Не, она, правда, ни с кем не церемонится, но так говорить с принцами, или как их там? Насколько я помню, Маэдрос — старший принц Первого Дома, прославленный военачальник и свирепый воин, поучаствовавший во многих битвах и убивший множество врагов. Близнецы — воины ничуть не хуже, и обороняли границы с Морготом. Тогда КАКОГО ХРЕНА она с ними разговаривает в ТАКОМ тоне?!!! — Знаешь ли, атани, в битве борятся за жизнь, а не заботятся о своём внешнем виде, — Амрас, кажется, обиделся. — Да, ты, пожалуй, прав… Я бы очень удивилась, если бы вы, заботясь о чу́дной одежде, полностью разделись перед битвой, — задумчиво протянула Оля, скрестив руки на груди. — Хотя… Получилось бы эффектно. Враги со стыда, наверное, сразу бы померли, и драться не пришлось бы. — Но… Э… — ему не хватало слов, чтобы выразить всё своё возмущение, а лицо и острые ушки предательски покраснели то ли от стыда, то ли от гнева. Питьо закашлялся, стараясь подавить рвущиеся наружу смешки. Кристина засмеялась в голос. Она до этого сидела на полу, облокотившись на диван, а теперь покатывалась со смеху, держась за живот. Тут активизировалось и моё воображение, нарисовав голых эльфов, бьющихся с уродливыми существами. Не усмехнуться было невозможно. Нина уже давно кое-как развернулась ко мне лицом, упёрлась головой в моё плечо, беззвучно заливаясь смехом. Бедный Маэдрос, не понимает ситуацию… — Кристина, вот ты их и помоешь, — коварная улыбка красноречиво играла на губах рыжей бестии. Смех мигом стих, но не у нас с Ниной. Мы истерично хохотали уже в полный голос, забыв о малейшем стеснении. Богатая фантазия, развитая художественным искусством, мигом восполнила пробелы красочными картинками немного неприличного содержания. Краем глаза я заметила, что Майтимо покраснел, будто увидев все эти картинки. Хотя, может, действительно увидел? — Как ты смеешь?! Мы… Мы ведь Лорды! И мы сами можем вымыться! — вот это да! Оказывается, Маэдрос пылает ничуть не хуже Оли! — Я протестую! — вслед вскричала и Кристя. — Они не беспомощны, чтобы их мыть! Сами помоются! — Да? Чтоб у нас тут потоп случился? — Но, аданет, мы и сами можем. И брату поможем, — если не ошибаюсь, снова говорит Амрас. — Ага, кто бы сомневался. Но купальни или купели у нас нет, баню топить затратно да и долго. Поэтому только душ. А я не хочу, чтобы нас затопило, или трубу прорвало. И им самостоятельно это дело я не доверю! Они нашими технологиями пользоваться не умеют! Так что, Крыса, ты отвечаешь за их вид через полчаса. Мы с подругой уже успокоились и молча наблюдали за происходящим. Всё-таки не каждый день крутят такое шоу. — Кто ты, чтобы приказывать нам? — в голосе старшего из братьев зазвучал металл, а его пылающий стальной взгляд встретился со взглядом Оли. Казалось, между ними идёт немой бой за право отдавать приказы. И как только ей удавалось смотреть ему в глаза, не отводя их куда-нибудь? Будто два могущественных существа столкнулись… — Кто я? — растягивая каждый слог, переспросила она. — А кто посмеет их оспорить? Я признаю, что Алёна — хозяйка этого дома и за старшую в отсутствии истинных хозяев. Но сейчас мой черед говорить, а других — исполнять. Повисла пауза, а немой бой продолжался. — И как я по-твоему должна их вымыть? — фыркнула Кристина. — Твои проблемы, как это сделать. Но чтобы они были в нормальном виде к завтраку! — не отводя взгляда, ответила она. — Ещё чего! Не буду я этим заниматься! — А я тебе давала право отказаться? — Оля медленно перевела страшный взор серо-зелёных очей на свою троюродную сестру и будто глухо зарычала. Мы с Нинкой одновременно вздрогнули, а у близнецов, похоже, пробежал холодок по спине. Так хищник гипнотизирует свою жертву, вызывая в ней сковывающий всё тело ужас. Удивительно, на меня бы такое подействовало, а вот на Кристинку, похоже, нет. — Нет… — Вот и славно. Тогда займись. — А ты что всё это время будешь делать? — вскочила Нина, сверкая глазами. Спрашивается только, как храбрости хватило? У меня-то душа в пятки ушла. Или наглость — второе счастье? — Займусь завтраком. Вы же не догадались. Я вздохнула и поднялась, искренне радуясь, что обошлось без крови. Давление в воздухе вроде уменьшилось, а непонятный страх отступил. Да и Оля уже не метала молнии взглядом. — Ладно, идём, Нин, — позвала я, направляясь на выход. Уже на пороге из комнаты донеслись переругивания Майтимо и Оли. Кто-то из близнецов пытался ещё вставить свои пять копеек в разговор. Но моё дело теперь хозяйство и грядки. Пускай сами разбираются, я доверяю Оле.